Двадцать вторая глава
Послеобеденное время в день окончания выпускных экзаменов знаменовало начало первых в жизни по-настоящему свободных каникул. Кто-то отправлялся в путешествие, кто-то мечтал всю ночь напролет играть в видеоигры — стоило лишь насладиться несколькими днями безделья и дождаться результатов, как наступало полное освобождение.
В это время года после экзаменов солнце парит так, словно весь мир превратился в пароварку, но царящее в душе облегчение с лихвой компенсировало жару. Даже глядя на раскаленное алое светило, можно было с улыбкой сказать: «Какая сегодня чудесная погода».
Однако даже при такой погоде Вэй Хуай не желал тратить время на улице.
Комната с кондиционером — вот его истинный дом.
Цоу Ин развалился на диване, а Вэй Хуай сидел рядом, поджав ноги, и держал в руках половинку ледяного арбуза. Ложка, погружаясь в мякоть, издавала характерный хрустящий звук — сразу было ясно: арбуз отменный.
— Эй, я тоже хочу, — не выдержав звуков, раздававшихся у самого уха, Цоу Ин наконец поднял взгляд на Вэй Хуая. Он уже собрался открыть рот в ожидании порции от своего парня, как вдруг Вэй Хуай взял со стола вторую половину арбуза и сунул ему в руки.
— Держи, — Вэй Хуай не стал задумываться, просто отдал Цоу Ину его долю.
— … — получив в руки целый кусок, Цоу Ин молча сел, прижал арбуз к себе и уставился на Вэй Хуая, пытаясь взглядом передать свое недовольство.
Вэй Хуай, почувствовав на себе сверлящий взгляд, словно от множества игл, отвел глаза от своего сладкого лакомства и бросил пару взглядов на недовольное лицо Цоу Ина, так и не поняв, чем успел его рассердить.
— …Почему здесь только твои фотографии с девчонками? — Цоу Ин долго разглядывал экран и заметил неладное: сплошные парные снимки, и все — с девушками.
Внезапно вырвавшись из напряжения экзаменационных будней, сейчас, лениво раскинувшись на диване, он внезапно ощутил какую-то странную пустоту.
И картинки с жареной курицей.
Внезапно стало совершенно непонятно, чем заняться.
Вэй Хуай рассмеялся, пролистывая эти фото, и повернулся к Цоу Ину:
— Хочешь еще посмотреть?
Цоу Ин с бесстрастным лицом вычерпал большую ложку алой арбузной мякоти и запихнул в рот. Его щеки раздулись, и при каждом жевательном движении они забавно подпрыгивали — вылитый мускулистый хомяк.
Даже на каникулах нужно не забывать о тренировках.
— С тобой… все в порядке? — осторожно спросил Вэй Хуай.
У него была отличная репутация, он был хорош собой, и большинство девчонок из класса просили сфотографироваться именно с ним.
Он заглянул в телефон.
Цоу Ин не сдержался и снова мысленно выругался.
— …Сейчас еще слишком рано, может, мы могли бы попозже… — Цоу Ин подумал, что если Вэй Хуай действительно хочет, то он не против. Но не успел он договорить, как Вэй Хуай с воодушевлением вытащил телефон и принялся что-то разглядывать.
— Кажется, я внезапно остался не у дел, — бросил Цоу Ин, откидываясь на спинку дивана.
— Что хочешь заказать? — сделав заказ на столь желанную колу, Вэй Хуай обернулся к Цоу Ину и увидел, что тот сидит с помрачневшим лицом, хотя кончики его ушей предательски покраснели.
Это были фотографии, сделанные перед самым выпуском, когда всем дали утро на то, чтобы наделать снимков на телефоны и фотоаппараты.
Черт.
Неужели это та самая тренировка на задержку дыхания, которую каждый день проходят спортсмены?
Как странно.
Поскольку весь выпускной класс фотографировался в одно и то же утро, Вэй Хуай с Цоу Ином отделились от основной толпы и бродили повсюду, фотографируясь с друзьями.
? Это что… задержка дыхания?
Цоу Ин с кривой усмешкой хмыкнул, скрестил руки на груди и, не сводя глаз с Вэй Хуая, молчал, но по тяжелой атмосфере вокруг было ясно: настроение у него сейчас паршивое.
На губах Вэй Хуая промелькнула горделивая улыбка:
— Ничего не поделаешь, я ведь такой популярный.
Немного жаль.
Цоу Ин замер. В голове промелькнула мысль, но, взглянув на еще яркое дневное солнце за окном, он счел это не очень уместным.
Черт.
— М? — Вэй Хуай быстро доел большую часть своего арбуза, почувствовал сытость, отложил ложку и задумался: пожалуй, так оно и есть.
— Ладно, — Цоу Ин в пару кликов сделал заказ и вернул телефон Вэй Хуаю.
И правда, ему не стоило ожидать чего-то иного от этого парня.
— Может, займемся чем-нибудь приятным? — внезапно глаза Вэй Хуая загорелись, он уставился на Цоу Ина, сияя улыбкой.
Но у Вэй Хуая дома запасов на такой случай не водилось.
— ? Неужели обучающее видео?
Подумав немного, Вэй Хуай просиял, хлопнул его по плечу и произнес с видом внезапного озарения:
— Чуть не забыл, я же не дал тебе ложку. — Он поднялся, дошел до кухни, взял ложку и воткнул ее в арбуз Цоу Ина. — Держи.
— Давай, — сказал тот и молча подставил голову.
— Окей, тогда жди. — Вэй Хуай покрутил в руках телефон и вдруг предложил: — Хочешь посмотреть фотографии, которые мы сделали?
Цоу Ин долго смотрел на него, наконец опустил руки и придвинулся ближе, прорычав сквозь зубы:
— Показывай.
— Тогда выбирай, что будешь есть, — Вэй Хуай протянул ему телефон. — Сегодня готовить не будем, закажем доставку. Найдем какой-нибудь фильм, поедим и посмотрим, как тебе идея?
— Без разницы, — Цоу Ин смотрел на Вэй Хуая как на редкое животное, чувствуя досаду и неловкость.
Знакомые желтоватые тона на экране.
Как удивительно.
Черт, как же трудно с тобой хоть что-то съесть.
На самом деле они оба не любили фотографироваться, но этот день был действительно достоин того, чтобы оставить о нем память.
Летом самое приятное — сидеть на диване под кондиционером и есть арбуз, а если еще и холодная кола под рукой — вообще сказка.
Школа была старой, с многолетней историей и прекрасным озеленением. Весеннее солнце не жгло, как летнее, оно было мягким и ласковым, время от времени дул ветерок — очень уютно.
Пролистнув фото Вэй Хуая с одноклассниками, он увидел снимки, которые парни делали друг другу — почти на каждой фотографии Вэй Хуая присутствовал Цоу Ин.
Весенний фон идеально подходил для фото: теплое солнце, изумрудная листва, сине-белая школьная форма и эта неуловимая мальчишеская дерзость, проступающая из самой глубины души.
Дело было не в лицах и не в одежде — такой фон лишь ярче подчеркивал присущую юности свежесть.
— Эй, а эта фотография… — Вэй Хуай нарочно сделал паузу, задумчиво потирая подбородок.
— …Что с ней не так? — Цоу Ин дважды нажал на экран, увеличив снимок, но ничего странного не заметил.
Насладившись его любопытством, Вэй Хуай наконец выдал:
— А ведь неплохо вышло.
Цоу Ин промолчал, но на этот раз не стал смотреть на Вэй Хуая свирепым взглядом, лишь легко скользнул по нему глазами и отвел их в сторону.
— ? — Вэй Хуай задумался на пару секунд.
Неужели он решил не злиться, раз похвала пришлась ему по душе?
Дальше шли снимки, сделанные в классе, а также несколько кадров на закате у ворот учебного корпуса и на спортивной площадке.
Пурпурно-красный закат и вечерний весенний ветерок — пожалуй, это было то самое, что доступно только в школьные годы.
***
День пролетел незаметно. Зной уступил место вечерней прохладе, а на небе взошла луна.
Они вдвоем ютились на узком диване. Вэй Хуай открыл компьютер, пролистал новинки кино, но ничего путного не нашел.
— Что хочешь посмотреть? — спросил он у Цоу Ина.
— Выбирай сам, мне все равно, — Цоу Ин не питал интереса к таким вещам, но ему нравилось быть рядом с Вэй Хуаем, и тогда даже скучные дела казались интересными.
Раньше они ходили в кинотеатр, но всегда выбирали зарубежные боевики. Сегодня же Вэй Хуаю хотелось чего-то более спокойного, романтичного.
Все-таки статус изменился, он больше не смотрел кровавые боевики с корешем. Нужно было что-то, подобающее парочке.
После долгих поисков Вэй Хуай выбрал старый фильм с высоким рейтингом.
В начале зазвучала мелодичная инструментальная музыка под названием «Главная тема» — очень атмосферно, но для Вэй Хуая и Цоу Ина, далеких от музыки, вступление было пропущено без колебаний.
Качество старой ленты было не самым четким, но спустя некоторое время начинаешь улавливать особый шарм, которого нет в высоком разрешении, а в сочетании с мастерской игрой света и тени это создавало визуальное потрясение.
От обилия высокой четкости глаза порой устают, так что мягкий старый фильм стал настоящим удовольствием для души.
После нескольких кадров с белыми титрами на черном фоне показались древние архитектурные сооружения. Средневековый замок выглядел величественно и строго, но мягкий свет сглаживал эту тяжеловесность, придавая кадру особую красоту. Внимание к деталям восхищало: все выглядело изысканно, фильм буквально дышал качеством.
Цоу Ин прислонился к Вэй Хуаю, они устроились на диване так, как им было удобно. На столе высилась гора коробок из-под курицы, лежали закуски и кола. Они задернули шторы и выключили свет, и только компьютер излучал мягкое сияние.
— Как называется фильм? — Цоу Ин одной рукой открыл банку колы, раздался звонкий щелчок.
— Называется… — Вэй Хуай только собрался ответить, как на экране всплыли пять иероглифов: «Запах женщины».
Надо признать, если слышишь это название впервые, вряд ли примешь фильм за что-то серьезное.
— … — Цоу Ин помолчал, а потом с трудом выдавил: — Это название… что за кино ты включил?
Запах женщины? И кто из них двоих выглядит как человек, разбирающийся в женщинах?
— Нет, все не так, — Вэй Хуай почесал затылок. — У него рейтинг высокий, это точно не то, о чем ты подумал.
— Посмотри на это стильное начало, это определенно хороший фильм.
На самом деле фильмов с высоким рейтингом много, но Вэй Хуай выбрал именно этот, чтобы самому узнать, о чем он.
Название уж больно интриговало.
Стало любопытно.
Но он, конечно, не мог признаться в этом Цоу Ину, поэтому пришлось строить из себя знатока и с серьезным видом убеждать того продолжить просмотр.
— … — Цоу Ин промолчал, подумал и решил на время поверить Вэй Хуаю.
Как оказалось, высокий рейтинг был вполне заслуженным.
Звук из колонок ноутбука разливался по маленькой комнате. Энергичные английские интонации, даже без понимания смысла слов, передавали мощь и силу.
— …Я видел многих молодых парней, у которых были оторваны руки, были взорваны ноги,
Но ничто из этого не сравнится с уродством души,
Душу нельзя заменить протезом.
— …Теперь я стою на перепутье своей жизни,
Я знаю, какой путь верный,
Без исключения, я всегда знаю, но я никогда им не иду,
Знаешь почему?
Потому что, черт возьми, это слишком тяжело.
— …(1)
— Ну вот, я же говорил, что фильм хороший, — Вэй Хуай прислонился к Цоу Ину, в левой руке держа колу, а правой, как обычно, перебирая его волосы, что вызывало легкое щекочущее чувство.
Никаких резких конфликтов, никаких спецэффектов, от которых кровь бросается в голову. Сюжет был прост, но глубок и трогателен.
— …М-м, — Цоу Ин моргнул, чувствуя легкое жжение в глазах. Сначала показалось скучно, но чем дальше, тем интереснее.
Коробки из-под еды громоздились на столе, на молочно-белой упаковке проступали жирные пятна, подушки на диване сбились, некоторые упали на пол.
Когда двухчасовой фильм закончился, на улице уже совсем стемнело. Вэй Хуай долго елозил ногами по полу, но так и не нащупал тапочки, поэтому махнул рукой, отбросил подушку и пошел включать свет.
Теплый желтый свет мгновенно заполнил комнату, высветив беспорядок на столе и диване.
Вэй Хуай даже заметил край своего тапочка под диваном.
— Почему такой бардак? — Цоу Ин прищурился, глядя на Вэй Хуая.
— …Не моя вина, — Вэй Хуай почесал голову, нырнув в щель между диваном и столиком, чтобы достать второй тапочек. — Было слишком темно, вот я и покидал все как попало.
— Ничего не поделаешь, — добавил он, наконец нацепив второй тапочек.
— Не волнуйся, сейчас все уберу. — Достаточно было просто выкинуть мусор в корзину.
Вэй Хуай поднялся, собираясь взять мусорное ведро, как вдруг Цоу Ин схватил его за запястье и с силой дернул на себя. Вэй Хуай рухнул обратно на диван.
Хорошо, что диван был мягким, иначе синяк на заднице был бы обеспечен.
— В чем дело? — Вэй Хуай дернул рукой, но обнаружил, что Цоу Ин не собирается его отпускать — хватка была мертвой.
Цоу Ин, воспользовавшись моментом, уселся сверху на Вэй Хуая. Тот мгновенно вспомнил караоке-бар — тогда Цоу Ин вел себя точно так же.
Оба молчали, но в их взглядах словно достигли безмолвного согласия: встать, выключить свет, перейти в другую комнату.
Ноутбук сиротливо лежал на диване, в правом углу экрана мигал значок низкого заряда батареи.
Их дыхание переплелось, горячие выдохи обжигали ухо Вэй Хуая, вызывая мурашки по всему телу и странное, щекочущее чувство.
Цоу Ин обхватил лицо Вэй Хуая ладонями — свет из окна отражался в его соколиных глазах, делая их невероятно яркими.
Вэй Хуай надавил ему на затылок, и Цоу Ин, поддавшись, склонился для поцелуя.
Влажное, горячее дыхание наконец смешалось, во рту чувствовался легкий привкус колы, язык был мягким — совсем не таким, как у него самого.
Вэй Хуай целовался какое-то время, но почувствовал, что поза неудобная, сил не хватает, и перевернулся, поменявшись с Цоу Ином местами. Его привычная мягкая тактика сменилась напористостью.
Цоу Ин не желал уступать — силовое противостояние было его стихией. Он давил на затылок Вэй Хуая, действуя жестко. Поцелуй превратился в настоящую драку.
Вэй Хуай больше всего любил гладить его поясницу и особенно обожал проступающие мышцы пресса. И как назло, поясница Цоу Ина была его самым чувствительным местом: стоило прикоснуться, как он начинал подрагивать, движения губ сбивались, и он оказывался в проигрышном положении.
— М-м… убери руки, — Цоу Ин попытался оттолкнуть Вэй Хуая, яростно вытер рот, тяжело дыша, с высоко вздымающейся грудью.
— Зачем убирать? — голос Вэй Хуая был все таким же невозмутимым, а растянутые нотки звучали для Цоу Ина крайне раздражающе. — Это ведь так приятно.
— Может, попробуешь сам себя потрогать?
Поясница у Цоу Ина была тонкой, но не хрупкой — слой мышц, который Вэй Хуай лениво перебирал пальцами, был напряжен до предела, добавляя ему выносливости. Возможно, потому что в спальне не работал кондиционер и от жары на коже выступил тонкий слой пота, Вэй Хуаю нравилось гладить его поясницу — она была прохладной, словно он гладил большого, лоснящегося кота.
Цоу Ин не сдавался, снова обхватил Вэй Хуая за затылок и притянул к себе для поцелуя. Действовал он агрессивно, но каждый раз, когда казалось, что он вот-вот подавит Вэй Хуая, внезапно терял напор.
— Вэй Хуай! — после нескольких попыток Цоу Ин понял, что Вэй Хуай просто издевается над ним: как только он терял силы, тот щипал его за бок.
— А? — на губах Вэй Хуая играла зловредная усмешка, но он сделал вид, что искренне удивлен. — Что такое?
Для Цоу Ина это звучало фальшивее некуда.
В его глазах клокотала ярость, он выглядел еще более свирепым, но Вэй Хуай знал: стоит ему лишь немного пошевелиться, как эта с таким трудом накопленная свирепость вмиг рассыплется на осколки, как зеркало.
Подумав об этом, он так и поступил.
Рука, еще секунду назад сжимавшая затылок Вэй Хуая, разжалась, и приподнятый торс с силой рухнул на мягкое одеяло.
Чем свирепее человек, тем больше хочется заставить его покориться.
Особенно когда уже знаешь все его слабые места.
Вэй Хуай поднялся, присел рядом с Цоу Ином и заставил его перевернуться. В его глазах читалась неспешная уверенность, а рука продолжала выписывать круги на пояснице Цоу Ина.
— Ну что?
Цоу Ин, казалось, был в ярости, он уткнулся лицом в мягкое одеяло и долго не подавал голоса.
Вэй Хуай снова принялся ерошить его волосы, накручивая пряди на пальцы.
— … — голос Цоу Ина в одеяле звучал глухо, Вэй Хуай ничего не разобрал.
— М? — он перестал гладить и жестом попросил повторить.
— Эй, — Цоу Ин повернул голову. В темноте его лица было не разглядеть, но по дрожащим ноткам в голосе можно было что-то уловить. — …Не сделай мне больно.
— Ублюдок.
Вэй Хуай опешил, снова потянулся к нему, обхватил рукой за пояс и с силой притянул к себе — теперь они были прижаты вплотную.
Он укусил Цоу Ина за губу, внезапно, пока тот не ждал, прокусив нижнюю губу до появления солоноватого привкуса крови.
Видя, что Цоу Ин снова смотрит на него своим свирепым взглядом, Вэй Хуай в качестве утешения лизнул ранку.
— Не бойся, больнее уже не будет.
В этой войне без дыма и огня победа явно осталась за Вэй Хуаем.
Цоу Ин любил носить спортивные штаны на шнурке — стоило потянуть, и они легко сползали, почти без усилий.
Сначала он еще сопротивлялся, но потом от него слышались лишь глухие стоны.
Иногда, не в силах сжать зубы, он приоткрывал рот, чтобы вдохнуть, а когда смыкал их снова, то невольно впивался зубами в простыню или край одеяла, оставляя темные влажные следы.
Вэй Хуай подумал, что Цоу Ин вообще человек немногословный, и сейчас тем более.
Лишь приглушенные, хриплые стоны, перемежающиеся с невнятным бормотанием, от которых затылок начинал неметь.
Вэй Хуай решил, что сейчас самое время включить какой-нибудь «Самый яркий народный стиль», чтобы привести себя в чувство.
***
Глубокая ночь.
В тихой темной комнате открылись затуманенные глаза, но быстро прояснились.
Фигура перевернулась, осторожно выбралась из постели. Кровать скрипнула. Темный силуэт замер, подождал немного — убедившись, что человек рядом все еще спит, он выдохнул и продолжил начатое.
Правда, двигался он немного скованно.
Щелк. Дверь открылась.
Цоу Ин отодвинул штору, утомленно прислонился к подоконнику и закурил. Крошечный алый огонек мерцал в темноте.
Через некоторое время он, словно от сильного дискомфорта, сполз по подоконнику на пол.
Летняя ночь была прохладной, в небе высоко висел серп луны. Единственным минусом было то, что звезд отсюда не видно.
Сигарета в пальцах догорала, Цоу Ин затягивался лишь изредка.
Он уже давно почти не курил.
— …Теперь я стою на перепутье своей жизни. Я знаю, какой путь верный, без исключения, я всегда знаю, но я никогда им не иду. Знаешь почему? Потому что, черт возьми, это слишком тяжело.
Возможно, потому что он редко смотрел такие фильмы, этот запомнился ему особенно четко.
«Цоу Ин», — подумал он.
Разве он сам не стоит на перепутье?
Правильно ли выбрал этот путь — сейчас сказать невозможно.
Страшно ли ему? — спросил он себя.
Ответа не было, лишь чувство растерянности. Ему не на кого опереться, но все еще есть те, кто полагается на него.
Сигарета догорела почти до фильтра, пальцы обожгло жаром. Цоу Ин потушил окурок и только собрался встать, как услышал знакомый голос.
— Что ты тут делаешь? — Вэй Хуай зевнул, его глаза от усталости казались влажными.
Он подошел ближе и увидел, что Цоу Ин сидит на холодном мраморном полу. — Почему ты здесь? Тебе не холодно?
Вэй Хуай принес подушку с дивана и протянул одну Цоу Ину. — Держи, подстели. — Он сам положил вторую на пол и сел рядом.
— Ты почему проснулся? — Цоу Ин прикусил губу, виновато добавив: — Я тебя разбудил?
— Нет, я и так не слишком крепко спал. — Конечно, он почувствовал бы, что живой человек рядом куда-то исчез.
— Говори, что случилось? — Вэй Хуай был заинтригован. Неужели так обрадовался окончанию экзаменов?
— Да ничего… просто… — Цоу Ин задумался, раздраженно почесал голову, не зная, как выразить словами. — Просто… что если в будущем я буду жить ужасно?
Голос его звучал тихо, с легкой хрипотцой.
Что если он не сможет прокормить сестру? Не сможет обеспечить Вэй Хуая?
Хотя, возможно, им в будущем и не нужна будет его опека, но он хотел хотя бы иметь деньги, чтобы тратить их на дорогих ему людей.
— И что? — Вэй Хуай удивленно приподнял бровь, погладил Цоу Ина по волосам и обнял его за пояс. — Ты боишься?
— … — Цоу Ин помолчал, словно обдумывая ответ, и наконец сказал: — Я не боюсь.
Пока он жив, он ничего не боится, но он хочет жить хорошо.
— Уже беспокоишься об этом? — Вэй Хуай улыбнулся. Все-таки в душе он был старше Цоу Ина. — Придерживайся того, что считаешь нужным, делай то, что в твоих силах, и не сходи с выбранного пути — это самое главное.
— Это все, что ты можешь сделать, остальное — воля случая. Всегда будут вещи, которые идут не так, как ты планировал.
— Так что не забивай голову. — Вэй Хуай поднялся и потянулся. — Пойдем, а то кровать совсем остыла.
Хотя слова звучали банально, в них была доля правды. Цоу Ин отбросил путаные мысли, поднялся, опираясь на руку Вэй Хуая, но невольно покачнулся.
Однако он тут же устоял, не дав Вэй Хуаю заметить хоть что-то странное.
Черт.
Цоу Ин помрачнел, глядя на этого невозмутимого парня. Мысли о будущем испарились, осталось лишь желание оставить Вэй Хуая наедине с самим собой.
Черт возьми, никакой меры не знает.
***
Если в жизни и есть моменты, которые трудно забыть, то день оглашения результатов экзаменов — один из них.
Ши Яншо и остальные договорились с Вэй Хуаем и Цоу Ином встретиться на школьной баскетбольной площадке сразу после проверки баллов, чтобы напоследок сыграть в баскетбол.
Независимо от того, хорошими будут оценки или нет, это был лучший способ привести чувства в порядок.
Баллы должны были появиться в сети в девять тридцать утра, но Цоу Ин не спал почти всю ночь.
Может, ожидание результатов было страшнее самих экзаменов? Вэй Хуай и Цоу Ин провозились до часу ночи, а в обычное время он бы уже давно спал без задних ног, но Цоу Ин ворочался и просыпался дважды.
Что именно ему снилось, он уже не помнил, но точно ничего хорошего.
— … — в третий раз проснувшись, Цоу Ин уставился на цифры 8:03 на телефоне и погрузился в раздумья.
Неужели он и вправду так нервничает?
Цоу Ин прислушался к своему сердцебиению — обычный ритм.
Но уснуть он так и не смог.
Вэй Хуай все еще спал, обычно по утрам он валялся до десяти часов. Цоу Ин не стал его будить, надел одежду и на цыпочках выбрался из кровати.
Сидя на диване в гостиной, он тупо уставился в выключенный телевизор, а через некоторое время взял в руки плюшевую игрушку и принялся вертеть ее в пальцах.
Весь его вид говорил о том, что он не знает, чем себя занять, но отчаянно ищет какое-то дело, лишь бы не сидеть без дела.
Просидев так какое-то время, Цоу Ин внезапно поднялся и направился на кухню.
Раз не знаешь, чем заняться — приготовь завтрак.
Когда Вэй Хуай был разбужен Цоу Ином, он увидел, что на столе стоят два яичницы, лепешки с зернами, четыре маленьких сладких блинчика, два блинчика с начинкой и две большие миски каши с консервированными яйцами и мясом.
От горячей каши исходил легкий пар — сразу было видно, что приготовлено только что.
— Почему… завтрак сегодня такой богатый? — Раньше они в основном перебивались хлебом или вовсе обходились без завтрака.
— Просто захотелось, — Цоу Ин отодвинул стул и сел, подцепив палочками яичницу.
— …Оу. — Вэй Хуай посмотрел на него. Почему-то все казалось не так.
Странно.
Вэй Хуай наелся до отвала — такое с ним случилось впервые.
Вэй Хуай наблюдал, как Цоу Ин, закончив с завтраком, уткнулся в телефон, и вмиг понял, почему тот с самого утра столько суетился. Вероятно, проснулся слишком рано, уснуть больше не смог, вот и решил занять себя готовкой, чтобы хоть как-то отвлечься.
— Так сильно нервничаешь? Хочешь, я за тебя посмотрю? — Вэй Хуай похлопал Цоу Ина по плечу.
Внезапный голос явно напугал Цоу Ина: он рефлекторно прижал телефон экраном к груди. Лишь придя в себя и осознав, что сделал, он досадливо поморщился.
— …Чего ты подкрадываешься без звука? — он попытался унять бешено колотящееся сердце и, вновь открыв телефон, принялся обновлять страницу. — Нет, я сам.
Если кто-то другой посмотрит, станет еще страшнее.
— Если нервничаешь, так и скажи, к чему эти утайки? — Вэй Хуай не понимал такого поведения. — Я еще вчера вечером заметил, что ты сам не свой, а ты твердил, что ни капли не волнуешься.
— М? И это, по-твоему, не нервы? — Вэй Хуай усмехнулся, в его словах сквозила явная насмешка.
— Кто сказал, что я нервничаю? — Цоу Ин сохранял бесстрастное выражение лица. Он пару раз ткнул пальцем в экран и погасил его. — Просто вздрогнул от неожиданности.
— Ладно, ладно, — Вэй Хуай отмахнулся и взглянул на часы. — Осталось пять минут, уверен, что не будешь обновлять сайт?
Цоу Ин поджал губы, бросил на него косой взгляд, но всё же снова открыл страницу, которую так упорно пытался загрузить. Вэй Хуай уселся рядом, наблюдая за его попытками.
— …Ты не собираешься готовиться? — Цоу Ин нахмурился, глядя на сидящего рядом Вэй Хуая, и едва не выгнал его прочь.
Вэй Хуай сложил руки на груди, невозмутимо отозвавшись:
— Не спешу. Всё равно сейчас не зайти, дай хоть на тебя посмотрю.
— … — Цоу Ин стиснул зубы и, не сдержавшись, одарил Вэй Хуая сердитым взглядом.
Как оказалось, Вэй Хуай был прав. Спустя двадцать минут безуспешных попыток Цоу Ин сдался. Лишь когда в классном чате кто-то написал, что результаты стали доступны, они наконец зашли и проверили баллы. Оба остались довольны.
***
После обеда Вэй Хуай и Цоу Ин, как и договаривались, отправились к школе.
— Помнишь, когда я только пришел, мы впервые так встретились? — Вэй Хуай сделал глоток персиковой газировки. Холодный напиток приятно обжег горло, вызывая освежающее чувство. — Повторим? Перелезем через стену, идешь?
— Иду, — стоило Вэй Хуаю заговорить, как Цоу Ин мгновенно вспомнил ту картину: юноша с ослепительной улыбкой, гордо восседающий на заборе. На душе стало тепло от светлой ностальгии.
Они дошли до главных ворот, но в последний момент свернули и зашли с другой стороны, остановившись у стены.
— Охрана, наверное, в отпуске? — Вэй Хуай азартно потер ладони.
— Должно быть. Да даже если и на месте, вряд ли они станут гоняться за нами, как в прошлый раз, — Цоу Ин сделал шаг вперед. — Мне первым лезть?
— Валяй.
Пусть они не штурмовали эту стену уже два семестра, Цоу Ин ничуть не растерял сноровки: всё прошло гладко и в одно движение.
— И правда, нисколько не разучился, — Вэй Хуай залпом допил газировку.
Цоу Ин, дожидавшийся его на той стороне, спустя какое-то время нахмурился:
— Эй! Ты там застрял, что ли?
— Неужели перелезть не можешь? — проворчал Цоу Ин. Он уже приготовился помогать Вэй Хуаю, как вдруг раздалось «цок», и через стену перелетел какой-то темный предмет, с глухим звуком упав на землю.
Алюминиевая банка проскакала по твердому бетону, издав пару звонких звуков, и покатилась в сторону. Цоу Ин узнал банку из-под персиковой газировки, которую пил Вэй Хуай, и, сделав пару шагов, подобрал её. С первого взгляда — обычная упаковка, классический розовый цвет. Но стоило перевернуть её другой стороной…
Там, где был нарисован розовый персик, кто-то вывел красным маркером большое сердце.
Цоу Ин ошарашенно поднял голову и увидел, что Вэй Хуай, как и тогда, сидит на гребне стены и улыбаясь машет ему рукой. За спиной — ярко-синее небо и клочья белых облаков, а жгучее солнце греет даже сильнее, чем раньше.
Всё как тогда, и в то же время — иначе.
В этот раз он принадлежит ему.
[Динь! Прогресс сбора выполнен! Пожалуйста, проверьте получение]
http://bllate.org/book/22079/2296000
Готово:
