Вход в туннель был с трудом заблокирован обломками скал, которые Чжан Цилин выворотил своим Древним Мечом Черного Золота. Звуки неистовых ударов и яростный рык преследователей из Врат Теней доносились лишь приглушенно, превратившись в глухое эхо, которое с каждым разом тяжелее отдавалось в сердцах присутствующих. Внутри туннеля воцарилось пугающее полузатишье, нарушаемое лишь прерывистым, тяжелым дыханием людей да доносящимися из горла Хэй Сяцзы стонами — он пытался сдержать себя, но от невыносимой боли то и дело срывался на прерывистые вдохи.
— Скорее! Положите его ровно! — голос Се Юйчэня дрожал, хотя сам он этого не замечал. Опустившись на колени, он осторожно помог У Се уложить Хэй Сяцзы на относительно ровный участок пола. Рана на животе мужчины всё еще обильно кровоточила, пропитывая его черный гидрокостюм. В тусклом свете кровь казалась пугающего темно-бурого цвета, отдавая чернильным оттенком — яд на клинках Теневых Марионеток был явно не из простых.
Се Юйчэнь молниеносно разорвал одежду вокруг раны. Увидев страшный порез, края которого разошлись так сильно, что в глубине едва ли не шевелились внутренности, он едва заметно вздрогнул, а его лицо вмиг стало мертвенно-бледным. Не колеблясь ни секунды, он сорвал с себя верхнюю одежду, разорвал её на полосы и принялся туго перевязывать рану, чтобы остановить кровь.
— Черт… полегче, Господин Хуар… — от боли на лбу Хэй Сяцзы вздулись вены, холодный пот ручьями стекал по лицу, пропитывая волосы, но он всё еще находил в себе силы криво ухмыльнуться и прохрипеть слабым, почти не слышным голосом: — Твои методы… словно ты свинью режешь… с тебя потом компенсация за производственную травму…
— Заткнись! — рявкнул Се Юйчэнь, хотя его руки стали двигаться еще быстрее и осторожнее. Он не жалел запасов: все кровоостанавливающие порошки и противоядия, что были у него с собой, он щедро высыпал на рану, а затем слой за слоем принялся плотно бинтовать её тканью. Его движения были профессиональными и четкими, но едва заметно дрожавшие пальцы выдавали бурю, творившуюся у него в душе.
— Хэй Сяцзы… держись, слышишь! — У Се, наблюдая за этим со стороны, едва не лишился чувств, его голос дрожал. Он в панике перерывал рюкзак в поисках хоть чего-нибудь полезного.
Ван Панцзы, настороженно глядя на заблокированный вход и прислушиваясь к непрекращающимся ударам, от нетерпения притопывал ногами:
— Черт бы их побрал! Эти призраки никак не угомонятся! Господин Толстяк за всю свою жизнь не чувствовал себя таким беспомощным! Господин Хэй, ты там живи! Если с тобой что случится, кто будет со мной пререкаться в будущем?! — Его зычный голос эхом разносился по узкому туннелю, выдавая нескрываемый страх.
В этот момент до слуха всех присутствующих донесся тонкий звук, напоминающий журчание воды. Сначала едва уловимый, он быстро становился всё отчетливее.
— Что это за звук? — У Се настороженно поднял голову.
Чжан Цилин молча подошел к дальней стене туннеля, опустился на корточки и провел пальцем по щели между стеной и полом. На его кончиках пальцев тут же остался слой вязкой иссиня-черной жидкости, источавшей тот же холод и гнилостный смрад, что исходили от Озера Чёрной Воды.
— Вода… черная вода просачивается! — Ван Панцзы посветил фонариком и переменился в лице. И действительно: не только в одном месте, но и отовсюду — из всех щелей на стенах и стыков с полом — начали сочиться черные ручейки. Они напоминали бесчисленных черных змей, медленно и неотвратимо расползающихся по туннелю. Еще ужаснее было то, что вместе с водой в воздухе начал распространяться слабый, приторно-сладкий розовый туман.
— Это галлюциногенный газ! — Се Юйчэнь резко вскинул голову, его взгляд стал острым. — Здесь нельзя оставаться! Нужно уходить, немедленно!
— Куда идти?! — Ван Панцзы посмотрел на единственный заваленный выход, на просачивающуюся повсюду черную воду и ядовитый туман. Он был почти в отчаянии: — Это же тупик, черт побери!
Однако Чжан Цилин уже поднялся и направился вглубь туннеля. Там путь не был полностью перекрыт: в стене обнаружилось узкое, уходящее вниз отверстие, через которое можно было проползти лишь по одному. Это походило на старый дренажный или канализационный канал, внутри которого царила непроглядная тьма и откуда веяло невыразимым зловонием. Он посветил фонариком внутрь, обернулся к остальным и кратко бросил:
— Только там.
Отверстие было тесным, черная вода уже начинала просачиваться и туда. Что было внутри, никто не знал — это могло привести как в еще более опасную зону, так и в очередной тупик.
— Это… это вообще возможно? — У Се посмотрел на пугающий лаз, в горле у него пересохло.
— А выбора нет! — Ван Панцзы стиснул зубы. — В любом случае лучше, чем утонуть или отравиться здесь! Я пойду первым, расчищу путь! — с этими словами он собрался нырять внутрь.
— Подожди. — внезапно подал голос Се Юйчэнь. Бинтование было закончено, но дыхание Хэй Сяцзы становилось всё слабее, лицо приобрело пепельный оттенок — было ясно, что яд и потеря крови стремительно пожирают его жизненные силы. Се Юйчэнь посмотрел на завал, который продолжали крушить снаружи, на камни, уже начавшие осыпаться, затем перевел взгляд на бесчувственного Хэй Сяцзы и на темный, полный неизвестности лаз. В его глазах мелькнула решимость.
Он поднялся, обвел взглядом У Се, Ван Панцзы и Чжан Цилина. Его голос звучал пугающе спокойно:
— Толстяк, бери его на спину. У Се, прикрывай в центре. Сяо Гэ, иди первым, выведи их отсюда.
Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, повергнув У Се и Ван Панцзы в ступор.
— Что?! — первым вскочил Ван Панцзы. — Господин Хуар, ты о чем?! А ты?!
У Се тоже запаниковал:
— Нет! Сяо Хуа, что ты задумал?! Мы уйдем вместе!
Се Юйчэнь покачал головой, его взгляд, устремленный на шаткую груду камней, был холодным как лед:
— Вход долго не продержится. Как только они ворвутся, мы все здесь погибнем в этой ловушке. Кто-то должен остаться, чтобы окончательно заблокировать этот путь или… увести их за собой.
Он наклонился и осторожно вынул из плотно сжатых кулаков Хэй Сяцзы — он не разжимал их даже в беспамятстве — Амулет Инь-Ян Рыбы, сунув его в рюкзак У Се.
— Амулет не должен попасть к ним в руки. Береги его, и береги его тоже.
— Нет! Ни за что! — У Се схватил Се Юйчэня за руку, его глаза мгновенно покраснели. — Если кто и останется, то я! Ты не можешь…
— Ты не сдержишь Теневых Марионеток, — спокойно констатировал факт Се Юйчэнь, высвобождая руку. — Их главная цель — я и амулет. Если я останусь, я выиграю вам максимум времени. — Он посмотрел на Чжан Цилина: — Сяо Гэ, уводи их.
Чжан Цилин на секунду встретился взглядом с Се Юйчэнем, в глубине его глаз промелькнуло нечто сложное, но в итоге он ничего не сказал, лишь слегка кивнул. Он понимал: это единственный шанс для остальных выжить.
— Я не уйду! — Ван Панцзы уперся, преграждая путь к лазу, его глаза расширились. — Се Юйчэнь, брось эти штучки! Если помирать — так вместе, если жить — так вместе! Господин Толстяк никогда не бросает братьев!
— Толстяк! — Се Юйчэнь резко повысил голос, в его обычно холодном тоне прозвучала непререкаемая властность и едва уловимая мольба: — Возьми его на спину и уходи! Это единственный шанс! Или ты хочешь смотреть, как он здесь умирает?! — он указал на едва дышащего Хэй Сяцзы.
Ван Панцзы посмотрел на бледное лицо Хэй Сяцзы, затем на решительный взгляд Се Юйчэня. Его губы задрожали, в итоге он в отчаянии топнул ногой, издал рык, похожий на вопль раненого зверя, и наклонился, чтобы взвалить друга на плечи.
И тут пальцы Хэй Сяцзы, до этого безжизненно лежавшие на полу, едва заметно дернулись. Он, казалось, собрал последние остатки сил, с трудом приоткрыл веки, и его расфокусированный взгляд с великим трудом сфокусировался на лице Се Юйчэня. Из горла вырвался хриплый, прерывистый звук:
— Се… Юйчэнь… как ты… смеешь…
Эта фраза отняла у него последние силы. Сказав это, он уронил голову и снова провалился в глубокое забытье.
Се Юйчэнь едва заметно пошатнулся. Он долгим взглядом посмотрел на Хэй Сяцзы — в этом взгляде было столько невыразимых чувств. Затем он резко развернулся, больше не глядя ни на кого, подошел к завалу, который сотрясали снаружи, подобрал оброненный Хэй Сяцзы армейский нож и встал, преградив путь. Его силуэт в дрожащем свете фонарика казался невероятно хрупким, но в то же время в нем чувствовалась решимость, способная противостоять самой тьме.
— Идите! — Чжан Цилин больше не медлил. Бросив короткую команду, он первым нырнул в узкий, зловонный канал.
Ван Панцзы с покрасневшими глазами, стиснув зубы, бережно взвалил Хэй Сяцзы на свою широкую спину и каждый шаг делал с огромным трудом. У Се, глядя на спину Се Юйчэня, понимал, что ничего не может изменить, и лишь сдавленно выкрикнул:
— Се Юйчэнь! Обещай мне! Обязательно выживи!
Се Юйчэнь не обернулся, лишь крепче сжал нож в руке.
У Се в последний раз взглянул на этот решительный силуэт, смахнул слезы, последовал за Ван Панцзы и скрылся в бесконечной тьме туннеля.
Когда последний из них исчез в лазе, Се Юйчэнь медленно поднял руку и нажал на неприметное устройство у себя на поясе — это была одна из немногих мощных взрывчаток, которые они взяли с собой.
Он слушал удаляющиеся шаги товарищей, слушал грохот обломков, которые вот-вот должны были разлететься, чувствовал ледяное прикосновение черной воды к лодыжкам, слышал тонкий звон в ушах от галлюциногенного газа, который уже начал дурманить его сознание.
Он закрыл глаза, и в голове всплыл решительный взгляд Хэй Сяцзы, когда тот закрывал его собой, и его последние слова: «Как ты смеешь…».
Снова открыв глаза, он ощутил лишь спокойствие мертвеца и безумную решимость забрать врагов с собой в могилу.
http://bllate.org/book/21840/2264189
Готово:
