Далекий от них шрамолицый мужчина нахмурился, наблюдая за происходящим. Привести с собой элиту на верную смерть — это было крайне странно.
Как только Хань Тин вышел из палатки, он увидел, как к нему, не скрывая агрессии, широким шагом направляется Лей Яо с помрачневшим лицом.
Вэй Имин и остальные тут же окружили своего лидера. Вид у пришедших был явно недружелюбный, они пришли явно провоцировать конфликт. Если не проучить их сейчас, они так и будут считать седьмую гильдию мальчиками для битья.
Едва заметив Хань Тина, Лей Яо прорычал:
— Хань Тин, немедленно отдай мне Сан И! Иначе я сделаю так, что ты пожалеешь о том, что родился на свет!
Не успел Лей Яо закончить фразу, как последовал резкий порыв ветра, похожий на удар ладонью. Лей Яо мгновенно отпрянул, но все же не успел увернуться — раздался звонкий хлопок, и из уголка его рта потекла кровь.
Эта перемена застала всех врасплох: никаких колебаний энергии не ощущалось, удар был настолько внезапным, что никто не успел среагировать. Шумная площадка мгновенно стихла, все затаили дыхание, ожидая продолжения второй за вечер грандиозной разборки.
Янь Цзинци неспешно вышел из-за спины Хань Тина. Его изящное, красивое лицо выражало холод, он гордо посмотрел на Лей Яо и ледяным тоном произнес:
— У господина главы гильдии воистину впечатляющий напор. Прийти к чужому порогу и устраивать здесь дебош — это вы умеете.
Лей Яо слизнул кровь с губ, не до конца понимая, был ли этот удар нанесен этим человеком. Если да, то, возможно, он владеет силой ветра. Но обычно у мастеров ветра убойная сила ниже, чем у мастеров молний, да и колебаний энергии не было вовсе. Поразмыслив, Лей Яо прищурился и злобно прошипел:
— Это мое дело с Хань Тином, седьмая гильдия здесь ни при чем. Прошу главу Яня не вмешиваться в чужие дела.
Янь Цзинци остановился перед Хань Тином и посмотрел на Лей Яо сверху вниз:
— Теперь Хань Тин — человек моей седьмой гильдии, так что нет таких дел, в которые я не мог бы вмешаться. О делах Хань Тина поговорим позже, а сейчас давай разберемся с твоим нападением на мою гильдию. Выбирай сам: извинишься добровольно или мне придется заставить тебя извиниться силой?
Глядя на человека, стоящего перед ним, Хань Тин не мог сдержать улыбку и учащенного сердцебиения. Его взгляд, полный сосредоточенности, сиял невероятным восхищением.
Лей Яо усмехнулся:
— Вы принимаете в свою седьмую гильдию такого предателя, как Хань Тин? Похоже, вы берете кого попало. Неужели глава Янь действительно хочет стать врагом Лейтина ради такого отброса?!
Говоря это, Лей Яо начал окружать себя электрическими разрядами, угроза была очевидна.
Однако никто из наблюдающих за драмой не заметил, что все металлические предметы на их телах начали дрожать с невидимой глазу скоростью. Стоило Лей Яо начать атаку, как Хань Тин был готов мгновенно использовать металл для защиты или нападения.
Янь Цзинци смотрел на него как на клоуна:
— Похоже, ты выбрал второй вариант.
С этими словами на его ладони заплясало призрачное синее пламя. Его невыносимый жар заставил окружающих отступить на пару шагов. Лишь Хань Тин, стоявший ближе всех за его спиной, не сдвинулся ни на дюйм, глядя на мужчину перед собой с оттенком удивления и восторга.
Мужчина, излучающий аристократическое величие, спокойно стоял посреди площадки. В нем не было ни капли суетливости или раздражения, а его ровный голос пугал куда больше, чем крики. Синее пламя в его ладони делало его фигуру еще более загадочной, вызывая невольный трепет.
В глазах Лей Яо постепенно нарастала серьезность. Никаких колебаний энергии — он совершенно не мог определить уровень противника. Статус мастера огня был неоспорим, но почему не было колебаний? И это синее пламя — он никогда раньше не видел ничего подобного. А тот внезапный удар ветром? Все эти странности заставляли Лей Яо проявлять осторожность. Неужели, достигнув определенного уровня, можно скрывать колебания энергии? Если так, то какой же уровень у этого главы Яня? Чем больше он думал, тем сильнее корил себя за излишнюю импульсивность.
Подавив внутреннее смятение и заметив, что стоящий рядом Гун Тао не собирается вмешиваться, Лей Яо стиснул зубы и, проглотив гордость, произнес:
— Зачем же так злиться, глава Янь? Просто в моем легионе пропал очень важный человек, поэтому я немного погорячился. Я не питаю злых намерений к седьмой гильдии. Приношу свои искренние извинения за недавнюю грубость и надеюсь на ваше великодушие.
Янь Цзинци слегка изогнул губы в усмешке:
— Тебе следовало извиниться, когда я дал тебе выбор. Сейчас уже поздно, я не принимаю твоих слов. Пока не проучишься, такие люди, как ты, никогда не поймут, кого нельзя трогать.
Закончив, Янь Цзинци взмахнул рукой, и пламя разлетелось на бесчисленные искры, окружившие Лей Яо. Удушающий зной мгновенно сковал его.
Лей Яо понял, что боя не избежать. Он не стал отступать, и электричество вокруг него вспыхнуло с новой силой, превращаясь в извивающихся молниевых змей, летящих в сторону Янь Цзинци.
Янь Цзинци стоял, заложив руки за спину, даже не пытаясь уклониться. Когда змеи оказались в паре шагов, два потока пламени просто испепелили их.
Глаза Лей Яо налились кровью, он взревел, высвобождая всю мощь мастера третьего уровня. Многие вокруг побледнели, задыхаясь от давления. Огромный, трещащий от напряжения дракон из молний взмыл в воздух и с яростным рыком устремился к Янь Цзинци.
В руках Янь Цзинци внезапно возник длинный кроваво-красный кнут. Сверкнул сине-красный свет, и удар кнута, разрезающий воздух, сорвался с его руки. Огромное давление, накрывшее площадку, было рассечено надвое, и удар обрушился прямо на дракона. Тот, несмотря на свою мощь, был буквально разорван силой кнута, а остатки электричества поглотили окружающие искры.
Лицо Лей Яо исказилось от ужаса. Он вложил все силы в создание электрического щита, пытаясь сдержать удар. Ценой полного истощения энергии ему удалось спасти свою жизнь, но грудь была обожжена и покрыта рваными ранами.
Воцарилась гробовая тишина. Даже шрамолицый мужчина побледнел, мрачно глядя на поле боя. Земля была покрыта следами гари, кое-где поднимался белый дымок, а Лей Яо лежал посреди этого хаоса. Его люди давно попрятались, и никто не решался подойти, чтобы помочь.
Янь Цзинци зашагал к Лей Яо. После схватки у него не растрепался ни один волосок, одежда оставалась идеально чистой. По сравнению с жалким видом Лей Яо, он выглядел несоизмеримо сильнее. В головах у всех вертелась одна мысль: чаще всего громче всех шумят слабаки, а настоящая сила всегда спокойна и невозмутима.
Подойдя к Лей Яо, Янь Цзинци холодно посмотрел на него сверху вниз:
— Я не убиваю тебя лишь потому, что ты не достоин того, чтобы пачкать мои руки. Запомни этот урок. Если тебе не терпится отомстить — жди, пока не обретешь реальную силу. В следующий раз это будет не просто удар кнутом.
Янь Цзинци не хотел отпускать Лей Яо, ведь тот был опасной угрозой, но его собственная энергия была на исходе. Хотя бой длился всего два приема, он выложился полностью, чтобы добиться устрашающего эффекта. Это была классическая психологическая тактика, но крайне эффективная. Если бы он убил его сейчас, Лей Яо сражался бы до последнего, что могло выдать его истинные возможности. К тому же, за спиной Лейтина стоял департамент управления во главе с министром Ли, с которыми сейчас не хотелось связываться. В данных обстоятельствах отпустить его было меньшим злом.
Более того, Гун Тао тоже был мастером, и если бы он увидел, что Янь Цзинци добивает Лей Яо, то вряд ли остался бы в стороне. Сейчас был не лучший момент для открытого столкновения с департаментом, оставалось только ждать и терпеть.
Подавив подступивший к горлу привкус крови, Лей Яо дрожал — то ли от боли, то ли от страха. Он даже не смел поднять взгляд на эти холодные глаза, боясь, что в них прочитают его ужас.
Янь Цзинци обернулся и позвал:
— Хань Тин, иди сюда.
Хань Тин, уже насквозь промокший от пота, тут же подошел. Хотя он не наносил ударов, во время боя он устал не меньше, чем Янь Цзинци. Не зная истинной силы своего главы, он постоянно был на взводе, готовый вмешаться в любой момент.
Сила Янь Цзинци превзошла все ожидания. Хань Тин сам попал в ловушку, судя по отсутствию колебаний энергии, и решил, что тот обычный человек. Но, подумав, он осознал: разве можно выжить в апокалипсисе, не обладая силой? Хань Тина это только радовало, вот только покорить такого сильного человека будет куда сложнее.
Янь Цзинци, не подозревая, что у него за спиной планируют план по его покорению, взглянул на Хань Тина и спросил у Лей Яо:
— С первым делом разобрались, теперь второе. Хань Тин, этот человек, о котором говорил глава Лей, — это ты его увел?
Хань Тин с самым серьезным видом ответил:
— Нет.
Не увел, а просто убил.
Люди из легиона Лейтина, увидев, что Янь Цзинци не собирается убивать их главу, осторожно подняли Лей Яо. Услышав ответ Хань Тина, Лей Яо, опираясь на двух бойцов и прижимая руку к ране на груди, перевел взгляд на Кан Чэня.
Кан Чэнь, заметив это, поспешно воскликнул:
— Чего ты на меня смотришь? Кто ж не знает, что этот Сан И — твой тайный любовник? Зачем нам красть мужчину, от которого в бою толку ноль? Мы что, с жиру бесимся? Даже если у него есть пространственная способность, он же твой любовник! Кто знает, не присвоит ли он наши вещи? К тому же, такие плаксы нам и даром не нужны, только руки пачкать. Только у тебя такой странный вкус.
Многие знали, что Лейтин поддерживается министром Ли, потому что его сын — пара этого главы. И вот теперь, из-за какого-то любовника, он чуть не погиб. Интересно, как отреагирует сынок министра: пожалеет его или впадет в ярость?
Лицо Лей Яо меняло цвета с невероятной скоростью.
Янь Цзинци посмотрел на него:
— Ты слышал. Если ты все еще считаешь, что они украли твоего человека, я разрешаю тебе обыскать всю седьмую гильдию. Но если ничего не найдешь, я заставлю весь легион Лейтин расплачиваться за твои действия.
Шрамолицый мужчина подошел к ним, с опаской взглянул на Янь Цзинци и бесцеремонно бросил Лей Яо:
— Полдня уже развлекаетесь. Завтра в путь, если ты не хочешь отдыхать, другим это нужно!
Лей Яо окинул всех взглядом и, не сказав ни слова, в сопровождении своих людей заковылял к временному лагерю.
Янь Цзинци слегка улыбнулся, заметив взгляд шрамолицего:
— Господин Гун, и вам доброй ночи.
Сказав это, он вернулся в палатку, положив конец ночному фарсу.
Хань Тин хотел войти следом, но Янь Цзинци преградил ему путь. Посмотрев на часы, он произнес:
— Сейчас восемь вечера, завтра выступаем в пять, значит, подъем в четыре. Я не терплю ни звука, когда сплю, а невыспавшийся, я становлюсь очень злым. Твое первое задание в гильдии — охранять меня этой ночью. Стой снаружи. Если только небо не упадет на землю, не позволяй никому меня беспокоить. Справишься — хорошо, а если нет, мне придется пересмотреть твою профпригодность.
Хань Тин, глядя на погасший свет в палатке, невольно улыбнулся. Ну и прямолинейность. Раньше он хотя бы вежливо любезничал, но такой властный Янь Цзинци был чертовски хорош.
Кан Чэнь, увидев, как мужчину выставили караулить у входа, лишь покачал головой: безнадежно влюбленный идиот.
Вэй Имин принес Хань Тину одеяло, сочувственно похлопал по плечу и пошел спать. После того, что случилось сегодня, вряд ли кто-то осмелится снова лезть к ним. Кроме зомби, угроз здесь больше не было, так что можно было спокойно выспаться.
У Янь Цзинци было всего три палатки. На самом деле, это было сделано для того, чтобы ему было удобно возвращаться в другой мир, иначе в полевых условиях у него не было бы возможности уйти. Хотя он и не планировал возвращаться, но на случай непредвиденных обстоятельств это было необходимо. Он не ожидал, что палатка пригодится уже в первую ночь. Хотя удар казался простым, его энергия была истощена. Он не считал поглощение кристаллов безопасным, предпочитая энергию плодов сбора духов. Но их нельзя было доставать здесь, чтобы другие мастера не почувствовали ауру.
Дождавшись, пока снаружи все стихнет, Янь Цзинци немного поспал, восстанавливая силы, и ближе к десяти часам переместился обратно.
Достав плод сбора духов, он съел его целиком — видимо, из-за истощения организма. Прогнав энергию по каналам, он почувствовал, как резервы снова наполняются.
Раньше он тренировался только на зомби, это был его первый бой с мастером. Лей Яо был третьего уровня, но его сила казалась не слабее. Возможно, по уровню он уступал, но в реальном бою был вполне сопоставим. Риск был оправдан, результат эксперимента его удовлетворил. Он лучше осознал свои возможности.
А та демоническая лоза... не зря ее назвали демонической. После того как она коснулась крови Лей Яо, он почувствовал, как она возбудилась. Похоже, она действительно растет на крови. В следующий раз надо будет раздобыть пакет с плазмой и попробовать — если она растет на крови, это сэкономит кучу времени, иначе придется убивать или калечить слишком многих.
Благодаря наблюдательности Хань Тина, Янь Цзинци вернулся в апокалипсис тем же путем, каким уходил. Было два часа ночи. Лагерь спал, лишь изредка слышались шаги патрульных. Янь Цзинци закрыл глаза, продолжая медитировать, и только когда снаружи стало шумно, поднялся со спального мешка и потянулся. Хотя медитация заменяла сон, после бессонной ночи чувствовалась некая усталость.
Услышав шорох внутри, Хань Тин тут же вскочил и привел себя в порядок. Когда Янь Цзинци вышел, он увидел Хань Тина с одеялом в руках. Тот выглядел бодрым и с хорошим настроением улыбнулся:
— Доброе утро. Как спалось?
Янь Цзинци кивнул, окинул взглядом людей, собирающих вещи, и спросил:
— Сколько у вас человек, кроме этих трехсот? Есть ли свое оружие?
Хань Тин ответил:
— Есть оружие и немного еды. Кроме того, я уже слился с нефритовым кулоном, там пространство почти в тысячу квадратных метров, много припасов. Позже я достану немного еды, чтобы раздать людям.
Вэй Имин подошел к ним:
— Господин Янь, распределить тех людей по машинам? Если потесниться, они влезут.
Янь Цзинци немного подумал и кивнул:
— Распределите по машинам. Чем быстрее они освоятся, тем лучше будет взаимодействие. Пусть старшие в машинах следят за способностями каждого. Вечером пересчитаем людей, возьмем только тысячу, остальных отправим обратно в Личэн.
Когда Вэй Имин ушел, Янь Цзинци добавил:
— Твои запасы пока не трогай, если понадобится, я скажу.
После того как все было организовано, Хань Тин воспользовался моментом и залез в «Хаммер» Янь Цзинци. Кан Чэнь выгнал другого человека и тоже сел внутрь. Не успел Янь Цзинци их выгнать, как Хань Тин достал старую карту и, перейдя на деловой тон, начал обсуждать маршрут.
Вэй Имину, сидевшему рядом с Хань Тином, пришлось достать рюкзак и раздать всем еду. Передавая пакет Хань Тину, он сказал:
— Тем, кто пришел из Лейтина, тоже дадут еду, не волнуйтесь, голодать не будут. Вечером, когда отберем тех, кто вернется в Личэн, им выдадут оружие и машины.
Кан Чэнь, сидевший на пассажирском сиденье, нетерпеливо вскрыл упаковку: сушеные овощи, орехи, вяленое мясо, высококалорийные конфеты, галеты и витамины. Он удивленно вытаращил глаза:
— Ого! Полный паек! В седьмой гильдии у всех такое снаряжение? Вы что, миллионеры?!
Хань Тин задумчиво посмотрел на содержимое пакета. Прошло столько лет после апокалипсиса, а у них до сих пор такое снаряжение — похоже, его дорогой глава гильдии не так прост. Путь к его сердцу становится все сложнее. Хань Тин пожалел о своей былой «беспечности» — с его способностями он мог бы захватить целую базу, а теперь, без солидного капитала, даже ухаживать за человеком неловко.
Ле Сяо, сидевший за рулем, зубами разрывал кусок вяленого мяса. Оно было жестковатым, но вкусным — как раз то, что нужно, чтобы занять рот и утолить голод. Ле Сяо спросил:
— А эти люди вечером точно смогут уйти? Что если департамент не отпустит?
Кан Чэнь хмыкнул:
— Гун Тао не дурак. Сейчас он не станет с нами конфликтовать, иначе потеряет людей еще до того, как доберется до провинции Юй.
Ле Сяо недоуменно нахмурился:
— Есть вещь, которую я не понимаю: почему они знают, что идут на смерть, но не сопротивляются? Шрамолицый привел около пятисот человек, а нас здесь десять тысяч. Даже если наше оружие хуже, у нас огромное преимущество. Почему мы должны их слушать?
Кан Чэнь остекленевшим взглядом посмотрел на Ле Сяо. Он что, издевается? Как такой наивный человек вообще выжил в апокалипсисе?
Вэй Имин, уже знавший характер Ле Сяо, объяснил:
— Сопротивление означает открытый конфликт с департаментом управления. Если они не собираются возвращаться в Личэн, то ладно. Но среди десяти команд одна или две — союзники департамента. Как только кто-то взбунтуется, они встанут на сторону властей. Если доберемся до провинции Юй, может, и выживем, а если начнем бунт сейчас — точно умрем.
Ле Сяо буркнул:
— На крайний случай, можно прикончить их и поехать в Юй самим. Без надсмотрщиков за спиной, если не справимся, всегда можно отступить.
Вэй Имин покачал головой: если бы все было так просто.
Янь Цзинци, слушая их обсуждение, сидел с закрытыми глазами. Еще несколько дней назад седьмая гильдия уже отправила один отряд в Юй.
http://bllate.org/book/23373/2513936
Готово:
