Однако собеседник тут же сдержал улыбку и стал серьёзным:
— Но как ты оказалась в Камбодже?
Цинь Чжао бросила мимолётный взгляд на красную лампочку над дверью реанимации и тихо ответила:
— Мне нужно задать несколько вопросов тому, кто сейчас там, под капельницей. Поэтому и приехала.
Хэ Бай на мгновение замер, нахмурился и с удивлением спросил:
— Ты знаешь, что он — разыскиваемый преступник Кон Мин?
— Уже поняла, кто он, когда его спасала.
Хэ Бай помолчал, а потом снова заговорил:
— А зачем он тебе? Что именно ты хочешь у него узнать?
Цинь Чжао взглянула на него. Вспомнив, как инспектор Ся Шифэй высоко ценил честность Хэ Бая, она решила не скрывать правду:
— Исчезновение инспектора Ся в Камбодже — вовсе не несчастный случай. Это умышленное преступление. И Кон Мин связан с ним напрямую.
Если Пань Ваньвань сумела всё провернуть столь безупречно, Цинь Чжао допускала ещё одну возможность: в те годы за ней стоял кто-то из высшего руководства полицейского управления. Именно поэтому так и не нашли тела Ся. То же самое, скорее всего, относится и к двум другим офицерам — их тела тоже исчезли, чтобы не вызывать подозрений.
Услышав это, Хэ Бай будто окаменел. Внутри него поднялась настоящая буря. Никто из них даже не допускал такой версии — все считали, что это просто несчастный случай. Он уже собирался задать ещё несколько вопросов, как к ним подошёл другой полицейский — Чжан Дачянь.
Тот, увидев, как они оживлённо беседуют, с лукавой ухмылкой обратился к Хэ Баю:
— Эй, Сяо Бай, знакомый?
Хэ Бай кивнул и представил ему Цинь Чжао.
— Неплохо, парень! Гордишься нами, ребятам из уголовки! Знаком с такой красавицей — да ещё и за границей! Настоящая встреча старых друзей... Жаль только место не самое подходящее, — с сожалением произнёс Чжан Дачянь.
Хэ Бай почесал затылок и неловко улыбнулся.
С появлением Чжан Дачяня разговор о деле Ся Шифэя прервался. Да и обстоятельства были не те.
Их целью было арестовать Кон Мина и поместить под стражу, но так, чтобы преступники ничего не заподозрили.
Вскоре Чжан Дачянь отошёл в туалет.
Воспользовавшись моментом, Цинь Чжао спросила:
— С кем он поссорился?
Хэ Бай не стал скрывать:
— Не удивляйся, но он ввязался в конфликт из-за женщины по имени Сулия. Она — любовница главаря банды Апачи.
Жестокий убийца влюбился в женщину.
На следующий день днём Кон Мин пришёл в сознание. Но возникла проблема: пока он находился под стражей, разрешалось общаться с ним только сотрудникам полиции.
Цинь Чжао стало трудно поговорить с ним напрямую. Однако для Хэ Бая, профессионального следователя, это не составило труда:
— Доверь это мне. Допрос преступников — моя специальность.
Меньше чем через десять минут Хэ Бай вышел из палаты с мрачным лицом.
— Как прошёл разговор? — спросила Цинь Чжао.
— Он выдвинул условие: до того как его тайно доставят в Китай, мы должны спасти Сулию и привезти её к нему. По нашим данным, сейчас она в беде — Апачи держит её взаперти и жестоко обращается с ней.
Через пять дней Кон Мина должны были тайно отправить в тюрьму на родине.
Хэ Бай предложил:
— Я доложу руководству и запросим помощь.
— Расследование исчезновения инспектора Ся должно оставаться в тайне, — покачала головой Цинь Чжао, останавливая его.
Если в полиции узнают, что она расследует дело Ся и что Кон Мин готов раскрыть правду, кто-то может предпринять шаги, чтобы всё замять.
Хэ Бай быстро понял её опасения.
— Придётся придумать что-нибудь другое.
Вечером, около семи, Цинь Чжао вернулась в небольшую гостиницу и позвонила Линь Цзинчэню. Они долго разговаривали, прежде чем завершить разговор.
После этого Цинь Чжао, уже обменявшись контактами с Хэ Баем, отправила ему сообщение: «Хэ Бай, можешь прислать мне досье на Апачи?»
*
*
*
У Чаоян два дня провела в Чунцине и уже собиралась ехать в следующий город, когда узнала, что дедушка У Чжэньган повредил поясницу и лежит в больнице. Родители заверили, что всё несерьёзно, но девушка не смогла остаться спокойной и срочно вылетела в Пекин.
Сразу после прилёта она отправилась в больницу.
У Чаоян чистила яблоко для дедушки, довольно неуклюже. По телевизору шли финансовые новости.
У Чжэньган с интересом смотрел передачу и вдруг громко рассмеялся:
— Этот Цзинчэнь! С каждым днём становится всё внушительнее. В Пекине разве найдётся ещё хоть один мужчина его возраста, который достиг бы таких высот в бизнесе?
У Чаоян машинально посмотрела на экран. Там как раз сообщали о том, что компания Huayao официально поглотила котируемую на бирже фирму «Юйлюй». Девушка на пару секунд задержала взгляд на фото Линь Цзинчэня в деловом разделе — зрелый, состоятельный, чертовски привлекательный. Неудивительно, что Тан Цинцин так им очарована.
Размышляя об этом, она порезала очищенное яблоко на кусочки и подала дедушке.
Убрав нож, У Чаоян почувствовала, что руки липкие, да и захотелось в туалет, поэтому она направилась туда.
Когда она вернулась, в коридоре столкнулась с Линь Цзинчэнем, который держал в руках корзину с фруктами.
— Старший брат Линь, здравствуйте, — вежливо поздоровалась она.
Линь Цзинчэнь слегка замер, кивнул:
— Ты не в выпускном путешествии?
— Была, но услышала, что дедушка слёг, и сразу вернулась, — честно ответила У Чаоян.
Больше они не разговаривали — вместе вошли в палату.
У Чжэньган, увидев Линь Цзинчэня, сначала удивился, но тут же радушно его поприветствовал.
У Чаоян сидела в сторонке, не зная, чем заняться.
Тогда дедушка сказал:
— Чаоян, у меня тут сиделка, тебе не нужно торчать здесь. Иди домой.
— Дома всё равно одна.
— А твои одноклассники?
— Цинь Чжао? Не знаю, занята ли она... Позвоню ей спросить...
*
*
*
Разговор деда и внучки был совершенно обыденным, но Линь Цзинчэнь уловил в нём нечто тревожное.
Его лицо мгновенно напряглось, тёмные глаза стали ледяными и пронзительными — от одного взгляда становилось не по себе. Он вспомнил, как несколько дней назад Цинь Чжао сказала ему, что поедет в выпускное путешествие вместе с У Чаоян. А теперь выясняется...
Мысль о том, что она скрывает от него, куда уехала и чем занимается — особенно если это опасно, — сводила его с ума.
У Чаоян уже достала телефон, как вдруг почувствовала на себе тяжёлый взгляд — будто на грудь лег огромный камень. Это смотрел Линь Цзинчэнь. Она растерялась, проглотила слюну и почувствовала лёгкий страх.
«Что происходит?..»
В палате повисло гнетущее молчание. У Чжэньган заметил неладное:
— Цзинчэнь, ты что...
Линь Цзинчэнь перевёл взгляд и постепенно смягчил выражение лица:
— Цинь Чжао сказала мне, что поедет с тобой в выпускное путешествие.
У Чаоян удивлённо замотала головой:
— Нет! Я ездила с другими друзьями. Сначала спросила у неё, не хочет ли поехать со мной, но она ответила, что занята важным делом.
Её простодушный ум вдруг забеспокоился: ведь она случайно видела, как Цинь Чжао расследует дело какого-то Ци Чжэня. И сейчас та скрылась, не сказав никому, где находится...
— Неужели она затеяла что-то опасное? — вслух забеспокоилась У Чаоян и тут же набрала номер Цинь Чжао.
Но в ответ — лишь гудки. Никто не брал трубку.
Через несколько минут она позвонила ещё дважды — безрезультатно. У Чаоян начала паниковать.
Когда не удаётся связаться с человеком, в голову лезут самые мрачные мысли.
Линь Цзинчэнь встал и попрощался с ними, покинув больницу.
У Чжэньган, лёжа в постели, вспомнил чёткое, красивое лицо Цинь Чжао и с загадочной улыбкой подумал: «Эта девочка... Цзинчэнь так за неё переживает, даже разозлился из-за того, что она его обманула. Впервые за всё время вижу его таким».
*
*
*
Камбоджа, магазин по ремонту телефонов.
— Когда почините? — спросила Цинь Чжао, отдавая свой аппарат.
— Забирайте завтра утром, — ответил мастер, протягивая ей квитанцию.
Ранее в тот день Хэ Бай передал ей досье на Апачи. Когда они встречались у подъезда, мимо прохожий случайно толкнул её в плечо — она держала телефон, и тот выскользнул из рук, упав на землю.
Экран перестал реагировать на касания. Цинь Чжао видела, как на экране мигает входящий вызов от Чаоян, но ответить не могла. Она только безнадёжно вздохнула.
Оплатив ремонт, она вернулась в гостиницу.
Разорвав конверт, она села на кровать и стала изучать материалы об Апачи.
Главарь крупнейшей преступной группировки Камбоджи. У него более двадцати точек: казино, ночные клубы, притоны. Основной доход — от наркотрафика, возможно, также контрабанда оружия. Его главная база расположена здесь.
Апачи — жестокий человек. Не раз бросал вызов местной полиции, организовывал покушения на офицеров. От этого он стал ещё более высокомерным и самонадеянным.
У него множество женщин, но Сулия — нынешняя фаворитка. Однако та влюбилась в Кон Мина, что для Апачи стало личным оскорблением.
Обычно он предпочитает стройных, соблазнительных красавиц. Каждое двадцать пятое число месяца в баре «Цезарь» устраивает закрытые вечеринки — попасть туда можно только по пригласительному. Досье, полученное от Хэ Бая, было исчерпывающим: в нём содержались подробные сведения обо всех женщинах, с которыми когда-либо общался Апачи — их прошлое, связи, личная жизнь.
Цинь Чжао задумчиво смотрела в одну точку, потом взяла карточку номера и снова вышла из комнаты.
*
*
*
Когда Хэ Бай узнал о её плане, он решительно возразил:
— Цинь Чжао, если тебя раскроют, ты окажешься в смертельной опасности. Хуже того — тебя может ждать та же участь, что и его любовницу.
— Сейчас это единственный шанс, — возразила Цинь Чжао. — У Кон Мина наконец появилась слабость.
— Это очень рискованно! Один неверный шаг — и ты погибнешь. Тебе не страшно? — Хэ Бай пытался напугать её, надеясь, что она передумает.
Цинь Чжао слегка улыбнулась:
— Конечно, страшно.
Но перед страхом она не сдаётся. Ей нужна справедливость.
Она также боялась, что, если с ней что-то случится, больше не увидит Линь Цзинчэня. Вдруг в памяти всплыл его образ — голос, тепло, запах... От этой мысли стало мучительно тоскливо.
Хэ Бай, поняв, что переубедить её невозможно, с тревогой согласился:
— Я помогу тебе. Но при малейшем подозрении — немедленно отступай.
— Хорошо.
С наступлением вечера город озарился тысячами огней. Для молодёжи настало время беззаботных развлечений.
Девушка в чёрном облегающем платье с открытой спиной, с волнистыми каштановыми волосами и лёгким макияжем выглядела ослепительно. Её белоснежная спина манила прикосновениями. Она подняла бокал с коктейлем и, улыбаясь, сказала сидевшей рядом женщине по-английски:
— Эйлин, за тебя! Спасибо, что привела меня на вечеринку.
Её улыбка была томной и соблазнительной, но глаза оставались чистыми и ясными.
Эйлин подняла бокал в ответ:
— Ничего особенного. Сегодня мне было приятно с тобой общаться. Вечеринка — это веселее в компании.
Цинь Чжао, поднося бокал ко рту, незаметно осмотрелась: Апачи ещё не появился.
Она плохо переносила алкоголь, поэтому, выпив всего полбокала, уже почувствовала лёгкое тепло на щеках.
В этот момент Эйлин взяла её за руку:
— Пойдём танцевать.
http://bllate.org/book/2015/231764
Готово:
