— Завидую, что тебе не нужно работать, — сказала Фан Шумэн. Её график был настолько плотным, что она мечтала удвоить сутки — превратить их в сорок восемь часов. Отдыхать хотелось до отчаяния, но брать отпуск она не смела: звезда на подъёме подобна волчку — крутится без передышки. — Хотелось бы поменяться с тобой местами.
— Не выйдет. Лучше смиришься.
Время истекло. Линь Шуи отложила книгу и взяла сумку.
— Ты куда? — не договорив, спросила Фан Шумэн.
Линь Шуи даже не обернулась:
— Ужин с Цяо-гунцзы, заодно кое-о чём поговорим.
Фан Шумэн лукаво улыбнулась:
— Значит, заголовки снова будут про вас.
Придя в ресторан, где её ждал Цяо Ночжун, Линь Шуи попросила отдельный кабинет. Ей уже порядком надоела светская хроника, и она не желала, чтобы её засняли папарацци.
Цяо Ночжун опоздал на десять минут и с искренним сожалением произнёс:
— Прости, задержался.
Линь Шуи равнодушно ответила:
— Десять минут — ерунда.
Цяо Ночжун готовился к съёмкам нового фильма и строго соблюдал диету, избегая жирной пищи. Он не стал заказывать сам, а с интересом наблюдал, как Линь Шуи выбирает блюда.
— Как дела в твоей компании?
— Все в отпуске на полмесяца.
— Уже так плохо?
У Цяо Ночжуна и самому в последнее время не везло: негатив в прессе усилился, а в его инвестиционной фирме начались серьёзные проблемы.
— Хватает ли средств? Если нет — я готов вложить ещё.
— Пока держимся. До банкротства ещё далеко.
Рассказав о своих делах, Линь Шуи подняла глаза и прямо посмотрела на Цяо Ночжуна:
— Один мой знакомый упомянул, что у тебя тоже неприятности. Это правда?
— Пустяки. Справлюсь, — легко отозвался Цяо Ночжун, хотя на самом деле прекрасно понимал: если не разобраться с этими «пустяками», его компании грозит крах. Но перед Линь Шуи он не хотел показывать тревогу.
— Странное ощущение: будто звёзды мне не в фаворе.
— В жизни каждого бывают трудности, — возразил Цяо Ночжун, поднимая бокал. — Главное — они временные. Наши тоже скоро пройдут.
С тех пор как узнала о своей беременности, Линь Шуи перестала пить вино.
Она мягко улыбнулась:
— Я не буду. Пей сам.
Цяо Ночжун опустил взгляд и убедился, что в бокале именно то красное вино, которое она раньше любила.
— Разлюбила бордо?
— Нет, просто сейчас по состоянию здоровья не могу.
Цяо Ночжун слегка встревожился:
— Тебе нездоровится?
— Нет, просто почувствовала, что пора заняться своим здоровьем.
На самом деле Линь Шуи немного удивлялась: у других женщин в первом триместре обычно бывает тошнота, рвота и прочие недомогания, а у неё — кроме того самого дня в больнице — никаких симптомов. Она чувствовала себя точно так же, как и до беременности.
Цяо Ночжун усмехнулся:
— Ты в двадцать один год уже заботишься о здоровье? Тогда мне, двадцатисемилетнему, пора задуматься о пенсии.
Линь Шуи подхватила шутку:
— Да, точно. Пора готовиться к старости.
Они посмотрели друг на друга — и рассмеялись.
В этот миг Цяо Ночжуну показалось, что всё вокруг наполнилось теплом и светом.
Его давно таящееся чувство вспыхнуло с новой силой.
Он взял с вазы на столе розу и протянул ей:
— Цветы — прекрасной женщине.
Линь Шуи не взяла цветок:
— Пусть цветы достанутся красивому мужчине.
Цяо Ночжун притворно вздохнул:
— От красоты толку мало, если я уже столько времени один.
Линь Шуи не уловила скрытого смысла и серьёзно сказала:
— В твоём окружении полно симпатичных девушек, да и фанаток — не счесть. Разве трудно завести отношения?
Цяо Ночжун многозначительно ответил:
— Красоты недостаточно.
Линь Шуи заинтересовалась:
— А что для тебя важно?
— Чтобы она мне нравилась.
Говоря это, он не сводил с неё глаз, надеясь, что она поймёт намёк и ответит.
Но Линь Шуи ничего не заметила.
Она даже подумала, что у него уже есть избранница, и с любопытством спросила:
— У тебя есть кто-то?
— Да.
— Кто? — Обычно она не интересовалась личной жизнью других, но, зная Цяо Ночжуна уже давно, решила узнать, какая же девушка смогла его покорить. — Из числа актрис или, может, богатая наследница из хорошей семьи?
Цяо Ночжун немного разочаровался, но сохранил привычную мягкую улыбку:
— Ни то, ни другое.
Линь Шуи напряглась:
— Простая девушка?
— Тоже нет.
— Дай хоть намёк! — терпение кончилось.
— Она ещё не знает, что я её люблю, — серьёзно сказал он. — Не представляю, как ей об этом сказать.
— Ты втайне влюблён?
— Да. — Цяо Ночжун налил чай. — Шуи, ты же девушка. Посоветуй, как мне поступить, чтобы та, кто мне нравится, тоже полюбила меня?
Линь Шуи дала простой и искренний совет.
Цяо Ночжун внимательно слушал, его глаза всё время сияли тёплой улыбкой.
После разговора о чувствах они перешли к делам. Атмосфера оставалась лёгкой и приятной.
В конце вечера Цяо Ночжун лично проводил Линь Шуи до парковки.
Его помощник Сюй Цзе, ожидавший снаружи, сначала посмотрел вслед уезжающей Линь Шуи, потом перевёл взгляд на Цяо Ночжуна.
— Она точно дочь Линь Шуи и Сяо Янь. Ты уверен, что тебе всё равно?
Цяо Ночжун спокойно ответил:
— Сяо Янь — это Сяо Янь, а она — она.
Сюй Цзе улыбнулся:
— Главное, чтобы тебе действительно было всё равно.
В тот же момент Е Хуайцзинь сидел в соседнем зале того же ресторана. Он видел, как Цяо Ночжун и Линь Шуи смеялись, как он провожал её. Сердце будто сдавила тяжёлая глыба — дышать стало трудно.
Его друг Ци Цзинъянь, пришедший обсудить деловые вопросы, не понимал, почему тот выбрал такой обычный ресторан и настаивал на столике у окна в общем зале, а не в кабинете. Но всё прояснилось, как только появились Цяо Ночжун и Линь Шуи.
Слухи об их романе, хоть и заглушили, но многие до сих пор верили в него. Никто не знал, что Линь Шуи — девушка его друга. Хотя сейчас они и ссорились, у них ведь ребёнок! Как можно расстаться?
Ци Цзинъянь предположил:
— Ты довёл Шуи до того, что она готова разорить компанию, а встреча с Цяо Ночжуном — просто способ тебя задеть.
Лицо Е Хуайцзиня потемнело:
— Ты не знаешь причин.
Ци Цзинъянь сделал несколько глотков ледяной воды, чтобы унять раздражение.
— Ци Шэньсинь уже подходил к Шуи с предложением помощи. Если ты продолжишь в том же духе и она примет его поддержку, мне с Шумэн тоже конец.
Его девушка в последнее время часто злилась, особенно когда речь заходила о друзьях. Она с ненавистью смотрела на него и явно подозревала что-то. Иногда Ци Цзинъянь думал: не ищет ли она повод, чтобы расстаться?
Сердце Е Хуайцзиня болело всё сильнее.
Он сделал столько для неё, а она приходила лишь раз и, похоже, совсем не интересовалась, что он переживает.
Ей всё равно. Она хочет быть с Цяо Ночжуном.
Он сжал губы и тихо сказал:
— Не волнуйся. Она не примет помощь Ци Шэньсина.
Борьба за право стать наследником вновь склонялась в пользу Ци Цзинъяня, но отец начал сомневаться, стоит ли вообще выбирать между ними. Ци Шэньсинь не собирался сдаваться — ни в вопросе наследства, ни в отношении к его девушке. Он продолжал действовать из тени.
— Ты слишком давишь на Шуи, — продолжал убеждать Ци Цзинъянь. — Так ты только оттолкнёшь её ещё дальше. Поговорите как следует. Ей уже больше трёх месяцев, роды всё ближе. Если вы не помиритесь до этого, ребёнок родится без отца рядом. Подумай не только о себе, но и о нём.
Е Хуайцзинь уже делал шаг навстречу, но она отказалась.
Он молчал.
— Женщине особенно важно поддержание в период беременности и родов, — настаивал Ци Цзинъянь. — Если ты упустишь это время, она может уйти к другому мужчине вместе с ребёнком.
Е Хуайцзинь резко поставил бокал на стол:
— Договорим позже в твоём офисе.
Ци Цзинъянь крикнул ему вслед:
— Хуайцзинь, ты мужчина. Не жди, пока она первой пойдёт на уступки. Сделай первый шаг сам. Хватит упрямиться!
Он говорил это и ради друга, и ради себя: если их отношения не наладятся, он точно потеряет Шумэн. Ведь та прямо сказала, что он для неё менее важен, чем Линь Шуи.
Сердце Е Хуайцзиня было в полном хаосе. Он не знал, как всё уладить.
Линь Шуи не искала его, и он заставлял себя не думать о ней, не искать.
Бессонные ночи и мысли о том, что она может прожить жизнь с другим, сводили его с ума.
Он понял: забыть человека — не так просто.
А уж про неё и говорить нечего — он просто не мог.
Что ему делать?
Смотреть, как она выходит замуж за Цяо Ночжуна?
Он не сможет!
—
Фан Шумэн злилась: пока она задыхалась от работы, подруга вольготно отдыхала. Как только Линь Шуи проснулась, та сразу потащила её на мероприятие.
Линь Шуи, не занятая делами, с радостью согласилась.
Трио прибыло на место. Фэн И не отрывал взгляда от лица Линь Шуи:
— Шуи, раз с компанией не сложилось и денег не заработала, пойдём со мной в шоу-бизнес. У меня масса ресурсов — сделаю тебя звездой.
«Идиот, — подумала Линь Шуи. — Я скоро стану матерью-одиночкой. Какой ещё шоу-бизнес?»
Она промолчала.
Фан Шумэн мельком взглянула на подругину тонкую талию. Ей было немного странно: обычно к трём месяцам живот уже заметен, а у Линь Шуи — всё так же плоско, как и до беременности.
Никто не отреагировал на слова Фэн И, и он замолчал.
Фан Шумэн повернулась к подруге:
— Шуи, мы участвуем в благотворительном мероприятии. Его организовала благотворительный фонд, основанный матерью Е Хуайцзиня.
Линь Шуи кивнула:
— Знаю.
— Е Хуайцзинь точно не появится. Не переживай.
— Я и не волнуюсь.
Фан Шумэн стиснула зубы:
— Мерзавец! Почему до сих пор не сдох и не отправился в ад? Зачем занимает место на земле!
Фэн И хотел спросить, что такого сделал Е Хуайцзинь, чтобы вызывать такую ненависть, но передумал: Шумэн всё равно не ответит. Вместо этого он напомнил:
— Помни, ты публичная персона.
Фан Шумэн сердито огрызнулась:
— И что? Публичные люди не могут ругаться?
Фэн И сдался и выдавил улыбку:
— В частной жизни — можно. Но не перед публикой.
— Сейчас мы как раз в частной жизни! Так что я буду ругать этого мерзавца до посинения!
Она выкрикнула ещё несколько ругательств, но как только машина остановилась у входа, тут же надела фирменную улыбку и смягчила взгляд, словно ничего не было.
Линь Шуи и Фэн И рассмеялись — такой резкий переход их позабавил.
Как только троица вошла в зал, тут же привлекла внимание журналистов.
Фэн И был просто фоном и не имел никакой ценности для СМИ. Он лишь наблюдал, как Линь Шуи и Фан Шумэн ловко уходят от неудобных вопросов, отвечают уклончиво, вежливо и с юмором.
Наконец, дав интервью, Фан Шумэн потянула подругу в сторону, чтобы присесть.
http://bllate.org/book/2359/259439
Готово:
