Ваньтин резко проснулась от странного звука и только тогда осознала, что уснула прямо здесь. Но ведь именно какой-то шум и разбудил её — неужели кто-то заходил? В панике она вскочила, быстро оделась и начала осматривать комнату.
Возможно, потому что обычно никто не осмеливался входить сюда без разрешения, она даже забыла запереть дверь. Осмотревшись, Ваньтин не обнаружила никаких признаков того, что кто-то трогал вещи в комнате. Тогда она осторожно приоткрыла дверь и выглянула наружу. В этот самый момент раздался кошачий мяук — и Ваньтин наконец перевела дух. Видимо, ей всё это почудилось…
Закрыв дверь, она вернулась в комнату. А из тени тем временем вышел чей-то силуэт. К счастью, его подражание кошачьему крику прозвучало достаточно правдоподобно, но сердце всё ещё колотилось от страха. Он долго смотрел на плотно закрытую дверь Ваньтин, а затем, наконец, медленно ушёл прочь… В эту ночь кому-то было не суждено уснуть.
На следующее утро Ваньтин, как обычно, рано поднялась, чтобы помочь Е Цзымо с массажем, но слуги остановили её:
— Господин Му, пожалуйста, возвращайтесь. Молодой господин сказал, что ему уже лучше и больше не нужно, чтобы вы делали ему массаж.
Хотя это было очень странно — почему вдруг он так изменился? — слуга всё же повторил приказ.
— Вы точно передали его слова? — спросила Ваньтин, чувствуя растущее недоумение. Что с Е Цзымо? Почему он вдруг снова замкнулся в себе? Раньше он и правда был слишком чувствителен, но с тех пор как его здоровье стало улучшаться, он давно перестал быть таким. Да и она вроде бы ничего такого не сделала… Внезапно ей вспомнилось, как вчера во время массажа её пальцы случайно коснулись… Неужели из-за этого? Но ведь раньше, когда он лежал без одежды, ничего подобного не происходило!
— Да, господин Му, вам лучше уйти, — настаивали слуги.
— Тогда я хотя бы посмотрю на него! — возмутилась Ваньтин. — Неужели он даже не хочет меня видеть? Это уже слишком!
— Простите, господин Му, молодой господин сказал… что больше не желает вас видеть. Никогда.
— Что? — Ваньтин похолодела. Никогда? За что он так её ненавидит, что не хочет встречаться всю жизнь? Она вспылила: «Что за чудак этот Е Цзымо? Вчера всё было нормально, а сегодня вдруг закатывает истерику? Неужели, как только ему стало лучше, он решил избавиться от меня, как от ненужной посуды? Раньше все терпели его капризы из-за болезни — неужели он совсем избаловался?» В ярости она решительно заявила: — Сегодня я обязательно увижу его!
С этими словами она попыталась прорваться внутрь. Слуги тут же бросились её останавливать — приказ молодого господина нарушать нельзя, иначе даже если сам Е Цзымо простит, Господин Ночная Душа точно не пощадит!
Между Ваньтин и несколькими слугами завязалась стычка. Ваньтин не сдерживалась: она была в ярости, да и слуги все владели боевыми искусствами, так что сдерживаться значило проиграть. Однако те не осмеливались атаковать по-настоящему: приказ молодого господина был важен, но и статус господина Му в Ночной Душе всем был известен. Поэтому они лишь оборонялись, не нанося ударов.
Ваньтин сражалась всё яростнее, и вскоре слуги начали сдавать позиции — они просто не решались причинить ей вред, зная, что Господин Ночная Душа их за это не пощадит.
Когда Ваньтин, воспользовавшись мгновенной паузой, уже собиралась ворваться в комнату, из окна вдруг вылетел метательный снаряд прямо в неё. Она едва успела увернуться, но лицо её стало ещё мрачнее. Снаряд явно вылетел изнутри комнаты… Неужели Е Цзымо хотел её убить? Сердце её облилось ледяной водой. Даже если он не благодарен за спасение, разве столько дней общения не заслужили хотя бы дружбы, а не попытки убийства? Но тут же в голове мелькнула другая мысль: а вдруг Е Цзымо похитили? Она просто не могла поверить, что Е Цзымо способен на такое!
Словно одержимая, Ваньтин отбросила слуг в сторону и с силой пнула дверь. Ворвавшись внутрь, она увидела лишь Е Цзымо, спокойно сидящего в комнате. На мгновение она замерла в нерешительности — неужели это правда он пытался её убить? Но почему?
— Это был ты? — спросила она, и в голосе звучало больше утверждения, чем вопроса.
— Да! — Е Цзымо не колеблясь ответил, и в его глазах читалась ледяная отчуждённость, холоднее, чем при их первой встрече.
— Почему?
— Нет причины. Ты всего лишь тот, кого прислал Е Цзыхань, чтобы вылечить меня, — ответил он. Ответ был предельно ясен: теперь, когда болезнь прошла, встречаться больше не имеет смысла.
— Хорошо! — Ваньтин ничего больше не сказала и развернулась, чтобы уйти. Раз он так выразился, ей оставалось лишь сохранить собственное достоинство. У каждого есть чувство собственного достоинства, и даже самый великодушный человек хочет, чтобы его уважали. Она думала, что перед ней просто ранимый юноша, а оказалось — человек без сердца!
Глядя на её решительные шаги, человек в комнате чувствовал, как его сердце медленно рассыпается на осколки. В горле поднялась горькая кровавая волна, которую он с трудом подавил. В глазах блестели слёзы — от боли или от мучений, вызванных подавленной болью, он уже не мог различить…
☆
Кто ты такой?
Ваньтин шла, и злость в ней всё росла. Она столько дней считала его другом, а в ответ получила вот это! Обида и гнев переполняли её. Схватив меч, она направилась в тот самый уединённый уголок, куда однажды привёл её Е Цзыхань. Найдя свободное место, она начала рубить воздух, вымещая на клинке всю свою ярость. Её движения были хаотичны и бессистемны, но ей было не до изящества — лишь бы выплеснуть гнев.
Наконец, выдохшись до предела, Ваньтин рухнула на землю. Силы покинули её, и теперь она могла только тяжело дышать. Глядя в безмятежное голубое небо и вдыхая аромат цветов, она вдруг почувствовала, как настроение прояснилось… Зачем мучить себя из-за человека, которого знаешь меньше месяца? Впереди столько дел, столько простора — а она тут…
Она села, горько усмехнулась и решительно отбросила все дурные мысли. Раз здесь она больше не нужна, пора уезжать. Её похищали — наверняка кто-то волнуется. Может, Сыр… Но тут же вспомнилось то холодное лицо, и она снова с горечью покачала головой. Даже если все остальные забыли о ней, у неё всегда есть Учитель. Этого достаточно!
Собрав свои вещи, Ваньтин направилась к Е Цзыханю, чтобы попрощаться. В это время он обычно находился в кабинете, так что она сразу пошла туда.
Подойдя к кабинету, она обнаружила, что там никого нет. Постучав и не получив ответа, она уже хотела уйти, но заметила свет внутри — значит, Е Цзыхань ненадолго отлучился, возможно, в уборную. Решила подождать внутри: дверь не была заперта, и вряд ли там хранились какие-то секреты. С этими мыслями она толкнула дверь и вошла, не заметив, как из тени мелькнула чья-то фигура, устремившаяся прочь… Ваньтин не знала, что кроме главного входа в Ночную Душу, единственное место, где постоянно дежурила охрана, — это кабинет Е Цзыханя.
На столе лежала раскрытая книга. Ваньтин подошла ближе — это был трактат по военному искусству. «Зачем Е Цзыханю, главе Ночной Души, читать подобное?» — подумала она с недоумением. Аккуратно положив книгу на место, она подошла к книжной полке, надеясь найти что-нибудь интересное.
Здесь было множество томов: исторические хроники, военные трактаты, литературные сочинения… Всё, что душе угодно. Но когда она потянулась за одной книгой, то заметила, что под ней скрывается углубление. Там, где только что лежала книга, оказалась кнопка механизма…
Ваньтин уже хотела поскорее уйти — подглядывать за чужими тайнами неприлично, — но внутри зазвучал настойчивый голос: «Открой! Открой!» Она словно потеряла контроль над собой и, дрожащей рукой, нажала на кнопку. Полка мгновенно раздвинулась, открывая тайник.
Внутри лежала шкатулка. Ваньтин на миг пожалела о своём поступке — а вдруг это приведёт к смерти? Но тот внутренний голос не умолкал. Осторожно открыв шкатулку, она не могла отвести взгляда: внутри лежал нефритовый жетон… точь-в-точь такой же, как тот, что оставила ей мать! Ваньтин бережно взяла его в руки — он был абсолютно идентичен её жетону, за исключением одной детали: на обратной стороне был выгравирован иероглиф «Цянь». Она достала свой жетон и сравнила — всё совпадало идеально, кроме надписи. Что всё это значит?
В этот самый момент дверь распахнулась. Ваньтин даже не успела опомниться, как мощная сила врезалась в неё. Она не успела увернуться — рука схватила её за горло с такой силой, будто собиралась свернуть шею. На мгновение разум помутился, и она подумала, что сейчас умрёт. Но вскоре хватка чуть ослабла, и Ваньтин судорожно вдохнула воздух, постепенно приходя в себя. Она попыталась оторвать руку от горла, забыв, что всё ещё сжимает в ладони свой жетон.
— Кто ты такой? — прозвучал голос, будто из преисподней.
Только теперь Ваньтин разглядела нападавшего — это был Е Цзыхань. В её сердце пронзила сложная смесь чувств. Кто же он такой? Почему у него такой же жетон? Её жетон оставила мать… Неужели его жетон принадлежал отцу? Тогда остаётся только один вывод: убийцы её родителей как-то связаны с Ночной Душой! В её глазах вспыхнула ярость, но сильная хватка на шее подавила её. Она отчаянно боролась, но было бесполезно. Хотела закричать — но не могла издать ни звука…
Е Цзыхань только что читал в кабинете, когда ему доложили, что Е Цзымо сегодня отказался от лечения господином Му. Он тут же отправился к Е Цзымо, чтобы разобраться, но по пути его нагнал стражник из кабинета и сообщил, что господин Му зашёл туда. Опасаясь неприятностей, Е Цзыхань немедленно вернулся — но опоздал. Она уже нашла его тайник…
В глазах Е Цзыханя вспыхнула решимость убить, и хватка на горле Ваньтин усилилась. Но в глубине души он колебался: ведь она спасла жизнь Е Цзымо, и за всё это время он уже начал считать её другом. Да и с самого первого взгляда её присутствие вызывало в нём странное чувство близости… Он с детства зарабатывал на жизнь убийствами, но никогда ещё не испытывал такого смятения. Но почему…
Е Цзыхань метался в сомнениях, когда дверь внезапно распахнулась, и в комнату, пошатываясь, вбежал Е Цзымо. Увидев картину перед собой, он без колебаний схватил руку Е Цзыханя:
— Е Цзыхань, что ты делаешь?
— Е Цзымо, это не твоё дело, — холодно ответил Е Цзыхань. Он не хотел втягивать Е Цзымо в это — хотел защитить его от всех бед на всю жизнь.
— Е Цзыхань, нет! Прошу тебя! — Глаза Е Цзымо были полны мольбы и решимости. Впервые в жизни он произнёс слово «прошу». Увидев, что Ваньтин уже на грани смерти, его сердце разрывалось от боли. Он не мог допустить её гибели — ни за что!
— Е Цзымо!.. — В душе Е Цзыханя бушевал хаос. И он сам не хотел убивать её, но сейчас речь шла не только о его жизни — под угрозой оказалась вся Ночная Душа. Все эти братья рисковали жизнью ради него, и он не имел права быть безответственным. Но взгляд Е Цзымо, полный отчаяния и умоляющей просьбы, всё больше лишал его решимости…
Ваньтин уже почти потеряла сознание. Взгляд стал мутным, тело онемело, и она уже не понимала, что происходит вокруг. «Видимо, мне осталось недолго… А ведь столько дел не сделано… Так вот каково это — умирать? Может, после смерти я вернусь в свой родной мир… Но почему так больно от расставания?» — пронеслось в её голове. Из уголка глаза скатилась одинокая слеза…
Увидев эту слезу, Е Цзыхань почувствовал, как последние остатки решимости исчезают… В конце концов, он не смог заставить себя. Его рука медленно ослабла, и Ваньтин безжизненно обмякла, но Е Цзымо вовремя подхватил её.
Он осторожно уложил её на лежанку и начал осматривать раны. В его сердце бушевало раскаяние. Всё это случилось из-за него! Если бы он не упрямился сегодня утром, Е Цзыхань не пошёл бы к нему, и этой катастрофы не произошло бы. Всё — его вина! Вспомнив ту позавчерашнюю интимную сцену, то прекрасное лицо… В душе смешались горечь, боль и сожаление. Это было словно сеть с острыми лезвиями, медленно сжимающаяся вокруг него — мучительно и безысходно!
Е Цзыхань поднял нефритовый жетон, выпавший из руки Ваньтин, и направился к тайнику, чтобы убрать его. Но вдруг заметил, что в шкатулке лежит ещё один, совершенно такой же жетон…
http://bllate.org/book/2409/265089
Готово:
