Хотя в глазах госпожи Кадзэми Судзуны Кадзэми Тсукина всегда был послушным и разумным ребенком, четыре иероглифа «своеволие и безудержность» казались вписанными в саму генетику их семьи.
И пусть по сравнению с остальными у Тсукины это проявлялось реже, нельзя было отрицать, что подобное качество в нем все же присутствовало.
Хочешь чего-то — добивайся.
Эту истину он усвоил с самого детства.
И теперь, поддавшись на провокацию (?) Гэнъитиро Санады, он хотел, чтобы Сэйити уделял ему больше внимания.
Поэтому, когда Сэйити Юкимура озвучил свой план по «захвату власти», спросил об их с Гэнъитиро мнении, а Санада заявил, что намерен бросить вызов вице-капитану Риккая, Тсукина лишь пару секунд пристально смотрел на Гэнъитиро, а затем перевел взгляд на Сэйити Юкимуру — уверенный и непоколебимый.
— Вице-капитан, я тоже заинтересован.
Это была ложь.
На самом деле перспектива стать вице-капитаном совершенно не привлекала Кадзэми Тсукину. Постоянные перелеты между Японией и Францией плюс руководство драматическим кружком — от одних мысли об этом у него уставали и тело, и душа. Если бы к этому добавился еще и теннисный клуб, нагрузка стала бы совсем непосильной.
Но...
Выслушав слова Кадзэми Тсукины, Гэнъитиро Санада застыл с суровым лицом, а в его глазах пылала жажда борьбы.
Кадзэми Тсукина отвернулся с крайне недовольным видом: этот тип ужасно раздражал.
Ладно, побудет немного занятым. Проглотить такую обиду он сейчас просто не мог.
Да, хотя самого вице-капитанского поста он еще в глаза не видел, Кадзэми Тсукина уже заранее был уверен в своей победе.
В конце концов...
Разве он раньше не побеждал старшеклассников?
Хотя раньше Сэйити Юкимура в шутку думал о том, чтобы предложить Кадзэми пост вице-капитана, это оставалось лишь мыслями. Тсукина и без того был слишком загружен: учеба, теннис и опера давили на его плечи мертвым грузом, а теперь добавился еще и драматический кружок. На многое Сэйити не надеялся.
В конце концов, он не какой-нибудь эксплуататор.
— Кадзэми...
Кадзэми Тсукина словно заранее знал, что тот скажет:
— Все в порядке, Юкимура, я знаю, что делаю.
В клубную комнату они пришли втроем.
Капитан Накамура Такума и вице-капитан Икэда Ю сидели перед столом, с мрачными лицами разглядывая лежащую на нем тетрадь.
Это была бухгалтерская книга.
Сэйити Юкимура поморщился и на мгновение прикрыл глаза.
О нет, клубный бюджет.
Совсем скоро это станет его головной болью...
Сэйити Юкимура покачал головой, успокаивая бросившего на него вопросительный взгляд Кадзэми Тсукину, и объяснил Накамуре Такумэ и Икэдэ Ю цель своего визита.
Накамура Такума и Икэда Ю переглянулись с удивлением на лицах.
Бросать вызов старшим в Риккае случалось часто, но... в первый же день учебного года?
И правда, новые волны на реке подгоняют старые...
Старомодно вздохнул про себя Накамура Такума.
А стоявший рядом Икэда Ю с улыбкой приподнял бровь:
— Вы оба хотите бросить мне вызов?
Лицо Гэнъитиро Санады было решительным, а тон — еще более твердым:
— Да!
Кадзэми Тсукина отвернулся, не глядя на него:
— Ага.
Разве они пришли не вместе? Эти двое выглядели так, будто не особо ладят... Икэда изобразил самую невинную на вид улыбку:
— Тогда сыграйте сначала между собой, а тот, кто выиграет, сыграет со мной.
Ему явно не терпелось посмотреть на зрелище.
Именно поэтому и возникла сцена, где Гэнъитиро Санада проигрывал Кадзэми Тсукине со счетом 5–0.
Вернемся в настоящий момент.
На первом теннисном корте царила тишина.
Кадзэми Тсукина подбрасывал в руке теннисный мяч и холодным взглядом смотрел на стоящего по другую сторону сетки Гэнъитиро Санаду. Сейчас он был ужасно зол.
Помимо ситуации с Юкимурой перед матчем, в этот момент было кое-что еще, что раздражало его сильнее.
Начиная с того момента, как счет стал 3–0 в пользу Кадзэми, в каждом движении Санады — будь то шаг, взмах ракетки или поднятая рука — появилась заминка.
Он постоянно колебался, мучительно сомневаясь, стоит ли ему применить что-то еще.
Все это ясно говорило о том, что этот человек скрывает свою истинную силу, или по крайней мере приберегает какой-то козырь.
Что такое?
Я недостоин?
Смотришь на меня свысока?
Кадзэми Тсукина холодно усмехнулся, и в следующее мгновение его удар заставил всех наблюдавших за матчем шумно втянуть воздух.
Зрачки Гэнъитиро Санады сузились.
Бам! Мяч коснулся корта.
Этот удар действительно поражал воображение, но вовсе не потому, что это был чей-то фирменный коронный прием.
Причина, по которой все были шокированы, заключалась в другом.
Это было «Стремительное как ветер» Гэнъитиро Санады.
Санада пару секунд непонимающе смотрел на подпрыгивающий у его ног мяч, а затем ошеломленно перевел взгляд на Кадзэми Тсукину.
Кадзэми Тсукина тронул уголки губ, одарив его легкой, вызывающей улыбкой.
Раз уж ты сам не хочешь его использовать, тогда я заставлю тебя это сделать.
http://bllate.org/book/22380/2347832
Готово:
