Чжэньсы всегда терпеть не мог запах больничного антисептика. Этот въедливый аромат, проникая в ноздри, мгновенно вызывал в памяти кровавое зловоние руин, где он побывал несколько дней назад. Тогда его собственная кровь, смешавшись с бетонной пылью, разила точно так же — едко и тошнотворно.
Возможно, дело было в самой обстановке, но больница всегда навевала на него чувство глубокого одиночества. Сколько он себя помнил, Чжэньсы всегда был один. Он пытался сблизиться с людьми — и в школе, и в приюте, — но всякий раз терпел неудачу.
Выписавшись из больницы, он стоял у главного входа, подставив лицо лучам предвечернего солнца, заливавшего пустую площадь под лестницей. Он стоял молча, присмирев, и его аккуратно уложенные пепельные волосы мягко лежали на лбу. Чжэньсы спокойно наблюдал за улицей, где царили тишина и редкие проезжающие машины.
Дым пожарищ и руины города Чанкун казались чем-то из прошлой жизни, однако вернуть то, что было, уже не представлялось возможным.
Ранее на телефон пришло сообщение: ему велели ждать у входа в больницу человека, который отвезет его в Академию Сент-Фрейя для оформления документов. Вещи обещали подготовить на месте — впрочем, у него и так не было багажа, а всё немногое имущество, что имелось, осталось погребенным под обломками приюта.
В сообщении также были данные того, кто должен был его встретить, и фотография: Мурата Химэко. Он узнал женщину, которая спасла его в городе Чанкун. Какое совпадение.
Он вглядывался в дорогу, походя на ребенка, испугавшегося, что его бросили родители. Он ждал уже довольно долго. Идти ему было больше некуда, и его начал грызть страх: а вдруг все те недавние события — лишь плод его воображения?
Чжэньсы никогда не считал себя умным. Если не считать легкой склонности к фантазиям, к собственной жизни он относился безответственно и не строил никаких планов на будущее.
В конце концов, первые десять с лишним лет его жизни были чередой однообразных, тихих дней, и он никогда не задумывался о высоких стремлениях. И вот теперь — такой поворот. Он словно герой из какой-нибудь сказки, впервые стоящий на волшебном вокзале в поисках своего пути.
Ему показалось, или он действительно услышал рев двигателя?
Нет, не показалось. Звук нарастал, разрывая тишину улицы. Внедорожник матово-черного цвета с лихим заносом, почти в дрифте, остановился в полуметре от Чжэньсы, обдав его облаком дорожной пыли.
Стекло водительской двери опустилось. Химэко, в повседневной одежде и темных очках, одарила его дерзкой улыбкой. Ее рыжие волосы были небрежно собраны, а выбившиеся пряди трепал ветер.
— Прости, Чжэньсы, заставила ждать. Садись.
— Нет, ничего страшного, я только что начал ждать, — Чжэньсы выдавил из себя вежливую улыбку и, сев на пассажирское сиденье, пристегнулся. Едва ремень щелкнул, Химэко нажала на газ, и внедорожник рванул с места, словно снаряд из пушки.
Сильный толчок вжал его в спинку кресла, а привычный городской пейзаж за окном мгновенно превратился в размытые цветные пятна. Чжэньсы искоса наблюдал, как Химэко управляет рулем — ее движения были плавными, но в то же время почти грубыми.
— Ну что, восстановился? Когда я вытащила тебя из руин несколько дней назад, раны выглядели пугающе. Удивительно, что ты так быстро поправился. Не зря ты редкий «мужской субъект», — Химэко мельком взглянула на него.
Чжэньсы вцепился в ручку над дверью. Он пытался сохранить невозмутимый вид, но напряженные плечи выдавали его страх.
— Э-э, госпожа Химэко, осторожнее! — внезапно воскликнул он, заметив впереди крутой поворот. Химэко, не сводя глаз с дороги, резко вывернула руль. Машину занесло, шины взвизгнули, а Чжэньсы впечатался лицом в стекло.
— Спокойно, я отлично вожу. Не будь таким зажатым, зови меня просто Химэко-сэнсэй. Ну, или можешь называть по имени, когда нас никто не слышит, — она выглядела совершенно расслабленной, хотя про себя мысленно ворчала, зачем руководство выдало ей этот внедорожник.
Чжэньсы, потирая ушибленное лицо, подумал: «Надеюсь, я не попаду в аварию сразу после выписки из больницы...»
— Химэко-сэнсэй, а как будут оплачиваться мои расходы на обучение? — спросил он, приводя себя в порядок.
— Ты еще не совсем понимаешь, что такое Сент-Фрейя? Впрочем, неудивительно, ты ведь жил как обычный человек. Сент-Фрейя — это наш бастион в борьбе с Хонкай, колыбель Валькирий. До сих пор ты — единственный студент мужского пола. Не переживай, как специальный абитуриент, ты освобожден от всех оплат. А если станешь полноценным бойцом и будешь участвовать в миссиях, тебе еще и доплачивать будут.
Она продолжала без умолку рассказывать об академии, пытаясь разрядить гнетущую тишину, вызванную молчаливостью Чжэньсы. Тот лишь изредка откликался коротким «угу».
В салоне гудел мотор, и слышался бодрый голос Химэко, не получавший особого отклика.
«Там одни девушки... Смогу ли я адаптироваться?» — Чжэньсы погрузился в раздумья, переживая, как уживется с толпой незнакомых женщин. Но человек — животное адаптивное. Он... должен справиться? Как говорится, придет беда — откроем ворота. Разберется по ходу дела.
На долгом красном сигнале светофора Химэко не выдержала и повернулась, чтобы внимательно рассмотреть парня. Его пепельно-серые волосы мягко блестели на солнце, а больше всего бросался в глаза торчащий хохолок на макушке и чистые, как зеркало, глаза. Она потянулась, чтобы потрепать его по голове, но Чжэньсы, как кошка, ловко увернулся.
— Ц-ц, — Химэко цокнула языком, нарушая тишину. — Ты такой симпатичный малый, но почему такой занудный? Никакой мальчишеской живости, мог бы и побольше говорить.
Чжэньсы лишь отвел взгляд. Химэко, решив поддразнить его, добавила:
— Что такое? Обиделся?
— Нет... просто Химэко-сэнсэй душой моложе, чем кажется.
Поколебавшись, он все же решился спросить:
— Химэко-сэнсэй, я могу вам доверять?
Химэко полушутливо отозвалась:
— М? Что такое? У тебя есть какая-то тайная личность, о которой ты хочешь мне рассказать?
Чжэньсы собрался с духом:
— ...Я просто переживаю. У меня почти нет опыта общения с людьми, а семестр уже начался. Боюсь, что не смогу влиться в коллектив.
Его прямота ее удивила, но Химэко поняла его тревогу и утешающе произнесла:
— Я понимаю твои опасения. Не переживай, три дня назад у нас тоже были новички, и они уже вовсю осваиваются. Просто будь искренним с окружающими. И если возникнут проблемы — не считая боевых заданий, — всегда можешь прийти ко мне.
Чжэньсы немного расслабился:
— Понятно... Химэко-сэнсэй, а как мы доберемся до Сент-Фрейи? Академия... она похожа на ту подземную базу из фантастических фильмов?
Химэко усмехнулась:
— Ха, у тебя богатое воображение! Держись крепче!
Загорелся зеленый, она вдавила педаль газа, и внедорожник с ревом сорвался с места.
— Сначала доедем до пересадочного узла, а потом — она хитро прищурилась, — полетим на самолете до искусственного острова, где находится Сент-Фрейя!
***
Оглушительный рев двигателей был подобен накатывающему океану. Чжэньсы смотрел в иллюминатор, как земля стремительно удаляется. Он летел впервые, но величественный вид облаков не занимал его надолго.
— Что такое? Укачало? — Химэко заметила, что он притих, и заволновалась.
— А, нет, что вы, я просто очень волнуюсь... — Чжэньсы снова украдкой взглянул в окно: под ними простиралось бескрайнее море облаков.
Полет был долгим и спокойным. Когда по громкой связи объявили о снижении, Чжэньсы вновь прильнул к иллюминатору. Густые облака рассеялись, открыв взгляду безбрежную синь океана, посреди которой четко вырисовывался искусственный остров.
В центре острова, на возвышенности, возвышался грандиозный футуристический комплекс зданий, сверкающий белизной под солнечными лучами. Огромные купола, высокие шпили, тренировочные площадки и крытые переходы создавали единый, сложный и могучий механизм. Это и была Академия Сент-Фрейя.
Почему-то этот вид показался ему знакомым, хотя он списал это на свое возбуждение. Академия походила на секретное общество из книг, которые он читал в детстве. Казалось, всё налаживается.
«Как же грандиозно... Неужели такое место существует на самом деле? Этот поворот событий словно сон».
Чжэньсы невольно представил, как будет тренироваться здесь, чтобы стать героем... «Валькирия»... При мысли об этом названии ему стало немного не по себе — как-то странно оно звучало применительно к нему.
Самолет мягко приземлился на аэродроме академии. Стоило выйти из салона, как солнце ослепило его. Химэко, глубоко вдохнув, потянулась и жестом поманила Чжэньсы за собой, ее улыбка была заразительной.
— Пойдем, Чжэньсы. Сейчас мы отправимся в кабинет директора. Директор Тереза ждет встречи с тобой.
Она похлопала его по плечу, и на этот раз он не отпрянул.
Они шли по широкой аллее, ведущей к главному учебному корпусу. Высокие белые здания отбрасывали прохладную тень, вдоль дороги то и дело проходили девушки в форме Валькирий Сент-Фрейи.
Одни шли группами, весело болтая, другие — в одиночку, торопливо прижимая к себе кипы бумаг. От них веяло молодостью, и некоторые бросали на Чжэньсы любопытные взгляды.
Трудно было представить, что в мире существуют такие монстры, как «Хонкай», и что большинство людей — здесь или где-то еще — все еще могут позволить себе жить спокойной жизнью.
Когда они почти дошли до центральной администрации — величественного здания, увенчанного гигантской эмблемой Шэньчжоу, — коммуникатор на запястье Химэко пронзительно зазвенел.
Она остановилась, взглянула на экран и нахмурилась, проворчав:
— Тьфу, эти ребята из отдела снабжения... Ну надо же было именно сейчас позвонить!
Она посмотрела на Чжэньсы, виновато разведя руками:
— Слушай, парень, видишь вон то самое высокое здание? Заходишь внутрь, не сворачивай, поднимайся на лифте на последний этаж. Там в самом конце коридора кабинет с табличкой «Директор». Не ошибись. Директор ждет тебя. У меня тут возникло срочное дело, я сейчас разберусь и сразу вернусь за тобой! Смотри не заблудись!
— А? — Чжэньсы даже не успел отреагировать.
Она протараторила это, не дожидаясь ответа, и вихрем умчалась в другую сторону, быстро скрывшись за углом здания.
Чжэньсы остался стоять, глядя ей вслед, а затем перевел взгляд на небоскреб.
— Ну надо же, я ведь не маленький, чтобы потеряться, — пробормотал он, поджав губы, и направился к зданию.
Конечно, он предсказуемо заблудился. Впервые попав в такое место, он постоянно озирался по сторонам и в итоге сошел с пути. Когда он наконец добрался до входа, то вдруг понял: он забыл, где находится кабинет директора.
Химэко вроде говорила «повернуть направо», «последний этаж» и «еще какой-то поворот»...
Э-э, так или нет? Может, спросить дорогу у кого-нибудь? Но, наверное, внутри есть указатели. Да и спросить у прохожих — у Чжэньсы не хватало духу.
Неужели с неба не спустится ангел, чтобы наставить его на путь истинный? Как раз когда он засомневался и инстинктивно сделал шаг к левому коридору...
— А-а-а-а! Уступи дорогу! — звонкий, полный решимости женский голос раздался прямо за спиной! А следом — стремительный топот, приближающийся с каждой секундой!
Чжэньсы рефлекторно обернулся, но было поздно! Не успев увернуться, он столкнулся с летящим на него мягким телом, обладавшим внушительной кинетической энергией.
Черт. Его сбил ангел.
http://bllate.org/book/24094/2773891
Готово:
