Она безропотно слушается чужих слов — сказали прыгать в озеро, и прыгнула, даже не моргнув. Вот это выдержка!
Дуань Синхань отвёл взгляд и направился к берегу.
*
Ветер вдруг стал резче, и его порывы, будто лезвия, хлестали по лицу.
Чжун Яояо стояла как вкопанная, оцепенев от ужаса.
Почему Дуань Синхань здесь?
Зачем он пришёл?
Неужели навестить кого-то на съёмках? Но кого?
Или, может, сегодня он просто инспектирует работу?
…
Голова Чжун Яояо была забита этими вопросами, и она совершенно не замечала, как кто-то незаметно приближался.
Только когда мужчина, ещё недавно стоявший в павильоне напротив неё, вдруг исчез оттуда и, похоже, направлялся прямо к ней, она наконец пришла в себя.
Но теперь было уже поздно убегать.
Сильный ветер надувал её костюм, и Чжун Яояо крепко сжимала уголок полотенца, опустив голову в полном отчаянии.
Она чувствовала себя полной дурой. Вся она была в грязи — обувь, костюм, волосы спутаны водорослями, от неё разило тиной, макияж, наверняка, превратился в ужасную маску. Даже речной дух выглядел бы милее.
И самое ужасное — именно в таком виде её и застал Дуань Синхань.
Чжун Яояо крепко прикусила нижнюю губу, и в груди нахлынула горькая обида.
Ей в лицо на банкете совали ключ от номера… её бросили в ледяное озеро при почти нулевой температуре… но всё это меркло перед тем, что её увидел именно он.
Глаза наполнились слезами. Она быстро моргнула, пряча стыдливую слезинку в складках полотенца.
Лучше бы она задержалась под водой подольше.
Уж точно лучше, чем устраивать такое позорное представление перед Дуань Синханем.
Он, наверное, сейчас радуется — мстит за что-то.
Пока она так думала, в поле зрения вдруг попали чёрные туфли. Подняв глаза, она увидела безупречно сидящие брюки из дорогого костюма.
Всё указывало на то, что перед ней стоял человек высокого положения, явно не из съёмочной группы.
Осознав, кто именно перед ней, Чжун Яояо ещё ниже опустила голову.
— Как ты умудрилась превратиться в этого ужаса? — холодно спросил Дуань Синхань.
— Я… — начала она, но голос вышел хриплым и сорванным, не способным вымолвить и полного предложения.
Чжун Яояо отвернулась и прикрыла рот, пытаясь подавить кашель. В горле першило, будто там перекатывалась грубая галька, и от каждого приступа во рту оставался привкус крови и соли.
В этот момент за спиной Дуань Синханя появился режиссёр Чжан Сянь. Он улыбался, стараясь выглядеть как можно более добродушно, и поспешил вставить:
— Господин Дуань, вы, конечно, не в курсе! У нас в сценарии есть эпизод с падением в воду — всё по сюжету, ха-ха, чисто по сценарию! Мы решили снять его в первую очередь, пока погода не ухудшилась, а то потом актрису простудим!
Чжан Сянь выглядел настолько искренне, что казался даже трогательным. Он нервно тер ладони и с надеждой смотрел на Дуань Синханя, явно ожидая похвалы.
Он думал: «Дуань Синхань — глава огромной корпорации, у него сотни дел. Откуда ему знать, что в сценарии его компании для третьестепённой актрисы написано!»
— Это правда? — спросил Дуань Синхань.
— Да-да-да, именно так! — закивал Чжан Сянь, но тут же понял, что вопрос был вовсе не к нему.
На три секунды вокруг воцарилась тишина.
Чжан Сянь неловко кашлянул, пытаясь спасти ситуацию:
— Э-э… Яояо, господин Дуань задал тебе вопрос! Скорее объясни ему — разве не так написано в сценарии?
Дуань Синхань сдержал раздражение и повторил:
— Это правда то, что он сказал?
— Да, — тихо ответила Чжун Яояо, едва заметно кивнув.
Дуань Синхань рассмеялся — но в этом смехе не было и тени веселья.
Он опустил взгляд на её покрасневшие от холода уши и приказал:
— Иди немедленно приведи себя в порядок.
Чжун Яояо облегчённо выдохнула и поспешила уйти.
Из-за грязи на подошвах и слишком быстрого шага она чуть не поскользнулась.
К счастью, Хэ Вэньвэнь была рядом и вовремя подхватила её. Иначе позора добавилось бы ещё.
Чжун Яояо прижала руку к груди, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение.
Когда она скрылась из виду, Дуань Синхань перевёл взгляд на Чжан Сяня.
— У вас, похоже, обо мне какое-то заблуждение? — ледяным тоном произнёс он.
— А? — Чжан Сянь растерялся.
Он действительно не понимал. Дуань Синхань — человек, с которым он и мечтать не смел встретиться, не то что иметь какие-то «заблуждения»!
— Господин Дуань, простите, я не понял… Что вы имеете в виду? — запинаясь, спросил он, глотая слюну и глядя на собеседника с выражением искреннего недоумения.
— Ты думаешь… — Дуань Синхань бросил на него ледяной взгляд и с сарказмом добавил: — Я поверю в эту чушь, которую ты сейчас несёшь?
— !!!
Чжан Сянь чуть с места не упал от ужаса. Увидев, что Дуань Синхань собирается уходить, он попытался броситься за ним, но мощная аура мужчины парализовала его на месте. Он лишь жалобно выкрикнул вслед:
— Господин Дуань! Пожалуйста, выслушайте! Я понял свою ошибку! Не злитесь! В следующий раз я точно… Нет, не будет следующего раза! Обещаю!
— Извиняться надо не мне, — бросил Дуань Синхань, не оборачиваясь, и ушёл.
*
Тем временем по дороге в гримёрную
Хэ Вэньвэнь шла рядом с Чжун Яояо, тревожно поглядывая на неё и явно собираясь что-то сказать.
Чжун Яояо была погружена в свои мысли. Мокрый костюм лип к телу, и она спешила, не замечая беспокойного взгляда подруги.
Наконец Хэ Вэньвэнь не выдержала:
— Сестра Чжун, почему ты не пожаловалась господину Дуаню?! Режиссёр Чжан так тебя обидел!!
Чжун Яояо остановилась и увидела, что у девушки глаза покраснели, а в них уже блестят слёзы.
— … — сердце Чжун Яояо сжалось. Она не знала, что ответить, и после паузы постаралась говорить легко: — Потому что жаловаться бесполезно. Я актриса, съёмки — моя работа. Разве можно бежать к боссу с жалобами, если сама не справилась?
— Но ты же плакала! — всхлипнула Хэ Вэньвэнь. — Я всё видела! Тебе было больно! Почему молчишь? Ты даже не попробовала — откуда знаешь, какой будет результат?!
Чжун Яояо: «…»
Она и представить не могла, что однажды её собьёт с толку… юная девчонка.
И причём окончательно — без шанса на ответ.
А та, не давая ей опомниться, продолжала:
— Сестра Чжун, тебе не надоело так жить?!
— Тебе не надоело так жить?
Конечно, надоело.
Но разве все люди не так живут? Разве при первой же трудности нужно падать и сдаваться?!
— Нормально всё, — сухо улыбнулась Чжун Яояо. Она поняла, что девчонка упряма, и решила сменить тему: — Апчхи! Наверное, простыла. Пойдём скорее переодеваться.
Хэ Вэньвэнь тут же побледнела и, испугавшись, потянула её к гримёрной.
Чжун Яояо с облегчением улыбнулась про себя.
Хорошо, что этот приём сработал.
*
12
Чжун Яояо вымылась, переоделась в чистый костюм и вернулась на площадку.
Ей показалось, что атмосфера в съёмочной группе изменилась — сотрудники избегали её взгляда, а некоторые даже, завидев издали, сворачивали в сторону, лишь бы не встретиться.
«Неужели я всё ещё пахну?» — подумала она, недоумевая.
Ведь она тщательно вымылась!
Но тут к ней подбежал сам режиссёр Чжан Сянь — тот самый, что приказал ей прыгать в озеро. Он улыбался так, будто перед ним стояла самая важная персона на свете.
Чжун Яояо не поверила своим глазам — и ушам.
Чжан Сянь остановился перед ней и глубоко поклонился, почти под прямым углом:
— Учительница Чжун, простите меня! Я допустил грубую ошибку — не имел права самовольно добавлять сцену! Прошу прощения! Сцену с падением в воду мы снимать не будем.
Чжун Яояо замахала руками, пытаясь отказаться от извинений, но, услышав последние слова, замерла:
— Подождите… вы сказали — не будем снимать?
— Да-да-да! Совсем не будем! — закивал Чжан Сянь. — Это целиком моя вина, что вы простудились.
— …
Он так настойчиво называл её «учительницей Чжун», что у неё по коже побежали мурашки.
«Что за чёрт? — подумала она. — Кто-то наложил на него заклятие?»
«Неужели… Дуань Синхань?»
«Но зачем ему это? Его же стиль — объединиться с Чжаном и прикончить меня!»
Она закончила съёмки в полном смятении.
Вернувшись в отель ближе к девяти вечера, Чжун Яояо быстро приняла душ и, не в силах больше держать глаза открытыми, упала в кровать, даже не высушив волосы.
Проснулась она глубокой ночью от жажды. Всё тело горело, будто её бросили в печь, а сил не было совсем.
Она с трудом приподнялась, схватила телефон и набрала Хэ Вэньвэнь.
Дальнейшее она помнила смутно.
Кажется, дверь открылась, на потолке на миг вспыхнул свет, раздались быстрые шаги, и чьи-то руки подняли её. От этого человека пахло чем-то очень приятным, и ей стало спокойно.
Но ей было так плохо — болела голова, першило в горле, как в детстве, когда она заболевала и отец носил её в больницу.
Чжун Яояо изо всех сил пыталась открыть глаза, чтобы увидеть, кто её держит, но веки будто налились свинцом.
Она чувствовала, как её тело поднимается в воздух, а потом — будто падает в бездну.
Остатками сознания она вспомнила: отец сейчас в тюрьме. Как он может быть здесь?
Но тут же ей послышался его низкий, успокаивающий голос, который нежно шептал ей.
«Мне снится?»
«Или это галлюцинация?»
«Или я снова ребёнок, и папа несёт меня?»
«Папа…»
Она так давно не чувствовала его объятий.
Чжун Яояо крепко обвила шею незнакомца руками и, зарывшись лицом в его шею, всхлипнула:
— Папа… Яояо плохо… Помассируй меня, пожалуйста… От этого сразу легче станет. Я не хочу в больницу, не хочу уколов…
— …
Дуань Синхань замер. Слова ударили его, как гром среди ясного неба. Уши заложило, в голове зазвенело.
«Папа?»
Он опустил глаза на девушку в своих руках, думая, что ослышался.
Но тут же она снова забормотала что-то вроде «потом станет лучше, только не коли» — совсем по-детски.
Дуань Синхань чуть не рассмеялся от досады.
Да она совсем с ума сошла от жара! Не узнаёт людей и несёт чепуху.
Он помедлил пару секунд, потом лёгкими движениями похлопал её по плечу — будто утешая. Уголки губ дрогнули, но он тут же подавил улыбку.
Хэ Вэньвэнь, стоявшая рядом, недоумевала: только что этот мужчина так переживал, что даже потребовал у менеджера ключ от номера, а теперь вдруг замер и выглядит… серьёзным?
Она испуганно отступила на полшага, но, вспомнив, что Чжун Яояо в лихорадке, собралась с духом и робко спросила:
— Господин Дуань… Мы сейчас едем в больницу?
— Да, — ответил он, как будто очнувшись, и решительно двинулся к двери. — Оставайся в отеле. Я дам знать.
http://bllate.org/book/2432/268057
Готово:
