На смотровой площадке астронаблюдений не смолкали восторженные крики толпы.
Веки Лян Цяня дрожали; пальцы, вцепившиеся в полу пиджака Сяо Чэня, трепетали, но сильнее всего билась дрожь в самой глубине сердца — тугая, с трудом сдерживаемая.
Он самозабвенно целовал Сяо Чэня под полуденным сумеречным небом редкого затмения. Окружённый ликующим гулом и подбадривающими возгласами, Лян Цянь припадал к губам того, кто был для него единственным и немыслимым чудом.
Ощутив, как ладонь, лежащая на его подбородке, сжалась, фиксируя лицо, Лян Цянь открыл глаза. Сквозь непроглядный мрак затмения он встретил взгляд — как всегда холодный, равнодушный и отстранённый.
Щёлк.
Лян Цянь опустил ресницы и послушно отстранился, но тут же снова прильнул к груди Сяо Чэня.
— Прости, брат, — тихо прошептал он. — Такое редкое явление... Мне не хотелось, чтобы какой-то случай испортил момент. А от мысли, что ты рядом, я просто не сдержался.
В темноте Сяо Чэнь долго молчал.
Находясь так близко, Лян Цянь слышал его пульс — ровный, размеренный, без единого сбоя.
И всё же Сяо Чэнь не оттолкнул его сразу. Для Лян Цяня один этот жест уже окупал всё.
— Встань ровно.
Лян Цянь уткнулся лицом в его левое плечо.
Голос можно скрыть, но ликующая улыбка на его лице выдавала всё без остатка.
— Но у меня очень болит нога... — пробурчал он в ткань его пиджака.
Сяо Чэнь смерил его взглядом.
Почувствовав этот взор, Лян Цянь поднял голову:
— Не волнуйся, брат. Затмение ненадолго. Дай мне немного прийти в себя, когда снова посветлеет, станет получше.
Сяо Чэнь ничего не ответил.
Минуту спустя тьма на смотровой площадке астронаблюдений рассеялась, и вокруг снова воцарился свет. Гомон и оживлённые обсуждения толпы не утихали.
Бай Цинлин снял очки и с улыбкой стал искать глазами Сяо Чэня. Однако, увидев его, замер в замешательстве.
Человек в обнимку с заведующим Сяо... это Лян Цянь?
Оба были практически одного роста, их силуэты в объятиях сплетались воедино, а благородные, безупречные черты лиц странным образом дополняли друг друга. Вместе они смотрелись настолько гармонично, будто сошли с живописного полотна.
— Цинлин, что с тобой? — спросил подошедший Бай Цинюй.
Бай Цинлин очнулся. На его лице отразилось сложное чувство:
— Лян Цянь... он...
Он не знал, как объяснить. Лян Цянь вроде бы относился к заведующему Сяо как к старшему брату... но действительно ли этим всё ограничивалось?
Бай Цинюй тоже заметил пару неподалёку.
Впрочем, не он один — многие вокруг уже обратили на них внимание.
[0057] Смотровая площадка астронаблюдений вовсе не была уединённым уголком; даже в самом спокойном её секторе присутствие председателя совета директоров корпорации «Чэнцянь» не могло остаться незамеченным.
К тому же они даже не пытались скрыть откровенную близость, а привлекательная внешность обоих буквально притягивала взоры.
— У Лян Цяня снова разболелась нога? — Бай Цинюй опустил взгляд и заметил, что Лян Цянь действительно не опирается на левую ногу. Тот буквально висел на Сяо Чэне, из-за чего эту деталь можно было заметить не сразу.
Бай Цинлин уже направился к ним. Заведующий Сяо пришёл сюда по его приглашению; Лян Цянь, хотя и явился без звания, находился рядом с Сяо Чэнем и считался гостем. Бай Цинлин не мог просто так наблюдать, как кому-то становится плохо.
Однако не успел он подойти, как к паре со стороны подскочил секретарь Сюнь.
— Господин Лян, я только что связался с администрацией, — с запинкой произнёс Сюнь Цзинь. — Короткий спуск с площадки довольно крутой, поднять подъёмную технику быстро не выйдет. Можно вызывать вертолёт прямо до больницы, но в любом случае придётся подождать.
Бай Цинлин нахмурился:
— Всё настолько серьёзно?
Сюнь Цзинь покосился на шефа, не зная, что и ответить.
По его мнению, рядовой ушиб не мог привести к таким последствиям, но господин Лян держится так, будто умирает. Каков представитель! Здоровый, высокий, крепкий мужчина — и вдруг ослаб настолько, что держится на ногах лишь благодаря обнимающему его заведующему Сяо?
Четыре года назад, будучи студентом, господин Лян действительно получил тяжёлую травму. Но именно помня тот случай, Сюнь Цзинь мог с уверенностью сказать...
Это чистой воды притворство.
Но раз заведующий Сяо ничего не замечает, придётся сделать вид, что всё всерьёз.
— Если всё так плохо, нельзя терять время, — вмешался Бай Цинлин. — Лян Цянь, давай мы поможем тебе спуститься?
Лян Цянь медленно перевёл на него взгляд.
Встретившись с этим ледяным, тяжёлым взором, Бай Цинлин замер, а занесённая было рука так и осталась висеть в воздухе.
Сюнь Цзинь онемел от этой сцены, сглотнул сухую слюну и, спасая собственную шкуру и карьеру, выдал:
— Лучше пусть заведующий Сяо занимается! Он ведь врач. А мы неуклюжие, не дай бог сделать только хуже.
Бай Цинлин поджал губы и кивнул:
— Секретарь Сюнь прав.
Сяо Чэнь взглянул на Лян Цяня:
— Идти сможешь?
— Попробую... — Лян Цянь чуть отстранился.
Он сделал шаг, но не успел даже оторвать правую ногу от земли, как его обычно суровые брови болезненно сдвинулись, и он зашатался, падая вперёд.
Сюнь Цзинь ахнул и рванулся было на помощь, но увидел, как шеф с ловкостью заправского артиста снова рухнул на грудь заведующего Сяо, изображая хрупкую иву на ветру.
— Кажется... не получается, — качнул головой Лян Цянь.
В этот момент на площадку прибежал управляющий отеля в сопровождении дежурной бригады медиков. Увидев происходящее, он занервничал.
— Прежде всего окажите первую помощь, — отрезал Сяо Чэнь.
— Слушаюсь!
Управляющий торопливо разложил складное инвалидное кресло, помог гостю сесть и препроводил его в медицинскую палатку. Однако после обработки состояние больного ничуть не улучшилось. Помянув статус пострадавшего, управляющий покрылся холодным потом, несмотря на ранний зимний мороз.
— Господин Лян, — лебезил он, а затем повернулся к Сяо Чэню: — Уважаемый господин, поверьте, мы вовсе не пренебрегаем вашими удобствами! Просто лестница вниз чрезвычайно крутая, там полно резких поворотов. Нести носилки крайне опасно... Что до подъёмной техники, она, как на грех, на обслуживании, доставка займёт время...
— Сколько? — спросил Сяо Чэнь.
— Всего час! — выпалил управляющий.
Сяо Чэнь перевёл взгляд на Лян Цяня.
Тот сидел в кресле, сжимая согнутое левое колено:
— Брат, всё в порядке. Я могу попробовать спуститься сам.
Управляющий хотел было возразить, но вспомнил о дурном нраве бизнесмена и прикусил язык. Заметив, что спутник Лян Цяня не возражает, он суетливо зашёл за спину VIP-гостя и выкатил кресло из палатки к выходу.
— Господин Лян, может, всё-таки передумаете...?
— В этом нет нужды.
Лян Цянь поднялся с кресла, жестом остановил дёрнувшегося Сюнь Цзиня и направился к каменным ступеням.
Управляющий с замиранием сердца уставился на него, а затем в отчаянии посмотрел на Сяо Чэня:
— Господин...
Сяо Чэнь молча смотрел в спину Лян Цяня и лишь через пару секунд сделал шаг вслед за ним.
Услышав за спиной знакомые шаги, Лян Цянь бесшумно ухмыльнулся.
Едва шаги приблизились, он оступился на первой же ступени —
— Боже мой!
— Господин Лян!
Лян Цянь зажмурился. Знакомая крепкая ладонь мгновенно подхватила его за талию, и тело вновь окутало родное, обжигающе теплое присутствие, принесшее полное умиротворение.
Сюнь Цзинь подскочил со смертельным испугом на лице:
— Господин Лян! Ваша старая травма снова даёт о себе знать, будьте же осторожнее!
Лян Цянь даже не взглянул на секретаря, а лишь сильнее прижался к Сяо Чэню и тихо промолвил:
— Брат, всё хорошо. Я просто был неосторожен. Я попробую ещё раз.
Управляющий судорожно вытирал лоб платком, но от этих слов у него снова пополз холодный пот.
Если с главой «Чэнцянь» что-нибудь случится, его карьере конец.
К счастью, спутник господина Ляна сохранял полную рассудительность, и его слово явно имело вес.
— Лян Цянь, хватит упрямиться.
Рука управляющего с платком замерла на лбу.
Упрямиться?
Что это за великий человек, позволяющий себе говорить такое в адрес Лян Цяня?!
Но ещё больше его поразило то, что Лян Цянь даже не вспылил.
— Брат, я правда не хочу здесь оставаться... Нога очень болит, — жалобно проговорил тот.
Сяо Чэнь смерил его взглядом и ровно отдал команду:
— Обними меня.
Сюнь Цзинь, только-только переведший дух, про себя усмехнулся: «Да он и так с тебя не вылезает!»
И тут же увидел, как лицо шефа — всегда мрачное, холодное и беспощадное — просияло, точно он услышал самую прекрасную весть на свете.
Лян Цянь повернулся и обвил руками шею Сяо Чэня.
Не успел Сюнь Цзинь сообразить, что происходит, как Сяо Чэнь перехватил Лян Цяня за талию, слегка наклонился, подхватил его правой рукой под колени и без малейшего усилия поднял на руки — классическим переносом.
Рядом раздался судорожный вздох.
Сюнь Цзинь от удивления чуть не лишился дара речи, а взглянув в сторону, увидел, как у управляющего отеля отвисла челюсть.
Сюнь Цзинь ошеломлённо перевёл взгляд обратно.
Да уж. Не показалось.
Он посмотрел на размеренно спускающегося по лестнице заведующего Сяо, а затем на своего начальника, прильнувшего к нему, словно беспомощная пташка...
Господин Лян...
Это точно господин Лян?!
Да у него не просто тараканы в голове, у него там целая шизофрения!
Сюнь Цзинь с тяжёлым сердцем поплёлся следом.
Впрочем, если посмотреть с другой стороны... Стоило заведующему Сяо сказать лишь слово, как шеф тут же беспрекословно подчинился.
Разве это не идеальное взаимопонимание?
"Хозяин..." — осторожно подала голос Система. — "Развитие глубоких чувств с целью не входило в изначальный план. Желаете изменить стратегию?"
Помимо расхождения с планом, существовало и главное условие: Хозяину предстояло уничтожить цель. Любой роман в таких обстоятельствах был обречён.
Сяо Чэнь снёс Лян Цяня к самому подножию лестницы. Внизу их уже поджидал персонал отеля с креслом.
Лян Цянь спустился с его рук на землю, сел в инвалидное кресло и, заметив, что Сяо Чэнь не трогается с места, с улыбкой сказал:
— Брат, идём?
— Езжай один, — ответил Сяо Чэнь.
Улыбка на губах Лян Цяня слегка застыла:
— А ты?
Сяо Чэнь скользнул взглядом по его внешне спокойному лицу и обратился к секретарю:
— Сюнь Цзинь.
— Я здесь! — тут же отозвался тот.
— Отвези его домой.
— Понял!
Сюнь Цзинь закивал и поспешно встал за спинку инвалидного кресла.
Прокатив его пару метров, он вдруг замер.
Что-то тут не так.
Почему этот заведующий Сяо так естественно отдаёт ему распоряжения? И главное — с какой стати он сам беспрекословно повинуется, будто тот его начальник?!
Проклятье. Такое чувство, будто в нём проснулся рабский инстинкт...
К счастью, шеф не выразил недовольства.
Впрочем, с тех пор как господин Лян «обрёл» старшего брата, он стал подчиняться заведующему Сяо без сучка и задоринки. Четыре года назад они бы точно успели попререкаться. Видимо, «воскрешение» господина Даня заставило Лян Цяня бережнее относиться к этим отношениям.
Пытаясь разгадать ход мыслей своего неадекватного шефа, Сюнь Цзинь оглянулся на Сяо Чэня и понял, что тот остался, чтобы дождаться Бай Цинлина.
Два младших брата на одного старшего.
Прошло четыре года, а расклад остался столь же интригующим.
— Врач Сяо? — Бай Цинлин, шедший позади группы медиков, заметил Сяо Чэня и подошёл. — С Лян Цянем всё в порядке?
— Да, — ответил Сяо Чэнь.
— А вы...?
— Завтра в пять вечера ты свободен?
Бай Цинлин растерялся.
Вопрос звучал вежливо, но властный, не терпящий возражений тон походил скорей на утверждение.
Поразмыслив, он кивнул:
— Да, я свободен. У вас какое-то дело?
— Ты хорошо организовал сегодняшний день, — спокойно произнёс Сяо Чэнь. — Хочу пригласить тебя на ужин.
Ужин?
Бай Цинлин не совсем понял повод, но упустить шанс сблизиться с Сяо Чэнем — да ещё по его собственной инициативе — не мог.
— С удовольствием!
— Отлично. Завтра в пять я заеду за тобой в поместье семьи Бай.
— Хорошо... — Бай Цинлин снова кивнул.
Слова ещё не успели сорваться с губ, как в его памяти всплыла точно такая же фраза, произнесённая братом четыре года назад. Бай Цинлин замер.
Когда он опомнился, Сяо Чэнь уже отвернулся и пошёл прочь.
— Цинлин, что случилось? — подошёл к нему Бай Цинюй.
Бай Цинлин приоткрыл рот, но так ничего и не ответил.
"Хозяин, вы намерены развивать романтические отношения с Главным героем параллельно?" — в замешательстве уточнила Система. — "Стратегия допустима, но неужели вы готовы пойти на телесную связь ради этого задания?"
Система впервые видела, чтобы выполнение миссии давалось Хозяину с таким трудом. И впервые осознала, что у него существуют вполне человеческие желания.
Но жертвовать собой ради миссии?
Система не верила, что Хозяин способен на такое. Уже вчера то, что он не уничтожил цель, повергло её в изумление. Даже если задача была важна, это не оправдывало подобного попустительства. Или она недооценивала, насколько больно задела его та единственная неудача в прошлом?
"Родство, любовь — лишь разные грани эмоций", — безразлично отозвался Сяо Чэнь. — "Чувства Лян Цяня избыточны и исступленны. Это чистый собственнический инстинкт, не терпящий соперников. То, с чем он не мог смириться четыре года назад, сегодня вызовет ещё более бурный взрыв".
"Но эмоциональное состояние цели кажется куда более стабильным, чем прежде", — заметила Система.
"Неужели?" — лишь проронил Сяо Чэнь.
Волчонок действительно вырос. Но волчья натура не меняется.
***
На следующий день.
В пять вечера Сяо Чэнь привёз Бай Цинлина в частный ресторан.
Всю дорогу юноша выглядел рассеянным и избегал прямого взгляда. Сяо Чэнь понимал: Лян Цянь уже успел провести с ним «профилактическую беседу». Вполне в его духе.
В отдельном кабинете Сяо Чэнь сам сделал заказ. Официант откланялся и тихо закрыл за собой дверь.
Оставшись наедине, Бай Цинлин окончательно занервничал.
— Заведующий Сяо...
— Тебе здесь не нравится? — спросил Сяо Чэнь.
— Нет, что вы! — вырвалось у Бай Цинлина. Осознав неловкость своей реакции, он торопливо добавил: — Здесь замечательная атмосфера, и я давно хотел попробовать местную кухню...
— Тогда попробуй.
— Хорошо... — Бай Цинлин поджал губы и сжал обеими руками пиалу с чаем, погрузившись в тяжёлые раздумья.
"Хозяин, в помещении нет прослушки или жучков. Ни аудио-, ни видеофиксации", — проинформировала Система.
Сяо Чэнь лишь едва заметно блеснул глазами.
"Удивительно", — продолжила Система. — "Цель знала о вашей встрече, но даже не попыталась установить слежку. На Главном герое на этот раз тоже нет никаких жучков".
Сяо Чэнь и сам был слегка поражён. Натура Лян Цяня не ведала великодушия; он просто не мог остаться равнодушным к его тет-а-тет встрече с Бай Цинлином.
"Неужели гибель Дань Юйчэна так повлияла на него, что он решил больше не вмешиваться в вашу личную жизнь?" — гадала Система.
"Если только перед нами не другой человек", — отрезал Сяо Чэнь.
Система хотела кое-что добавить, но Бай Цинлин нерешительно заговорил:
— Заведующий Сяо... можно мне пересесть к вам?
— Садись, — поднял на него взгляд Сяо Чэнь.
Бай Цинлин обошёл стол и опустился на стул рядом. Глядя на колыхающуюся в пиале гладь чая, он тихо произнёс:
— На самом деле у меня есть к вам важный вопрос... не знаю только, удобно ли спрашивать...
— Спрашивай.
— Я хотел узнать... в будущем, когда медицинские технологии шагнут вперёд... у моего брата... — Бай Цинлин прикусил губу, не поднимая глаз. — У него ещё есть шанс?
Этот вопрос он долго не решался задать. Произнеся его, юноша отвернулся, панически боясь услышать приговор.
Но знакомый, сухой голос настиг его без промедления:
— Нет.
Воцарилась тишина.
Кап.
Слеза упала в чай. Бай Цинлин спохватился и кинулся вытирать лицо, совершенно забыв про пиалу в руках, и случайно опрокинул её на Сяо Чэня.
Чайника оставалось немного, так что выплеснулось лишь на рукав.
Бай Цинлин мгновенно позабыл о слезах и вскочил, выхватывая салфетку:
— Простите, простите меня!
Он хотел сам обтереть рукав Сяо Чэня, но заметил, что тот совершенно равнодушен.
— Всё в порядке, — бросил Сяо Чэнь.
Занесённая рука Бай Цинлина застыла. Он знал, что заведующий Сяо, как и его погибший брат, терпеть не может чужих прикосновений. Порываясь сесть, юноша неожиданно сжал зубы и, сделав вид, будто ничего не заметил, всё же потянулся к рукаву:
— Разрешите, я вытру!
Сяо Чэнь перевёл на него холодный взгляд и лёгким жестом остановил:
— Не стоит.
Только тогда Бай Цинлин отступил.
Смущённо опустившись на место, он пробормотал:
— Мне правда ужасно неловко...
Вскоре официант подал блюда. Бай Цинлин, всё ещё подавленный своим промахом, ел молча, не поднимая головы. Окончив трапезу, он тут же попросил отвезти его домой, явно не желая задерживаться.
Сяо Чэнь настаивать не стал: доставил его к поместью семьи Бай и вернулся к себе.
"Хозяин, раз цель не следила за вами, устроим новую встречу с Главным героем?" — поинтересовалась Система.
"Не спеши", — ответил Сяо Чэнь.
Едва слова отзвучали, в дверь позвонили.
"Это цель", — подала сигнал Система.
Сяо Чэнь, стоявший в прихожей, отпер замок.
На пороге стоял Лян Цянь с мягкой улыбкой:
— Брат, я могу войти?
Сяо Чэнь скользнул взглядом по его ноге.
Улыбка Лян Цяня стала ещё теплее:
— Не беспокойся. Ноге намного лучше, постельный режим не нужен.
Сяо Чэнь развернулся и прошёл в гостиную.
Дверь осталась открытой.
Лян Цянь переступил порог, бесшумно прикрыл дверь и последовал за ним к дивану.
— У меня есть подарок для тебя, — произнёс он, демонстрируя фоторамку. — Секретарь Сюнь снял это вчера. По-моему, вышло чудесно.
На снимке вокруг царила непроглядная тьма, и лишь два силуэта, слившиеся в страстном поцелуе, вырисовывались со всей чёткостью. Интимность этого момента была очевидна каждому.
Лян Цянь провёл пальцами по защитному стеклу.
На снимке ладонь Сяо Чэня покоилась у него на талии, а вторая приподнимала подбородок. Со стороны казалось, будто этот безупречный поцелуй не был его жестом отчаяния, а рождался из взаимного, глубокого чувства.
— Тебе нравится, брат? — Лян Цянь сам поставил рамку на журнальный столик прямо перед Сяо Чэнем.
Сяо Чэнь бросил беглый взгляд и ничего не ответил.
Лян Цянь не стал настаивать на ответе:
— Вообще-то у меня есть ещё один подарок. Но сегодня я не успел его подготовить. Зато завтра, когда ты вернёшься с работы, ты будешь в полном восторге.
В его тоне проскальзывало едва сдерживаемое предвкушение.
Сяо Чэнь не придал его словам значения:
— Запишись к врачу.
— К врачу? — удивлённо переспросил Лян Цянь.
— Зачем носить в себе травму, которую можно вылечить?
Лян Цянь улыбнулся, присел рядом с ним на диван и доверчиво уложил голову ему на плечо:
— Хорошо, брат. Я буду послушным.
***
"Хозяин, цель обещала какой-то подарок... Что это за подарок, на подготовку которого требуется целый день?" — сгорала от любопытства Система, когда Сяо Чэнь зашёл в лифт по окончании смены.
Впрочем, она понимала, что на подобные вопросы ответа не последует.
Дзинь.
Сяо Чэнь вышел из лифта. Когда он открывал дверь своей квартиры, в кармане запел телефон.
[Входящий вызов: Бай Цинюй]
Из динамика донёсся голос Бай Цинюя — взволнованный, лишённый привычной светской выдержки:
— Заведующий Сяо, это Бай Цинюй! Скажите, вы сегодня во второй половине дня не видели Цинлина?
Сяо Чэнь переступил порог квартиры.
Автоматически загорелся свет.
В этот момент из спальни вышел Лян Цянь.
На нём был халат, влажные волосы небрежно ниспадали на лоб — видно, только из душа.
Заметив Сяо Чэня, он приветливо улыбнулся:
— Брат.
— Заведующий Сяо? — настойчиво переспросил Бай Цинюй в трубку.
— Нет, — ответил Сяо Чэнь, отводя взгляд от Лян Цяня.
— Понятно... — торопливо проговорил Бай Цинюй. — Если вы вдруг встретите его, передайте, пожалуйста, чтобы он срочно перезвонил.
— Хорошо.
Поблагодарив, Бай Цинюй положил трубку.
Сяо Чэнь снова повернулся к Лян Цяню:
— Что ты сделал?
Улыбка Лян Цяня на мгновение погасла, но тут же вернулась:
— Брат, ты разве забыл? Я ведь обещал тебе подарок.
Дверь в спальню за его спиной была распахнута настежь. Из комнаты лился яркий свет, а из глубины доносилось прерывистое, удушливое дыхание.
"Хозяин, Главный герой пропал..." — встревоженно подала сигнал Система.
Задание состояло в том, чтобы заставить цель противостоять Главному герою, а вовсе не убить его! Единственной надеждой оставалось то, что уведомления о провале миссии пока не поступало — значит, он был ещё жив.
Но стоит Системе просканировать квартиру, как в её голосе вспыхнул ошеломлённый испуг:
"Хозяин! Главный герой прямо здесь, в вашей спальне!"
Сяо Чэнь неторопливо подошёл к дверному проёму.
Картина внутри открылась во всех подробностях.
Лёжа на кровати, Бай Цинлин увидел его, и из его глаз тут же хлынули слёзы. Судорожное дыхание прерывалось от страха. Всё его существо охватил животный ужас; он пытался шевельнуться, но тело совершенно не слушалось, превратив его в беспомощную жертву.
Лян Цянь бесшумно зашёл за спину Сяо Чэня и доверчиво уложил подбородок ему на плечо, со спины обнимая его с обманчивой нежностью:
— Брат, тебе ведь нравятся послушные, кроткие игрушки... Как тебе мой подарок?
Заметив Лян Цяня, Бай Цинлин сжался ещё сильнее: в его взгляде застыл дикий, пробирающий до костей кошмар, от которого невозможно укрыться.
Лян Цянь даже не удостоил лежащего юношу взглядом.
Припав губами к бьющейся жилке на шее Сяо Чэня, он тихо прошептал:
— Всё, чего бы ты ни пожелал, брат... Абсолютно всё... Я достану для тебя.
Сяо Чэнь смотрел на мертвенно-бледного Главного героя, слушал вкрадчивый шёпот у своего уха, и его брови наконец сдвинулись в глубокой, хмурой складке.
http://bllate.org/book/20474/3926185
Готово:
