— Боже правый! — вырвалось у Месячной принцессы. — Ей столько раз твердили, что господин Цяньинь изыскан и благороден, словно орхидея, но она и представить не могла, что он окажется настолько прекрасным, настолько обворожительным…
Мечтательное выражение лица принцессы не укрылось от Му Жун Юй. Та слегка приподняла бровь и тут же постучала её по лбу рукоятью меча.
— Мы уже довольно долго здесь. Пора возвращаться.
Месячная принцесса, раздосадованная ударом, сердито топнула ногой:
— Неужели нельзя просто поговорить, вместо того чтобы всё время тыкать в меня мечом?
Если бы не приказ матери ладить с Му Жун Юй, она бы и вовсе не стала водить дружбу с такой грубиянкой.
Му Жун Юй, заметив раздражение принцессы, усмехнулась:
— Ты же знаешь, какой у меня нрав. Да я ведь и не сильно ударила — чего так нежничать? Пошли! Если не пойдёшь со мной, я пойду к императору и всё расскажу.
С этими словами она первой направилась прочь.
Месячная принцесса, увидев, что та уходит, поняла: оставаться здесь в одиночестве бессмысленно, и последовала за ней.
Как только они скрылись из виду, вокруг воцарилась тишина.
Цзян Юйдянь тем временем перевела взгляд на удаляющуюся спину Му Жун Юй. «Интересная личность», — подумала она.
— Маленький пирожок, тебе лучше? — Мо Янь совершенно не интересовался тем, кто ушёл; его заботило лишь состояние «маленького пирожка».
— Со мной всё в порядке. После отдыха стало гораздо легче.
Она глубоко вдохнула и подсчитала: уже вылечила двадцать человек. Неудивительно, что почувствовала лёгкие перемены в своём теле.
Осторожно запустив поток духовной энергии, она попыталась начать культивацию…
Вскоре она с радостью обнаружила, что не только может вновь культивировать, но и делает это гораздо быстрее, чем раньше!
Не раздумывая, она тут же закрыла глаза и погрузилась в медитацию…
Мо Янь, почувствовав, что тело «маленького пирожка» снова способно впитывать духовную энергию, наконец перевёл дух.
Бо Цинь и Ци Сюй, увидев, как духовная энергия младшей сестры постепенно восстанавливается, тоже обрадовались.
Быстрое восстановление энергии означало, что цель их вылазки достигнута.
Примерно через полчаса Цзян Юйдянь открыла глаза и снова приступила к лечению оставшихся раненых.
Хотя она могла бы и не продолжать, но ведь эти люди пострадали из-за опрометчивого нападения Мо Яня — стало быть, исцелить их было её долгом.
Мо Янь не стал её останавливать, прекрасно понимая, что по своей природе «маленький пирожок» невероятно добра.
Окружающие чиновники лишь молча наблюдали, не осмеливаясь издать ни звука.
Два императорских лекаря были настолько поражены, что чуть не лишились челюстей от изумления. Им казалось, что всю свою жизнь они зря изучали медицину…
Тем временем в императорском дворце Тяньниня государь получил доклад о происшествии.
Узнав, что Цзян Юйдянь легко и непринуждённо вылечила множество людей с помощью какого-то таинственного метода, император нахмурился.
Если бы такое чудесное исцеление продемонстрировал господин Цяньинь с горы Цяньминшань, он бы даже не задумался. Но сейчас это делала Цзян Юйдянь из рода Шэньнун — и в сердце императора вспыхнули подозрения и тревога.
Цзян Юйдянь раньше была безнадёжной неудачницей — он лично посылал лекарей, чтобы проверить это. Ошибки быть не могло.
Но как же тогда обычная неудачница вдруг превратилась в гениального целителя?
Она таинственным образом побывала на горе Цяньминшань, сумела выйти замуж за самого господина Цяньиня, а теперь ещё и обрела удивительную способность к исцелению…
Всё это указывало на то, что с Цзян Юйдянь произошло нечто тайное и необъяснимое.
Неужели Цзян Юэ передала ей какой-то секрет?
Или, может быть, легендарная «дева духа», появляющаяся раз в пятьсот лет в роду Шэньнун, — это вовсе не Цзян Юэ, а Цзян Юйдянь?
Пока император размышлял, вошла Лань Фэй вместе со своей дочерью, Месячной принцессой.
— Подданная кланяется Вашему Величеству!
Император слегка нахмурился и кивнул:
— Хм. Почему сегодня привела сюда Сыюэ?
Лань Фэй взглянула на дочь и сказала:
— Ваше Величество, Сыюэ только что видела Цзян Юйдянь и… эта девочка всегда гордилась высокими стандартами, но теперь влюбилась в господина Цяньиня с первого взгляда. Я совершенно растеряна и надеюсь, что вы поможете мне её отговорить.
На самом деле Лань Фэй надеялась, что император запомнит достоинства дочери. Сыюэ уже исполнилось четырнадцать — пора подумать о женихе. Хотелось бы подыскать ей кого-то вроде господина Цяньиня.
К тому же, она прикинула: на горе Цяньминшань, кроме Цяньиня, есть ещё Четыре Властелина, все холосты. Если бы император смог установить с ними союз…
Император взглянул на дочь — Жун Сыюэ. Девушка очень походила на мать и была весьма красива, но ей недоставало особой живости, из-за чего он никогда особенно не жаловал её.
Да и имя «Сыюэ», данное Лань Фэй, постоянно напоминало ему ту юную девушку, умную, нежную и полную духовной глубины…
— Ваше Величество? — Лань Фэй, заметив, что государь задумался, осторожно окликнула его.
Император снова нахмурился:
— Господин Цяньинь уже женат. Ты же принцесса — не можешь же стать наложницей. Забудь об этом.
Лань Фэй, услышав столь резкий ответ, не удержалась:
— Но ведь на горе Цяньминшань есть ещё Четыре Властелина. Если бы можно было заключить союз с ними…
Император сначала замер, а затем бросил на неё мрачный, пронзительный взгляд.
Лань Фэй испугалась — неужели сказала лишнее?
Однако через мгновение выражение лица императора смягчилось, и он даже ласково погладил её по щеке:
— Это неплохая мысль. Сегодня вечером я устрою банкет в честь Второго Властелина и господина Цяньиня. Ты должным образом встреть Цзян Юйдянь и проследи, чтобы она ничего не натворила. Она ведь впервые в дворце — всё ей объясни и подскажи.
— Слушаюсь, Ваше Величество! — Лань Фэй, которая раньше не хотела встречаться с Цзян Юйдянь, теперь решила воспользоваться её влиянием.
Тем временем Цзян Юйдянь и её спутники, ничего не подозревая о происходящем, покинули подземный аукцион и вернулись в Хунбаолоу.
Цзян Юйдянь как раз собиралась отправиться в свои покои для культивации, как вдруг появился третий принц Жун Чэнь.
— Сестрёнка, сегодня вечером во дворце состоится пир. Отец велел мне пригласить тебя, господина Цяньиня и Второго Властелина…
Цзян Юйдянь взглянула на Жун Чэня и захотелось хорошенько его отлупить.
«Сестрёнка? Как же легко он это произносит!»
— Сестрёнка, я уже подготовил для тебя императорскую карету и коней… — Жун Чэнь, заметив недовольство Цзян Юйдянь, поспешил добавить.
Цзян Юйдянь бросила на него многозначительный взгляд:
— Лучше не называй меня сестрёнкой. У тебя и так полно сестёр. Я только что видела одну — незамужнюю принцессу, которая уставилась на моего мужа, будто душу потеряла. Если ты будешь так фамильярничать, боюсь, как бы эта Месячная принцесса не придумала мне какую-нибудь гадость, как только я переступлю порог дворца.
Она отлично заметила, как та принцесса застыла в восхищении — и отлично всё понимала!
Жун Чэнь опешил. Он не ожидал подобных слов от Цзян Юйдянь и не думал, что Сыюэ способна так увлечься господином Цяньинем.
Но, впрочем, неудивительно: господин Цяньинь настолько прекрасен, что даже мужчины восхищаются им. Что уж говорить о Сыюэ, затворнице императорского гарема?
Где бы ни появился господин Цяньинь, даже такие выдающиеся личности, как Четыре Властелина, меркнут на его фоне. Влюблённость Сыюэ вполне объяснима.
Однако при господине Цяньине и самой Цзян Юйдянь он не мог этого сказать вслух и поспешил заверить:
— Сыюэ просто несдержанна. Не волнуйся, во дворце никто не посмеет тебя обидеть.
— Хм! Надеюсь, так и будет, — фыркнула Цзян Юйдянь и перевела взгляд на Мо Яня, который с лёгкой улыбкой наблюдал за ней.
— Пойдём во дворец?
Мо Янь нежно погладил её по голове:
— Можно и сходить.
— Ладно, — Цзян Юйдянь не стала возражать.
В конце концов, она использовала личность принцессы Жун Юй — посещение дворца было неизбежно.
Жун Чэнь, услышав согласие господина Цяньиня, обрадовался:
— Прошу господина Цяньиня и Второго Властелина садиться в карету, а принцессу Жун Юй — в императорскую карету…
Он тут же исправился, вспомнив, что Цзян Юйдянь не любит, когда её называют «сестрёнкой».
Мо Янь слегка приподнял бровь:
— Зачем так усложнять?
С этими словами он подхватил «маленького пирожка» на руки, мелькнул — и уже оказался в карете, приготовленной Жун Чэнем. Слегка наклонившись, он усадил её рядом с собой.
Жун Чэню ничего не оставалось, кроме как пригласить Второго Властелина сесть в другую карету.
Бо Цинь и Ци Сюй улыбнулись, взглянув на карету, в которой ехал Мо Янь, и спокойно устроились в следующей.
«Император Тяньниня, пригласивший их во дворец, наверняка пожалеет об этом!»
В карете Цзян Юйдянь передала Мо Яню небесную воду, которую получила ранее, и спросила с недоумением:
— Кто же пытался напасть на меня?
Атака, похоже, была направлена именно на небесную воду в её руках.
Значит, кто-то ещё желает завладеть этим артефактом — и, судя по всему, обладает немалой силой.
Мо Янь внимательно осмотрел небесную воду и задумчиво произнёс:
— Небесная вода — разновидность жемчужины живой воды, но её уровень гораздо выше, а сила куда мощнее. Сама по себе она — небесная вода, но если соединить её с Жемчужиной Богини Дождя, сила жемчужины живой воды многократно усилится.
С этими словами он положил небесную воду рядом с Жемчужиной Богини Дождя…
Цзян Юйдянь почувствовала на шее лёгкую прохладу, а затем перед глазами вспыхнул снежно-белый свет. В голове зазвучал шум дождя…
Ей показалось, что капли постепенно проникают в каждую клеточку её тела и возвращаются обратно в даньтянь…
Ощущение было необычайно приятным и волшебным…
Прошло неизвестно сколько времени, когда вдруг раздался хруст — и жемчужины живой воды на её шее одна за другой лопнули…
— Как такое возможно? — воскликнула Цзян Юйдянь, глядя, как осколки жемчужин превращаются в пыль.
Мо Янь тоже был потрясён: на шее «маленького пирожка» из семи жемчужин осталась лишь одна — Жемчужина Богини Дождя.
Он осторожно провёл рукой по её шее и, убедившись, что та не ранена, перевёл дух.
Затем он коснулся её даньтяня — и вдруг улыбнулся. Теперь всё было ясно!
«Маленький пирожок» полностью впитала силу жемчужин живой воды и небесной воды. Это гораздо лучше, чем просто носить их на себе.
Теперь её скорость культивации значительно возрастёт, и она сможет носить до двенадцати жемчужин живой воды и двенадцать жемчужин пламени для усиления собственной силы.
Цзян Юйдянь, видя его улыбку, толкнула его:
— Так почему же это произошло?
Мо Янь погладил её по голове:
— Теперь тебе даже не нужно использовать духовную энергию для исцеления. Попробуй собрать энергию, как обычно, и просто пошевели пальцами.
Цзян Юйдянь с сомнением протянула руку и слегка пошевелила пальцами. Из ладони хлынул мощный поток воды, наполненный божественной силой. Из-за тяжести воды она потеряла равновесие и упала прямо на Мо Яня, обдав его водой.
Место, куда она упала, оказалось весьма чувствительным. Лицо Мо Яня слегка покраснело, и он неловко кашлянул.
Осторожно отстранив «маленького пирожка», он взмахнул рукой — и вся влага в карете мгновенно исчезла.
— Маленький пирожок, метод культивации, который дал тебе наставник, особенный: сначала ты повышаешь уровень духовной энергии, а затем учишься ею управлять. Сейчас твой уровень достиг высшей стадии — золотого духа. Пора осваивать контроль над энергией. Ты должна научиться управлять потоками внутри себя…
— Тогда завтра возвращаемся на Цяньминшань! — Цзян Юйдянь нахмурилась, глядя на своё мокрое платье.
Мо Янь тихо рассмеялся и провёл ладонью по её одежде — и, косвенно, по её телу…
Цзян Юйдянь сердито уставилась на него, но, заметив, что влажная ткань не только высохла, но и стала гладкой, будто выглаженной, отвела взгляд и замолчала.
http://bllate.org/book/2059/238100
Готово:
