Спустя полмесяца.
В офисе.
— Господин Дань, время. Выезжаем?
Едва стрелка часов перевалила за конец рабочего дня, секретарь Сюнь Цзинь вырос в дверном проеме, точно по расписанию. Каждые два дня начальник отправлялся ужинать с Бай Цинлином, и Сюнь Цзинь помнил об этом железобетонно.
Сяо Чэнь глянул на запястье, отложил перьевую ручку и поднялся из-за стола.
Лян Цянь сидел напротив. Едва раздался голос секретаря, он молча уставился на стол и принялся собирать документы. Пока Сяо Чэнь не ушел достаточно далеко, юноша не обронил ни единого слова.
Глядя в спину Лян Цяню, Сюнь Цзинь невольно нервничал.
Кажется, с того самого дня, когда он донес на парня прямо в этом кабинете, Лян Цянь становился мрачнее день от дня. Даже с боссом он вел себя подчеркнуто холодно. Порой, когда Сюнь Цзиню по работе приходилось передавать ему бумаги, от угрюмого нрава мальчишки секретарю становилось жутко — хотелось скорее вывалить поручения и сбежать подальше.
Размышляя об этом, он увязался за проходившим мимо начальником.
В кабине лифта, скользящего вниз, Сюнь Цзинь осторожно покосился на босса и наконец не удержался:
— Господин Дань... Молодой господин Лян в последнее время сам не свой. Может, мне стоит... что-то для него сделать?
Прежний босс на такой вопрос ответил бы сухо, но в последнее время, наблюдая за ними, Сюнь Цзинь чувствовал: отношение Дань Юйчэна к Лян Цяню сильно изменилось. Хотя по ледяному лицу начальника ничего нельзя было прочесть, подобный фаворитизм — вещь, которую не опишешь простым наблюдением.
Впрочем, логично. Родным братом боссу приходился Бай Цинлин — а кровь не водица. Досталось же Лян Цяню, каково ему переносить такую несправедливость?
Сюнь Цзинь взглянул на Сяо Чэня.
— В эту субботу, — произнес Сяо Чэнь. — Спроси, что думает Лян Цянь.
Как Сяо Чэнь и ожидал, Лян Цянь твердо вознамерился отдалиться. Половину недели он проводил вне дома, а на расспросы отнекивался учебой, мол, до университета ближе добираться. Прошло две недели. Вещи он пока не вывез, но полный переезд оставался лишь вопросом времени.
Впрочем, тихий, бескровный уход юноши Сяо Чэня не устраивал. Лян Цяню требовался последний, сокрушительный удар.
Секретарь удивленно моргнул:
— Понял! Сделаю прямо сейчас!
Стеклянные двери лифта разъехались. На улице их уже дожидался представительский авто. Сюнь Цзинь суетливо распахнул дверцу перед боссом. Сяо Чэнь сел на заднее сиденье. Водитель, прекрасно знавший маршрут, сразу взял курс на забронированный ресторан.
***
Бай Цинлин, как обычно, пришел заранее. Но на этот раз он был не один.
— Юйчэн, — поднялся навстречу Бай Цинюй, открыто улыбаясь. — Прости, что беспокою в такой час.
— Брат! — Цинлин тоже подскочил к Сяо Чэню. — У Цинюй-ге для тебя отличная новость!
Сяо Чэнь взглянул на Бай Цинюя. Все трое сели за стол.
— Речь об операции для Сяо Цяня, — без лишних прелюдий начал Цинюй. — Юйчэн, ты ведь знаешь, что мои родители пытались через связи найти врача, который восстановит нервные окончания на его ноге. Так вот, почти все улажено. — Тут он сделал паузу, виновато вздохнув: — Вот только характер у Сяо Цяня... Сам понимаешь. Если мы заявимся к нему напрямую, он упрется рогом и откажется. Поэтому мы хотели попросить тебя выступить посредником. Если, конечно, тебе удобно?
— Хорошо, — коротко откликнулся Сяо Чэнь.
Цинюй просиял:
— Спасибо. Тогда буду ждать, когда ты свяжешься со мной.
Просить о помощи по телефону неэтично, но каждый раз, оказываясь лицом к лицу с этим мужчиной, Бай Цинюй испытывал подсознательное, давящее чувство дискомфорта. Хотя с момента их знакомства — за исключением первой шероховатой встречи — Дань Юйчэн вел себя даже сговорчиво, его холодные, равнодушные глаза внушали смутную тревогу.
Поэтому, едва решив главный вопрос, он откланялся. Цинлин удерживать его не стал.
Оформив заказ, Цинлин звякнул уведомлением на телефоне. Глянув в экран, юноша досадно вздохнул.
— Что случилось? — спросил Сяо Чэнь.
За полтора месяца Цинлин привык к присутствию Сяо Чэня, научился делиться с ним переживаниями и ничего не скрывал:
— В эту субботу в планетарии открывается новый интерактивный зал. Мы договаривались с соседом по комнате пойти вместе, а он кинул меня ради своей девчонки...
— Если хочешь, я могу сходить с тобой завтра, — предложил Сяо Чэнь.
— Ты, брат? — замялся Цинлин. — Но...
Сяо Чэнь чуть приподнял бровь:
— Не хочешь, чтобы я шел?
— Да нет же! — выпалил Цинлин. — Я не это имел в виду!..
— В таком случае решено, — подвел черту Сяо Чэнь, не дав ему вставиться с оправданиями.
Цинлин открыл было рот, но промолчал.
Он, разумеется, мечтал о компании брата на космической выставке, но суббота... Как быть с Лян Цянем? Он до сих пор не знал, подействовал ли прошлый разговор. Изменил ли Лян Цянь свое отношение к Дань Юйчэну? Если нет, то забирать у него субботний день с братом — значит снова накликать обиду.
— Брат, на самом деле я и сам могу сходить, — несмело произнес Цинлин. — Ты ведь не особо увлекаешься астрономией, тебе будет скучно.
— Все в порядке. Если станет скучно, можно позвать Лян Цяня с нами.
У Цинлина дернулся уголок губ:
— Э-э... Пожалуй, не стоит...
Увидев, что решение Сяо Чэня окончательное, он больше не спорил.
В голове Сяо Чэня подала голос система:
【Хозяин, в эту субботу у вас уже назначена встреча с целью.】
【Знаю,】 — ответил Сяо Чэнь.
Лян Цянь рвал нити, связывавшие их, но в глубине души все еще цеплялся за призрачную надежду. Лишь поэтому его разрыв затягивался. Эту надежду можно было постепенно сгладить временем, а можно было использовать, чтобы нанести финальный, решающий удар.
Сяо Чэнь наблюдал за Цинлином, который суетливо прикрывал стаканом воды свое смятение.
Последний удар Лян Цяню должен нанести именно Главный герой — так будет идеальнее всего.
***
На следующий день.
Вернувшись домой после работы, Сяо Чэнь неожиданно застал Лян Цяня. У того сегодня были пары с утра до вечера, он даже не пришел в компанию, но зачем-то заглянул в квартиру.
— Брат.
— М-м.
Лян Цянь проводил взглядом Сяо Чэня, сбрасывавшего пиджак на ходу к кабинету:
— Секретарь Сюнь сказал, что завтра до полудня у тебя есть время сходить со мной на тот документальный фильм про космос.
Когда юноше поступил этот звонок, грудь захлестнула волна чувств, за которую он сам себе стал противен. Дань Юйчэн уже целую вечность не выходил с ним куда-либо наедине.
Сяо Чэнь остановился и обернулся.
— Я хотел узнать, во сколько тебе удобно, чтобы заранее взять билеты, — продолжал Лян Цянь.
— Давай перенесем. Я смогу сходить с тобой в воскресенье, — произнес Сяо Чэнь. — Время выбирай сам.
Лян Цянь нахмурился:
— Почему ты резко меняешь планы?
— В субботу у меня встреча.
Лян Цянь всматривался в него; огонь в его глазах медленно угасал:
— Эта встреча... Назначена до того, как ты пообещал субботу мне, или после?
— Не задавай лишних вопросов, — отрезал Сяо Чэнь.
Система искренне недоумевала:
【Хозяин, почему вы не скажете цели прямо, что отменяете встречу ради Главного героя?】
【Некоторые вещи не требуют прямолинейности,】 — отозвался Сяо Чэнь.
Лян Цянь умен. Слишком явная ложь или откровенность вызовут подозрения. А вот недосказанность заставит раскапывать правду самостоятельно — и когда он наткнется на нее сам, буря эмоций окажется гораздо разрушительнее.
Лян Цянь действительно больше ничего не спросил.
— И еще одно, — добавил Сяо Чэнь. — Твою ногу смогут прооперировать максимум через неделю. Готовься и следи за здоровьем.
Лян Цянь уже открыл было рот, но вовремя осекся и спросил иное:
— Эту операцию... устроил ты?
Нервные ткани не регенерируют. Тем более его травме уже пять лет, там давно все отмерло. В современном мире за восстановление такой ноги взялся бы редчайший хирург за астрономические суммы, да и те не работают по частным вызовам. Состоянию Дань Юйчэна подобное было явно не по карману.
— Разве важно, кто это устроил? — спокойно спросил Сяо Чэнь.
— Очень важно, — отчеканил Лян Цянь.
— Столько времени прошло, а ты так ничего и не понял, — вздохнул Сяо Чэнь.
Лян Цянь выдавил короткий смешок, не доходивший до глаз:
— Разве это я ничего не понял? Это ты, брат, потерял ко мне всякий интерес, как только вернул Бай Цинлина. Иначе, зная мое отношение к семье Бай, ты бы не бросался такими словами.
Сяо Чэнь посмотрел на него.
Это был далеко не первый раз, когда Лян Цянь язвил, выплескивая желчь, но сейчас его реплики звучали предельно собранно и логично. Он не просто капризничал — он методично вскрывал пропасть между ними.
Другими словами, Лян Цянь срывал маски. Он отказывался поддерживать иллюзию фальшивого благополучия.
Это слегка выходило за рамки расчетов Сяо Чэня. Насколько он знал характер Лян Цяня, тот избегал бы подобного прямого обмена ударами.
Встретившись со взглядом Сяо Чэня, юноша и не думал отводить глаза:
— Почему ты так смотришь на меня, брат? Разве я не прав?
— Ты слишком много додумываешь, — произнес Сяо Чэнь.
— Додумываю? — с ядовитой ухмылкой переспросил Лян Цянь. — Ты сам прекрасно знаешь, о чем думаешь. — Не дав Сяо Чэню вставить слово, он продолжил: — Скажи честно, я для тебя теперь просто обуза? Бесполезный груз, от которого ты мечтал бы избавиться?
Сяо Чэнь слегка сдвинул брови:
— Лян Цянь, довольно.
Его нежелание оправдываться заставило Лян Цяня тяжело вздохнуть и умолкнуть.
Сяо Чэнь тоже не стал развивать тему:
— Эта операция касается твоего здоровья. Подумай хорошенько, прежде чем давать ответ.
Лян Цянь молчал.
Уже давно в присутствии Дань Юйчэна он чаще всего отмалчивался. Потому что знал: на заданные вопросы ответов не последует, да и Дань Юйчэн не стремится к откровениям. Ему страшно хотелось узнать, мечтал ли Дань Юйчэн в глубине души, чтобы он скорее признал родство с семьей Бай и освободил место для Бай Цинлина. Не это ли в его понимании означало «подумать хорошенько»?
Но Сяо Чэнь уже отвернулся и шагнул в сторону кабинета.
Лян Цянь смотрел на закрывшуюся дверь. Лицо его выражало абсолютное спокойствие. Достав из кармана телефон, он запустил приложение. На экране отображался кабинет: Дань Юйчэн сел за стол и включил компьютер. Все как обычно.
Но чем будничнее выглядели его действия, тем очевиднее становилось: прошлый разговор для него — пыль под ногами, не стоящая внимания.
Лян Цянь провел пальцем по экрану, касаясь губ Сяо Чэня.
«Давай перенесем».
Какое простое словосочетание.
Но с какой стати переносить встречу должен именно он?
Сюнь Цзинь — главный секретарь, он знает график босса назубок. Если бы суббота была занята заранее, он бы не стал с восторгом докладывать: «Господин Дань приготовил для вас сюрприз».
Действительно ли этот «сюрприз» предназначался ему?
Ответ не требовал озвучки — он и так лежал на поверхности.
Лян Цянь опустил взгляд. Достав из кармана два билета в кино, он медленно разорвал их пополам и швырнул в урну.
***
Тем временем в кабинете.
【Хозяин, сканирование завершено. В квартире появились еще две скрытые микрокамеры.】
— Локация, — кратко затребовал Сяо Чэнь.
К этой специфической привычке Лян Цяня он давно привык.
【У входной двери и в вашей спальне,】 — отчиталась система и добавила: — 【Задание продвигается гладко, стоит ли заблокировать эти устройства?】
— Не спеши, — ответил Сяо Чэнь.
Раз все идет по плану, не стоит спугивать птицу. Он отчетливо ощущал направление объектива: кто-то прямо сейчас завороженно наблюдал за ним.
Злишься?
Сяо Чэнь легким касанием вызвал видеозвонок к Бай Цинлину:
— Завтра в десять утра я заеду за тобой.
— Спасибо, брат!
Цинлин открыто улыбался с экрана, в его глазах сияла чистая, ничем не замутненная радость.
Через два объектива Лян Цянь въедался взглядом в это лицо. В глубине его глаз густела непроглядная тьма.
Так это он.
Прошло полтора месяца, и он почти забыл о его существовании. Оказывается, по сравнению с той женщиной, Дань Юйчэну куда дороже этот «брат».
Отменить встречу с ним ради Бай Цинлина — таков, значит, окончательный выбор Дань Юйчэна.
Завтра юноше до безумия хотелось посмотреть, насколько далеко они зашли. Ради Юй Тун Дань Юйчэн заставил его уступить. А ради Бай Цинлина на что он способен?
***
Суббота.
Десять утра.
Сяо Чэнь забрал Бай Цинлина из дома семьи Бай, и они вместе отправились в планетарий.
Бай Цинлин был хорош собой: сине-белый джинсовый комплект придавал ему свежий, солнечный вид. По пути сквозь залы он притягивал немало взглядов.
— Смотри-смотри, какой симпатичный парень прошел!
— А у мужчины рядом какая аура! С кем это они?
Прохожие перешептывались, когда мимо них скользнула темная фигура в худи с глубоким капюшоном. Верхняя часть его лица скрывалась под козырьком бейсболки, нижняя — под защитной маской. В полумраке павильона юноша выглядел по меньшей мере подозрительно.
Девушка инстинктивно отшагнула назад. Аноним даже не глянул на нее — он прошел прямо туда, куда она только что указывала подруге.
По указателям Лян Цянь быстро нагнал две знакомые спины. Бай Цинлин шел впереди, Дань Юйчэн — чуть позади. Они не спешили, периодически останавливаясь у экспонатов. В основном глазел Цинлин, а Дань Юйчэн смотрел только на него.
Лян Цянь замер. Свежая рана на правой ладони отозвалась пульсирующей болью, возвращая трезвость мыслям.
Внезапно в него кто-то врезался.
— Ой!
Незнакомец отлетел на два шага и едва не растянулся, тогда как Лян Цянь даже не пошатнулся. Раздраженный своей неловкостью, тот разразился бранью:
— Ты чё, бля, ноги дома забыл?! Встал тут как столб!
Лян Цянь медленно перевел на него взгляд.
Грубиян хотел продолжить, но, встретившись с налитыми глухой яростью глазами под козырьком, осекся. Гнев сдуло как ветром, точно его окатили ледяной водой:
— Ты...
Лян Цянь скользнул по нему равнодушным взором и обернулся. Пары уже и след простыл.
Сжав зубы, юноша ускорил шаг. К счастью, родной силуэт он угадывал из тысячи. Вскоре он снова заметил их у входа в один из интерактивных павильонов.
Держась поодаль, Лян Цянь смешался с толпой и встал в очередь.
— Не толкайтесь!
— Быстрее, третий ряд, шестое место!
Зайдя под купол, мерцающий искусственными звездами, Лян Цянь отыскал свое кресло виртуальной реальности. Однако завораживающие проекции космоса его не интересовали — он впился взглядом в первый ряд, где сидел Сяо Чэнь.
Цинлин что-то оживленно шептал Дань Юйчэну на ухо, а тот, чуть наклонив голову, внимательно слушал. Затем Цинлин всплеснул руками, словно не находя слов, и сам надел на Сяо Чэня шлем виртуальной реальности, просияв счастливой улыбкой.
Лян Цянь ледяным взглядом скользнул по Цинлину, а когда перевел взор на лицо Сяо Чэня, его пальцы, сжимавшие подлокотники, судорожно сжались.
В полутьме зала слабый свет падал лишь на первый ряд. Свозь специальные легкие очки Лян Цянь отчетливо видел, как Дань Юйчэн поднял руку и бережно смахнул с ресниц Цинлина выбившуюся прядь волос.
Цинлин почесал веко и что-то пролепетал. Лян Цянь не слышал слов — да и не хотел слышать. Зато он увидел, как обычно сухие, невозмутимые губы Дань Юйчэна тронула едва заметная, мягкая улыбка...
Лян Цянь резко выпрямился.
Пальцы до хруста впились в пластик подлокотников. Боль от разорвавшихся на ладони швов хлынула в самое сердце, но он не отводя глаз гипнотизировал губы Сяо Чэня. Смотрел, пока глаза не зажег дикий ожог сухости и усталости. Лицо Сяо Чэня снова стало прежним — непроницаемым.
«Бум-м-м...»
Громовой звуковой эффект зала заставил Лян Цяня очнуться.
Вокруг раскинулась тьма, усыпанная галактиками. Юноша откинулся на спинку.
Показалось?
Нет, Лян Цянь знал: не показалось.
Насколько холоднее Дань Юйчэн становился к нему с каждым днем, настолько же ближе он подпускал к себе Бай Цинлина. Просто до прихода сюда Лян Цянь и помыслить не мог, что всего за полтора месяца Дань Юйчэн изменится до неузнаваемости.
Хотя... если вспомнить, что при первой же встрече Дань Юйчэн бездумно выложил за Цинлина двадцать миллионов, удивляться не приходилось. Пожалуй, причина их нынешнего сближения крылась в том, что сам Лян Цянь путался под ногами и отнимал слишком много времени у Дань Юйчэна.
Юноша разжал пальцы. Повязка на ладони отсырела от липкой крови.
Звуковое сопровождение под куполом стало мягче, звездное небо расцвело ослепительными туманностями. Но сколько бы он ни вглядывался в искусственный небосвод, он не находил той самой, единственной звезды.
В памяти невольно всплыла та ночь.
Туманный свет луны. Россыпь созвездий. Он загадывал желание, глядя на звезду, которую Дань Юйчэн подарил лично ему. А Дань Юйчэн сидел рядом — на таком же расстоянии, на каком сейчас к нему жмется Бай Цинлин...
Лян Цянь сжал губы.
Именно с той ночи все пошло крахом. Недосягаемая звезда рухнула с небес. Она летела прямо к нему, но в последний момент со скрежетом замерла у ног Бай Цинлина.
Судьба сыграла с ним злую шутку. Ведь не хватило совсем чуть-чуть... Совсем чуть-чуть, чтобы сегодня в этом зале рядом с Дань Юйчэном сидел он!
«Брат, — отрешенно подумал Лян Цянь. — Нас разделял один шаг. Как ты думаешь, смогу ли я смириться?»
***
Сорокаминутный сеанс подошел к концу, но Цинлин все еще находился под впечатлением.
— Как хорошо, что мы пошли вместе! Новый зал просто потрясающий, — восторженно делился он с Сяо Чэнем.
— Главное, что тебе понравилось, — отозвался Сяо Чэнь.
Он бросил беглый взгляд назад, но в темном потоке людей подозрительной фигуры не разглядел, после чего вместе с Цинлином направился к выходу.
Толпа на выходе гудела. Цинлин продолжал увлеченно размахивать руками, рассказывая о проекциях. Сяо Чэнь, видя, как парня то и дело задевают прохожие, просто обнял его за плечо, прижимая к себе.
Голос Цинлина тут же сбавил обороты, он смущенно улыбнулся:
— Спасибо, брат.
Вскоре они ушли.
Лян Цянь показался в дверях. Посмотрев вслед удалявшимся силуэтам и вспомнив жест Сяо Чэня, он постоял немного, а затем не спеша двинулся к следующему павильону. Затем к следующему...
Он следовал за ними по пятам. Минус тридцать минут на обед в ресторане — в общей сложности шесть часов. Он смотрел, как они обходят каждый уголок планетария.
— Брат, ты не устал? — спросил довольный Цинлин, потирая спину Сяо Чэню. — Я тебя совсем заездил сегодня!
— Куда-то еще хочешь съездить? — спросил Сяо Чэнь.
Цинлин замахал руками:
— Не-не, отвези меня домой. Как раз вечером Цинюй-ге звал досмотреть документалку.
Подъехала машина. Цинлин с улыбкой распахнул дверцу перед Сяо Чэнем:
— Брат, прошу!
Сяо Чэнь сел в салон, доставил юношу в особняк семьи Бай и вернулся к себе.
Когда он поднимался на второй этаж, Лян Цянь сидел на диване в гостиной с книгой. На нем была пижама — казалось, он целыми днями не выходил из дома.
— Брат.
Сяо Чэнь передал пальто дворецкому и посмотрел на Лян Цяня. Два дня подряд дома — это превышало его «рекорды» за последний месяц.
Дворецкий поинтересовался:
— Господин Дань, подавать ужин?
— Да.
Лян Цянь поднялся и пошел за ним в столовую. Они сели друг напротив друга.
Лян Цянь заговорил первым:
— Завтра в десять утра у тебя есть время?
Сяо Чэнь поднял взгляд.
После вчерашней стычки, зная гордыню Лян Цяня, он полагал, что тот больше не ищет встреч. Но Лян Цянь не просто сидел перед ним — он настаивал на завтрашнем свидании.
— Вчера ты сказал, что сможешь пойти со мной в воскресенье. Я взял билеты. Ты ведь не отменишь снова?
— Конечно нет, — внимательно посмотрел на него Сяо Чэнь.
— А в семь вечера? У тебя будет время?
— В семь вечера? — переспросил Сяо Чэнь.
Лян Цянь положил телефон на стол и разблокировал экран. На нем отображались два комплекта электронных билетов. Первым шел пропуск в планетарий на десять утра, вторым — билет на вечерний сеанс документального фильма в семь вечера.
Сяо Чэнь скользнул взглядом по экрану и снова посмотрел на юношу:
— Ты хочешь в планетарий?
— Да, — ровным тоном подтвердил Лян Цянь. — Я хочу в планетарий.
Помолчав, Сяо Чэнь ответил:
— Хорошо. Пойдем.
Он знал, кто шел за ними хвостом вчера. Путь, который он вымостил для Лян Цяня, тот прошел до конца. Только увидав своими глазами Дань Юйчэна и Бай Цинлина вместе, Лян Цянь мог осознать всю глубину бездны между ними; понять, что теплота к Цинлину куплена ценой полного пренебрежения к нему самому.
Для гордости Лян Цяня подобное обращение было невыносимо. И все же он не сбежал. Более того, он требовал пройти ровно тот же маршрут, в то же время, с теми же остановками.
Это было несвойственно Лян Цяню. Очевидно было одно: юноша сознательно отказался обрывать эту связь прямо сейчас.
Сяо Чэнь всматривался в него.
За полтора месяца этот волчонок не просто затаился в норе. Втайне от всех он успел кое-чему научиться.
Что ж, прекрасно. Посмотрим, ради чего ты терпишь всю эту боль.
***
Воскресенье, утро.
Выйдя в гостиную, Сяо Чэнь застал Лян Цяня за выбором одежды.
— Брат.
Увидев Сяо Чэня, юноша отодвинулся, освобождая доступ к вешалке:
— Что из этого мне лучше надеть сегодня?
Сяо Чэнь окинул взглядом его лицо. На нем играла улыбка — но эта улыбка совсем не вязалась с его резкими, суровыми чертами.
Система неуверенно подала голос:
【Хозяин, эмоциональное состояние цели нестабильно.】
С тех пор как цель и Главный герой поменялись местами, эта фраза стала постоянной репликой системы. Но сегодня поведение Лян Цяня выглядело слишком уж неестественным. Позавчера он бросал холодные обвинения, вчера тайно следил, замышляя недоброе... Вчера вечером системе уже казалось, что с ним что-то не так, но сегодня градус странностей зашкаливал.
Сяо Чэнь подошел к вешалке. Там висели пошитые на заказ костюмы, доставленные полмесяца назад, но так и не надеванные. Наряжаться в такое в планетарий выглядело странно.
Лян Цянь провел пальцами по плечикам и остановился на черном костюме, который уже надевал однажды. Ответа Сяо Чэня он ждать не стал:
— Пусть будет этот. Как думаешь? — Не дождавшись реакции, он отодвинул вешалку и улыбнулся: — Выбрали? Тогда идем завтракать.
Дворецкий, стоявший неподалеку, порывался что-то сказать, но Лян Цянь опередил его:
— Кашу сегодня приготовил я. Брат, садись, я сейчас принесу.
Едва Сяо Чэнь сел за стол, Лян Цянь уже поставил перед ним пиалу:
— Попробуй, как на вкус?
Сяо Чэнь зачерпнул ложкой:
— Отлично.
Тонкие губы Лян Цяня изогнулись:
— Если нравится, я буду варить ее чаще. — С этими словами он повернулся к дворецкому, и улыбка мгновенно сдулась с его лица, сменившись привычной стужей: — Где остальные блюда?
У дворецкого екнуло сердце. Опомнившись, он метнулся на кухню.
Лян Цянь снова перевел взор на Сяо Чэня:
— Сегодня же выходной, почему ты не поспал подольше?
Сяо Чэнь посмотрел на него и ровно спросил:
— Лян Цянь, чего ты добиваешься?
Одной ночи недостаточно, чтобы человек кардинально изменился.
Лян Цянь не изменился в лице:
— Тебе не нравится каша? Я могу сварить другую.
Раз он не желает говорить, Сяо Чэнь не стал настаивать:
— Не нужно.
Завтрак подошел к концу. Лян Цянь неожиданно произнес:
— Брат, мне нужно отлучиться. Я вернусь к десяти.
— Тебе не обязательно отчитываться передо мной, — ответил Сяо Чэнь.
— А я хочу, — тихо ухмыльнулся Лян Цянь. — Вдруг ты обнаружишь, что меня нет, и передумаешь ждать?
С этими словами он поднялся и вышел.
После его ухода Сяо Чэнь направился в кабинет. В девять пятьдесят в дверь постучали:
— Брат, нам пора.
Сяо Чэнь вышел. Лян Цянь ждал у порога. На нем уже сидел тот самый черный костюм. Поймав взгляд Сяо Чэня, юноша быстро шагнул к дивану и поднял оттуда кремово-белый плащ:
— Брат, надень сегодня это.
Сяо Чэнь не придавал значения одежде:
— Хорошо.
Лян Цянь развернул плащ и помог ему одеться. Ощутив ткань на плечах, Сяо Чэнь вспомнил, что надевал такой же на курорте. Но у того разошелся шов на рукаве, и Сюнь Цзинь выбросил его в тот же день.
— Не волнуйся, он новый, — угадал его мысли Лян Цянь. — Тебе очень идет эта вещь, поэтому я попросил секретаря Сюня купить точно такой же.
Обычная одежда — Сяо Чэнь не стал брать в голову:
— Поехали.
Лян Цянь знал, что тот не придаст значения мелочи. Опустив глаза, он бережно расправил воротник и манжеты на плаще Сяо Чэня, после чего они бок о бок вышли к машине.
В планетарии Сяо Чэнь пошел по вчерашнему маршруту, а Лян Цянь шагал на полшага впереди, с точностью повторяя вчерашние повороты.
— Мы же договаривались, что ты проведешь этот день со мной? — произнес Лян Цянь. — Сегодня ты в моем распоряжении?
— Согласен, — ответил Сяо Чэнь.
Лян Цянь даже не скрывал, что знает о вчерашнем маршруте. Сяо Чэню самому было любопытно, к чему приведет эта хаотичная игра. Но к его удивлению, внутри планетария Лян Цянь вел себя вполне нормально — за исключением маниакального следования вчерашнему пути.
— Брат, сюда.
Сяо Чэнь обернулся. Лян Цянь стоял под аркой. Молочно-белый свет озарял его силуэт сзади. Сшитый по фигуре костюм подчеркивал широкие плечи и длинные ноги. Его породистое, резкое лицо привлекало взгляды окружающих.
— Ого, какой красавчик...
— А рядом это его брат? У обоих потрясающая аура, сразу видно — одна семья!
Под тихий шепот Лян Цянь сделал шаг из-под арки, взял Сяо Чэня за руку и улыбнулся:
— Брат, тут темно. Пойдем вместе.
Сяо Чэнь позволил сжать свою ладонь, лишь спросил:
— Лян Цянь, ты правда хотел прийти сюда?
Лян Цянь не обернулся:
— Хотел. — Он сделал паузу и добавил: — Его построили три года назад, брат. И за все эти три года никто ни разу не сходил сюда со мной.
Пальцы юноши на руке Сяо Чэня судорожно сжались. Он замолчал, подвел Сяо Чэня к павильону и встал в очередь.
Впечатления от вчерашних шоу у Сяо Чэня стерлись, но когда Лян Цянь помог ему застегнуть шлем и под куполом раздался знакомый гул, Сяо Чэнь вспомнил: именно здесь он видел Лян Цяня вчера.
— Брат, как думаешь, вид здесь лучше, чем на горе Уян?
— Какими бы яркими ни были искусственные картинки, они созданы человеком и не могут превзойти реальность. О чем тут спорить?
Лян Цянь повернул голову. Свозь мерцание звездных проекций он смотрел на этот спокойный, невозмутимый профиль:
— Ты хочешь сказать, брат, что рукотворное никогда не победит естественное?
Голос Сяо Чэня оставался прохладным:
— Лян Цянь, не надо меня испытывать.
Лян Цянь спросил:
— Я просто хочу знать, что выберешь ты. Покориться судьбе или бороться с ней?
— Покориться судьбе? — безразлично переспросил Сяо Чэнь. — Как думаешь, что выберу я?
Лян Цянь смотрел на него. С гордыней Дань Юйчэна подобный вопрос вообще не являлся выбором. Ответ был очевиден. И как его названый брат, должен ли он еще колебаться?
***
Они вышли из планетария в пять вечера — ровно так же, как вчера. Поужинав, приехали к кинотеатру аккурат к началу проверки билетов.
Двухчасовой фильм перевалил за середину. Лян Цянь открыл термос и протянул Сяо Чэню:
— Брат, сеанс долгий. Выпей чаю, чтобы бодрило.
Сяо Чэнь привычно взял термос и сделал глоток. Лян Цянь наклонился ближе и тихо шепнул:
— Если тебе скучно, покачайся, поспи.
— Не нужно, — ответил Сяо Чэнь.
Лян Цянь не стал настаивать. Забрав термос и закрутив крышку, он снова надел виртуальные очки.
Время шло минут за минутой.
Вспыхнул свет. Фильм закончился.
Они вместе двинулись к выходу. На улице Лян Цянь словно мельком обронил:
— Здесь неподалеку мой университет и съемное жилье. Брат, пройдемся немного?
Сяо Чэнь не стал возражать.
Выйдя на тротуар, Лян Цянь сделал знак водителю не следовать за ними, и они пошли вдоль улицы вдвоем.
Осенний вечер обдувал прохладным ветерком. Они прошли довольно долго в полном молчании.
Лян Цянь поднял голову к небу:
— Мы давно не гуляли вот так спокойно, только вдвоем. Не знаю, когда выпадет следующий раз.
Сяо Чэнь произнес:
— Когда захочешь, тогда и выйдет.
— Но у тебя работа каждый день, а в будущем появится собственная семья, — тихо ответил Лян Цянь. — Быть может, уже завтра в офисе ты напрочь забудешь эти слова.
Сяо Чэнь повернул к нему лицо. Странности утреннего поведения улетучились, Лян Цянь выглядел вполне разумным, но в его словах проскальзывали чужие, нехарактерные для него нотки.
— А, пришли.
Сяо Чэнь еще не успел оглядеться, как сознание внезапно накрыла тяжелая, мутная пелена.
Он нахмурился. Последнее, что запечатлели его глаза, — это приближающийся Лян Цянь с тенью улыбки на губах.
Юноша сделал шаг вперед и уткнулся ему в грудь, сомкнув руки на его талии и зарывшись лицом в шею. Это естественное, полное нежности объятие на ночной улице не привлекло внимания прохожих.
— Поспи, брат... Мы идем домой.
http://bllate.org/book/20474/3830166
Готово:
