Теплая вода раз за разом омывала его длинные волосы, а пальцы Е Фаньсина то и дело скользили по прядям, отчего тело Сун Хаомина охватил нестерпимый жар.
Спустя мгновение Е Фаньсин взял сухое полотенце, чтобы обтереть ему голову. Они стояли так близко, что Сун Хаомин чувствовал тонкий аромат, исходящий от Е Фаньсина.
Сун Хаомин больше не мог сдерживаться. Он выхватил полотенце из рук Е Фаньсина, отвернулся и смущенно пробормотал:
— Я сам вытрусь, иди займись своими делами. Как закончу, я тебя позову.
— А ты, оказывается, совсем не умеешь держать себя в руках! — Е Фаньсин приподнял бровь, бросил эту дразнящую фразу и покинул кухню, в которой воздух был пропитан двусмысленностью.
Что именно делал там Сун Хаомин, догадаться было нетрудно.
В усадьбе семьи Е не утихал плач Сюй Инди.
— Е-третий, я с тобой больше жить не стану! Посмотри, во что эта стерва превратила наш дом. Ты хочешь, чтобы мы с Вэньцаем по миру пошли и ветер глотали?
— Эта дрянная девчонка совсем страх потеряла, посмела официально разорвать родственные узы! Она опозорила нас перед всей деревней, как мы теперь людям в глаза смотреть будем?
Е Вэньцай помог Сюй Инди подняться с земли и подлил масла в огонь:
— Отец, я ведь к экзаменам готовлюсь. Если слухи об этом разойдутся, мне в академии совсем стыдно станет появляться.
Е-третий на мгновение замер с трубкой в руках. Вспомнив, как последние два дня у него едва разгибалась поясница, а также прикинув сумму в пятьдесят лянов серебра и горы зерна, которые пришлось отдать, он помрачнел, и в его глазах вспыхнул гнев.
— Отец, а что насчет тех двадцати пяти лянов задатка за то, чтобы Син-гэр развелся и снова вышел замуж?
Стоило Е-третьему услышать про деньги, как он с грохотом ударил трубкой по столу и рявкнул:
— Заткнитесь оба! Я сам знаю, что делать.
Затем он перевел взгляд на жену:
— Сюй, я что, тебя голодом морю или в лохмотья одел? Вечно ты заришься на добро того щенка. Подумаешь, на кусок хлеба меньше съешь, не помрешь ведь?
— А ты, Вэньцай, скажи мне, какие такие святые книги ты читаешь, если умудрился за моей спиной влезть в такие долги? На что ты вообще деньги тратил?
— Ох, отец, в академии ведь везде нужны деньги, кроме платы за обучение. На поэтические вечера я хожу лишь изредка, но разве это не нужно для того, чтобы завести полезные знакомства и проложить путь для себя и нашей семьи?
— Его отец, не забывай, учеба Вэньцая — это самое важное дело в нашем доме.
Е-третий снова взялся за трубку, затянулся и угрюмо произнес:
— Если мы вернем те двадцать пять лянов задатка, разве мы не наживем себе врага в лице Лю Лянвэя?
Е Вэньцай промолчал. В конце концов, это дело было напрямую связано с ним.
Месяц назад, когда Е Фаньсин принес ему сменную одежду, его у ворот академии приметил богатый наследник по имени Лю Лянвэй. Е Вэньцай тогда быстро сообразил, что к чему, и разузнал, что у Лю Лянвэя есть тайная страсть — он неравнодушен к замужним гэрам.
Е Фаньсин был очень красив. Несмотря на тяжелый труд, он совсем не выглядел как деревенский гээр, а его фигура после рождения ребенка стала еще притягательнее. Лю Лянвэй сначала хотел забрать его силой, не спрашивая согласия, но так как он был сокурсником Вэньцая, скандал в академии был ему не нужен. Поэтому он нашел предлог и заявился прямо в дом семьи Е.
Придя к ним, Лю Лянвэй сразу перешел к делу: предложил пятьдесят лянов серебра, чтобы взять Е Фаньсина в дом наложником, и пообещал, что в случае успеха поспособствует переводу Вэньцая в академию уездного города. Кто мог устоять перед таким предложением? Даже сам старик Е не ожидал, что его замужний гээр может стоить целых пятьдесят лянов!
В итоге под давлением и посулами Лю Лянвэя было решено, что Е Фаньсин сначала разведется, а потом выйдет за него. Однако Лю Лянвэй не пожелал ждать и подослал людей к Сун Хаомину, чтобы убить его и сделать Е Фаньсина вдовцом. Сун Хаомин чудом выжил, отделавшись лишь увечьем ног.
Е Вэньцай, хорошенько подумав, сказал:
— Отец, насчет возврата задатка — я думаю, Лю Лянвэй не станет нас притеснять, все-таки мы с ним сокурсники.
Увидев, что морщины на лице отца все еще выражают крайнюю тревогу, Вэньцай добавил:
— К тому же, Син-гэр уже разорвал с нами связи. Если Лю Лянвэй заберет его силой, это не будет иметь к нам никакого отношения. Если только он не собирается всю жизнь не появляться в городе.
— Сынок, этот паршивец — живой человек, как он может вечно сидеть дома? Если он смирится и пойдет к этому Лю, то с его нынешним характером начнет нашептывать тому всякое, и что тогда с нами будет? — встряла Сюй Инди.
Е Вэньцай занервничал:
— Мама, и что же нам делать?
— Его отец, не сочти меня жестокой, но я ведь все это ради нашей семьи!
— Говори уже, не тяни!
Е-третий, вспомнив сегодняшний дерзкий поступок Е Фаньсина, почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Может, найдем работорговца и продадим Син-гэра куда-нибудь подальше, в горную глушь, где девиц не хватает? Чтобы он оттуда до конца своих дней выбраться не смог. Не знаю, дадут ли за него двадцать пять лянов, но за такую внешность десяток-другой точно выручим. Раз он с нами порвал, кто бы ни пришел его искать, мы будем делать вид, что ничего не знаем.
Этот план сулил и деньги, и избавление от проблем, что полностью устроило Е-третьего. Вспомнив, как он сегодня унизился перед Е Фаньсином, он решительно ударил по рукам.
В пространстве системы Е Фаньсин внимательно изучал свое первое задание и инструкцию к Системе «Лакомый кусочек», вчитываясь в каждое слово.
— 2587, 2587...
— Динь! Я здесь, хозяин!
Каждый раз, обращаясь к 2587, Е Фаньсин едва сдерживал смех. Если бы тот в самом начале не заявил с серьезным видом, что он — Система «Лакомый кусочек» под номером 2587, Е Фаньсин решил бы, что небеса решили поиздеваться над ним, прислав «систему-дурачка».
Ведь на северо-восточном диалекте число 2587 звучит как «эр-у-ба-ци», что созвучно с «эр-бай-у» — «двести пятьдесят», то есть дурак, простак или недотепа. Конечно, он знал об этом благодаря своему простодушному, но невероятно остроумному учителю с Северо-Востока, который при жизни просвещал его обо всех тонкостях родного края. Почему учитель был так дотошен, тогда было неясно, а теперь он и сам догадывался.
Е Фаньсин решил, что нужно договориться с 2587 и сменить ему имя на что-то более приятное для слуха.
http://bllate.org/book/22475/2366704
Готово:
