Настоятель протянул Юй Ляну свои чётки:
— Эти буддийские чётки перешли ко мне в руки с тех пор, как я принял должность настоятеля Храма Ланинь. Сегодня я дарую эту вещь благотворителю в знак пожелания гладкой и благополучной жизни.
Ленивый наставник остановил Юй Ляна, который уже собирался заговорить:
— Бери, тебе от этого будет только польза.
Юй Лян заглянул в ладонь. Чётки излучали прохладу, напоминавшую чистый родник, которая вливалась в его тело. Прежде лёгкое и обессиленное, оно теперь постепенно обретало твёрдую опору, а в голове утихла невыносимая распирающая боль, терзавшая его ещё до подъема на гору.
Но… но…
Глядя на Юй Ляна, чьё выражение лица казалось то ли смущенным, то ли робким, Ленивый наставник скривился с легким презрением:
— Что это у тебя за лицо?
— Учитель, я… я не хочу становиться настоятелем! У меня нет мудрости к постижению Будды, мои шесть чувств еще не очищены от мирских страстей.
Юй Лян держал их так, будто в руках у него оказалась раскаленная картошка, и поспешно протянул чётки обратно. Чётки настоятеля — эту вещь принимать никак нельзя!
Настоятель и Ленивый наставник на мгновение замерли, а затем громко рассмеялись. Они уже давно не испытывали такой искренней радости.
Настоятель погладил бороду на подбородке, скрывая улыбку:
— Маленький благотворитель, не беспокойся. Считай это просто знаком внимания от нашего храма, это вовсе не символ преемственности настоятеля.
Ленивый наставник добавил шпильку:
— С твоим-то сердцем, доверху полным мирской суеты и запутанных привязанностей, врата Будды для тебя уже наглухо закрыты.
Этот парень, похоже, ещё не до конца вернулся в своё тело после скитаний духа и даже не соображает, какую чепуху несёт. Разве можно так легкомысленно подходить к передаче сана настоятеля? Амитабха, дитя брякнуло лишнее, и он стукнул Юй Ляна чётками по затылку в знак наказания.
Юй Лян густо покраснел, и его рассудок немного прояснился.
Настоятель оттолкнул его руку обратно:
— Ты только что застрял в кошмарном сне. Эта вещь долгие годы находилась в храме и обладает немалой силой очищения. Маленькому благотворителю непременно стоит носить её при себе, это пойдёт тебе на пользу. Маленький благотворитель, не мог бы ты рассказать, что именно тебе привиделось во сне?
При воспоминании Юй Ляну всё еще было немного жутковато, но чётки в руке вовремя передали ему силы.
— Я очень долго находился в каком-то месте, где не было абсолютно ничего. Я не мог найти дорогу, не видел людей, не слышал звуков, вокруг простиралась одна лишь ослепительно-белая пустота. Я хотел проснуться, но как ни старался, не мог.
Бескрайняя пустота!
Похоже, он случайно коснулся запретного табу. Амитабха. Хорошо еще, что человека удалось вытащить обратно.
Настоятель подсказал:
— Прежде чем попасть в то место, не видел ли ты кого-нибудь, не совершал ли чего или, может быть, что-то сказал?
Что-то сказал? Неужели?.. Изначально он хотел рассказать Чу Ину, что настоятель Храма Ланинь, возможно, знает способ всё исправить.
Сердечко Юй Ляна упало. Выходит, это было запретное табу, о котором нельзя говорить вслух? Тогда как же быть Ши Гуану? Как быть Чу Ину?
Он посмотрел на Ленивого наставника — в его взгляде читались нерешительность, растерянность и внутренняя борьба.
Благодаря Ши Гуану, Юй Лян уже успел немного привыкнуть к Ленивому наставнику, и теперь в его глазах светились доверие и мольба.
— Учитель, мне можно говорить?
Он не хотел возвращаться в ту пустоту, но в то же время страстно желал отыскать путь к спасению для Ши Гуана и Чу Ина.
Ленивый наставник закрыл глаза. Вот опять. Ничему хорошему у того паренька не научился, умеет только приходить и доставлять ему хлопоты. Жизнь этого монаха — сущая горесть.
— Нельзя говорить — так и не говори.
— Учитель… — Юй Лян жалобно посмотрел на Ленивого наставника, а затем перевел взгляд на настоятеля.
Ленивый наставник потрепал его по макушке:
— Скажи то, что сказать разрешено.
— А?
— Чего ты акаешь? Зачем ты сегодня поднялся на гору? Чуть ведь полжизни не потерял, — прямо заявил Ленивый наставник.
Юй Лян вспомнил о семечке, которое пронеслось сквозь пространство и время, и торопливо принялся шарить в плетеной корзине для белья у изголовья кровати. Достав оттуда какой-то предмет, он произнес:
— Учитель, взгляните на это.
— Откуда у тебя этот памятный дар?
Настоятель вгляделся в семечко на ладони Юй Ляна. Иероглифы на нём в точности совпадали с почерком на тысячелетней вывеске Храма Ланинь и с росчерками кисти старого друга на складном веере.
— Памятный дар? Я увидел его во сне… Увидел одного друга, это семечко посадил он. Во сне произошла небольшая неприятность, а когда я проснулся, оно уже было у меня в руке.
Юй Лян боялся, что наставники не поверят — всё это звучало слишком невероятно и мистично.
Ленивый наставник посмотрел на семечко и подтолкнул его к ответу:
— Кто тебе его дал?
Юй Лян растерялся. Чу Ин ему ничего не давал: оно выпало ему прямо в руки, когда он принимал цветочный горшок, он схватил его совершенно случайно!
Он поднял взгляд на Ленивого наставника, собираясь заговорить.
Ленивый наставник поспешно перебил:
— Кто… тебе его дал? — в его тоне явно слышался намек.
Юй Лян нахмурил брови, в вопросе Ленивого наставника крылся глубокий смысл.
Он снова вспомнил все эти невероятные сновидения за последнее время, а также слова настоятеля из Южного Чэня: Небеса сами привели меня туда? Что потерял, то и обрел? Случайность? Неужели это правда была случайность? Или?.. Настоятель из Южного Чэня пытался на что-то мне указать?
Юй Лян смутно почувствовал, что Ленивый наставник задает вопрос так, будто подставляет ему приставную лестницу.
Эта лестница определенно предназначалась не ему, иначе наставнику не было нужды расспрашивать его подобным образом.
Значит, эта лестница протянута Чу Ину! Тогда его собственный ответ должен быть решающим. Мысли в голове Юй Ляна закрутились с невероятной скоростью, словно он сдавал важнейший экзамен в своей жизни.
Сделав серьезное лицо, он произнес:
— Его принес мне Чу Ин из Южной Лян.
Настоятель и Ленивый наставник мысленно с облегчением выдохнули: парень оказался достаточно сонятлив и не растерял ценность этого дара.
Настоятель поднялся с места и вместе с Ленивым наставником отвесил поклон в сторону Юй Ляна.
— Причина и следствие не бывают без возмездия, время и пространство не станут преградой. Благотворитель, Храм Ланинь ждал тебя уже очень давно. — Эти слова были обращены к семечку, они были обращены к Чу Ину.
Юй Лян сделал правильную ставку.
Настоятель жестом велел младшему брату разобраться с остальными делами, а сам отправился в главный зал, чтобы отнести туда еще одно подношение от старого друга.
Юй Лян чувствовал, что его ответ словно отпер какую-то потайную дверь или запустил скрытый ритуал, но никак не мог уловить нить происходящего и сидел совершенно сбитый с толку.
Ленивый наставник уселся рядом и принялся развеивать сомнения Юй Ляна: раз он задолжал этому ребенку полжизни и принял услугу по возвращению реликвии, ему следовало до конца разъяснить парню всю суть дела.
— Раз уж ты смог получить реликварный дар от Чу Ина, надо полагать, вы уже встретились и признали друг друга?
— Да.
Юй Лян подробно пересказал Ленивому наставнику всё, что видел и слышал в качестве бесплотного духа во время путешествия в Южную Лян и Южный Чэнь:
— Учитель, что означают слова настоятеля Южного Чэня: две яшмовые подвески падают в мир пыли, божественный свет взаимно влечет их обратно?
Одна кармическая нить завязана на два конца, тысяча бедствий — словно звездная река, по которой они плывут плечом к плечу. Судьба близнецов-двойников распутывает эту тысячелетнюю кармическую цепь, иронична же эта штука — судьба.
— Вы с Ши Гуаном обладаете двойными звездными судьбами. Звездные судьбы двойников требуют, чтобы оба питали друг к другу искренние чувства и находились в одном месте — только тогда они смогут стать видимыми. Прежде вы оба тоже появлялись в храме вместе, но в те дни на вас двоих еще не проявилась эта предначертанная судьба.
Двойники существуют и рождаются в симбиозе: если одна сторона теряет силу, сильная сторона непременно поможет слабой, чтобы достичь равновесия.
Переплетенные звезды неразрывны.
Юй Лян никогда прежде не сталкивался с понятиями вроде предопределенной судьбы, поэтому чувствовал себя совершенно растерянным:
— Двойные звездные судьбы? Учитель, я не совсем понимаю.
Ленивый наставник призадумался. Звездные судьбы двойников уже повлияли на всю историю с исполнением обета, и они наверняка продолжат играть роль в будущем. Эту историю следовало объяснить Юй Ляну с самого начала.
— Дело сложное, давай я сначала расскажу тебе об истоках Храма Ланинь и его связи с Чу Ином.
Храм Ланинь изначально был дворцовым монастырем, построенным императором Южной Лян при жизни. Перед смертью он оставил тайный указ, велев после его кончины превратить Храм Ланинь в частную обитель, которая должна была принять на себя кармические долги усопшего правителя Южной Лян.
Об этом не нужно было объявлять во все услышание, но каждый последующий настоятель обязан был знать: отныне у обители есть лишь один истинный хозяин по имени Чу Ин.
Также он потребовал возвести в честь хозяина статую Будды и день и ночь возносить молитвы с чтением сутр.
Император У-ди пожертвовал храму несметные сокровища из императорской сокровищницы, чтобы обеспечить его дальнейшее существование, и с тех пор Храм Ланинь официально прекратил зависеть от императорской поддержки.
Первый настоятель Храма Ланинь обладал глубочайшими познаниями в Дхарме. У смертного одра императора У-ди он получил божественное откровение и оставил пророчество:
[Каждая встреча уникальна, миром должно дорожить; если настанет день новой встречи, значит, жива прежняя кармическая связь. Кармическая веревка обвивает шею, тысячам жизней не вырваться, клинок причины вонзается в кости, за тысячи ли пути вы неизбежно встретитесь.]
А перед уходом в нирвану он завещал храму вечную миссию: если истинный хозяин вернется или же явится тот, кто владеет его памятным даром, Храм Ланинь должен всеми силами обители помочь ему исполнить три желания. Если же он откажется принять помощь, Храм Ланинь должен продолжать повседневные духовные практики и безмолвно молиться о благополучии хозяина на протяжении десяти тысяч лет.
Пока Храм Ланинь стоит на земле, в течение всех десяти тысяч лет каждый день необходимо помнить об этой миссии. Лишь после ее выполнения кармические долги Храма Ланинь будут искуплены, и обитель наконец обретет истинное завершение.
http://bllate.org/book/22958/2448547
Готово:
