Для Чэн Гулин всё произошедшее выглядело несколько иначе. В её глазах Линь Цзюньшэн был никем иным, как смердящим зомби. Особенно тот запах, вырвавшийся из комнаты: подскочивший от него адреналин заставил её почувствовать себя так, словно она оказалась в самом эпицентре схватки с ордой нежити, когда воздух пропитывается особым, пьянящим ароматом битвы.
В такие моменты её охватывал дикий азарт, и сдержать жажду крови становилось почти невозможно. Зато теперь, когда бой утих, восторг улетучился, уступив место ещё бóльшему отвращению к липким, вонючим ходячим трупам.
— Вот только я так и не поняла, что за дрянью там воняло... — недоговорила Чэн Гулин.
Гнев, пылавший в Ни Суе, и не думал утихать, но к нему примешалась странная, холодная рассудительность. Заметив это, девушка нахмурилась:
— Я что-то не то сказала?
— Нет, дело не в тебе, — тяжёлым тоном отозвался Ни Суй.
Его давило чувство вины. Он не уберёг Чэн Гулин, хотя обязан был догадаться обо всём раньше. Впрочем, Линь Цзюньшэн умел притворяться слишком хорошо.
— Тут есть и моя вина, — внезапно подал голос Шэнь Синляо. Его тёмный, глубокий взгляд оставался неподвижен. — Проект финансирую я, а проверку актёра на главную роль провели спустя рукава. Не думал, что у него хватит наглости на такое.
Лишь теперь Шэнь Синляо понял, отчего Линь Цзюньшэн так злобно косился на него во время банкета, когда обсуждались правки в сценарии. Тот исходил желчью из-за того, что ему урезали совместные сцены с Чэн Гулин.
Ни Суй перевёл на него взгляд. На мгновение их взоры пересеклись, и в тихом спокойствии Шэнь Синляо Ни Суй ощутил немое утешение. Накипевшая ярость постепенно улеглась.
— Брат Шэнь, твоей вины тут нет, — тихо проговорил он.
***
Немного остыв и приведя мысли в порядок, Ни Суй набрал в общем чате длинное сообщение для остальных двоих, описав ситуацию, а в конце добавил строгое предупреждение: «Даже не думайте злорадствовать».
Собиравшиеся вовсю потирать руки и строчить подколки собеседники замерли:
«...»
Спустя мгновение на экране мелькнули два уведомления об отзыве сообщений.
***
В больницу приехала половина съёмочной группы. Обследование Линь Цзюньшэна затягивалось, и толпящиеся у дверей палаты люди шептались. Брат Чэнь окинул их мрачным взглядом, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
Он про себя грязно выругался. Этот идиот Линь Цзюньшэн что, вообще никогда в жизни с трудностями не сталкивался? Совсем башку от злости сорвало, раз ляпнул такое при всех! Жизнь надоела?
Менеджер прекрасно знал обо всех мерзких проштрафах своего подопечного, но тот впервые потерпел неудачу... Пробей Чэн Гулин ему голову до полусмерти — это сыграло бы им на руку: девку можно было бы засудить, заблокировать во всех агентствах и сгноить без шанса на обеление.
Но Линь Цзюньшэн пробыл в процедурной от силы пару минут, а выдворенный оттуда врач выглядел абсолютно спокойным — ничего серьёзного. Чэн Гулин приложила его со всей дури, и даже травмы толком нет?! Как теперь удерживать подопечного в проекте? Это же фильм, где главный инвестор — сам Шэнь Синляо!
Брат Чэнь уже сходил с ума от тревоги, когда из палаты донёсся голос врача:
— Можете войти. С пациентом всё в порядке, только не шумите.
От этих слов у менеджера окончательно земля ушла из-под ног.
Первыми внутрь ввалились режиссёр и съёмочная группа. Линь Цзюньшэн скорчился на койке, судорожно сжимая руками пах и сыпля проклятиями. Впрочем, даже в больничной пижаме этот верзила вовсе не выглядел умирающим.
— Жив-здоров, значит... — со смешанными чувствами выдохнул кто-то из группы.
Люди испытывали одновременно облегчение и мерзость. Случись с главным актёром что-то серьёзное — съёмки бы встали, но его полная невредимость смотрелась как посмешище на фоне совершённого им свинства. В голосах присутствующих зазвучали саркастические нотки.
И без того дёрганый Брат Чэнь мгновенно вспыхнул:
— Ах, раз он жив, так с вас и спроса нет?! Я вам обещаю, ни один из вас сухим из воды не выйдет!..
— Ты совсем из ума выжил?! — Режиссёр с изумлением уставился на него. — Ладно бы несчастный случай на площадке, но Линь Цзюньшэн сам во всём признался! Каким надо быть бесстыжим, чтобы качать права?!
В ту же секунду съёмочная группа зашумела, со всех сторон на менеджера посыпались обвинения. Он же, распаляясь всё сильнее, огрызался в ответ. В палате поднялся настоящий гвалт.
— Надеюсь, этот ор поможет вам сформулировать внятные объяснения, — раздался ледяной, ровный голос Шэнь Синляо.
Шум мгновенно стих. И менеджер, и режиссёр, и остальные члены команды испуганно переглянулись с инвестором. Атмосфера стала невыносимо тяжёлой, хотя взаимная ненависть лишь разгорелась с новой силой.
В этой суматохе юная ассистентка Линь Цзюньшэна сжалась от страха. Она на миг вскинула глаза, словно хотела что-то сказать, но тут же испуганно уткнулась взглядом в пол, не смея вымолвить ни слова.
Ни Суй заметил эту деталь. В его душе колыхнулась догадка. Он слегка коснулся тыльной стороны ладони Шэнь Синляо, намекая, что пора уходить — пусть съёмочная группа сама разбирается со своими скандалами.
***
На улице дыхание перехватило от свежести ночного воздуха. Ни Суй усадил Чэн Гулин в машину, велев ждать, а сам отправился прогуляться с Шэнь Синляо вдоль набережной, чтобы немного проветрить голову.
Они молча шагали навстречу ночному ветру, пока не остановились у ограды. Шэнь Синляо тихо взглянул на спутника. Мутный тусклый свет фонарей мягко очерчивал профиль Ни Суя, придавая его задумчивому лицу особенную, тихую печаль.
— О чём думаешь? — невольно понизив голос, спросил Шэнь Синляо. В его тёмных зрачках отражался силуэт юноши. — Не тревожься. В проект Линь Цзюньшэн больше не вернётся.
И это было ещё слабо сказано. Осмелиться на подобное прямо под носом у Шэнь Синляо означало полный крах актёрской карьеры. Кинематограф навсегда закроет двери перед Линь Цзюньшэном — и дело тут не только в его паршивой репутации, но и в том, что Шэнь Синляо взялся за дело лично.
Ни Суй кивнул и, посмотрев ему в глаза, искренне проговорил:
— Спасибо тебе, брат Шэнь.
Пусть Ни Суй и понимал, что команда Шэнь Синляо в любом случае не спустила бы такое с рук, но уже не в первый раз именно его заступничество помогало бескровно уладить самые скверные неприятности.
Прохладный ветер доносил с реки запах воды. Шэнь Синляо спрятал руки в карманы пальто и через некоторое время отвёл взгляд, устремив его вдаль, на тёмную гладь.
— На самом деле... — едва слышно прошептал он.
На самом деле у него давно зрела одна мысль. Все эти беды происходили из-за того, что за спиной компании «Мириады Миров» не было сильного покровителя. У его собственной студии как раз истекал срок партнёрского контракта, и он всей душой хотел стать этой опорой для Ни Суя.
С момента их встречи Шэнь Синляо непрестанно искал повод поддержать его. Отсутствие прочной, ощутимой связи порождало глухую, давящую тревогу. Но примет ли Ни Суй его помощь? Эта неопределённость терзала его ещё сильнее.
Сколько же ещё ждать дня, когда он станет по-настоящему нужен Ни Сую?
И всякий раз, думая об этом, Шэнь Синляо ощущал тихую, щемящую грусть.
Эта тоска невольно передалась и Ни Сую. Он вгляделся в лицо Шэнь Синляо: тот стоял чуть в тени, и оттого казался... невероятно одиноким.
Сердце Ни Суя болезненно сжалось.
— Брат Шэнь, — тихо позвал он.
Их взгляды встретились в темноте. Тень Шэнь Синляо почти накрывала его, а вокруг разливалось молчаливое одиночество, в котором, однако, не было холода — только щемящее тепло.
Ни Суй осторожно коснулся его рукава. Он не стал ничего говорить, но тепло этого мимолётного прикосновения мгновенно разнеслось по венам, отозвавшись учащённым стуком сердца.
Взгляд Шэнь Синляо дрогнул, но романтичную тишину бесцеремонно оборвал резкий звонок. Звонила Чэн Гулин, требовавшая немедленно вернуться.
— Мне в машине скучно-о-о, — капризно протянула она в трубку.
Ни Суй с немой беспомощностью посмотрел на Шэнь Синляо. Тот лишь усмехнулся и заботливым движением поправил растрепавшиеся на ветру волосы юноши:
— Пойдём.
***
Они успели отойти недалеко, так что до парковки добрались за пару минут.
Издалека Ни Суй заметил возле своего автомобиля смутную фигуру. Похоже, это была та самая пышнотелая ассистентка Линь Цзюньшэна — она передавала что-то через приоткрытое окно, а углядев приближающихся людей, перепугалась и задала дёру.
В темноте было толком не разглядеть, и озадаченный Ни Суй прибавил шаг, пытаясь понять, что происходит. Но стоит стеклу опуститься, как из заднего ряда на него уставились сразу три пары глаз. От неожиданности Ни Суй отшатнулся — душа едва не ушла в пятки.
Шэнь Синляо придержал его за плечо и пригляделся. Из салона на них смотрели Чэн Гулин, Чжоу Цинхэн и Лань Сяолю. На мгновение воздух буквально загустел от тяжёлой, опасной ауры — словно затаившиеся хищники с въедливым любопытством разглядывали нового чужака.
Повисла неловкая пауза. Ни Суй глубоко вздохнул и процедил:
— Вы двое... вы когда примчаться успели?
Ещё десять минут назад в чате они были за тридевять земель! Стоило узнать, что с Чэн Гулин стряслась беда, как прилетели быстрее ракеты!
Ни Суй понятия не имел, о чём эти трое шептались в машине в его отсутствие, но Чэн Гулин буквально искрилась от какого-то нездорового азарта.
А когда они углядели Ни Суя, стоящего бок о бок с Шэнь Синляо, её восторг вспыхнул с новой силой. Чжоу Цинхэн и Лань Сяолю гипнотизировали инвестора долгим взглядом, после чего попытались как можно более мягко ответить:
— Только что прибыли...
Затем, словно ухватившись за единственную возможность, они обратились к Ни Сую, не сводя при этом горящих глаз с Шэнь Синляо:
— На улице такая темь... Не хочешь предложить Учителю Шэню сесть в машину, чтобы мы его подвезли?
Ни Суй: «...»
http://bllate.org/book/20203/3892267
Готово:
