— Я понимаю, это называется поцелуй дружбы, среди нас, натуралов, это совершенно нормально. Давай, Хэ Хао, чмок!
Сказав это, Ван Чжо послал воздушный поцелуй другому парню. Тот, кого звали Хэ Хао, протянул руку, словно поймал его в воздухе, прижал к лицу и ответил тем же:
— Чмок!
Линь Фэйжань покраснел от поведения этих придурков и решил лучше посмотреть на призрака. Девочка-призрак тоже пристально наблюдала за шумными парнями, склонив голову набок, — она явно не понимала, что происходит, и в её глазах читалось недоумение.
Черт возьми, они же так растлевают цветы жизни! Даже если цветок уже увял, он всё равно остается цветком. Отвлекшись на их выходки, Линь Фэйжань почувствовал, что страх немного отступил. Он помахал девочке-призраку:
— Привет, малышка. Не смотри на них, те ребята — психи.
Услышав голос Линь Фэйжаня, маленькая фигурка призрака слегка вздрогнула, но не шелохнулась и не издала ни звука. Линь Фэйжань подождал несколько секунд, не дождался ответа, облизнул пересохшие губы и снова спросил:
— Малышка, ты меня слышишь?
Девочка-призрак с удивлением посмотрела на него, но по-прежнему молчала. Видя, что она не проявляет агрессии и не собирается внезапно превращаться в нечто жуткое, Линь Фэйжань немного расслабился, и его язык перестал заплетаться:
— У меня Инь-ян глаза, я вижу тебя. Можно мне с тобой поговорить?
Девочка-призрак захлопала глазами, из которых сочилась кровь, и, словно испугавшись, осторожно отодвинулась от него на метр. Мама говорила, что с незнакомцами разговаривать нельзя! Особенно со странными братьями и дядями!
Линь Фэйжань: ...
Я что, похож на плохого парня?
— Нет, ну чего ты убегаешь, если я с тобой разговариваю? — недовольно спросил он.
Заметив его тон, девочка-призрак медленно отползла еще дальше и крепче обхватила колени руками. Линь Фэйжаню пришлось смягчить голос:
— Старший брат не плохой человек, не бойся, ладно?
Сказав это, он вдруг понял, что фраза звучит странно. Почему это призрак боится меня больше, чем я его?! Хотя именно мне должно быть страшнее!
Лицо Линь Фэйжаня обладало определенным обаянием, а когда он добавил в голос мягкости, девочка-призрак перестала убегать. Она лишь спрятала лицо в руках, чуть приподняв его, чтобы одним глазом, из которого текла кровавая слеза, украдкой наблюдать за этим красивым, но подозрительным старшим братом. Если бы так сделала живая маленькая девочка, это было бы мило, но в исполнении призрака выглядело жутко.
Линь Фэйжань, дрожа, принялся успокаивать и себя, и её:
— Не бойся, не бойся...
Когда эмоции улеглись, Линь Фэйжань перестал смотреть на девочку-призрака. Он перевел взгляд на Гу Кайфэна и тихо спросил:
— Ты знаешь Учителя Чжэн?
Девочка-призрак не ответила, лишь тихо хмыкнула. Если не обращать внимания на её безжизненное лицо, она казалась обычным застенчивым ребенком.
— Ты дочь Учителя Чжэн? — предположил Линь Фэйжань.
Учителю Чжэн было около сорока, но её сын, кажется, учился только во втором классе начальной школы. Если это был её первый ребенок, то родила она довольно поздно. Линь Фэйжань подумал, что вероятнее всего, у неё был еще один ребенок, который трагически погиб.
Девочка-призрак помедлила и снова хмыкнула.
— Эх, — Линь Фэйжань всегда считал Учителя Чжэн хорошим человеком. Узнав, что она потеряла дочь, он невольно вздохнул и осторожно спросил: — Ты... случился несчастный случай или ты заболела?
Девочка-призрак, казалось, не хотела об этом говорить. Помявшись, она протянула бледную ручку и показала жест «два».
Второй вариант? Линь Фэйжань быстро взглянул на неё:
— Из-за болезни?
Девочка-призрак кивнула.
Общение с призраком шло на удивление гладко, и Линь Фэйжань окончательно расслабился:
— А у тебя есть какое-то неисполненное желание? Я могу тебе помочь?
Девочка-призрак засомневалась. Она окинула Линь Фэйжаня взглядом своих черных, как колодец, глаз, словно не доверяя ему, медленно покачала головой, встала, по привычке отряхнула несуществующую пыль с юбочки и быстро убежала. Её тонкая, призрачная фигура прошла сквозь стену и мгновенно исчезла.
Линь Фэйжаня это не удивило. У него была двоюродная сестра такого же возраста, и он знал, что дети часто с опаской относятся к незнакомцам. Было бы странно, если бы девочка-призрак выложила всё сразу после пары фраз.
Раздался стук баскетбольного мяча о кольцо, затем глухой удар о пол. Мяч поймали чьи-то красивые руки. Линь Фэйжань посмотрел на мяч, который девочка-призрак так хотела, но не могла коснуться, и у него созрел план.
Бедная девочка, подумал он. Если она умерла от болезни, то, возможно, и при жизни была не очень счастлива: пока другие дети играли, она, скорее всего, пропадала в больницах.
— Видел, какой трехочковый я только что забросил? — Гу Кайфэн, обнимая мяч, подбежал к нему, излучая яркую Ян-ци. По пути он прошел сквозь двух ленивых призраков, спавших на полу. Раздались звуки «пуп-пуп», и призраки, чьи животы оказались обожжены его мощной энергией, проснулись и недовольно заворчали.
— Видел, — Линь Фэйжань открутил крышку бутылки с водой и протянул её Гу Кайфэну. Когда тот потянулся, Линь Фэйжань намеренно коснулся его пальцев, и те два призрака, лежавшие на полу и ругавшиеся, исчезли.
— Новая? — Гу Кайфэн вытер пот, посмотрел на нераспечатанную воду, не стал пить, плотно закрутил крышку и вернул Линь Фэйжаню. Вместо этого он взял ту бутылку, из которой Линь Фэйжань уже отпил больше половины, и сделал несколько больших глотков прямо из горлышка. Под сложным взглядом Линь Фэйжаня он вытер губы и с улыбкой произнес: — Эта вкуснее.
Линь Фэйжань: ...
Если Гу Кайфэн когда-нибудь умрет, то только от собственной наглости!
После ужина они пошли на самоподготовку и вернулись в общежитие в половине девятого. Линь Фэйжань достал из ящика стола блокнот, оставленный дедушкой, чтобы еще раз перечитать способы подношений для призраков. Гу Кайфэн, сидевший рядом, листал сборник задач, но вдруг толкнул Линь Фэйжаня коленом:
— Малыш, как успехи за эти два дня?
— Неплохо, — при упоминании экзаменов глаза Линь Фэйжаня загорелись. — Я ответил на все последние задачи по математике и физике, да и сочинение должно быть хорошим — я выучил несколько универсальных примеров, три из них как раз подошли.
— Значит, место в рейтинге поднимется? — неторопливо спросил Гу Кайфэн.
Линь Фэйжань усмехнулся и потер кончик носа:
— Думаю, в этот раз я даже обгоню тебя.
Гу Кайфэн обрадовался, словно только этого и ждал:
— А если не обгонишь? Поспорим на что-нибудь?
Линь Фэйжань хитро прищурился:
— Спорить-то я согласен, но только не на поцелуи в случае проигрыша. Об этом забудь.
Гу Кайфэн цокнул языком:
— Рань, тебя уже не так легко провести.
— Я знаю, что ты задумал, — хмыкнул Линь Фэйжань.
— Тогда так: если проиграешь, целовать меня не нужно, — Гу Кайфэн медленно опустил руку и вдруг переплел свои пальцы с правой рукой Линь Фэйжаня. — Если проиграешь, согласишься со мной встречаться и официально станешь моим парнем.
Линь Фэйжань помолчал, а потом искренне удивился:
— Оказывается, ты знаешь, что я не твой парень?
Гу Кайфэн томно посмотрел на него:
— Конечно знаю. Ты же до сих пор не дал мне внятного ответа.
Линь Фэйжань даже растерялся:
— Тогда почему ты ведешь себя так... так...
Гу Кайфэн едва заметно улыбнулся:
— Наш учитель обществознания говорил: некоторые регионы и некоторые люди могут начать любить первыми, чтобы потом повести за собой остальных и постепенно достичь всеобщей любви.
Линь Фэйжаня слегка зашатало, он схватился за лоб, опираясь на стол:
— Ты так хорошо знаешь обществознание? Почему не пошел на гуманитарный профиль?
— Если бы я пошел на гуманитарный, как бы я оказался с тобой в одном классе? — спокойно ответил Гу Кайфэн.
— Я с тобой спорить не буду, даже не надейся. — Линь Фэйжань отвернулся от него и углубился в записи дедушки.
***
Линь Фэйжань еще некоторое время смотрел в блокнот, а потом, словно только вспомнив, вырвал свою руку из пальцев Гу Кайфэна. Тот нагло схватил её снова. Линь Фэйжань попытался вырваться, но Гу Кайфэн крепко сжал его ладонь и, чтобы отвлечь внимание, спросил:
— Рань, что читаешь?
— Это... кое-что, оставленное дедушкой... — Линь Фэйжань подумал, что это может стать хорошей зацепкой, чтобы Гу Кайфэн сам догадался до правды, и пододвинул блокнот к нему: — Посмотри сам.
Гу Кайфэн мельком глянул на страницы и с озадаченной улыбкой посмотрел на ожидающего Линь Фэйжаня:
— Он же пустой, что там смотреть?
Линь Фэйжань опустил взгляд на блокнот, исписанный сине-черными чернилами, сглотнул слюну и ответил дрожащим голосом:
— Пустой?
Гу Кайфэн усмехнулся, широко открыл глаза, чтобы показать серьезность намерений, и уверенно добавил:
— Ну да, пустой.
— Там же... — Линь Фэйжань замолчал, слова застряли в горле.
— Что там? — Гу Кайфэн взял блокнот, поднес к лампе и принялся внимательно изучать каждую страницу, словно пытаясь прожечь в бумаге дыру. Наконец, он отложил блокнот, потрепал Линь Фэйжаня по голове и со смешанным чувством раздражения и веселья сказал: — Малыш, ты решил меня разыграть?
Линь Фэйжань смотрел на записи, которые видел только он, и молча прикусил губу. Холод беспомощности пополз вверх по позвоночнику, заставляя спину болеть. Это событие еще раз напомнило ему: какие бы странности или трудности его ни ждали, он обречен справляться с ними в одиночку. Не то что просить помощи — даже просто выговориться стало роскошью. Линь Фэйжань с тревогой поерзал, пытаясь отогнать негативные мысли:
— Ничего, просто пошутил.
Гу Кайфэн внимательно посмотрел на него, не отпуская руки, и повернул лицо Линь Фэйжаня к себе. Его брови слегка нахмурились:
— Почему мне кажется, что что-то случилось?
Это не секрет, просто я не могу сказать! Линь Фэйжань придал лицу беззаботное выражение:
— Правда, всё нормально.
Гу Кайфэн не поверил:
— Я вижу, когда ты врешь. Кто-то тебя обидел? Ну же, скажи мне.
Линь Фэйжань лениво взглянул на него и поднял их сцепленные руки:
— Кроме тебя, кто может меня обидеть?
Гу Кайфэн дерзко и красиво улыбнулся:
— Разве может муж обижать? Если что-то не так, говори мне, не считай меня чужим.
— Действительно, очень уж он считает себя мужем!
В конце концов, под напором Гу Кайфэна Линь Фэйжань признался, что просто вспомнил дедушку, глядя на его вещи, и поэтому загрустил. В ответ Гу Кайфэн «накормил» его огромной порцией душевной поддержки.
— Дедушка смотрит на тебя с небес, — старательно наставлял Гу Кайфэн. — Если ты счастлив, он тоже радуется.
Гу Кайфэн был совершенно не создан для душеспасительных бесед. Несмотря на свою красивую внешность и имидж холодного бога, стоило ему оказаться рядом с Линь Фэйжанем, как из каждой поры начинала сочиться наглость. Слушать его было так же странно, как слушать главу секты, читающего Конфуция.
— ...Оу, — Линь Фэйжань был холоден.
Мой дедушка не смотрит на меня с небес! Он в старом доме присматривает за бабушкой! Старики там воркуют, и им нет дела до внука.
Гу Кайфэн продолжал держать Линь Фэйжаня за руку, болтая ногами, и продолжал «варить» для него душевную кашу:
— Наш дедушка...
— Какой он наш? Это мой дедушка! — возмущенно перебил Линь Фэйжань.
Видя, что Линь Фэйжань снова «взъерошился», Гу Кайфэн понял, что тот пришел в себя, и, успокоившись, обнял его:
— Можешь представить, что я — твой дедушка, и я дарю тебе теплые объятия.
Линь Фэйжань был в ярости и в то же время хотел смеяться:
— Пошел вон!
Гу Кайфэн крепче прижал к себе отбивающегося Линь Фэйжаня, поцеловал его в макушку и мягко сказал:
— В следующий раз, если будет плохо, говори мне. Я мастер утешать.
Мастер ты в чем-то другом! — подумал Линь Фэйжань, но вслух нехотя пробормотал «угу».
— Умница, — Гу Кайфэн поцеловал их сцепленные руки.
Линь Фэйжань посмотрел на него, потом на свои руки, почувствовал, как лицо заливает краска:
— Ты сколько еще собираешься меня так держать?
— Всю жизнь, — ответил Гу Кайфэн как нечто само собой разумеющееся.
Линь Фэйжаня, застигнутого врасплох этой фразой, словно обухом ударило: «...»
В этот момент Гу Кайфэн встал, переставил их парты, которые стояли рядом, в другое место. Теперь они сидели спиной друг к другу. Усевшись, Гу Кайфэн совершенно естественно левой рукой взял левую руку Линь Фэйжаня:
— Так не будем мешать друг другу делать уроки.
— Ты такой скучный... — Сердце Линь Фэйжаня пропустило удар, ладонь вспотела, он попытался высвободить свою белую, красивую руку из ладони Гу Кайфэна.
О чем этот парень только думает?!
Гу Кайфэн цокнул языком:
— Не двигайся, а то возьму тебя прямо здесь.
Линь Фэйжань, который долго пытался сохранять спокойствие, мгновенно вспыхнул:
— Да ты не посмеешь.
— Посмею, — ответил Гу Кайфэн.
— ...
— Я и так еле сдерживаюсь, не давай мне повода, — прошептал Гу Кайфэн.
Линь Фэйжань замолчал и позволил Гу Кайфэну крепко держать себя за руку. С покрасневшим лицом он снова углубился в дедушкин блокнот, а Гу Кайфэн открыл рабочую тетрадь, зубами снял колпачок с ручки и принялся писать.
На первой странице блокнота был описан метод подношений для духов. Метод был простым и эффективным: нужно приготовить курильницу, три ароматические палочки длиной более 20 сантиметров, найти тихое, безветренное место, где нет людей, и зажечь палочки. Если точный ареал обитания призрака неизвестен, нужно написать его имя и Восемь иероглифов рождения на желтой ритуальной бумаге и сжечь её. Если же место известно, этот шаг можно пропустить — достаточно совершить подношение в пределах этого пространства.
После того как палочки зажжены, нужно разложить подношения в радиусе трех метров от курильницы, и, сжигая желтую ритуальную бумагу, вспоминать в мыслях образ призрака. Когда палочки догорят, подношения нужно убрать и выбросить в безлюдном месте (или сжечь, если они горючие). Главное — их нельзя использовать живым людям, иначе можно привлечь Инь-ци и негативную энергию.
Метод оказался несложным. Линь Фэйжань однажды пробовал это у дедушкиной могилы. В родовом доме после похорон всё необходимое было под рукой, но в школе ничего не было, всё нужно было покупать. Однако в интернате ворота открывались только по выходным, так что Линь Фэйжань решил заняться этим, когда вернется в школу в воскресенье.
Дочитав страницу, он полистал блокнот дальше. Раньше он не изучал его внимательно, лишь мельком просмотрел и решил, что там в основном заклинания для изгнания свирепых призраков, а так как он не собирался заниматься экзорцизмом, то и не стал вникать. Но сегодня, раз уж он его достал, стоило ознакомиться, чтобы не попасть впросак, если что-то понадобится.
— Малыш, что делаешь? — вдруг спросил Гу Кайфэн, его длинные пальцы игриво поглаживали тыльную сторону ладони Линь Фэйжаня.
— Я... делаю химию, — поспешно открыл тетрадь Линь Фэйжань, боясь, что если он будет пялиться в пустой блокнот, Гу Кайфэн решит, что он сошел с ума.
Гу Кайфэн, казалось, даже не слушал, продолжая нагло массировать его руку:
— Какие нежные ручки.
Линь Фэйжань своими короткими, совершенно не опасными ногтями предупреждающе ущипнул его за ладонь:
— Держишь — держи, но не лапай.
Гу Кайфэн тихо рассмеялся:
— Смирился? А потом будет: «Трогаешь — трогай, но не целуй» и «Целуешь — целуй, но не...»
— Может, мы всё-таки подеремся? — процедил сквозь зубы Линь Фэйжань.
— Давай, — Гу Кайфэн, сжимая его руку, приложил её к своему лицу и начал озвучивать: — Па! Па-па-па!
Линь Фэйжань ничего не мог поделать с этим наглецом и, надувшись, вернулся к чтению блокнота.
Внутри было полно заклинаний и советов по фэн-шуй. Линь Фэйжань без особого интереса переворачивал страницу за страницей, как вдруг его взгляд упал на странное название.
Совместный Инь? Название звучало пугающе. Линь Фэйжань с любопытством начал читать и чем дальше, тем серьезнее становилось его лицо, а брови сходились к переносице.
Во-первых, метод выполнения этого заклинания казался... несколько «неописуемым».
Во-вторых, эффект был поразительным.
Этот заклинание под названием Совместный Инь было создано специально для таких людей, как Линь Фэйжань, с Иньской конституцией. Обладатель Иньской конституции мог выбрать человека с другой конституцией и с помощью заклинания установить связь через Инь-ци. После установления связи этот человек также получал возможность пользоваться Инь-ян глазами, но при этом оставался свободен. Как только связь была установлена, человек с обычной конституцией мог по своему желанию включать или отключать её, тем самым активируя или деактивируя Инь-ян глаза, в отличие от Линь Фэйжаня, который был вынужден видеть призраков постоянно, хотел он того или нет.
И так можно было?!
http://bllate.org/book/22544/2381682
Готово:
