В то мгновение, когда Ни Суй выскочил из комнаты, в гостиной воцарилась глухая тишина.
Вообще-то троица сработала оперативно, да вот неосмотрительно. Ни Суй, вымыв руки, решил открыть окно и проветрить помещение, как вдруг его взгляд упал на клумбу за окном: прямо на цветнике валялся до боли знакомый ворох одежды!
Тот самый, что Чэн Гулин умыкнула из его спальни, желая добиться от Чжоу Цинхэна максимального вживания в образ. И вот надо же было Ни Сую наткнуться на эти улики!
Ни Суй обомлел. До него мгновенно дошло: спозаранку тут разыгралась целая драма. Выскочив к присутствующим, он первейшим делом принялся осматривать Шэнь Синляо — не досталось ли тому?
— Вы что... драку устроили?
Да ещё с косплеем и ролевыми играми?! Ни Суй сразу вспомнил, как эта троица встретила его самого в первый день. И вот теперь они с тем же энтузиазмом решили выместить свои примочки на Шэнь Синляо?
Ощутив на себе его испепеляющий взгляд, Чжоу Цинхэн прочистил горло и мягко проговорил:
— Никакой драки. Обычная проверка, мы же договаривались...
«Кто с вами договаривался?!» — Ни Суя едва не кондрашка хватила.
Не успел он высказаться, как Лань Сяолю с капризной, еленой обидой затянул:
— А Шэнь Синляо так меня лягнул, что спина до сих пор ноет!
Ни Суй вытаращился на него.
Шэнь Синляо запираться не стал. Он лишь непринуждённо убрал руки в карманы брюк и замер — выправка ровная, но вид расслабленный и ленивый. Всем своим образом он выражал простую мысль: «Да, врезал. И правильно сделал, они первые полезли».
«А Шэнь Синляо-то не промах!» — мелькнуло в голове Ни Суя.
Он молча переводил взгляд с одного на другого, с изумлением замечая, что в этой стычке так и не выявилось победителя. Взбудораженная атмосфера в комнате оттаивала, сменяясь странным, почти неестественным затишьем.
— Ну вы даёте... — Ни Суй долго не мог подобрать слов.
Ладно бы эта троица сцеплялась между собой, к этому он привык. Но втянуть Шэнь Синляо?! А тот, хорош, тоже решил поучаствовать в их безумии!
В конце концов Ни Суй глубоко вдохнул, с размаху бросил вещи на стул и отрезал:
— Сначала завтракать! Поедим — и поговорим по душам.
Это заявление означало одно: пар он уже выпустил, и карательной акции не будет. Сожители, прекрасно изучившие его характер, облегчённо вздохнули, уселись за стол и расплылись в сияющих улыбках.
У Ни Суя вновь едва не подскочило давление.
Впрочем, сам завтрак прошёл не без курьёзов. Чжоу Цинхэн ради достоверности перформанса заблаговременно заказал еды, не предупредив Ни Суя, а сам Ни Суй набрал как раз то, что любили эти трое. Поразмыслив над горой уставленных блюд, троица махнула рукой на диеты и суровую актёрскую дисциплину и умяла всё до единой крошки. Под конец даже Лань Сяолю, поглаживая набитый животик, капризно запричитал, что объелся.
Покончив с трапезой, все трое благополучно забыли о предстоящей головомойке. Они уже вознамерились разбрестись по своим делам, как за спиной раздался загробный голос Ни Суя.
Троица замерла. Замявшись на мгновение, они послушно поплелись к дивану.
— Я же просил вас не цепляться к брату Шэню! — Ни Суй, успевший за завтраком вытянуть из них все подробности, недовольно поморщился. — Он не такой, как вы...
Фраза звучала завуалированно, но присутствующие тут же перевели взгляды на Шэнь Синляо. Совсем недавно тот выразился примерно так же, без обиняков намекнув, что раскусил их истинную природу.
В гостиной зависло хрупкое молчание. Под перекрёстными взглядами Шэнь Синляо держался всё так же небрежно и естественно — то ли его совершенно не волновало происходящее, то ли он из молчаливой солидарности предпочитал не срывать покровы окончательно.
— У нас есть вопрос, — Чжоу Цинхэн переменил позу и серьёзно спросил: — Сколько ещё таких... «обычных людей» появится в нашем доме? Помимо вас двоих.
— Никого, — ответил Ни Суй без колебаний. Ни за что другое он ручаться не мог, но Шэнь Синляо оставался его единственным близким другом. — Больше никого не будет.
— И в чём тогда проблема? — Чжоу Цинхэн изогнул бровь с самым невинным видом. — Ты в своё время прошёл проверку. С какой стати он должен быть исключением?
Ни Суй ошеломлённо уставился на него. Он ведь и правда упустил этот момент из виду! В глубине души он полагал, будто Шэнь Синляо поселился у них временно — пока не утихнет шумиха в прессе, после чего вернётся к себе.
Однако сожители воспринимали виллу как свою собственность. Они по умолчанию считали: раз Ни Суй привёл кого-то в дом, значит, этот человек особенный и способен влиться в их круг. А раз так — изволь пройти ритуал посвящения.
Ни Суй не знал, что чувствовать — признательность или тяжесть на душе. С одной стороны, он явно был для них не пустым местом. С другой — за эту значимость приходилось расплачиваться хождением по краю.
В этот миг он ощутил на себе пристальный взгляд Шэнь Синляо. Тот смерил его долгим взором ещё тогда, когда прозвучали слова «больше никого не будет». Внешне Шэнь Синляо казался всё таким же расслабленным, но его зрачки потемнели, став глубокими и непроницаемыми.
Этот немой взгляд без слов говорил: он согласен на всё. Шэнь Синляо вовсе не возражал против устраиваемых проверок. Если ради возможности остаться нужно пройти через подобное ещё пару раз — да пожалуйста.
Сердце Ни Суя ёкнуло. Смутившись, он поспешно отвёл глаза и, собравшись с духом, выговорил:
— И всё-таки ваши экзекуции слишком опасны. Это несправедливо по отношению к брату Шэню, ведь он у нас лишь временно.
— А могу я остаться здесь насовсем? — Шэнь Синляо чуть приподнял веки.
Чжоу Цинхэн рассудительно поддержал:
— Ты вполне можешь предложить ему постоянное жительство.
Ни Суй опешил. Сначала эта мысль показалась ему дикой, но секундой позже — абсолютно логичной. Троица и без того сгорала от любопытства к Шэнь Синляо. Сам Ни Суй привёз его на виллу именно потому, что понимал: их встречи не избежать.
Чем строить плотины, проще дать воде течь по руслу. Раз уж процесс запущен, разумнее разрешить им общаться в обычном режиме. Глядишь, утолят любопытство, и угроза сойдёт на нет.
Впрочем, вопрос стоял серьёзный — подобное в их доме происходило впервые. Ни Суй перевёл взгляд с Шэнь Синляо, который так и не отвёл глаз, на подтянувшихся сожителей и вздохнул:
— Что ж, давайте решать.
— Голосуем поднятием... — Ни Суй даже не успел договорить, как в воздух взметнулись все руки.
В красивых глазах Лань Сяолю вспыхнул зловещий огонёк. Впившись ногтями в кожаную обивку дивана, он возбуждённо пробормотал — тихо, но так, что услышали все:
— Вот уж когда поселится, тогда-то я его и укокошу! Помянет он у меня свой пинок...
Не успел он закончить, как Чжоу Цинхэн цапнул его за затылок и ткнул лицом в подушку, а Чэн Гулин привычным движением накрыла его сверху второй и надавила. Пока Лань Сяолю отчаянно барахтался и мычал, парочка невозмутимо посмотрела на Ни Суя.
Посыл считывался без труда: что там Лань Сяолю удумает потом — их не касается, но сейчас болтать лишнего не стоит. Никто не смеет сорвать переезд Шэнь Синляо.
Ни Суй со смешанными чувствами взглянул на Шэнь Синляо. Тот сохранял абсолютное хладнокровие, будто к подобному балагану ему было не привыкать.
Слабо вздохнув, Ни Суй подвёл итог:
— Ладно, решено.
— Добро пожаловать в нашу семью, брат Шэнь.
Произнося эти слова, Ни Суй почувствовал, как с сердца спала тяжесть. Ещё тогда, в санатории «Дэи», они были друг другу словно родные. Ни Суй искренне воспринимал его как старшего брата, и, если не считать приёмного отца, именно Шэнь Синляо оставался для него самым близким человеком.
После встречи их положение в обществе развело их по разным полюсам, однако — то ли благодаря стараниям Ни Суя, то ли по невероятной благосклонности судьбы — их судьбы вновь переплелись. Пусть даже всё сводилось лишь к совместному проживанию под одной крышей.
И всё же что-то между ними неуловимо изменилось. Ни Суй робел встретиться с Шэнь Синляо взглядом, но отчётливо ощущал, как тот смотрит ему в затылок — невесомо и трепетно, точно бабочка, присевшая на мгновение.
Расчёт Ни Суя оправдался. Стоило Шэнь Синляо официально получить «прописку» на вилле, как троица угомонилась. Даже Лань Сяолю позабыл об обещанной мести — у него попросту не осталось на это времени.
Впрочем, времени не хватало ни у кого. Ни Суй с Шэнь Синляо не могли безвылазно сидеть дома: после заключения партнёрства между компанией «Мириады Миров» и студией Шэнь Синляо навалилась уйма работы — нужно было утрясать вопросы с общественным мнением, распределять обязанности между командами и согласовывать рабочие процессы.
Вскорости Чжоу Цинхэн отбыл обратно на съёмочную площадку. Оставшиеся же дома Чэн Гулин и Лань Сяолю, дожидавшиеся старта своих проектов, от безделья погрузились в бесконечные онлайн-курсы идейно-нравственного воспитания. Нагрузка оказалась такой, что бедолаги вскоре щеголяли со стеклянными глазами.
Досталось Лань Сяолю: от одного вида печатного текста его клонило в сон. Не набрав нужных академических часов, он был вынужден дорабатывать программу ночами. К рассвету, так и не закрыв норму, он со слезами бешенства перевернул письменный стол.
Мучения довели его до грани психоза. Первой из этого ада вырвалась Чэн Гулин: для сериала «Девять веток снежной сливы» наконец подобрали нового исполнителя главной мужской роли, и её срочно вызвали на съёмки.
Для Лань Сяолю эта новость стала громом среди ясного неба.
— А как же я?! — запричитал он, едва не падая в обморок. — Оставите меня одного дома зубрить эту муть?! Да я же сдохну!
Видя его панику и картинные страдания, Ни Суй лишился дара речи. Поразмыслив над повадками этого чудика, он вздохнул:
— Выбирай сам.
— Или сидишь дома за учебниками, или едешь к брату Хэну учиться актёрскому мастерству. Проект «Два поклона фимиаму» вот-вот стартует, а ты до сих пор в азах не разберёшься. Как сниматься-то собираешься?
— Еду, еду! — Лань Сяолю чуть не подпрыгнул до потолка. — Я к брату Хэну! Обожаю брата Хэна!
И, не откладывая в дальний ящик, помчался паковать чемоданы.
Ни Суй лишь качнул головой. Из всех его подопечных Лань Сяолю отличался самым непредсказуемым нравом, и надежда на то, что тот будет смирно учиться актёрской игре у Чжоу Цинхэна, откровенно шилась белыми нитками — свежи ещё были воспоминания, как Чэн Гулин каждый день тузила Чжоу Цинхэна.
Но выбора не оставалось. Ни Сую требовалось сопровождать Чэн Гулин на съёмочную площадку — на сей раз он намеревался лично следить за порядком, чтобы снова не столкнуться с каким-нибудь сопливым зомби. Шэнь Синляо отправлялся с ними, так что вилла всё равно пустела.
По дороге Ни Суй показал Чэн Гулин досье на нового партнёра. На главную роль в «Девяти ветках снежной сливы» опять утвердили новичка, причём режиссёр привлекал Шэнь Синляо к прослушиваниям, чтобы тот помог оценить актёра и проверить его профессиональные и человеческие качества.
Впрочем, после изнурительной учёбы Чэн Гулин было глубоко плевать на подробности.
Едва они прибыли на место, как к ним со всех ног бросилась Цзян Майсюэ:
— Учитель Чэн!
Она с прискорбием погладила Чэн Гулин по осунувшимся, бледным щекам, изнурённым непрерывным штудированием учебников, и всплеснула руками:
— Боже мой! Тебе что, совсем невмоготу пришлось?! Почему ты так исхудала?!
http://bllate.org/book/20203/3942808
Готово:
