Цзян Диндин, которая еще мгновение назад парила на поверхности воды, лишилась оков. С глухим всплеском она ушла под воду, а затем медленно поплыла к краю бассейна.
Откашлявшись, она позвала:
— Сестрица Чжиань, в воде что-то есть, оно меня держит!
Сказав это, она поспешила укрыться в объятиях госпожи Цзян. В бассейне вновь воцарилась тишина, однако выражение лица Линь Чжиань оставалось напряженным. Она взяла нож для разрезания торта и, не мигая, уставилась на воду.
Внезапно поверхность бассейна взорвалась брызгами: из глубины показалось полупрозрачное щупальце и стремительно метнулось к Цзян Диндин.
Все произошло в одно мгновение: Линь Чжиань взмахнула ножом, и щупальце с хрустом отсекло, обнажив свою истинную сущность.
— Оказывается, это осьминог.
Огромный осьминог занял почти весь бассейн, яростно размахивая оставшимися семью щупальцами в ожидании удобного момента для атаки.
Линь Чжиань махнула рукой напуганному до полусмерти управляющему отелем:
— Принеси бутылку из-под минеральной воды, побольше.
Управляющий на пару секунд остолбенел, но, придя в себя, тут же бросился прочь. Осьминог, потерпев неудачу в первой атаке, пришел в ярость и начал непрерывно нападать на Линь Чжиань. Однако прошло всего несколько раундов, как осьминог превратился в четырехногого.
В этот момент управляющий притащил огромную пластиковую бутыль из-под кулера и спросил:
— Такая подойдет?
Линь Чжиань обернулась и, взглянув на емкость, удивилась: она не ожидала, что он принесет нечто настолько внушительное.
— Сойдет. Бросай в воду.
Управляющий, не решаясь подойти ближе, набрался храбрости, зажмурился и швырнул бутыль в бассейн. Линь Чжиань, сообразив, что с меткостью у управляющего дела обстоят неважно, сама подхватила емкость и накрыла ею голову четырехногого монстра.
Бассейн затих. Четвероногий осьминог, съежившись, медленно вполз внутрь бутыли. Когда он полностью оказался внутри, Линь Чжиань плотно закрыла горлышко и наклеила сверху талисманную бумагу.
— Сегодня будет добавка к ужину — осьминог с луком.
Управляющий, увидев, что гигантское чудовище повержено, дрожащими ногами подошел к Линь Чжиань:
— Мастер, что это за тварь?
— Это осьминог-душелов. Низкопробный трюк: с его помощью можно притянуть к себе выбранную жертву.
Обычно такие твари затягивают людей на дно, чтобы те захлебнулись и утонули.
— Осьминог-душелов? Но ведь это все еще осьминог! Как такая громадина оказалась в бассейне?
— Этот вид выращивают с помощью темных искусств. Они полупрозрачные, могут менять размер, поэтому их практически невозможно заметить, — Линь Чжиань постучала по бутыли, где осьминог притих. — Единственное, что роднит их с обычными осьминогами — это страсть залезать в бутылки.
Управляющий наконец все понял.
Цзян Дуншэн, узнав, что его дочери больше ничего не угрожает, с благодарностью произнес:
— Госпожа Е, спасибо, что вновь спасли мою дочь.
Однако лицо Линь Чжиань оставалось крайне серьезным:
— Господин Цзян, госпожа Цзян, на самом деле целью этого осьминога была Цзян Линлин.
Цзян Дуншэн непонимающе посмотрел на нее.
— Кто-то применил темное заклятие, чтобы заманить Цзян Линлин сюда и инсценировать утопление. Но они не учли, что в теле сейчас находится душа Цзян Диндин.
Спящую Цзян Линлин привели сюда под воздействием магии, в то время как Цзян Диндин, не желая подчиняться, пыталась вырваться из захвата и всплыть на поверхность. Все это время тело Цзян Линлин принимало на себя удар противоборствующих душ и едва не было разорвано на части.
— Смею заметить, что заказчик похищения Цзян Линлин, скорее всего, тот же человек, что стоит и за этим происшествием.
***
В темной комнате раздалось сухое потрескивание. Бумажный талисман на красной нити мгновенно почернел, рассыпался в прах и исчез.
Мужчина в черном плаще изменился в лице и прохрипел:
— Жаль, такой осьминог-душелов пропал.
Он сорвал нить, растер ее пальцами и бросил в аквариум.
— Похоже, мне попался серьезный противник.
Тем временем в ресторане Цзян Дуншэн проводил гостей и вернулся в банкетный зал. Он заметил, что лицо Цзян Диндин стало бледным.
— Что с ней?
— Ее духовная оболочка на пределе, — ответила Линь Чжиань. — Чтобы не дать осьминогу утащить ее на дно, она потратила все свои силы. Сейчас она совсем истощена.
— Что же делать?
Линь Чжиань взглянула на три ароматические палочки, установленные у изголовья Цзян Диндин — большая часть их уже догорела.
— Нужно просто дождаться, пока они дотлеют, тогда душа Цзян Линлин окончательно проснется.
Госпожа Цзян, глядя на Цзян Диндин, не могла сдержать слез раскаяния.
— Но как же моя Диндин?
— Госпожа Цзян, не волнуйтесь, она переродится.
Услышав это, мать крепче обняла дочь, дорожа каждым мгновением, что им осталось провести вместе. Цзян Дуншэн же не забыл слова Линь Чжиань, сказанные у бассейна.
— Госпожа Линь, вы сказали, что оба несчастья с Линлин — дело рук одного и того же человека?
Линь Чжиань кивнула:
— Верно. Раньше я не была уверена, но сегодняшние события подтвердили: кто-то открыл охоту на ваших дочерей.
Она перевела взгляд на Цзян Диндин и подчеркнуто добавила:
— На обеих ваших дочерей.
Цзян Дуншэн вздрогнул:
— Что вы имеете в виду?
— Когда я впервые увидела Цзян Диндин, то сразу заподозрила неладное. Срок ее земной жизни еще не истек, поэтому она и осталась в этом мире в виде родимого пятна. Но она уже начала угасать и вскоре должна была переродиться.
— Срок жизни не истек? Но как же... — в сердце Цзян Дуншэна закралось нехорошее предчувствие.
— Вы не ошиблись. Кто-то украл отведенные ей годы, — строго произнесла Линь Чжиань. — Однако украденная жизнь теряет в ценности, особенно если речь идет о нерожденном младенце.
То, что Цзян Диндин собралась на перерождение, означало, что срок украденной жизни подошел к концу.
— Они хотят украсть и жизнь Линлин? — Цзян Дуншэн, привыкший к жестоким играм бизнеса, мгновенно уловил суть.
— Да. Тот же человек собирается проделать то же самое с Цзян Линлин.
Цзян Дуншэн повернулся к жене:
— Кто предложил устроить день рождения именно здесь, в ресторане?
Изначально он не хотел пышных торжеств, планируя отметить праздник в кругу семьи дома. Госпожа Цзян задумалась:
— Старший брат предложил. Сказал, что Линлин чудом избежала смерти, поэтому праздник нужно провести с размахом.
Управляющий, опасаясь, что ситуация выходит из-под контроля, все это время находился неподалеку. Услышав разговор, он не удержался:
— Вы имеете в виду господина Цзян Сюйжи? Именно он занимался организацией площадки.
Цзян Сюйжи бегал туда-сюда, хлопотал, и управляющий даже решил, что именно он отец девочки.
— С каких это пор он стал в это вмешиваться? — Цзян Дуншэн был в недоумении. Его старший брат Цзян Сюйжи обычно редко показывался на людях, а уж тем более не устраивал подобных мероприятий.
Линь Чжиань прикинула что-то в уме, и ее лицо помрачнело:
— У Цзян Сюйжи есть сын?
— Да. Племянник с детства болезненный, из больниц не вылезает, — Цзян Дуншэн помрачнел, вспоминая о нем.
— Он слаб здоровьем?
Цзян Дуншэн кивнул. Племяннику уже пятнадцать, но он настолько хилый, что слабее даже маленькой Линлин, задыхается после пары шагов. Несмотря на жалость, Цзян Дуншэн не мог проникнуться к нему симпатией — от парня исходила какая-то зловещая аура.
— Госпожа Линь, вы хотите сказать, что мой племянник живет за счет жизни моей дочери? — встревоженно спросил Цзян Дуншэн, заметив странное выражение лица Линь Чжиань.
— Этот ребенок должен был умереть еще в три года. Все, что он прожил с тех пор — украденная жизнь.
— Как это возможно? Ведь они — родные брат и дядя Линлин! — Цзян Дуншэн не мог принять такую правду.
Госпожа Цзян, словно что-то вспомнив, судорожно вцепилась в рукав мужа:
— Я вспомнила! Когда я ходила на осмотр, невестка сопровождала меня. Узнав, что я жду двойню, она помрачнела.
Вспоминая это, она достала из сумки талисман безопасности:
— После того случая невестка подарила мне этот амулет. Я думала, они с братом переживают за нас, поэтому всегда носила его с собой.
Линь Чжиань лишь мельком взглянула на него:
— Раскрой его и посмотри, нет ли внутри денег. Это называется платой за украденную жизнь.
Госпожа Цзян дрожащими руками развернула амулет. Внутри, как и сказала Линь Чжиань, лежала стоюаневая купюра.
— Диндин, моя бедная Диндин... — глаза госпожи Цзян налились кровью, лицо исказилось от ненависти. — Я считала их семьей, а они покусились на жизнь моей дочери! Цзян Дуншэн, я тебе говорю: если ты не решишь эту проблему немедленно, я подам на развод!
Цзян Дуншэн был раздавлен. После рождения племянника брат с невесткой бросили работу, чтобы ухаживать за ним. Он тайно и явно помогал им деньгами, но не ожидал, что их алчности не будет предела, и они посягнут на жизнь Линлин.
***
Прямо под банкетным залом находилась комната такого же размера. На кровати лежал иссохший, похожий на скелет мальчик, который был при смерти. Вокруг него был расставлен круг из свечей, и лишь одна из них еще горела.
Чэнь Жу схватила сына за руку и посмотрела на Цзян Сюйжи:
— Разве не говорили, что сегодня жизнь Чэн-эра будет продлена? Почему до сих пор ничего не вышло?
Мастер сказал, что эти свечи символизируют жизнь Цзян Чэна, и когда последняя погаснет, он умрет. Цзян Сюйжи тоже нервничал. Он потратил огромные деньги на осьминога-душелова и арендовал целый ресторан, чтобы выстроить магическую защиту. По плану, жизнь Цзян Линлин к этому времени уже должна была перейти к Цзян Чэну. Но сверху не было никаких вестей, а весь этаж был оцеплен.
— Подожди еще немного, подожди. Мастер не мог ошибиться.
Только он закончил фразу, как лежащий на полу Цзян Чэн внезапно выплюнул полный рот крови, а последняя свеча затрепетала, угрожая погаснуть.
Чэнь Жу, увидев кровь, запаниковала:
— Иди наверх и посмотри, что там происходит!
Цзян Сюйжи и сам был напуган:
— Там охрана, я не могу пройти!
— И что делать? Ты хочешь просто смотреть, как род Цзян прервется? — в голосе Чэнь Жу прозвучала жестокость.
Цзян Сюйжи был в отчаянии, он снова и снова звонил мастеру, но в трубке были только гудки. Понимая, что связаться с мастером не удастся, а сын на грани смерти, старик, сидевший в углу, стукнул тростью по полу.
— Я пойду сам. Не поверю, что он посмеет остановить даже меня.
Цзян Сюйжи, обретя опору, подхватил старика под руку и направился к лестнице.
Тем временем наверху ароматические палочки у изголовья Цзян Диндин почти догорели. Она с нежностью посмотрела на госпожу Цзян:
— Мама, как же хорошо, что я была твоей дочерью.
— Диндин, мама тоже гордится, что у нее есть такая дочь.
— Если... если можно, в следующей жизни ты снова станешь моей мамой?
Госпожа Цзян не могла вымолвить ни слова, лишь часто кивала.
— Как замечательно.
С этими словами палочки погасли, и Цзян Диндин медленно закрыла глаза. Госпожа Цзян уложила ее на диван и укрыла одеялом.
Внезапно снаружи послышался шум. Старик Цзян, расталкивая охранников тростью, властно крикнул:
— Я его отец! Неужели он посмеет не пустить меня?!
Цзян Дуншэн, услышав голос отца, приказал всем лишним покинуть комнату. Старик Цзян и Цзян Сюйжи вошли внутрь и, увидев лежащую на диване Цзян Линлин, изменились в лице. Цзян Сюйжи первым нашелся:
— Отец слышал, что Линлин упала в воду, пришел проведать ее.
Затем он двусмысленно добавил:
— Как она сейчас?
Цзян Дуншэн, глядя на этого внешне порядочного старшего брата, вспомнил о нерожденной дочери, и ярость захлестнула его. Голос его дрожал:
— Боюсь, брат, я тебя разочарую. Линлин помогли благодетели, она жива.
Хотя Цзян Линлин была без сознания, ее грудь мерно вздымалась.
— Как так? — вырвалось у Цзян Сюйжи, но тут же он спохватился: — Я хотел сказать... как она вообще могла упасть в воду?
Он был в панике: если он не заберет жизнь девочки сейчас, его сын умрет.
— Брат, надеюсь, это не твоих рук дело. Иначе не вини меня в жестокости.
Старик Цзян ударил тростью о пол:
— Сюйжи — твой старший брат!
— Если бы он считал меня братом, то не пытался бы дважды погубить жизнь Линлин!
— Хватит! Линлин же в порядке, разве нет?
Странная позиция старика вызвала подозрения у госпожи Цзян:
— Отец, вы все это время знали?
Старик промолчал, что было равносильно признанию. Цзян Дуншэн похолодел:
— Линлин — ваша родная внучка, она больше десяти лет называла вас дедушкой!
— И что с того? — старик оставался непреклонен. — Кто виноват, что она девчонка.
Цзян Дуншэн не ожидал, что отец настолько помешан на наследниках мужского пола, что готов пожертвовать жизнями двух внучек.
— Твой брат в молодости получил травму, кроме Чэн-эра детей у него быть не может, — отрезал старик. — А ты тянешь со вторым ребенком, кто в этом виноват? Использовать жизнь Линлин, чтобы спасти Чэн-эра — это шанс сохранить род. А вы еще сможете родить, может, в следующий раз будет мальчик.
Для него человеческая жизнь была лишь игрушкой. Госпожа Цзян больше не могла сдерживаться:
— Линлин — моя дочь! То, что вы делаете — это убийство!
Старик усмехнулся:
— Убийство? Мы пальцем ее не тронули. Она сама упала в воду по неосторожности.
Он был прав: улик против Цзян Сюйжи не было, поэтому старик чувствовал себя так уверенно. Он обратился к младшему сыну:
— Второй, Линлин все равно в коме, подумай хорошенько.
Цзян Дуншэн вздрогнул. Отец вынуждал его добровольно отдать жизнь Линлин для спасения Чэн-эра.
— Нет. Линлин — моя дочь, никто не посмеет причинить ей вред.
В этот момент снаружи послышались крики Чэнь Жу. Она вбежала в комнату, прижимая к себе Цзян Чэна:
— Отец! Сюйжи! Чэнь-эр умирает, свеча погасла!
Старик Цзян и Цзян Сюйжи были в шоке. По расчетам мастера, у Цзян Чэна был в запасе еще месяц. Они не знали, что Цзян Диндин, спасая сестру, потратила силы, что косвенно ударило по Чэну.
Старик бросил взгляд на старшего сына, и тот бросился к Цзян Линлин. Ради спасения собственного ребенка он был готов убить на глазах у всех. Госпожа Цзян попыталась преградить ему путь, но Цзян Сюйжи оттолкнул ее, и она упала без чувств.
***
Плач Чэнь Жу становился все неистовее, и Цзян Сюйжи понял, что времени не осталось. Он разбил тарелку и, сжимая в руке острый черепок, двинулся к девочке:
— Линлин, не вини дядю. Это ради семьи Цзян.
Цзян Дуншэн бросился наперерез, пытаясь вырвать осколок:
— Брат, Линлин — твоя родная внучка!
— Чэн-эр — единственный продолжатель рода! — он посмотрел на брата, не отступая. — С самого детства ты был во всем лучше меня, успешнее, все семейные ресурсы доставались тебе. Я терпел. Но когда речь о жизни Чэн-эра, я не уступлю.
— Брат, что ты несешь?
— Ты помогал нам только ради того, чтобы похвастаться своим успехом! Ты заставлял Линлин общаться с нами, чтобы подчеркнуть, что твои дети здоровы, а наш — нет!
— Значит, ты всегда так обо мне думал? — Цзян Дуншэн не верил своим ушам. В тени зависть и обида разрослись до невероятных размеров.
— Да. В тот год, когда ты влип в неприятности, я пострадал из-за тебя и потерял возможность иметь детей. А у твоей жены родилась двойня! Почему? Цзян Дуншэн, ты мне должен!
Цзян Дуншэн знал, что брат тогда ввязался в драку из-за него, и все эти годы пытался загладить вину.
— Я могу отдать тебе все, что угодно, но Линлин — это черта, которую нельзя переступать.
Цзян Дуншэн с силой вырвал осколок, его руки были залиты кровью. Но Цзян Сюйжи не сдавался: он оттолкнул брата и вцепился в горло Цзян Линлин.
— Умри! Только если ты умрешь, Чэн-эр выживет! Умри, умри!
Цзян Линлин начала задыхаться, ее лицо посинело. На лице Цзян Сюйжи застыла безумная улыбка. В этот критический момент Цзян Дуншэн ударил брата кулаком в лицо:
— Я сказал, Линлин — моя черта. Никто не смеет ее трогать.
Линь Чжиань, державшая госпожу Цзян, едва не захлопала в ладоши. В этот момент в комнату ворвалась полиция. Цзян Сюйжи был задержан за попытку убийства — все происходящее зафиксировала камера наблюдения.
Цзян Дуншэн получил легкие ранения, ему оказали помощь. Госпожа Цзян пришла в себя, ее состояние стабилизировалось. Чэнь Жу с сыном, поняв, что игра окончена, затихли у двери.
Все шло своим чередом, но Линь Чжиань почувствовала неладное. Она взглянула на дверь и поняла: что-то не так. Обернувшись, она увидела, как старик Цзян выхватил из своей трости спрятанный клинок и занес его над Цзян Линлин.
Не раздумывая, Линь Чжиань сделала резкий выпад и ударом ноги выбила кинжал из рук старика. С лязгом нож упал на пол.
Раздался душераздирающий вопль Чэнь Жу:
— Чэн-эр!
Старик Цзян, услышав этот крик, на глазах постарел на несколько лет. Он посмотрел на Цзян Дуншэна как на заклятого врага:
— Это все ты! Если бы не ты, Чэн-эр не умер бы! Сюйжи и так прожил несчастную жизнь, неужели ты не мог ему уступить?!
http://bllate.org/book/22129/2305364
Готово:
