— Цзян Цяо!
Голос, прорезавший толпу, будто железной хваткой сжал её слух. Она невольно обернулась, ища источник звука.
Из спортивного автомобиля вышел Се Чжэнь и, улыбаясь, легко махнул ей рукой:
— Доброе утро! Позавтракала?
— А, и старший братец тут! — весело воскликнул он и тут же метко бросил в сторону Цзян Чао: — Привет, будущий шурин!
Лицо Цзян Чао потемнело. Он лихорадочно огляделся в поисках чего-нибудь под руку, чтобы вдарить нахала.
— Повтори-ка ещё раз!
— Будущий шурин! — продолжал Се Чжэнь, не обращая внимания на бушующего Цзян Чао. — После уроков одолжишь мне Цяо-Цяо? Я приглашаю её на свидание.
— [Бип—]
— Ты [бип—]!
Цзян Чао разразился потоком брани и занёс руку для удара, но Се Чжэнь мгновенно развернулся и бросился бежать:
— Не горячись! Не горячись!
— Я ухаживаю за твоей сестрой — какая у неё репутация! Цзян Чао!! Стой!!
На школьном дворе началась настоящая суматоха. Любопытные ученики окружили вход, образовав непробиваемое кольцо; кто-то даже стал фотографировать.
Цзян Цяо тяжело вздохнула и взяла Сюэ Ян за руку:
— Пойдём внутрь. Не будем обращать на них внимания.
Сюэ Ян всё ещё не могла прийти в себя:
— Подожди, Цяо-Цяо, что имел в виду Се Чжэнь? Он собирается за тобой ухаживать?
— Нет, — отмахнулась Цзян Цяо, не желая вникать в эту ерунду.
По здравому размышлению, Се Чжэнь явно мстил Цзян Чао. Хотя она не знала, что именно произошло между ними, но, судя по всему, раньше Се Чжэнь тоже преследовал Гу Нинсюэ исключительно из-за Цзян Чао?
Да ну его к чёрту!
Внутри у Цзян Цяо всё кипело от злости.
— Но, Цяо-Цяо, теперь ты точно станешь знаменитостью на школьном форуме, — Сюэ Ян еле сдерживала возбуждение. — Хотя это не самое главное.
— А что тогда самое главное? — спросила Цзян Цяо.
— Конечно… — Сюэ Ян сделала паузу для интриги, а потом расхохоталась: — Гу Юйжань сейчас, наверное, зелёная от злости! Ха-ха-ха!
Ах да, она совсем забыла об этом.
Цзян Цяо вдруг вспомнила.
Разозлилась ли Гу Юйжань, Цзян Цяо пока не знала, но вот Дуань Синцы, похоже, был вне себя от ярости.
Он перехватил её в лестничном пролёте между уроками и не давал пройти. Мимо проходило много учеников, и все часто оборачивались на эту сцену.
Цзян Цяо стояла внизу лестницы. С такого ракурса ей приходилось запрокидывать голову, чтобы смотреть на Дуань Синцы, из-за чего она казалась особенно хрупкой и маленькой. Она помолчала немного и, стараясь выглядеть безмятежной, спросила:
— …Что случилось?
Обычно он всегда держался сдержанно и никогда бы не пошёл на подобное.
Дуань Синцы смотрел на неё сверху вниз. Он слегка посторонился, пропуская мимо одну девочку, но взгляд его не отрывался от Цзян Цяо.
— Я что, убил кого-то или поджёг школу? Зачем так пристально смотришь? — пробормотала Цзян Цяо, чувствуя лёгкую вину.
— Хотел проверить, насколько ты глупа, чтобы правда пойти после уроков на свидание с Се Чжэнем, — холодно и быстро произнёс Дуань Синцы, и в его голосе чувствовалась странная ледяная злость.
Похоже, он действительно злился.
— Ты слишком много думаешь, — ответила Цзян Цяо. — После уроков я пойду домой и буду повторять химию. Мой уровень знаний слишком низкий. В прошлой жизни в старших классах я была в таком состоянии, что вообще не могла учиться, и теперь почти всё забыла.
А уж после разделения на профили в десятом классе она и вовсе не касалась естественных наук. Сейчас же химические формулы казались ей иероглифами с другой планеты.
— Я помогу тебе, — сказал Дуань Синцы после короткой паузы.
Цзян Цяо моргнула, огляделась, убедилась, что вокруг никого нет, и, понизив голос, будто делилась секретом, спросила:
— Ты хочешь пойти со мной на свидание?
Лицо Дуань Синцы на мгновение замерло, затем он неохотно бросил:
— …Если тебе так хочется — пусть будет так.
Цзян Цяо скривила губы:
— Ты сам пригласил, а теперь краснеешь, как дурак.
— Жди меня после уроков, — бросил он и отступил в сторону, давая ей пройти.
Дуань Синцы задержал дыхание, не в силах вымолвить ни слова, и лишь молча пропустил её.
— Цзян Цяо, — окликнул он её.
— А? — Она обернулась и, увидев его смущённое лицо, сама подсказала: — Хочешь признаться в чувствах?
Лицо Дуань Синцы мгновенно потемнело:
— …Иди уже!
Цзян Цяо радостно рассмеялась, ласково потрепала его по макушке и, улыбаясь во весь рот, сказала:
— Я просто шучу.
— Но, — она убрала руку, — говорят, мальчики не любят, когда им трогают волосы. А ты даже не отстранился.
С этими словами она помахала ему и, улыбаясь, исчезла за поворотом лестницы.
Дуань Синцы некоторое время стоял на месте, потом поднёс руку и дотронулся до своих волос.
Цзян Цяо, напевая, вошла в класс. Сюэ Ян сидела на её месте и болтала с соседкой по парте. Увидев Цзян Цяо, она тут же вскочила:
— Цяо-Цяо, ты наконец пришла! Я уже думала, Дуань Синцы будет держать тебя до самого звонка!
Соседка по парте была девушкой с высоким хвостом и слегка смуглой кожей, но с яркой, дерзкой внешностью. Она тоже улыбнулась, но ничего не сказала.
— Не будет, — Цзян Цяо положила рюкзак и достала учебник.
Сюэ Ян немного помолчала, потом сказала:
— Цяо-Цяо, я заметила: каждый раз после разговора с Дуань Синцы у тебя настроение становится прекрасным.
— А?
Цзян Цяо провела ладонью по лицу:
— Неужели?
— Честно-честно! — кивнула Сюэ Ян с серьёзным видом. — Обычно ты выглядишь довольно холодной и немного взрослой для своего возраста.
Она почесала затылок:
— Просто очень крутая. Но после общения с ним ты становишься такой… милой. Хи-хи.
— Как будто снова оживаешь, — добавила Сюэ Ян и тут же поправилась: — Хотя это звучит странно — ведь ты же не умирала.
Она прижалась к Цзян Цяо с ласковой улыбкой:
— Правда!
«Как будто снова оживаешь».
Услышав эти слова, Цзян Цяо сначала улыбнулась, потом погладила Сюэ Ян по голове и ничего не сказала.
Она действительно умирала… и возрождалась.
Сюэ Ян была права.
Делает ли Дуань Синцы её счастливой?
Возможно, да.
Звонок на урок прервал размышления. Сюэ Ян чмокнула Цзян Цяо в щёчку и, подпрыгивая, побежала на своё место.
Цзян Цяо задумалась: может быть, Дуань Синцы и в прошлой жизни её любил? Она всегда чувствовала к нему особое доверие, и вся её осторожность и недоверие к другим совершенно исчезали рядом с ним.
Он был тем, кому она искренне благодарна.
В прошлой жизни к концу она уже почти сошла с ума.
Странно, но тогда она не видела мира в цвете — всё было серым и мрачным. Это давление душило её, и часто она без выражения лица мысленно проигрывала сцены собственного разрушения и попыток восстановиться.
Она не раз представляла, как прыгнет с высоты — разлетится ли кровь во все стороны, или как умрёт во сне от передозировки снотворного, или сколько времени пройдёт, пока она истечёт кровью от порезов на запястьях.
Она никогда не думала мстить миру или другим — только себе. Это, без сомнения, было проявлением слабости.
Ей казалось, что её существование совершенно бессмысленно.
Она не помнила, как оказалась на краю крыши. Просто жизнь казалась безнадёжной, и ей хотелось поскорее всё закончить. Она больше не хотела встречать тех людей из этой жизни.
И тут на её телефон пришло сообщение от Дуань Синцы.
Она долго смотрела на него, перечитывая снова и снова, пока не расплакалась и не рассмеялась одновременно, закрыв лицо руками и повторяя его слова.
Она поняла: кто-то тайно любил её. Она не была никчёмной. Её существование имело значение, и, возможно, для кого-то она была единственной и неповторимой.
Именно тогда она вырвалась из этого безумия, перестала быть нервной и искажённой.
Но было слишком поздно.
Слишком поздно.
Она хотела ответить на эти чувства, но считала, что тогдашняя она была недостойна этого.
Поэтому она всё-таки прыгнула.
После перерождения она постепенно обрела спокойствие и окончательно избавилась от слабости и глупости прошлой жизни.
Она настроилась решительно начать новую жизнь и полностью отбросить прошлое.
Она может стать лучше.
Она — Цзян Цяо!
Любовь Дуань Синцы для неё — это опора, глубокая благодарность и вдохновение.
Он заставил её поверить, что она может быть замечательной девушкой.
Поэтому ей совершенно всё равно, притворяется ли Дуань Синцы или говорит грубо — она видит его сердце, а не внешнюю оболочку.
Если в этой жизни он полюбит кого-то другого, она не почувствует ни капли обиды. Ведь в прошлой жизни он подарил ей новую жизнь.
Ладно, зачем столько думать?
Цзян Цяо улыбнулась, выпрямилась и сосредоточилась на доске, глубоко выдохнув.
С этого момента — только вперёд, без воспоминаний о прошлом.
…Хотя.
Как же она не помнит ту первую встречу, о которой говорил Дуань Синцы?
Какой ещё тофу с запахом?
Она ела его миллион раз и не помнит ни одного случая, когда бы встретила такого красивого парня.
И уж точно не помнит, чтобы плакала — она и так постоянно рыдала в одиночестве.
В обеденный перерыв Цзян Цяо получила сообщение с неизвестного номера:
[Сестрёнка, добавься, пожалуйста, в мой вичат /улыбается]
Без сомнений, это Се Чжэнь.
Цзян Цяо мгновенно занесла номер в чёрный список.
— Цяо-Цяо, поторопись! — крикнула Сюэ Ян с двери класса. — Я попросила Жуйжуй занять очередь за нами!
— Иду-иду! — Цзян Цяо убрала телефон, аккуратно сложила учебники и пошла за Сюэ Ян в столовую.
Жуйжуй — это та самая смуглая, но очень стильная девушка с высоким хвостом. Её звали Хэ Жуй. Имя звучало немного мужественно, но она была очень милой, хотя и немного застенчивой.
Хэ Жуй — спортсменка, поэтому бегает быстро. Цзян Цяо даже заметила, как та, словно ветер, вылетела из класса сразу после звонка. Тогда она удивилась, но теперь поняла: та бежала в столовую занимать очередь.
Цзян Цяо улыбнулась:
— Не стоит так напрягать её. Неловко получается.
Хэ Жуй — добрая и отзывчивая девушка. Раз Сюэ Ян попросила — она сразу побежала.
— Но я хочу есть свинину в кисло-сладком соусе! — надула губы Сюэ Ян. — Я сама не смогу протолкнуться!
Она прижалась к Цзян Цяо и протянула ей йогурт:
— Вот молочко.
— И ещё один оставь для Жуйжуй.
Хорошо, что Сюэ Ян умеет отдавать взамен.
Девушки болтали, направляясь в столовую. Как только они переступили порог, раздался громкий возглас:
— Цзян Цяо!
Цзян Цяо подняла глаза и увидела Цзян Чао на втором этаже:
— Я уже заказал тебе еду. Поднимайся.
Цзян Цяо закатила глаза:
— Оставь себе.
Хэ Жуй уже стояла в очереди. Было бы невежливо уходить.
— Эй, братец так старался! — замахал руками Цзян Чао, пытаясь уговорить.
— Ты сам стоял в очереди? — с сомнением спросила Цзян Цяо.
Цзян Чао замялся:
— …Я велел кому-то занять место. Но это почти как самому стоять!
— Твоё «почти» равно [бип—].
— Пф-ф! — не выдержали его друзья, наблюдая, как Цзян Цяо без стеснения посылает брата.
Цзян Чао кашлянул, строго посмотрел на них, а потом снова улыбнулся Цзян Цяо:
— Ну пожалуйста, поднимись.
Цзян Цяо проигнорировала его и потянула Сюэ Ян за руку.
Сюэ Ян неловко улыбнулась Цзян Чао и поспешила за подругой.
— Чёрт! — выругался Цзян Чао. — Почему она такая упрямая!
Он глубоко вдохнул:
— Ладно, не идёт.
— Не идёт, так не идёт.
— Не то чтобы я не мог спуститься сам!
Остальные переглянулись: «Братан, ты что, говоришь самыми дерзкими словами, но на деле самый трусливый?»
Хэ Жуй уже получила еду — три порции риса со свининой в кисло-сладком соусе. Они нашли свободный столик и сели.
— Жуйжуй, я оставила тебе молочко, — Сюэ Ян уже щебетала, подавая йогурт подруге.
Цзян Цяо перевела Хэ Жуй деньги за обед через вичат. Три подруги весело болтали.
— Сегодня вкуснее, чем в прошлый раз. Может, повар сменился? — Сюэ Ян жевала свинину.
— Да, вкусно, — подтвердила Хэ Жуй.
http://bllate.org/book/2223/249299
Готово:
