Независимо от того, какие отношения были между ними, она уже стала самым близким к Шэнь Яньжу человеком в мире. Получать её заботу и внимание, иметь возможность видеть её неизвестную никому сторону — разве этого недостаточно?
Так было хорошо. Не заглядывая в будущее, в этот момент Шэнь Яньжу принадлежала только ей — зачем вообще что-то менять?
— Сестра! — не удержавшись, позвала она.
Шэнь Яньжу отозвалась успокаивающим «мм», хлопоча у плиты, и даже не обернулась.
— Ты для меня как настоящая старшая сестра, — произнесла Ань Чжисяо.
Шэнь Яньжу повернулась, внимательно посмотрела на неё, и на её губах появилась едва заметная улыбка:
— Что это с тобой сегодня? — такая привязчивая, совсем не похожая на Ань Чжисяо.
Испугавшись, что из-за такого пристального взгляда всё тайное станет явным, Ань Чжисяо поспешно вернулась в гостиную. Только сейчас она заметила, как бешено колотится её сердце.
Пока преграда между ними оставалась нетронутой, она ничего подобного не чувствовала и держалась рядом с Шэнь Яньжу непринужденно и свободно. Но стоило только осознать собственные чувства и тайные помыслы, как она поняла, что сохранять спокойствие больше не может. Любое малейшее проявление близости грозило свести её с ума и заставить сердце бешено стучать.
Похоже, даже просто делать вид, будто ничего не происходит, рядом с Шэнь Яньжу было не так-то просто.
Но она постарается! Ань Чжисяо хлопнула себя по щекам, возвращая привычную жизнерадостность и уверенность.
Было бы совсем идеально, если бы её взгляд то и дело не устремлялся в сторону кухни.
Как и обещала Шэнь Яньжу, еда была готова быстро. Ань Чжисяо помогла перенести всё на обеденный стол, и они сели ужинать. Из-за жары Шэнь Яньжу также сварила кастрюлю супа из маша, который после охлаждения перелила в большой кувшин и поставила в стороне.
Вообще-то его полагалось пить после еды, но Ань Чжисяо, едва сев за стол, сначала выпила чашку супа из маша и только потом принялась за ужин.
Все блюда были её любимыми. Не попробовав их за целый целую неделю, Ань Чжисяо успела невероятно соскучиться, уплела целых две большие миски риса и лишь тогда с сожалением отложила пиалу.
К слову, Шэнь Яньжу и впрямь обладала огромным кулинарным талантом. Она никогда не училась профессионально, просто искала рецепты в интернете и готовила сама. И тем не менее получалось у неё невероятно вкусно.
Правда, насладиться этим могла только она одна. От этой мысли на душе у Ань Чжисяо стало еще теплее.
Закончив ужин и воспользовавшись тем, что еще не стемнело, Ань Чжисяо предложила Шэнь Яньжу прогуляться.
Казалось, после того как она осознала свои чувства, любое совместное занятие с Шэнь Яньжу — что бы они ни делали — приобрело для неё особый смысл. Даже если это были лишь плоды её собственной фантазии, о которых Шэнь Яньжу не догадывалась.
Поразмыслив как следует, она наконец выудила из памяти подходящий предлог:
— Сесть, ты же в прошлый раз говорила, что в жилом комплексе живут бродячие кошки? Давай пойдем поищем их!
— …Прямо сейчас? — Шэнь Яньжу оказалась застигнута врасплох.
Поскольку в прошлый раз она бросила эти слова просто для того, чтобы отвязаться, после тщательной проверки на местности выяснилось… что правила управления в этом жилом комплексе донельзя строгие, а потому никаких бездомных кошек и собак там отродясь не было.
Этот факт изрядно разочаровал Шэнь Яньжу. Но, к счастью, она бросила это замечание невзначай, и Ань Чжисяо, должно быть, не придала ему значения, так что сама она уже давным-давно выбросила это из головы.
Кто бы мог подумать, что первым делом по возвращении домой Ань Чжисяо вспомнит именно об этом?
Ань Чжисяо кивнула, глядя на неё сияющими глазами:
— Ага, прямо сейчас. Дома как раз есть сосиски и всё такое, захватим с собой, чтобы покормить их. А в будущем, глядишь, сможем и немного кошачьего корма прикупить.
Встретившись взглядом с этими полными ожидания глазами, Шэнь Яньжу так и не смогла произнести отказ.
И потому, прекрасно зная, что никаких бродячих кошек в округе нет и в помине, она всё равно помимо воли кивнула.
В итоге сейчас они бродили по территории жилого комплекса, повсюду выискивая следы пушистиков. Ань Чжисяо шла впереди, не сводя сосредоточенного взгляда с близлежащих кустов, словно те и впрямь могли скрывать кошек. Шэнь Яньжу же плелась следом, погруженная в отвлеченные мысли.
Какую же причину придумать, если они никого не найдут?
— Сестра, а где именно ты их видела в прошлый раз? — на ходу поинтересовалась Ань Чжисяо.
Шэнь Яньжу бросила небрежно:
— Да здесь, совсем недалеко.
Она слегка замялась и добавила:
— Впрочем, бродячие кошки не сидят на месте, кто знает, может, их уже и след простыл?
Так что, если вдруг никого не отыщется, сильно расстраиваться не стоит. Впрочем, вслух произнести последнее она так и не осмелилась.
По неизвестной причине в сердце Шэнь Яньжу укоренилось упорное стремление относиться к Ань Чжисяо — уже вполне взрослой девушке — так же, как в день их первой встречи четыре года назад, когда той исполнилось всего пятнадцать. Она окружала её заботой и потакала всем капризам, словно пытаясь искупить какую-то неведомую вину.
Ань Чжисяо не слишком вслушивалась в слова Шэнь Яньжу и продолжала упорные поиски. В итоге они обошли всё вокруг, но так никого и не обнаружили. Пока Шэнь Яньжу лихорадочно соображала, как бы поубедительнее уговорить Ань Чжисяо прекратить это занятие, до их слуха донеслось кошачье мяуканье.
…Вот это мистика! Разве здесь не было бродячих кошек? Откуда тогда мяуканье?
Неужели новичок? Или ей самой настолько сильно хотелось увидеть кошку, что начались слуховые галлюцинации?
— Сесть, ты ведь тоже слышала? — обрадованно обернулась к ней Ань Чжисяо, и в её глазах отчетливо читалось предвкушение.
Шэнь Яньжу кивнула:
— Слышала.
— Мяу~ — услышав ответ, Ань Чжисяо тут же радостно повернулась обратно и сама принялась подражать кошачьему голосу, надеясь таким образом привлечь сородича.
До чего же уморительно мило она выглядела!
Шэнь Яньжу с улыбкой наблюдала за ней. Как бы там ни было с этой кошкой, ради неподдельной радости Ань Чжисяо ей стоило бы поскорее показаться!
Спустя мгновение раздалось еще одно тоненькое мяуканье, и из зарослей выпрыгнула белая тень, замерши неподалеку от Ань Чжисяо и настороженно уставившись на неё.
Кошка оказалась поистине великолепной.
Основной цвет её шерстки был белоснежным, но на макушке, кончиках лап и хвоста красовались черные отметины, придающие ей одновременно грозный и невероятно миловидный вид.
У Ань Чжисяо аж глаза заблестели. Продолжая мурлыкать, она ловко сдернула с сосиски оболочку, положила её на заранее подготовленную салфетку, опустила на землю и, чуть подтолкнув в сторону животного, негромко произнесла:
— Угощайся.
Кошка какое-то время изучала её взглядом, затем осторожно приблизилась, принюхалась к сосиске, снова подняла голову на девушку и только после этого высунула язычок, чтобы лизнуть угощение.
Убедившись, что еда вкусная, она принялась довольно покачивать хвостом, маленькими кусочками уплетая лакомство.
Ань Чжисяо, сложив руки в кулачки и уперев их в подбородок, с горящим взором смотрела на кошку — её сердце буквально таяло от умиления.
— Какая же она красивая, — шепотом поделилась она, ища поддержки у Шэнь Яньжу.
Шэнь Яньжу кивнула.
Ань Чжисяо продолжила:
— И подумать только, такая прелесть — бездомная! Как же её жалко!
Шэнь Яньжу снова кивнула.
Ань Чжисяо наконец перешла к главной цели:
— Сестра, давай возьмём её себе, а? Посмотри, какая она послушная, смирная и смышлёная, с ней наверняка не будет хлопот!
…Интересно, в какой именно момент та разглядела в ней послушание, смирность и смышленость? Шэнь Яньжу беспомощно посмотрела на неё. Впрочем, раз уж Ань Чжисяо так приглянулась эта кошка, завести питомца казалось не самой плохой идеей. И Шэнь Яньжу уже собиралась дать добро.
Однако в этот самый момент из стоящего напротив подъезда донесся мужской голос, в точности пародирующий кошачье мяуканье.
Стоило кошке, сидевшей перед Ань Чжисяо, услышать этот звук, как она тут же бросила еду и с пронзительным мяуканьем помчалась на зов.
Мгновение спустя из подъезда вышел молодой мужчина лет тридцать на вид, бережно прижимая к груди спасенную беглянку. Заметив их двоих, он слегка удивился, а опустив взгляд на лежащую на земле сосиску, скривил весьма странную гримасу:
— Это вы угостили мою кошку сосиской? Большое вам спасибо.
— Твоя… твоя кошка? — заикаясь, переспросила Ань Чжисяо.
О небо! Так у этой кошки есть хозяин?! А как же истории о бродячих животных? Что за невероятный поворот!
Шэнь Яньжу тоже почувствовала себя крайне неловко.
Она оплошала. Зная лишь о том, что в жилом комплексе теоретически могут водиться бездомные кошки, она при виде животного автоматически решила, что оно беспризорное, и даже не подумала, что у него может быть владелец!
И ведь стоило бы сообразить: откуда в элитном квартале с таким строгим режимом безопасности взяться бродячей кошке, да еще и чистенькой ухоженной? Тут явно что-то было не так, а оказалось — обычная домашняя любимица. Разум Шэнь Яньжу в тот момент будто заволокло туманом, раз она даже не допустила подобной возможности!
Даже при её извечной холодности и отстраненности, оказавшись в столь глупом положении, она была готова провалиться сквозь землю от стыда. И особенно неловко было перед Ань Чжисяо — ведь если бы не её рассказ о бездомных кошках, ничего подобного бы не произошло.
Пока она лихорадочно соображала, что бы такое сказать, чтобы разрядить обстановку, Ань Чжисяо уже молниеносно подхватила с земли салфетку вместе с остатками сосиски, скомкала их в комок и резким движением швырнула в стоящую неподалеку урну:
— Раз уж её хозяин нашлся, мы тогда пойдем.
С этими словами она попыталась поскорее утащить Шэнь Яньжу прочь.
Подобный позорный конфуз следовало немедленно прекратить!
Знала бы она, чем всё обернется, ни за что на свете не стала бы проситься на эту злосчастную прогулку с кормлением. Как же замечательно было бы остаться дома с сестрой в уютной обстановке!
— Подождите, — вдруг окликнул их мужчина. — Лица ваших девушек кажутся мне знакомыми, мы случайно не встречались раньше?
О боже!
Тут Ань Чжисяо вспомнила: Шэнь Яньжу ведь знаменитая певица! К тому же некогда кумир миллионов по всей стране! И пусть пик её славы уже позади… тьфу ты, она ведь уже много лет как сменила сферу деятельности, но былое влияние никуда не делось! Если их сейчас рассекретят, это же какой позор!
Надо срочно сбегать!
Размышляя так, Ань Чжисяо совершенно упустила из виду, что собеседник упомянул «обеих девушек», автоматически исключив из этого числа себя.
В конце концов, она пока оставалась малоизвестной исполнительницей, записавшей всего пару песен, чья аудитория обитала преимущественно в интернете. С какой стати ей встретить человека, способного узнать её в реальной жизни?
— Однако интернет-пользователи в виртуальном пространстве — это на самом деле те же самые люди из реального мира.
— Вы, наверное, ошиблись, — бросила Ань Чжисяо, накрепко вцепившись в руку Шэнь Яньжу.
Мужчина, прижимая к груди кошку, с легкой улыбкой на губах сохранял полнейшее спокойствие:
— Правда? А мне кажется, нет… Верно ведь, госпожа Шэнь?
Последняя фраза явно адресовалась Шэнь Яньжу.
Он действительно узнал её!
Более того, он назвал её госпожой Шэнь. Подобным образом к Шэнь Яньжу обращались исключительно люди из индустрии — остальные, в особенности фанаты и журналисты, неизменно величали её не иначе как небесной царицей.
Сама Шэнь Яньжу узнала собеседника еще раньше. Именно поэтому она всё никак не могла решиться — поздороваться ли с ним или, сделав вид, что незнакомы, поскорее скрыться. Заметив, что Ань Чжисяо уже заговорила, она решила пока не вмешиваться. Но она никак не ожидала, что мужчина тоже узнает её и решится заговорить первым.
По правде говоря, момент для светской беседы выдался отвратительный.
— Киноимператор Е, — Шэнь Яньжу лишь легко похлопала Ань Чжисяо по руке, пытаясь её успокоить, а затем шагнула вперед и с улыбкой приветствовала знакомого.
Киноимператор Е Синюань — главная звезда под крылом Син Чуаньмэй, обладатель престижнейших наград сразу в двух актерских категориях, некогда номинированный даже на лучшую мужскую роль на зарубежном кинофестивале «Бурый медведь». Пусть заветную статуэтку он тогда так и не получил, само достижение было более чем выдающимся. На сегодняшний день он заслуженно считался самым востребованным и популярным актером страны.
Их встреча здесь, хотя и стала неожиданностью, в то же время вполне укладывалась в рамки разумного. Благодаря высочайшему уровню безопасности и абсолютной приватности многие знаменитости предпочитали селиться именно в таких элитных комплексах. Если здесь жила сама Шэнь Яньжу, то присутствие Е Синюаня не выглядело чем-то удивительным.
Услышав слова Шэнь Яньжу, Ань Чжисяо вперила в мужчину пристальный взгляд и тоже узнала Е Синюаня.
Её сложно было винить за то, что она не узнала его сразу. При всей принадлежности к одной индустрии, музыкальные круги и мир кино пересекались крайне редко. И пусть сейчас вовсю модно было актерам запевать, а певцам — сниматься в кино, стирая видимые границы между сферами, это казалось таковым лишь со стороны. На деле же «каждое ремесло — как гора», каждый был сосредоточен на собственной карьере, и даже при общих знакомых видеться им доводилось нечасто.
А уж при разном весе в шоу-бизнесе вероятность встретиться лицом к лицу стремилась к нулю.
К тому же в той неловкой ситуации Ань Чжисяо была занята исключительно собственным позором, ей было не до разглядывания чужих лиц.
— Вы тоже здесь живете? — с улыбкой поинтересовался Е Синюань, бросив мимолетный взгляд на Ань Чжисяо.
В этом взгляде таился целый спектр эмоций. Вероятно, он вмещал в себя всё: от удивления в духе «какая неожиданность, вы тоже здесь живете» до скрытого любопытства «так вы, оказывается, живете под одной крышей».
Шэнь Яньжу кивнула:
— Даже не подозревала, что мы с киноимператором Е соседи. Какое совпадение.
— Мяу~ — вставила свои пять копеек кошка на руках Е Синюаня, требуя внимания к собственной персоне.
Е Синюань опустил на неё взгляд и с улыбкой произвел:
— Сяоми обычно не жалует чужих, но к вам обоим прониклась симпатиями. Должно быть, это судьба. — Он немного помолчал и предложил: — Если у уважаемых дам есть свободная минутка, можете подняться ко мне выпить чаю.
Пока Ань Чжисяо лихорадочно соображала, было ли это приглашение простой вежливостью или искренним порывом, Шэнь Яньжу уже решительно отказалась.
По дороге домой Ань Чжисяо не удержалась от вопроса:
— Сестра, вы знакомы с киноимператором Е?
— Раньше доводилось вместе участвовать в одном проекте, — кратко ответила Шэнь Яньжу.
Но кто такая Ань Чжисяо? Она — безумная преданная фанатка Шэнь Яньжу, которая с фанатичным упорством вела её фан-аккаунт на протяжении десятка лет. Она моментально выудила из памяти воспоминания о том самом шоу.
То была развлекательная программа в формате реалити-шоу, где участников разбивали на команды для прохождения различных полос препятствий, а победителям полагался солидный денежный приз. Разумеется, заработанные средства съемочная группа перечисляла на благотворительные цели. Для знаменитостей подобное шоу служило отличным способом поднять рейтинг и заработать очки репутации.
Тогда в съемках участвовали и Шэнь Яньжу, и Е Синюань, причем волею жюри они оказались в одной команде.
Ань Чжисяо так быстро вспомнила эту историю по вполне банальной причине: Е Синюань входил в число тех не многих реальных людей, кого молва связывала с Шэнь Яньжу романтическими узами за всю её многолетнюю карьеру, отмеченную безупречной репутацией.
Тогда Сюань Цзыхан еще не примерил на себя роль её неизменного «скандального ухажера» и «официального партнера», а Шэнь Яньжу, только что завоевавшая свой первый титул небесной царицы, находилась на пике популярности и всеобщего внимания. Естественно, ее личная жизнь волновала огромную армию поклонников.
Именно ради удовлетворения фанатского любопытства Шэнь Яньжу тогда и согласилась на участие в проекте — пускай романтики там не предвиделось, увидеть любимую исполнительницу в неформальной обстановке дорогого стоило.
Кто же мог предположить, что после завершения съемок, благодаря их неоднократному слаженному преодолению трудностей, пресса раздует из этого грандиозный скандал, приписав им бурный роман.
Хотя сами участники ничего не подтвердили и даже поспешили выступить с опровержениями, еще долгое время имена Шэнь Яньжу и Е Синюаня неизменно звучали рядом. Красивые, талантливые, идеально подходящие друг другу по всем статьям и равные по силам — они казались созданы для того, чтобы составить пару.
Стоило Ань Чжисяо вспомнить, о какой именно передаче шла речь, как её внутреннее спокойствие тут же испарилось.
Неужели простая вечерняя прогулка обернулась встречей с реальным соперником в любви?
Колеблясь, она в конце концов не выдержала и выпалила:
— Помню ту передачу, о ней тогда еще долго ходили слухи… — уставившись прямо перед собой, Ань Чжисяо постаралась придать голосу максимально беззаботный тон: — Сестра, это была правда или вымысел?
Если подумать, Е Синюань только что запросто позвал их к себе выпить чаю! Разве для звезд двери собственного дома открыты для кого попало? Даже крутясь в одной сфере, терять бдительность нельзя. Предлагать подобное при первой же встрече — явный признак дурных намерения!
На лице Шэнь Яньжу впервые промелькнуло нечто вроде замешательства:
— Что правда, а что вымысел?
— Ну, те слухи об отношениях, — пересилив себя, продолжила допытываться Ань Чжисяо.
Шэнь Яньжу на мгновение умолкла и лишь затем произнесла:
— Слухи были ложными. Но тогда он действительно ухаживал за мной.
!!! Так он и впрямь был её соперником!
К счастью, Ань Чжисяо быстро сообразила: раз он ухаживал, а слухи ложные, значит, она ему отказала. От этой догадки на душе у Ань Чжисяо мгновенно полегчало. Подгоняемая какими-то смутными, невысказанными надеждами, она решила попытать счастья:
— А почему ты отказала?
— Мы не подходим друг другу, — ответила Шэнь Яньжу.
Ань Чжисяо моргнула — ответ прозвучал чересчур расплывчато. Впрочем, приходилось признать, что это отличная формулировка, не оставляющая собеседнику ни шанса на дальнейшие расспросы. Наряду с дежурным «я ничего к тебе не чувствую» — просто излюбленная фраза для отказов.
Если бы к ней еще добавили стандартное «ты отличный парень» или «я всегда воспринимала тебя как брата/друга», это прозвучало бы настолько едко, что смотреть стало бы больно.
Она изо всех сил попыталась унять радостные пузырьки, закипающие в груди, и тут же безжалостно оборвала себя: Шэнь Яньжу отвергла другого, вовсе не обязательно, что она примет её. К тому же они даже полом одинаковы, раз уж Е Синюань не подошел, то она-то и подавно.
Дальше они шли молча, больше не проронив ни слова, пока не добрались до дома.
Уже переступив порог, закрыв за собой дверь и погрузившись в царивший в прихожей полумрак — они даже не успели включить свет, — Ань Чжисяо неожиданно спросила:
— Сестра, а какие люди тебе нравятся?
Ей безумно хотелось спросить: «Сестра, а как думаешь, мы с тобой подошли бы друг другу?» — но на это у неё не хватило духу.
Даже на столь безобидный, казалось бы, вопрос она смогла отважиться только под покровом темноты.
В следующий миг раздался щелчок — Шэнь Яньжу включила выключатель, и серебристый потоком хлынул сверху, мгновенно заполняя каждый уголок квартиры и заливая всё вокруг ярким светом.
Ань Чжисяо невольно зажмурилась, и смелость, которую она с таким трудом собирала по крупицам, растаяла в лучах света, словно снежинка.
Не смея поднять взгляд на Шэнь Яньжу, она лишь навострила уши в ожидании ответа.
Шэнь Яньжу, похоже, тоже не ожидала подобного вопроса, ошеломленно замерла на секунду и произнесла:
— Не знаю.
Ань Чжисяо с облегчением выдохнула.
«Не знаю» — это прекрасно. Раз не знает, значит, в сердце Шэнь Яньжу еще никто не поселился, иначе она непременно описала бы свой идеал, ориентируясь на конкретного человека.
Впрочем, такой исход Ань Чжисяо вполне предвидела. Стоило вспомнить, что и спустя десять лет в прошлой жизни Шэнь Яньжу так и не вышла замуж и оставалась одна — Сюань Цзыхана в расчет брать не стоило, Ань Чжисяо с первой же встречи поняла, что между ними нет ни намека на романтику.
Через десять лет Шэнь Яньжу исполнится тридцать восемь — для шоу-бизнеса возраст не предельный, но уже солидный. Большинство актрис предпочитают связать себя узами брака задолго до этого рубежа. В конце концов, современные фанаты в большинстве своем разумны и понимают, что кумиры тоже люди со своей судьбой, а потому охотно благословляют их выбор.
Раз Шэнь Яньжу так и не сделала этого шага, значит, любимого человека у неё действительно не было.
http://bllate.org/book/21771/2251441
Готово:
