[Хозяин, цель отличается повышенной чувствительностью и мнительностью. То, что вы помогаете ему выйти на нужного профессора — хорошо, но если вы делаете это так, будто используете его, не вызовет ли это отторжения?]
[Для человека подозрительного чья-то прямая выгода выглядит куда убедительнее, чем бескорыстная доброта.]
[Тогда почему вы не продолжите действовать по плану, а приехали в больницу?]
— Если в расчёте нет ни капли искренности, союзник тоже окажется фальшивым, — ровным тоном отозвался Сяо Чэнь. — С какой стати ему тогда мне подчиняться?
Система больше не задавала вопросов.
Приехав в клинику, секретарь суетливо раздобыл кресло-коляску. Он ещё по дороге записался к врачу, поэтому, помогая Лян Цяню устроиться в кресле, поспешно и осторожно покатил его в корпус.
У самого входа секретарь вдруг спохватился:
— Ох, Лян Цянь, у тебя же рюкзак насквозь промок! Там что, твои конспекты?
— Неважно, — сухо ответил Лян Цянь.
Не только конспекты — учебники, телефон и всё остальное содержимое рюкзака залило ливнем и окончательно испортило. Но о подобных мелочах он не хотел заводить речь перед Дань Юйчэном, чтобы тот не подумал, будто Лян Цянь пытается выехать на жалости или выгадать что-то ещё.
Сяо Чэнь лишь скользнул по рюкзаку беглым взглядом и ничего не сказал.
После осмотра у врача секретарь взял все хлопоты на себя: энергично возил Лян Цяня по кабинетам на обследования. К счастью, травма оказалась не слишком тяжёлой, кости остались целы, хотя на восстановление требовалось как минимум неделя покоя.
Во избежание осложнений Сяо Чэнь оформил Лян Цяню госпитализацию на одну ночь — под наблюдение врачей.
Лян Цянь поначалу хотел возразить, но вспомнил, что этот человек никогда не принимал во внимание чужие желания, и просто промолчал.
Сам же Сяо Чэнь уехал из больницы ещё до завершения всех процедур.
— У господина Дань срочное совещание, — объяснял секретарь, закатывая Лян Цяня в палату. — Лян Цянь, ты только не обижайся на него. На самом деле он очень о тебе беспокоится! Просто в последнее время крутится как белка в колесе, ночует в компании, буквально ног под собой не чует. То, что он выкроил время вырваться к тебе — уже огромное дело!
Лян Цянь никак не прокомментировал эти слова.
— Вот, посмотри! — Секретарь, не замечая выражения его лица, подвёл кресло к кровати и указал на оставленные там вещи. — Господин Дань специально отправил водителя купить всё это, чтобы тебе было удобнее учиться. Ах да, перед уходом он отдельно велел мне проследить, чтобы ты поскорее сменил мокрую одежду.
Телефон, планшет, ноутбук, смарт-часы, наушники, стилус.
Взгляд Лян Цяня замер на отутюженной больничной пижаме. Лицо его оставалось непроницаемым, но в глубине глаз залегла темная, нечитаемая тень.
***
После того дня, вплоть до самой выписки, Сяо Чэнь не появлялся три дня подряд.
В этом малом мире возможности системы были ограничены. У неё отсутствовал доступ к подробным отчётам о прошлых провалах этого задания, а имеющиеся сведения о цели отличались предельной скудностью.
Всё необходимое Сяо Чэню приходилось выстраивать из логики исходного развития мира. Даже личные предпочтения объекта он вычислял от обратного — исходя из той сферы, где Лян Цянь должен был добиться успеха в будущем.
Знания о Лян Цяне оставались слишком поверхностными.
Да и сам Лян Цянь должен был привыкнуть к нему — на это требовалось время.
Пока парень не избавится от первичной настороженности, Сяо Чэнь не собирался навязывать свое общество. Чрезмерная настойчивость лишь навредила бы делу.
Лишь поздно ночью на третий день он вернулся в квартиру, принеся с собой массивный кейс.
В гостиной неожиданно горел свет.
Войдя, Сяо Чэнь увидал Лян Цяня: тот на инвалидном кресле направлялся к своей комнате со стаканом воды в руке.
Увидев вошедшего, Лян Цянь замер. Он впервые застал хозяина в этом так называемом «доме».
— Ещё не спишь? Вот и отлично, — окинув его взглядом, Сяо Чэнь сделал знак ассистенту распаковать принесённое.
— Брат, — с некоторой задержкой отозвался Лян Цянь.
Ассистент, не поднимая глаз, быстро вскрыл коробку и сразу отступил в сторону.
— Подъедь, — произнёс Сяо Чэнь.
Лян Цянь уже успел разглядеть лежавший в коробе комплект оборудования. Неизвестный угольно-чёрный материал поглощал яркий свет люстры, отчего конструкции выглядели массивными и невероятно прочными.
— Молодой господин Лян, этот экзоскелет — новейшая облегчённая модель, — принялся объяснять помощник. — Господин Дань заказал её с учётом ваших особенностей: на левой ноге установлены три мотора с пассивными шарнирами, обеспечивающие плавную перенастройку режимов. В повседневной жизни он крайне удобен.
Лян Цянь перевёл взгляд на Сяо Чэня.
— Примерь, — коротко бросил тот.
Раз шеф дал добро, ассистент достал устройство из коробки и уже наклонился, чтобы помочь, как вдруг коляска Лян Цяня откатилась на метр назад.
— Я справлюсь сам. Спасибо, — с привычной прохладой произнес Лян Цянь.
Помощник замёр с протянутыми руками, нерешительно глянув на начальника:
— Господин Дань?..
Забрав у него конструкцию, Сяо Чэнь сделал небрежный жест рукой:
— Можешь быть свободен.
— Понял, — кивнул тот и поспешно удалился.
Не провожая его взглядом, Сяо Чэнь подошёл к коляске, опустился на одно колено и расстегнул ремни:
— Подними ногу.
Пальцы Лян Цяня, лежавшие на джойстике управления, заметно сжались. Он смотрел на Сяо Чэня сверху вниз, однако тон того оставался абсолютным приказом, не терпящим возражений. Казалось, будто внизу находится сам Лян Цянь.
— Всё ещё не можешь опираться? — Не дождавшись движения, Сяо Чэнь вскинул взгляд, но, не придавая значения замешательству юноши, сам обхватил его голень сквозь тонкую ткань пижамных брюк и вложил её в фиксатор.
Застигнутый врасплох, Лян Цянь выпрямился, точно натянутая струна.
Чужое прикосновение и тепло мгновенно пробились сквозь легкую ткань, отозвавшись острым физическим дискомфортом. Мышцы голени непроизвольно напряглись и едва заметно дрогнули.
Но не успел он никак отреагировать, как Сяо Чэнь уже убрал руку и принялся затягивать фиксаторы на конструкции. Его движения оставались неторопливыми и точными. Возвращая юноше чувство контроля, верхние зажимы на бедре он трогать не стал — возможно, уловив его скованность.
Сяо Чэнь поднялся на ноги:
— Теперь сам. Сделай так же.
Помолчав мгновение, Лян Цянь затянул оставшиеся ремни.
— Разберись с управлением, я пока умоюсь, — произнёс Сяо Чэнь.
Положив на стол инструкцию, он ушел к себе в спальню.
Когда он вернулся, Лян Цянь уже стоял посреди гостиной. На поясничном блоке питания экзоскелета тускло светился синий индикатор, подсвечивая скрытые кнопки по бокам. Каркас из темно-серого металла плотно прилегал к ноге, выглядя эстетично и совсем не громоздко.
Услышав шаги, Лян Цянь повернулся. Судя по всему, он успел освоить управление: поворот вышел мягким и плавным. На первый взгляд он двигался абсолютно свободно, ничем не отличаясь от здорового человека.
— Ну как, привыкаешь? — спросил Сяо Чэнь.
Вместо ответа Лян Цянь коснулся панели на поясе, активировал нужный режим и сделал несколько шагов навстречу. Походка не разящей легкостью, но шаг был твердым и уверенным. Не вглядываясь пристально, разглядеть повреждение было невозможно.
Сяо Чэнь молча наблюдал за его неторопливыми шагами.
Юноша приближался, но смотрел не на него, а вниз — на свою левую ногу, вернувшую подвижность лишь благодаря технике.
— Нравится? — спросил Сяо Чэнь.
Лян Цянь остановился. Его взгляд всё ещё задерживался на металлическом каркасе. Выдержав паузу, он произнёс:
— Очень. — И затем добавил: — Спасибо, брат.
— Угу, — отозвался Сяо Чэнь. — Травма ещё не прошла, сядь.
Без лишних слов Лян Цянь подчинился.
Заметив, как тот расстёгивает крепления, Сяо Чэнь не стал вмешиваться и лишь бросил:
— Отдыхай. Завтра я отвезу тебя в университет.
Пальцы Лян Цяня замерли. Подняв глаза, он увидал, что Дань Юйчэн уже устроился на диване и положил ноутбук на скрещённые ноги. Сказав своё слово, тот погрузился в работу, потеряв к нему всякий интерес.
Лян Цянь понимал: это снова было не предложение, а факт.
Он перевёл взгляд на опустевший футляр из-под экзоскелета. Ещё днем секретарь проговорился о планах на завтра: в семнадцать тридцать — встреча с двумя профессорами.
Лян Цянь думал, что, как и прошлый раз, Дань Юйчэн просто подъедет к вузу к назначенному часу. Так он мчался домой глубокой ночью лишь ради того, чтобы привезти этот экзоскелет?
«К чему эти лишние, бессмысленные хлопоты?» — пронеслась в голове мысль.
— Что-то ещё? — раздался голос Сяо Чэня.
Лян Цянь поднял глаза и встретил его прямой взгляд.
Он выглядел непривычно: только из душа, с влажными волосами, небрежно зачёсанными назад. Несколько прядей упали на лоб, и капли воды стекали с них, пропитывая тонкую шелковую ткань домашнего халата. Влажный шелк стал почти прозрачным, слегка просвечивая.
Однако сам хозяин квартиры, кажется, не замечал этого. Он развалился на диване, закинув ногу на ногу и откинув правую руку на подлокотник. Небрежно запахнутый воротник распахнулся от движения, открывая шею и грудь.
Лян Цянь отвёл взгляд. Пальцы сжали рычаг управления, поворачивая кресло. До него дошло: Дань Юйчэн впервые переступил порог этого дома, и они впервые остались наедине. Этот человек и в делах отличался властностью, а в собственных стенах тем более не собирался стеснять себя формальностями.
— Ничего, — ответил Лян Цянь.
— Если почувствуешь недомогание — сразу скажи, — произнес Сяо Чэнь.
Лян Цянь снова глянул на него. Но Сяо Чэнь уже отвернулся, уткнувшись в экран.
Как обычно: скупые фразы, ровный, почти ледяной тон. Им в принципе редковато выпадал шанс пообщаться.
И в этом кроется неувязка. Если он настолько загружен, что вкалывает даже глубокой ночью, зачем было лично тащить этот экзоскелет?
Забота? Или всё-таки нет?
А может, дело в завтрашней встрече?
Лян Цянь сомневался, что Дань Юйчэн не понимает: для него самого эти переговоры — редчайший шанс. Он и без всяких ухищрений выложился бы на максимум.
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь редким стуком клавиш. Спустя некоторое время Лян Цянь разбил молчание своим глуховатым прохладным голосом:
— Я к себе. Отдохни тоже, брат.
Дань Юйчэну нужен «младший брат». И раз уж сам Лян Цянь получает от этого прямую выгоду, отыграть отведённую роль ему ничего не стоило.
Стук по клавишам прекратился. Трудно было понять, тронула ли его эта фраза: лицо Дань Юйчэна оставалось привычно непроницаемым.
Лян Цянь перевёл взгляд на его левую руку, замершую над клавиатурой. Кажется, эта крошечная попытка проявить уважение всё же не прошла бесследно.
— Угу, — отозвался Сяо Чэнь. — Иди.
В его голове раздался голос Системы:
[Хозяин, похоже, отношение цели меняется.]
Сяо Чэнь отвёл взгляд от удалявшейся спины Лян Цяня:
[Ближе к делу.]
[Принято. Пришёл ответ на запрос: у меня нет полномочий для просмотра очков симпатии цели.]
[Причина.]
[Согласно полученным данным, ввиду специфического статуса объекта, он не относится к персонажам для завоевания. Выполнение миссии по стандартному протоколу завоевания невозможно.]
[То есть это миссия не на завоевание?]
Насколько он помнил, любые задачи с ключевыми персонажами относились к этой категории. Да и сама Система ранее прямым текстом заявляла, что главная цель — завоевать симпатию Лян Цяня.
[... Приносим извинения. Подсистема не имеет права оспаривать директивы Главной системы.]
Сяо Чэнь слушал её, не прекращая набивать текст, и коротко нажал «Enter». Письмо ушло.
[Хозяин, пенсионные задания не затрагивают вопросы выживания миров. Вы можете расслабиться и получать удовольствие. Анализ показывает, что тратить ресурсы на бизнес бессмысленно — доходов от стандартных выплат Главной системы с лихвой хватит на любые нужды.]
— Для обычных миссий, может, и хватит. Для него — нет, — возразил Сяо Чэнь.
Чтобы вырастить гордого и дикого волчонка, дешёвой подкормки не хватит. Нужно владеть весомыми козырями, чтобы обуздать чужую неуёмную амбициозность.
[...]
Получив очередной отказ, Система не стала навязываться и сноровисто отключила связь.
Сяо Чэнь взглянул на часы и доделал работу, прежде чем отправиться спать.
***
На следующее утро они молча позавтракали за одним столом, вместе спустились на парковку и сели в машину. По дороге в университет Сяо Чэнь составлял подробный алгоритм, чтобы Главная система могла временно взять на себя управление делами компании. Его отвлёк голос водителя:
— Господин Дань, приехали.
Лян Цянь краешком глаза заметил, как Сяо Чэнь закрывает крышку ноутбука. Секретарь не соврал: Дань Юйчэн действительно крутился без продыху.
— Во сколько заканчивается твоя последняя пара? — спросил Сяо Чэнь.
— В шестнадцать пятьдесят пять.
— Я буду вовремя, — кивнул Сяо Чэнь.
— Хорошо.
***
Неподалёку от учебного корпуса проходила компания из четырёх или пяти студентов. Один из них толкнул локтем развязно шедшего приятеля:
— Хуан Цзюньи, глянь! Это не тот Лян Цянь, что сбил твоего кузена Бай Цинлина?
— Лян Цянь? — Хуан Цзюньи выпрямился, высматривая фигуру у машины, и злорадно оскалился. — Этот хромоножка! Из-за него Цинлин плечо ушиб, а мне потом ещё и отпистонили! Ну ничего, подвернётся случай — я с него три шкуры спущу!
— Ты поосторожнее. Я слышал, за этим калекой в последнее время крутые тачки приезжают. Как бы на неприятности не нарваться.
— Да-да, точно! Тот «Бентли» прямо на территорию кампуса заезжает. Наверняка у него тут покровители — либо из богачей, либо из шишек!
Хуан Цзюньи насупился:
— Да он же гол как сокол! Откуда у него роскошные авто?
Студенты наперебой затараторили:
— Сам посмотри! Вон тачка стоит! Да и глянь на него: с ерундовой царапиной катится на элитной коляске, а гаджеты у него — самый топ!
— Я тоже помню: Цзюньи на него досье поднимал. Нищета проглядная, да ещё мать с лейкемией! У него бездонная дыра в бюджете, откуда деньги на всё это?
—...
— Слушайте... — неожиданно подал голос один из них. — А его случаем... не папик содержит?
Наступила пауза. А затем компанию осенило.
— Точно! Продался кому-то! А как иначе разбогатеть за один день? Даже если он со своими стипендиями и премиями из кожи вон лезет, это же сущие гроши!
— Логично! Нога-то у него хромая, зато рожа и фигура — отпад! Недаром же его вместе с Бай Цинлином в краши университета выбрали. Понятное дело, кто-то клюнул!
Хуан Цзюньи опять презрительно хмыкнул, смерив инвалидное кресло Лян Цяня грязным взглядом:
— Парни, а нормальным людям с такой гнилью в одном вузе учиться — ок?
Те переглянулись и мгновенно всё поняли.
— Конечно нет! Позор для всего кампуса!
— Вот именно! Найти и слить на него всё, чтобы не строил из себя святошу!
Настроение Хуан Цзюньи резко подскочило. Довольно усмехнувшись, он махнул рукой:
— Ну так чего ждем? Погнали раздувать!
***
В шестнадцать пятьдесят.
Едва прозвенел звонок с пары, как на экране телефона Лян Цяня вспыхнул входящий вызов от секретаря Дань Юйчэна. Сбросив звонок после пары коротких фраз, Лян Цянь взялся за джойстик коляски, но услышал за спиной ядовитый смех.
Стоило ему выехать за дверь, как шепотки в аудитории превратились в открытый гул.
— Видели тред на форуме? Лян Цянь-то, оказывается, на содержании...
— А с утра не заметили? Сам папик его до корпуса довез!
— Да та машина уже неделю светится, только сейчас слили?
— Судя по фото, мужик так себе... Ха-ха, и как Лян Цянь под него ложится?
— Я вживую видел! Ну не красавец, зато видон солидный, шишка какая-то...
— Был бы не босс, Лян Цянь бы и не посмотрел! Вечно ходит нос кверху, гордеца кормит. А сам просто нас за нищебродов держал. Всё упирается в бабло!
—...
Лян Цянь даже не обернулся. Грязи в свой адрес он слышал предостаточно — эти жалкие сплетни его не трогали.
Завернув за угол к лифтам, он достал смартфон и зашел на форум института. Самая верхняя ветка бросалась в глаза мгновенно:
Срочно! Вычислен папик главного скромника кампуса!
Текст был полон намеков, а фото замазаны цензурными квадратиками, но узнать персонажей не составляло труда: роскошный «Бентли» у главного входа и студент в инвалидной коляске.
Лян Цянь проглядел первые комментарии: несколько скооперированных аккаунтов поддакивали друг другу, полностью слив его персональные данные на первой же странице.
Лифт пошёл вниз. Пролистав еще пару страниц, Лян Цянь выехал из корпуса — прямо навстречу стоящему у крыльца «Бентли». Предупредительный водитель уже суетился рядом, распахивая заднюю дверцу.
Вокруг сновали студенты и преподаватели. Лян Цяню даже не нужно было присматриваться, чтобы почувствовать десятки любопытных и осуждающих взглядов.
— Молодой господин Лян, прошу вас, — произнёс шофёр.
Лян Цянь перебрался в салон, и дверь мягко захлопнулась.
Сяо Чэнь откинулся на спинку сиденья, расположив на коленях папку с документами. Когда авто тронулось, он просто перевернул страницу, даже не повернув головы:
— Ознакомился с материалами?
— Да, — коротко отозвался Лян Цянь.
Диалог снова заглох.
Лян Цянь взглянул на стремительно обновляющийся тред, и его губы тронула язвительная усмешка.
«Папик»?
Даже если Дань Юйчэн и преследовал личные цели, плотская похоть в их число точно не входила. При этой мысли юноша неосознанно посмотрел на профиль Сяо Чэня.
И дело было не только в нем самом. Похоже, этот человек в принципе не был способен испытывать влечение к кому бы то ни было.
— Говори, если есть что сказать, — произнес Сяо Чэнь, не поднимая глаз от бумаг.
Лян Цянь вздрогнул. Осознав, о чём только что думал, он едва заметно нахмурился, но, зная чуткость собеседника, быстро сменил тему:
— На встрече с профессорами буду только я?
— Угу, — откликнулся Сяо Чэнь.
Лян Цянь замер. Он задал вопрос лишь для отвода глаз, не ожидая подобного ответа.
Только он?
Дань Юйчэн ставил всё состояние компании на новое бизнес-направление и не мог позволить себе рисковать.
Закрыв папку, Сяо Чэнь продолжил:
— Я показал твои школьные научные статьи профессорам. Ты их заинтересовал.
Лян Цянь сжал губы.
Сяо Чэнь повернулся к нему:
— Они высоко оценили твой уровень. Это отлично.
Юноша встретил его взгляд.
— Я не ошибаюсь в людях, — произнёс Сяо Чэнь, протягивая ему документы. — И верю, что ты меня не подведёшь.
Лян Цянь механически взял папку. Раскрыв первую страницу, он невольно сжал пальцы.
Перед ним лежала официальная оферта на должность главного технического консультанта.
Дань Юйчэн шёл на эту встречу ради победы. И вся его уверенность строилась не на связях или деньгах, а на нём — Лян Цяне.
Неужели Дань Юйчэн действительно так верит в него?
Лян Цянь молчал. Ещё никто и никогда не делал на него столь безоговорочную ставку. Это была не жалость, не попытка отплатить за спасение жизни и не раздача подачек. Это было абсолютное признание его профессионализма. Ему не просто расчистили дорогу — на его плечи возложили колоссальную ответственность.
Даже родная мать в последние годы постоянно сомневалась в нём. А уж когда она, рискуя жизнью, бросилась спасать чужого ребёнка, Лян Цянь и вовсе осознал свою ничтожность в её глазах.
А что же Дань Юйчэн? Где пролегает грань между холодной выгодой и искренним участием?
Лян Цянь долго всматривался в строчки договора. И вдруг услышал голос:
— Скажи, ты справишься?
В тоне этого человека никогда не предполагалось иного ответа, кроме утвердительного.
Пальцы Лян Цяня расслабились. Для других подобный груз показался бы невыносимым, но для него это был идеальный шанс. Ни страха, ни малейшей паники — лишь заставляющий кровь быстрее бежать по венам азарт.
Справится ли он?
Лян Цянь закрыл папку и вернул её:
— Разумеется.
***
У отеля «Шилай» Сяо Чэнь вышел из машины вместе с Лян Цянем, облечённым в экзоскелет. Дежуривший у входа секретарь тут же устремился навстречу.
— Господин Дань, — проводил он их внутрь, — профессор Чжан Пинлунь и профессор Чэнь Чжан уже на месте.
В холле Сяо Чэнь увидел своих гостей: они беседовали с молодым человеком в повседневном костюме. Не успели они подойти, как из-за спины парня выскочил другой юноша и ядовито выкликнул:
— Лян Цянь?
Профессор Чжан усмехнулся:
— Ах да, чуть не забыл! Студент Хуан и студент Лян из одного университета. Вы знакомы?
— Да уж, более чем знакомы, профессор Чжан! — Хуан Цзюньи с подтекстом кивнул стоящему рядом мужчине. — Брат Цинюй, это тот самый Лян Цянь, про которого я тебе рассказывал.
Бай Цинюй перевёл взгляд на Лян Цяня. Увидев яркую, запоминающуюся внешность юноши, он на мгновение замер — лицо показалось странно знакомым.
Хуан Цзюньи же с глумливой ухмылкой протянул:
— Так вот с кем у вас встреча, профессора! Знаете, выбирая помощников, стоит смотреть не только на их мозги, но и на человеческие качества...
Профессор Чжан нахмурился:
— Студент Хуан, к чему эти намеки?
— Да так, ничего особенного, — пожал плечами тот. — Просто на вузовском форуме вовсю обсуждают, как наш Лян Цянь скатился и продался какому-то папику!
Профессора Чжан и Чэнь озадаченно переглянулись.
Хуан Цзюньи, торжествуя, подлил масла в огонь:
— Впрочем, я лишь передаю то, что пишут. В детали не вдавался. — Он с вызовом уставился на Лян Цяня: — Что скажешь, студент Лян?
Он уже смаковал свою "победу" и собирался добавить пару ласковых, как вдруг совсем рядом прозвучал ледяной голос:
— И кем же, по-твоему, он содержится?
Хуан Цзюньи осекся. Повернув голову, он вытаращил глаза:
— Ты... Ты же!..
Сяо Чэнь равнодушно смотрел на него. Встретившись с этим пугающим, темным взглядом, Хуан Цзюньи сёжился — ему показалось, будто на него смотрит палач. Он отступил за спину Бай Цинюя и, храбрясь, выкрикнул:
— Да кем ещё?! Тобой, конечно!
Секретарь не выдержал. Он шагнул вперед с искренним возмущением:
— Что за бред ты несешь?! Господин Дань и Лян Цянь — родные братья! Какое ещё содержание?!
— Братья?! — взвился Хуан Цзюньи. — Один Дань, другой Лян! Какого хрена они братья?!
Профессор Чжан, сбитый с толку этой перепалкой, посмотрел на Сяо Чэня:
— Это...
— Лян Цянь носит фамилию матери, — ровно пояснил Сяо Чэнь.
— Вот оно что, — кивнул Чжан Пинлунь.
Хуан Цзюньи открыл было рот, пытаясь выкрутиться:
— Язык без костей, наплести что угодно можно...
— Чего?! — Секретарь аж нервно хохотнул. — А ты сам-то не из головы это выдумал? Нам что, домовую книгу притащить, чтобы ты заткнулся?!
Хуан Цзюньи хотел огрызнуться, но профессор Чжан строго прервал его:
— Студент Хуан! Распускать клевету — уже недостойный поступок, а ты ещё и скандалишь?
Только тут Хуан Цзюньи вспомнил, где находится. Глянув на Бай Цинюя, он обнаружил на его лице явное недовольство.
— Брат Цинюй... я... я просто слышал...
— Извинись, — бросил Сяо Чэнь.
Хуан Цзюньи вздрогнул, снова сжав кулаки:
— Что?
— Ты наплел с три короба и думаешь просто так свалить? Извинись перед Лян Цянем! — надавил секретарь.
— Я... — Хуан Цзюньи уставился на Бай Цинюя в поисках защиты, но тот увлечённо заговорил с профессорами, всем видом показывая крайнее недовольство кузеном.
Сжав зубы, Хуан Цзюньи сквозь цепь выцедил:
— Извини! Доволен?! — И уставился на Сяо Чэня.
Сяо Чэнь же повернулся к Лян Цяню:
— Что за история с форумом?
Лян Цянь бросил взгляд на обидчика:
— Фейковый тред. Его уже подчистили.
Лицо Хуан Цзюньи перекосило.
— Устранение записи не снимает последствий, — холодным тоном резюмировал Сяо Чэнь.
Секретарь мгновенно уловил мысль босса:
— Господин Дань, как поступим?
— Вызываем полицию. Вычислим зачинщика и подадим в суд.
Услышав это, Хуан Цзюньи побледнел как полотно, а ноги его стали ватными.
Профессора тоже заволновались и поспешили вмешаться:
— Господин Дань, клевета — дело серьезное, но полиция... Может, решим вопрос внутри университета? Они ведь еще студенты, судебный процесс погубит им карьеру.
— Решать Лян Цяню, — отрезал Сяо Чэнь.
Профессор переключился на юношу:
— Студент Лян, у тебя ведь травма ноги, не стоит долго стоять. Пойдёмте в отдельный кабинет.
Сделав пару шагов, Лян Цянь не услышал за собой знакомой поступи и обернулся.
Бай Цинюй стоял перед Сяо Чэнем. Оттиснув кузена за спину, он отвесил вежливую улыбку:
— Здравствуйте, господин Дань, — он протянул руку. — Мой кузен проявил несдержанность. Примите мои извинения за его поведение.
Хуан Цзюньи, потеряв всю спесь, тихим голосом добавил:
— Это мой двоюродный брат, генеральный директор корпорации «Даньин» Бай Цинюй.
Имя корпорации «Даньин» гремело на весь бизнес-сегмент.
Однако Лян Цянь увидел, что Дань Юйчэн лишь скользнул взглядом по протянутой ладони и даже не подумал отвечать на жест. Он оставался всё так же высокомерен, игнорируя чужие статусы.
Его холодный голос разнесся по холлу:
— Оскорбили моего брата. И прощать вместо него я не намеревался.
Лян Цянь замер, глядя на Сяо Чэня. Мистическим образом его взгляд сместился на правую руку Сяо Чэня. Он вспомнил, как именно эта рука вчера вечером бережно фиксировала ремни экзоскелета на его ноге.
Лян Цянь опустил глаза и сжал холодный металл конструкции.
Чем чаще они виделись, тем заметнее смягчалось отношение Дань Юйчэна. Но Лян Цянь помнил их первую встречу — и тот равнодушный, льдистый взгляд.
Вступился бы за него тот Дань Юйчэн так же, как сегодня?
«Вступился бы», — подумал Лян Цянь.
Но кого он защищал — его самого или просто статус «младшего брата»?
Сяо Чэнь подошёл ближе и, заметив его неподвижность, спросил:
— Что такое?
Лян Цянь поднял взор, встретил чужие глаза и снова опустил ресницы:
— Ничего. — Сделав шаг в сторону, он встал плечом к плечу с Сяо Чэнем: — Спасибо, брат.
— В сегодняшнем деле поступай так, как сочтёшь нужным, — бросил Сяо Чэнь.
— Хорошо.
— Не захочешь пачкать руки — отдай мне.
— Я понял.
[Хозяин, динамика отношения цели продолжает улучшаться. Переходить к следующему этапу?]
[Не спеши.]
Сяо Чэнь посмотрел на холодный и колкий профиль юноши, даже в покорности сохранявший хищную настороженность. Дикий волчонок, прячущий когти, вовсе не обязательно приручен — он может лишь выжидать момент.
— В будущем столкнешься с проблемами — тоже обращайся ко мне, — добавил Сяо Чэнь.
— Не волнуйся, брат. Обязательно, — ответил Лян Цянь.
—...
Секретарь, семенивший следом, иронично покачал головой от этой картины семейной идиллии.
«Надо же, не родные ведь, а носится с ним как с писаной торбой! Кабы я сам не знал, что босс ночует в офисе и с Лян Цянем от силы пару раз виделся, грешным делом подумал бы, что тут пахнет вовсе не братской любовью...»
http://bllate.org/book/20474/3732980
Готово:
