В узком переулке Гу Тин сидел на корточках, обхватив колени руками. Позади него замер Туань Туань, готовый в любую секунду броситься в атаку, а метрах в трёх впереди маячили двое — большой и маленький, — которые только и знали, что звать его мамой.
Тот, что побольше, был самцом-инсектом. Он совершенно не стеснялся своей наготы: белоснежная кожа, стройные конечности... Разрезы на его руках и торсе, к счастью, плотно сомкнулись, лишь изредка подрагивая, когда он двигался, словно плоть пыталась раскрыться вопреки инстинктам, но всякий раз испуганно замирала. С первого взгляда его черты лица казались просто миловидными, но стоило присмотреться, как в них обнаруживалось необъяснимое, почти гипнотическое очарование. И что-то до боли знакомое.
Малыш же, весь перепачканный в собственной слюне, распластался на земле. Его вид выражал вселенскую скорбь, вызванную тем, что мама наотрез отказывался подпускать его к себе.
Гу Тин не сдержался и, поморщившись, прикрыл нос рукой. Заметив, что оба существа уставились на него, он невольно объяснил:
— Вы... вы слишком сильно пахнете.
Юноша поджал ноги, опустился на все четыре конечности и, словно огромный пёс, встряхнулся всем телом. В его чёрных блестящих глазах светилось безграничное обожание:
— Мама!
Вслед за старшим засуетился и малыш. Извиваясь всем тельцем среди зловонных куч мусора, он тоже завопил:
— Мама!
Самец-инсект, почувствовав, что его провоцируют, бросил на крошечное существо ледяной взгляд, полный убийственного намерения, и протянул руку, собираясь его раздавить.
— Не смей! — тут же одёрнул его Гу Тин.
Самец замер с полуподнятой рукой и виновато, почти подобострастно оскалился, хотя улыбка вышла донельзя натянутой.
— Не двигаться. Сначала ответишь на пару вопросов. — Гу Тин поманил Туань Туаня. Тот послушно подошёл, и дуло его пушки, толщиной в бедро взрослого самца, уставилось прямо в грудь незнакомцу. Затем Гу Тин повернулся к извивающемуся на земле кристаллу: — Кристалл, иди сюда.
Маленький красный жучок, услышав зов мамы, радостно затрепетал, юркнул к нему и напоследок бросил вызывающий взгляд на большого самца. Тот оскалился в ответ, но, стоило ему поймать взгляд Гу Тина, как он тут же покорно присел на корточки.
Маленький самец, несмотря на юный возраст и нежное лицо, сейчас выглядел весьма внушительно:
— Кто ты? Как тебя зовут?
— Со Сюнь. Мама может звать меня Со Сюнь!
Гу Тин нахмурился:
— Ты Со Сюнь из рода Око Мусин?
К этому существу, с которым его едва не принудили связать узы, Гу Тин не питал ни капли симпатии. В конце концов, именно Клейн и его шайка продали его Оку Мусин, а потом его и вовсе насильно утащили. Если бы не странная духовная сила внутри него, неизвестно, стал бы он сейчас чьим-то кормом.
— Да... — Со Сюнь, заметив настороженность юноши, робко отозвался. К счастью, он обладал утончённой внешностью, иначе такая манера поведения в исполнении какого-нибудь здоровяка выглядела бы просто отвратительно.
— Зачем ты пришёл сюда?
— Искал маму.
— Как ты добрался?
— Плыл, вышел на берег, полз сюда.
Сначала Со Сюнь пытался идти на ногах, но постоянно спотыкался, да и шаг был нетвёрдым. Решив, что это пустая трата времени, он выбрал путь там, где поменьше народа, и прополз через весь город. Он хотел найти маму по запаху, но когда на улицах стало слишком много инсектов, спрятался в мусорном баке. Кто же знал, что это привлечёт его вторую половину?
Впрочем... Со Сюнь украдкой взглянул на свою маму и довольно заулыбался. Эта половинка оказалась полезной, раз смогла привести его к маме. Можно и повременить с тем, чтобы её съесть.
— Я не твоя мама, — отрезал Гу Тин.
— Ты! — Со Сюнь широко раскрыл глаза, всем своим видом выражая нетерпение. Он хотел подползти ближе, но испугался, что мама побрезгует его запахом, поэтому остался сидеть на месте, выглядя донельзя жалко. Несмотря на то, что он был старше Гу Тина, в его поведении было столько детской неуверенности, что он лишь продолжал твердить одно и то же: — Ты мама! Ты правда мама... Я не мог ошибиться, от тебя пахнет мамой...
— Кристалл — это часть тебя, верно? — Гу Тин указал на маленького жучка.
Упомянутый Кристалл тут же вытянулся в струнку, приготовившись к выволочке.
— М-м, — Со Сюнь обиженно засопел, не понимая, почему мама его не признает. — Но он не такой сильный, как я.
Гу Тин продолжал хмуриться. Его лицо, немного округлившееся за последнее время, сейчас было очень серьёзным. Он долго разглядывал Со Сюня, чувствуя в нём что-то глубоко ненормальное. Казалось, перед ним взрослый инсект с сознанием ребёнка. Его разум был повреждён.
Поняв это, Гу Тин растерялся и решил вызвать Кэмпбелла.
Кэмпбелл прибыл быстро, в сопровождении Амора. Елай был занят бумажной работой, а Энгеля Кэмпбелл припахал к делам.
Стоило Со Сюню увидеть Кэмпбелла, как он вмиг преобразился: шерсть встала дыбом, тело напряглось, источая агрессию. Те самые шрамы на его конечностях задрожали и вдруг раскрылись, обнажая внутри оранжевые глазные яблоки.
Гу Тин замер. В памяти всплыла первая встреча с Кристаллом: тёмная комната, разъеденные цепи и длинное тело, скованное путами. Теперь он вспомнил, что в том полумраке на коже существа проступали сотни тёмных щелей, напоминавших закрытые глаза...
Лицо Кэмпбелла помрачнело. С брезгливостью взглянув на Со Сюня, он прикрыл глаза маленькому сокровищу:
— Не смотри на эту дрянь.
Не успел Гу Тин ответить, как Со Сюнь, взбешённый пренебрежительным словом, окончательно утратил рассудок. Он обернулся огромным красно-мясным червем, а его оранжевые глаза, рассыпанные по телу, словно жуткие звёзды, вспыхнули в темноте переулка.
Обезумев от трансформации, Со Сюнь с бормотанием мама бросился на Кэмпбелла. Тот, не теряя ни секунды, отступил, подхватил Гу Тина на руки, второй рукой подхватил Туань Туаня и, оттолкнувшись, взмыл на крышу, выпустив чёрные паучьи лапы.
— Амор!
— Иду, босс!
Амор тоже мгновенно трансформировался. Его огромные розовые крылья были местами облезлыми, но это ничуть не мешало ему сражаться. Огромная фигура мотылька заполнила собой переулок, подняв вихрь из пыли и мусора.
Кристалл, всё это время лежавший на земле, успел прыгнуть на Туань Туаня и вместе с ним оказался на крыше.
Гу Тин, чьи глаза всё ещё были закрыты рукой Кэмпбелла, нащупал его пальцы и слегка сжал их. Кэмпбелл не шелохнулся.
— Кэмпбелл, я хочу посмотреть, — попросил Гу Тин.
Кэмпбелл бросил взгляд на летящие внизу обломки и глухо ответил:
— Это не для твоих глаз.
— Но... я уже не маленький.
Кэмпбелл не дрогнул, но его ладонь, по которой щекотно скользили ресницы Гу Тина, вдруг отозвалась странным зудом — словно крошечное семечко пустило корни прямо в его кожу.
Он убрал руку, но не отстранился, продолжая придерживать юношу за спину.
Гу Тин прищурился, глядя на битву. Переулок был слишком тесен для двух таких огромных тварей, и вскоре от мусорных баков не осталось ничего, кроме кучи мусора.
— Мы так и оставим их драться?
— Ничего, скоро придут уборщики, — Кэмпбелл был невозмутим. Будучи главой Звёздного Альянса, он не мог тратить время на всякий мусор. — Кстати, — перевёл он тему, — самцы должны жить в общежитии и участвовать в социальных программах. Что ты об этом думаешь?
Гу Тин вздрогнул, задумался, склонив голову набок, и посмотрел на Кэмпбелла:
— Кэмпбелл, а что думаешь ты?
Кэмпбелл опустил взгляд. С его высоты он видел чистые глаза юноши — синие, как небо, в которых больше не было пустоты, лишь мягкость, притягивающая к себе.
— Тебе стоит попытаться с ними пообщаться. — Поняв, что звучит слишком сухо, он добавил: — Тебе нужны друзья среди самцов.
— Разве вас мне недостаточно?
Кэмпбелл медленно покачал головой, его взгляд оставался твёрдым и спокойным.
— Ладно, — Гу Тин надул губы, проявляя детское упрямство. Он продолжал держаться за край одежды Кэмпбелла и согласился, хотя общение с другими самцами его уже не так интересовало — в конце концов, в его сердце были звёзды и океаны.
Тем временем битва внизу подошла к концу. Амор, сражавшийся в полную силу, и Со Сюнь, действовавший исключительно на инстинктах, были почти равны, но безумие Амора взяло верх. Как только Кэмпбелл скомандовал стоп, розовый мотылёк, победно хлопая крыльями, приземлился на притихшего красного червя.
В переулке летали мусор и розовый пух. Гу Тин хотел было взглянуть, но Кэмпбелл снова закрыл ему глаза.
— Они нагие. Не смотри. — С этими словами он достал из своего пространственного хранилища два куска ткани и бросил их вниз.
Раздался шорох, и когда Гу Тин снова взглянул вниз, Амор уже был закутан в ткань, как и пришедший в человеческий облик Со Сюнь. Последний, казалось, пришёл в себя: он сидел, съёжившись под тканью, глаза его были закрыты, а по щекам текли слёзы. Увидев, как Кэмпбелл спускает Гу Тина на землю, он тут же рванулся к нему:
— Мама! Больно!
Кэмпбелл и Амор: ?
Лицо Гу Тина застыло. Кристалл, которого он только что вытер и спрятал в карман, высунул голову и, несмотря на крошечный рот, завопил громче Со Сюня:
— Мама!
Атмосфера стала невыносимо неловкой.
Полчаса спустя.
Вымытый и одетый Со Сюнь сидел на борту звездолёта под бдительным присмотром Амора и Энгеля. Он не выказывал ни капли страха, лишь неотрывно смотрел на Гу Тина. Елай, подошедший со стопкой запросов, полученных от Ока Мусин, потряс ими и спросил:
— Ты пришёл из-за Глея из Ока Мусин?
Неудивительно, что Елай так подумал: количество запросов на встречу из порта Дельгагая росло с каждым днём. Но они помнили, как старик из Ока Мусин пытался обвести их маленькое сокровище вокруг пальца, и не спешили давать согласие. Пусть понервничает. Да и в нынешнем Альянсе способности Ока Мусин не стоили и ломаного гроша — только глупые правители прошлого могли преклоняться перед подобными легендами.
Со Сюнь даже не моргнул, продолжая смотреть на юношу. Если бы Кэмпбелл не видел в его глазах только детскую привязанность, он бы уже давно его прибил.
— Нет, — моргнул Со Сюнь. — Я пришёл к маме.
Елай нахмурился. В обществе инсектов слово мама не было в ходу, многие даже не понимали его значения. Но Елай, прочитавший немало древних книг, знал: в легендах так называли лишь верховную Мать-Инсекта.
Пока Елай собирался спросить, кто такая эта мама, Гу Тин, тихо сидевший в стороне, подал голос:
— Э-э, кажется, он пришёл ко мне.
Все взгляды скрестились на маленьком сокровище. Гу Тин, почувствовав давление, достал из кармана свернувшегося клубочком Кристалла и вкратце всё объяснил. Встретив неодобрительные взгляды Энгеля и Елая, он почесал нос и виновато добавил:
— Кэмпбелл знает об этом.
В ту же секунду на сереброволосого самца обрушились гневные взоры Елая и Энгеля.
Амор, который всё это время не понимал, что происходит, радостно подскочил к Гу Тину:
— У Кристалла такой красивый цвет! Как у меня. Маленький сокровище, если ты любишь Кристалл, значит, любишь и меня?
Со Сюнь, увидев, что другие самцы заняты спором, осторожно придвинулся к Гу Тину, уселся у его ног и обнял за ногу, положив голову на колени.
— Мама, мама... — продолжал он бормотать.
— Маленькое сокровище — моё, — предупредил Амор.
Со Сюнь, помня о недавней драке, холодно зыркнул на него. Видя, что юноша молчит, он просто залез к нему на руки. Теперь это выглядело так: стройный юноша обнимает несовершеннолетнего самца и зовёт его мамой, в то время как Амор тянет его за шиворот назад.
Гу Тин тяжело вздохнул, задаваясь вопросом: кто из них здесь на самом деле несовершеннолетний?
В отличие от них, взрослая группа была спокойнее. Энгель отцепил обоих самцов от Гу Тина и отбросил их в сторону, после чего сказал Кэмпбеллу:
— Неизвестное существо рядом с сокровищем — это небезопасно.
Елай кивнул:
— Согласен. К тому же оно связано с Оком Мусин. Ты же знаешь, какие грязные дела они творят?
— Он знает, что делает, — Кэмпбелл доверял выбору Гу Тина. Именно поэтому он позволил Кристаллу остаться, когда впервые его заметил. Он был уверен: рядом с ним с сокровищем ничего не случится. — Вам стоит научиться доверять ему.
В глазах Кэмпбелла Гу Тин был растущим, сияющим камнем, но для Елая и Энгеля он оставался хрупким ростком, который нужно беречь от всего мира.
Видя, что самцы не могут прийти к согласию, Гу Тин тихо сказал:
— На самом деле я чувствую, что Кристалл не причинит мне вреда.
Елай нахмурился:
— Око Мусин использует кровь, чтобы контролировать самцов.
— Но это если самец выпьет кровь Ока Мусин, — Гу Тин смущённо почесал щеку. — Кристалл зовёт меня мамой, потому что, скорее всего, выпил моей крови.
Тайну своей крови Гу Тин хранил при себе. Он не был уверен, стоит ли рассказывать всё, но чувствовал, что эти самцы заслуживают доверия. Конечно, кроме Со Сюня, который всё ещё смотрел на него щенячьими глазами.
Со Сюнь: У-у-у, мама мной пренебрегает!
http://bllate.org/book/22978/2452130
Готово:
