Сознание постепенно угасало. В полузабытьи Чэн Но увидел, как чья-то грубая, покрытая волосами рука разбила молотком стекло автомобиля. Осколки вонзились Чэн Хао в висок, и по изгибу скулы медленно потекла алая кровь.
Чэн Но ощутил исходящую от нападавших злобу. Собрав последние силы, прежде чем окончательно провалиться в темноту, он сунул руку в карман и нажал на кнопку быстрого вызова Юнь Фэй. Еще несколько лет назад она заставила его сохранить свой номер как контакт для экстренных случаев, пообещав, что в любой беде он сможет связаться с ней одним нажатием.
Сквозь пелену он смутно видел, как его двоюродного брата грубо вышвырнули из машины, а затем мир погрузился в непроглядную тьму.
В момент звонка Юнь Фэй как раз обсуждала с военными дальнейшее сотрудничество. То, что она ввела Крису, было генетическим эликсиром эволюции, однако для публики она объявила это модифицированным генетическим индуктором, предназначенным для лечения бокового амиотрофического склероза — якобы препарат помогал изменить дефектные гены, вызывающие атрофию мышц.
Как первый подопытный, Крис привлекал всеобщее внимание. С годами его физические показатели становились все лучше, даже слишком хорошо. Военные заподозрили неладное, провели глубокое расследование и теперь хотели договориться с Юнь Фэй о поставках эликсира. Если бы его можно было широко использовать для солдат, стране не грозила бы никакая опасность.
Юнь Фэй не дала немедленного согласия. Эликсир — вещь полезная, но его появление в эту эпоху не сулило ничего хорошего.
Пока она раздумывала, зазвонил телефон. Игнорируя любопытные взгляды окружающих, Юнь Фэй ответила:
— Чэн Но, ты уже в аэропорту?
Вместо его голоса она услышала глухие удары по кузову машины, а затем тяжелое дыхание грубого мужского голоса:
— Черт, этот ублюдок такой тяжелый. Босс, как думаете, сколько с них взять в этот раз?
Раздался другой голос, сопровождаемый зловещим смешком:
— Он же президент компании Диншэн, пятьдесят-шестьдесят миллионов вытрясем легко. Парни, будьте осторожнее, не убейте его раньше времени. Если уж придется прикончить, то только после того, как получим деньги.
— А что делать с этим смазливым пареньком? Может, просто прирежем?
— Забей, забираем обоих. Похоже, они близки, так что пару миллионов сверху тоже получим.
Услышав это, лицо Юнь Фэй мгновенно помрачнело. Она отследила геолокацию телефона Чэн Но и сбросила вызов, чтобы похитители ничего не заподозрили.
Раз уж возникли непредвиденные обстоятельства, она не собиралась тратить здесь ни секунды. Юнь Фэй поднялась и обратилась к присутствующим:
— С генетическим эликсиром проблем нет. Просто моих друзей похитили, мне нужно разобраться с этой мелкой неприятностью.
Военные прекрасно поняли, что она имеет в виду под мелкой неприятностью. Очевидно, Юнь Фэй собиралась вершить самосуд, и участь похитителей не вызывала сомнений. Будучи на стороне справедливости, они тут же заявили:
— Мы решительно осуждаем любые преступные действия. Подобные бандиты должны понести наказание.
Смысл был ясен: не переходи границы, а на остальное мы закроем глаза.
— Разумеется, я законопослушный гражданин, — уголки губ Юнь Фэй слегка приподнялись, превращаясь в полумесяцы, а в улыбке, сиявшей при свете ночи, сквозил холод.
Лунный свет красив, но глубокой ночью он пробирает до костей — главное, не замерзнуть.
Юнь Фэй широким шагом вышла из зала заседаний, по пути сбрасывая лабораторный халат. Крис, только что закончивший тренировку по бейсболу, как раз шел к матери, чтобы заодно пройти плановый осмотр.
Юнь Фэй подошла к нему и прямо сказала:
— Дай свою биту.
Крис не знал, что случилось, но перед лицом такой властной Юнь Фэй он послушно протянул ей снаряд. Только отдав его, он спохватился:
— Ты куда?
— Драться! — бросила она, стремительно проходя мимо и оставляя после себя лишь решительный силуэт.
Она ведь законопослушный человек, убивать никого нельзя, поэтому — бить так, чтобы не насмерть, но до полусмерти!
Похитители были неглупы и сразу выключили телефоны жертв. Однако Юнь Фэй ради безопасности Чэн Но установила в его телефон трекер, а в кулон на его шее — GPS-маячок, позволявший знать его местоположение в любую секунду.
Спорткар мчался по трассе. Пейзаж сменился с шумного города на пустынные окраины. Раньше здесь была известная промышленная зона, но после рыночных реформ многие заводы обанкротились, оставив после себя лишь заброшенные цеха.
Определив точку, Юнь Фэй вышла из машины с битой в руках, даже не пытаясь действовать скрытно.
Вскоре её заметили. Огромный детина с грубым лицом и густой щетиной, выглядевший весьма опасно, выругался и бросился к ней, намереваясь применить силу. Но не успел он и пальцем пошевелить, как Юнь Фэй взмахнула битой и отправила его в полет.
С тех пор как она попала в этот мир, тренировки стали её рутиной. К тому же, разве она из тех, кто не будет пользоваться собственным эликсиром?
Громила, повалившись на землю, тряс головой, пытаясь встать на подгибающиеся мускулистые ноги. Он еще не успел прийти в себя, как увидел приближающуюся биту. Удар пришелся точно в челюсть, мозг мгновенно погрузился в хаос. Взглянув в небо, а затем на обшарпанные стены завода и крошечные желтые цветы в углу, он почувствовал, как зрение расплывается, и через пару секунд окончательно отключился.
Разобравшись с первым идиотом, Юнь Фэй положила биту у ног. Сцепив пальцы в замок, она потянулась, заставив шею хрустнуть. Затем она размяла кисти, и костяшки пальцев отозвались сухим щелчком.
Давно она не разминалась. Перед интенсивной нагрузкой нужно растянуть мышцы.
Шум снаружи встревожил остальных похитителей. Они выскочили с арматурой и ножами, желая выяснить, в чем дело. Юнь Фэй снова подняла биту, её губы искривились в дерзкой, презрительной усмешке.
— Карать зло — мой долг, — сказала она, улыбаясь.
Бита заплясала в воздухе, а звуки ударов и крики боли слились в уникальную дэт-метал симфонию.
Под голубым небом, среди обветшалых заводских построек, веяло упадком и смертью. Мощные, агрессивные удары звучали подобно барабанной дроби. Гул металла, ударяющегося о железные ворота, и скрежет арматуры по стальным конструкциям резали слух, словно кто-то изо всех сил скреб по барабанным перепонкам. Рыки и вопли мужчин смешивались с пронзительными криками боли, превращая это насилие в залитый солнцем безумный карнавал.
Решать проблемы силой — это очень плохо, но как же чертовски приятно!
Окровавленная бита с тяжелым стуком врезалась в грудь последнего бандита. Юнь Фэй перешагнула через тела и подошла к главным воротам. Те, кто был внутри, поняли, что происходит, и заперлись.
Она взглянула на свои туфли: тонкие каблуки могли сломаться от одного удара. Похоже, сегодня не лучший день для того, чтобы вышибать дверь ногой. Что ж, просто разнесет её.
Если внутри горит огонь, его нужно выпустить, иначе потом будет только хуже.
Юнь Фэй с оскалом занесла биту. Раздался оглушительный грохот — ворота рухнули. Все, кто был внутри, вздрогнули и уставились на вход.
Солнечный свет безжалостно залил комнату. Они увидели женщину, стоящую на пороге, а позади неё — лежащих без чувств товарищей. Капли крови на полу красноречиво говорили о том, насколько яростным был этот праздник.
Злобные глаза похитителей расширились от ужаса. Они не могли поверить своим глазам: как эта женщина в одиночку уложила столько здоровых мужиков?
Бита, выполнив свою задачу, была небрежно отброшена в сторону. Юнь Фэй наклонилась и подобрала железный прут. Ясным взглядом она обвела помещение: осталось шестеро. Чэн Хао и Чэн Но здесь не было — значит, спрятаны где-то в глубине. Ничего, она ведь такая обаятельная, они наверняка с радостью расскажут, где их искать.
Она слегка склонила голову набок, её ярко-красные губы приоткрылись:
— Ой, здание совсем обветшало, случайно развалила. Неудобно получилось. Давайте лучше разобьем что-нибудь поинтереснее. Надеюсь, ваши кости такие же крепкие, как эта дверь.
Мужчины в ужасе попятились, словно увидели демона. Это же были массивные складские ворота, которые иной раз и сдвинуть-то было невозможно, а она разнесла их в щепки!
Все они осознали одну вещь: эта женщина — не человек!
Страх, словно лианы, окутал их конечности, не давая пошевелиться. Кто-то закричал, все бросились врассыпную, но было поздно. Юнь Фэй двигалась с невероятной скоростью.
Рука, которая тащила Чэн Но за волосы, была сломана в один миг. Схватка закончилась быстрее, чем можно было представить. Юнь Фэй наступила на лицо главаря, вонзив острый каблук в его окровавленную плоть.
— Я человек неразумный, терпеть не могу, когда трогают мое имущество, — она надавила сильнее, каблук все глубже уходил в рану. — Теперь скажете, где мои люди?
Человек под её ногой — Лао Хао. Он был не так уж стар, но слыл грозным преступником, спланировавшим множество похищений, где заложников убивали сразу после получения выкупа. Чтобы скрыться от полиции, он даже делал из людей «живые бомбы» — в том взрыве помимо заложника погибли трое полицейских и случайный прохожий.
С тех пор Лао Хао и его банда числились пропавшими без вести. Кто бы мог подумать, что они похитят Чэн Хао и Чэн Но и попадутся в руки Юнь Фэй.
Сейчас его правая голень была неестественно вывернута, обе руки сломаны. Он мог лишь извиваться на земле, как червь, пытаясь сопротивляться.
— Даже пистолета нет, а туда же — в похитители подались, — Юнь Фэй медленно вытащила каблук и тут же с силой вдавила его обратно в рану.
Невыносимая боль заставила Лао Хао покрыться холодным потом. Его тело содрогалось, уголки губ посинели. Он не мог объяснить, что хотя пистолетов у них не было, зато хватало взрывчатки, которой боялась полиция.
Юнь Фэй было плевать на его оправдания.
У неё всегда найдется тысяча способов сделать так, чтобы человек взмолился о смерти. Пройдя через миры, полные боли и отчаяния, Юнь Фэй знала: если бы она не была немного не в себе, это было бы странно. В её сердце еще теплились доброта и нежность, но она больше не была той, кем была раньше.
Она — цветок зла, выросший в темной расщелине, монстр, доведенный до безумия. Монстр, который сохранил холодный разум и безумную свободу.
Монстр, надевший человеческую кожу, все равно остается монстром.
После короткого допроса Юнь Фэй получила ответ. Она медленно поднялась. Мужчина под её ногами лежал в неестественной позе, словно все кости в его теле были переломаны, а выпученные глаза с полопавшимися сосудами выглядели пугающе.
Следуя указаниям, Юнь Фэй прошла вглубь цеха и нашла Чэн Хао, который был без сознания из-за потери крови, и крепко связанного Чэн Но.
Чэн Но выглядел изможденным, веки его опустились. Он из последних сил боролся с болью и сном, чтобы не провалиться в забытье. Но когда он увидел Юнь Фэй, его потускневшие глаза внезапно вспыхнули. Напряжение покинуло его, и он позволил себе наконец уснуть.
Чэн Хао не понимал, что произошло, в голове была лишь смутная память о похищении. Он помнил, как Чэн Но сидел в его машине, и все его мысли были лишь о том, как там брат, не пострадал ли он.
Он заставил себя открыть тяжелые веки — рана на виске невыносимо болела. Сила воли помогла ему разлепить глаза.
Ослепительно белый потолок, запах антисептика, капельница в руке. Он пошевелил пальцами и, повернув голову, встретился взглядом с холодными, пронзительными глазами Юнь Фэй. Этот взгляд пробирал до костей, словно ледяное дыхание ада просочилось в его тело. Чэн Хао мгновенно пришел в себя.
Он моргнул, и показалось, что все это было лишь иллюзией. Он уставился на руки Юнь Фэй — они были слишком красивы. Даже если он не был ценителем рук, он не мог не восхититься ими.
Но в этих прекрасных руках был кухонный нож. Она элегантно чистила яблоко, без всякой задней мысли, но у Чэн Хао похолодело затылком: ему казалось, что она хочет почистить не яблоко, а его самого.
— Где Чэн Но? — спросил он хриплым голосом.
Услышав, что он первым делом вспомнил о брате, Юнь Фэй немного смягчилась. Длинная яблочная кожура упала в корзину, она убрала нож и протянула дольку Чэн Хао.
— С ним все в порядке, он давно очнулся, проходит курс психологической реабилитации.
Машину Чэн Хао похитители заранее испортили, поэтому подушка безопасности не сработала. Чэн Хао принял удар на себя, ему наложили несколько швов, и он пролежал в коме два дня. Чэн Но, сидевший на пассажирском сиденье, почти не пострадал, но пережитый шок требовал помощи специалиста, поэтому Юнь Фэй организовала терапию.
Чэн Хао наконец выдохнул:
— Хорошо, что он цел. Как долго я спал?
Юнь Фэй взяла мандарин и начала чистить его для себя:
— Больше двух дней. Твои родители только что ушли. Твоя авария — дело непростое, возможно, связано с твоим отцом.
Отец Чэн Хао, Чэн Хуажун, был мэром города. Честный и неподкупный, он неизбежно нажил себе врагов. Чтобы уничтожить его, преступники решили похитить его единственного сына и заодно вытрясти деньги.
Чэн Хуажун после расследования сам все расскажет сыну, поэтому она не стала вдаваться в подробности. Чэн Хао вспомнил, как в полубреду после похищения слышал голос Юнь Фэй, и спросил:
— Кто нас спас?
— Я сама, — Юнь Фэй не страдала ложной скромностью и ответила прямо.
Чэн Хао помолчал, затем вдруг проявил заботу о преступниках:
— А что с ними?
— В реанимации.
Чэн Хао: «Я так и знал!»
— По мне, так стоило сразу отправить их в крематорий, чего возиться с реанимацией? Всего-то переломали пару костей, — Юнь Фэй осталась недовольна тем, что бандиты выжили, но раз кто-то другой взял на себя хлопоты, она решила не вмешиваться.
Чэн Хао потер переносицу, не веря ни единому её слову — как можно было отделаться только переломами?
Юнь Фэй на самом деле сдерживалась: у большинства были лишь переломы, у пары человек — внутренние кровотечения и смещение органов. Лао Хао пострадал больше всех: как главный объект допроса, он уже два дня не мог прийти в себя.
Впрочем, она узнала всё, что хотела, а жив этот тип или мертв — не имело значения. Такие люди лишь зря тратят пули, лучше бы сразу сдохли.
Вернувшись в лабораторию через месяц, когда Чэн Хао успешно выписался, а Чэн Но присматривал за ним, Юнь Фэй официально договорилась с военными о сотрудничестве по генетическому эликсиру.
— Думаю, вы уже оценили мощь эликсира, — сказала она.
Она не хотела хвастаться тем, как в одиночку раскидала бандитов, ей нужно было показать им силу препарата. Слишком мощные вещи могут привести к ответной реакции.
Представителем военных был генерал Се, мужчина средних лет. Он прекрасно понял намек Юнь Фэй. Эликсир мог превратить слабую женщину в бойца с невероятной силой. А если эту мощь передать закаленным солдатам, весь мир содрогнется.
— Есть побочные эффекты? — генерал Се хотел усилить армию, но не ценой жизней своих людей.
— Смотря какой вариант. Тот, что у Криса, лишь улучшает физические показатели, при должном уходе — почти безвреден. Но если говорить о том, что ввела себе я… — Юнь Фэй загадочно улыбнулась.
Разумеется, у её версии побочных эффектов не было, но говорить об этом вслух было бы глупо — раскрывать все карты нельзя. Под любопытными и тревожными взглядами она продолжила:
— Если степень усвоения низкая, препарат не только не улучшит показатели, но и ударит по мозгу. Иммунная система атакует мозг, и смерть неизбежна. Даже при высокой степени усвоения есть риски: маниакальные состояния — самый частый побочный эффект. В тяжелых случаях человек может убить других или покончить с собой. Я не рекомендую вам использовать этот препарат, пока он не доработан.
Генерал Се призадумался:
— Нам нужен безопасный и эффективный препарат.
— Нужно время. Если вам нужно то, что есть у меня — мощное, но безопасное, — ждать придется минимум пять лет. И эта гарантия будет действовать только при условии тщательного медицинского осмотра.
Юнь Фэй могла создать абсолютно безопасный эликсир, но не хотела. Это принесло бы кучу проблем. К тому же в каждом мире свои правила, и иногда осознание мира не в восторге от появления столь могущественных вещей.
Генерал Се принял решение, и после короткого обсуждения они утвердили детали сотрудничества.
Когда она вернулась домой, небо уже почернело. Юнь Фэй лежала на диване, не желая шевелиться. Говорили, что этот мир тихий и мирный, идеально подходит для отдыха, а дел оказалось невпроворот.
Беляш, выросший в крупного кота, спрыгнул с когтеточки и, грациозно ступая, улегся клубком между ног Юнь Фэй. Появилась и маленькая полосатая кошка, начала тереться о её ноги, выпрашивая ласку.
Усталость мгновенно улетучилась при виде этих милашек. Юнь Фэй подхватила кошку, но из-за резкого движения нечаянно столкнула Беляша. Тот не обиделся, снова запрыгнул на диван и свернулся калачиком рядом с ней.
Вскоре вернулся Чжао Шу с пакетами продуктов. Великий босс развлекательной компании, придя домой, встал к плите — зрелище не из частых.
— Дядя Чжао, вернулся? — лениво отозвалась Юнь Фэй.
Чжао Шу, увидев её изможденный вид, обеспокоенно спросил:
— В последнее время много работы?
— Ох, устала до смерти, — Юнь Фэй, не открывая глаз, гладила кошек, нахмурившись.
Она потратила десятки тысяч лет на подготовку к устранению Контролера, каждый день была начеку. Теперь, когда система и Контролер больше не угрожали ей, напряжение ушло, и навалилась неимоверная усталость. В прошлом мире она этого не чувствовала, а здесь, из-за чрезмерной безопасности, её не покидало ощущение нереальности происходящего.
http://bllate.org/book/21612/2229348
Готово:
