Атмосфера мгновенно разрядилась до ледяной тишины.
— Комар укусил, — без тени смущения ответил Чу Фэн, глядя на ребёнка с кристально чистой честностью.
Семилетний Сяо Се ткнул пальцем в алое пятнышко на его шее:
— Какой ещё комар? Да тут прямо загрызли!
Чу Фэн прикрыл шею ладонью:
— Очень извращённый комар.
Говоря это, он с невозмутимым видом забрал из рук мальчугана стально-серую шёлковую косынку, идущую в комплекте к наряду Икса. Сделав вид, будто ничего не произошло, Чу Фэн снова повязал её на шею, сохраняя идеальное спокойствие.
Линь Лань стоял неподалёку с отстранённым видом, изо всех сил изображая полную глухоту и неведение.
Однако семилетний Сяо Се уступать не собирался. Со свойственной детской въедливостью он продолжил допрос:
— А почему извращённый?
— Что-то ты сегодня чересчур разговорчивый, — попытался уйти от ответа Чу Фэн.
— Ты на меня ругаешься, — обиженно буркнул мальчик.
Чу Фэн вздохнул и присел перед ним на корточки:
— Мы сейчас заняты очень важным делом. Хочешь, я потом тебя с этим комаром-извращенцем познакомлю? Пойдёт?
За несколько километров отсюда, в больнице Западного города, доктор Се внезапно чихнул.
— Не хочу я с ним знакомиться, — мальчик отвернулся.
Поняв, что Чу Фэн действительно занят, он проявил послушание и больше не приставал с вопросами.
Едва Чу Фэн повернулся к стене, чтобы продолжить осмотр, как семилетний Сяо Се впился в Икса взглядом, полным ярости.
«Это наверняка он! Тот самый извращённый комар!»
Сяо Шиюй вовсе не был глуп и отлично понимал: никакие комары таких следов не оставляют.
Икс едва заметно вскинул бровь. Он не стал ни отпираться, ни подтверждать догадку. И хотя роль «извращённого комара» досталась не ему, смутить мальчика он был вовсе не против. Икс снисходительно улыбнулся ребёнку, всем видом демонстрируя взрослую выдержку по отношению к детским капризам. Эта покровительственная мина разозлила Шиюя ещё сильнее.
Сяо Се встал между ними, словно верный рыцарь, защищающий свою принцессу от дракона.
Икс окинул мальчугана взглядом и, опустив комментарии, вернулся к осмотру.
В обшарпанном подъезде стояла грязь. Среди пыли, пятен и следов Икс заметил кое-что интересное: одинокий волосок. Он был белым, с серовато-чёрным кончиком. Икс поднял его и повернулся к Чу Фэну.
Сяо Шиюй тут же заступил ему дорогу живым щитом: смотреть — смотри, а к Чу Фэну не приближайся.
Икс с высоты своего почти двухметрового роста смерил мальчишку взглядом, протянул руку и попросту сгрёб «рыцаря» за шиворот. Сяо Шиюй беспомощно заболтал в воздухе ручонками и ножками, но Икс аккуратно отставил его себе за спину. Сделав шаг вперёд, он намеренно наклонился к самому уху Чу Фэна и протянул ему находку, одарив Се Шиюя елейной улыбкой:
— Будь умницей. Нам с твоим братом Фэном нужно обсудить кое-что важное.
Нажимая на слова «твой брат Фэн», он произнёс их с откровенной издёвкой. В сочетании с воспоминанием о багровом пятне под шёлковым платком эта фраза прозвучала особенно ядовито.
Сяо Се в этот миг всей душой возненавидел бинтованного фрика.
Чу Фэн, не замечая глухой вражды между взрослым и маленьким Се, взял волосок из рук Икса и внимательно присмотрелся:
— Шерсть? Кошачья?
— Угу, — отозвался Икс.
Чу Фэн перевёл взгляд с шерстинки на брызги крови, проступавшие сквозь свежую зелёную краску.
Неужели жертвой был вовсе не человек, а кошка?
Тогда понятно, почему убийца так небрежно закрасил стены. Но если преступление действительно совершено прямо в подъезде... Чу Фэну трудно было вообразить степень беспечности — или пренебрежения к закону, — позволявшую действовать настолько нагло.
— Погоди, — вмешался Линь Лань. — Если судить по описанию, живодёр живёт в сорок второй, а мы сейчас на третьем этаже, возле тридцать четвёртой.
Жителям квартир с номерами на 1 и 2 приходилось проходить через межэтажную площадку, чтобы попасть на эту сторону. Живодёру из 402 нужно было пройти по коридору, спуститься пролётом ниже и оказаться у 304.
— А что, если... — задумчиво произнёс Чу Фэн, — кошка принадлежала жильцу из триста четвёртой?
Линь Лань ахнул. Точно! Если живодёр из 402 сцапал котейку прямо у дверей 304, он вполне мог прикончить её на месте.
— На четвёртом этаже есть хоть что-то, связанное с загадкой? — спросил Чу Фэн у Икса.
Четвёртый этаж был заблокирован вирусом, поэтому Чу Фэн с Линь Ланем туда не заходили. А связь с Иксом прервалась сразу, как тот ступил в зону заражения.
— Полная тьма, — ответил Икс. — Я заглянул в четыреста четвёртую, а там двое ваших мелких играют, тебя ждут. Ну я их в охапку и вытащил.
— Тогда почему ты оказался у триста четвёртой? — Чу Фэн опустил взгляд на Сяо Се, наблюдавшего за ласточками.
По логике, все три семилетних Сяо Се должны были дожидаться его в 404-й. Один хотел показать спасённого с дерева котёнка, второй — пойманного паука, а этот — сходить посмотреть на ласточек. С чего бы ему вдруг торчать у 304-й?
— Ну... просто так. Гулял, — ответил мальчик, отводя взгляд.
Наглый отмаз был виден невооружённым глазом.
Персонажи в Городе Мечты нередко повторяли свои прошлые действия. В памяти Чу Фэна всплыл смутный образ: маленький Се Шиюй действительно выходил из 304-й. Воспоминание было старым и подёрнутым дымкой. В руках у мальчика тогда был чёрный пластиковый пакет. Маленький Чу Фэн не стал спрашивать, что внутри, решив, что тот просто купил сладостей у дяди из лавки в 304-й.
Чу Фэн вспомнил, как стоял у дверей 404-й и смотрел, как Шиюй поднимается по лестнице. Тогда он понятия не имел, чем семилетний Се Шиюй занимался в той квартире.
— Может, зайдём проверим? — Линь Лань указал на приоткрытую дверь 304-й.
— Бесполезно, — качнул головой Чу Фэн.
В детстве он никогда не переступал порог 304-й. Во всём доме он бывал только в квартире Шиюя, а тот, казалось, панически боялся оставлять его без присмотра.
Чу Фэн вспомнил случай из детства. Однажды он пришёл без предупреждения, раньше назначенного времени. Сам поднялся на четвёртый этаж и постучал, желая сделать сюрприз. В тот день семилетний Се Шиюй впервые накричал на него — страшно, до слёз. Маленький Чу Фэн тогда ничего не понял.
Лишь повзрослев, он осознал, в каком аду рос Се Шиюй. Соседи сверху, снизу и по бокам были сплошь моральными уродами. Если бы Чу Фэн заявился без предупреждения, он мог столкнуться с кем угодно из этой швали.
В детстве вместе с Шиюем они выхаживали котят, наблюдали за ласточками и ловили пауков. Чу Фэн любил этот дом — здесь было так весело, совсем не похоже на его стерильную, скучную квартиру в элитном комплексе! Для него этот дом казался захватывающим лабиринтом.
И лишь сегодня до Чу Фэна дошло, насколько жуткой была эта «сказка».
Он считал лабиринт весёлым лишь потому, что Се Шиюй показывал ему только светлую сторону. Он никогда не бывал там, куда Шиюй его не вёл. Даже визиты в гости были строго выверены по минутам — ровно в те часы, когда отца-наркомана точно не было дома. Маленький Чу Фэн ни разу в жизни не видел отца Се Шиюя.
В его памяти просто не существовало обстановки 304-й квартиры. Он помнил лишь коридоры и лестничные пролёты, поэтому система воспроизвела внешний облик здания. Но что скрывалось за дверями — Чу Фэн не знал. Кроме 404-й, воссозданной по его детским воспоминаниям, все остальные помещения наполнялись случайными предметами из системного магазина. Никаких улик прошлого там быть не могло.
Чу Фэн размышлял: если на стене третьего этажа действительно кровь кошки, а задание спрашивает, кто погиб и из какой квартиры убийца, значит, в этом доме был убит ещё и человек. И убит жестоко.
— Мне вот что кажется странным, — подал голос Линь Лань. — Почему в вопросе фигурирует именно номер квартиры? В первом спрашивалось «Кто жертва?», почему во втором не спросить «Кто убийца?». Почему для жертвы используется «кто», а для убийцы — номер двери?
Чу Фэн тоже чувствовал в этом подвох.
— Брат, а что если... убийцу просто нельзя назвать по имени или статусу? Что если его можно обозначить только номером квартиры?
Системный помощник заботливо вывел на проекционный экран сводную таблицу жильцов, прикрепив рядом текст загадки для наглядности:
[304 — Дядя из лавки, подглядывающий в дверной глазок]
[404 — Семья Се Шиюя]
[403 — Пьяница, стучащий по ночам в двери]
[401 — Тётушка-сплетница]
[402 — Безработный живодёр]
[504 — Пустует (но, судя по шуму, там кто-то тайно живёт)]
Линь Лань пробежал глазами список:
— Если так рассуждать, то единственный, кого нельзя описать словами, а только номером... это нелегальный жилец из 504-й! Если убийца он, то у составителя загадки просто не было иного выхода, кроме как спросить номер квартиры! Методом исключения получается, что в поле «квартира убийцы» надо писать 504!
Но кого тогда убили? Кто жертва из первого вопроса?
— Возможны и другие варианты, — возразил Чу Фэн.
Обычно задачи решаются последовательно: не найдя ответа на первый вопрос, ко второму не подступишься. Это как на экзамене по математике — если не решил первую часть задачи, дальше остаются только формулы ради пары баллов.
— Есть ещё кое-кто, — внезапно произнёс Икс.
Помимо 504-й, был ещё один субъект, которого в рамках этой логической задачи можно было обозначить исключительно номером квартиры.
Икс указал на первую строчку условия:
«Ты — жилец квартиры 404. Тебя окружают странные люди»
Жилец из 404 — это «Ты». И его тоже нельзя назвать по имени.
Чу Фэн замер. Линь Лань почувствовал, как по спине пробежал мороз:
— Не... Не может быть! Се-ге тогда... ему же было всего семь лет!
Икс перевёл взгляд на виртуальный экран.
Системный помощник, словно уловив момент, послушно вывел карточку персонажа:
[Персонаж: Семилетний Сяо Се, наблюдающий за ласточками]
[Боевая мощь: 850 000 000 000 000...]
http://bllate.org/book/20664/3975159
Готово:
