Готовый перевод Quick Transmigration: The Boss's Strategy / План Великого Повелителя: Быстрое Прохождение Миров: Глава 26

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Калию уже выследили различные человеческие фракции, и если она попадется им в руки, весь наш Клан Волков столкнется с огромным кризисом, вплоть до угрозы полного истребления.

Средняя продолжительность жизни оборотней составляет сто пятьдесят лет, что намного дольше, чем у людей.

Уже один этот факт заставит бесчисленное множество людей попытаться разгадать сопряженную с ним тайну.

К тому же в нынешнюю эпоху стремительного развития технологий всевозможные явные и тайные силы исчисляются тысячами.

Их клан немногочислен, и хотя по боевой мощи они превосходят людей, они все равно находятся в уязвимом положении.

Именно по этой причине они и скрываются от внешнего мира.

— Я понимаю.

Хотя Панайер был невероятно опечален, он прекрасно осознавал положение дел в клане и тот груз ответственности, который лежал на его плечах.

Он ни в коем случае не мог допустить истребления своего народа.

*

Даже не зная точно, какова ситуация у Клана Волков, Гу Цю могла догадаться о происходящем в общих чертах.

Узнав от Куэйна, что за Калией непрестанно ведется охота, она наконец успокоилась.

В этот вечер Гу Цю так и не дождалась появления Вэй Цзин, зато к ней пожаловал Куэйн.

Следом за ним шли пять женщин в строгих деловых костюмах.

Судя по их бледным лицам, Гу Цю сразу поняла, что перед ней так называемые кровные слуги Клана Крови.

Любопытно кивнув на семь-восемь коробок, стоявших посреди гостиной, она спросила:

— Что это такое?

— Владыка прислал госпоже последние новинки сезона: украшения, наряды и самые популярные нынче сумочки.

— А в этих больших коробках лежит ковер. Владыка сказал, что на полу слишком холодно и госпожа может простудиться, ходя босиком, поэтому велел нам расстелить ковры.

Ковер?

Уголки ртов Гу Цю дернулись.

Неужели это из-за того, что вчера вечером, когда они были в комнате возле дивана, она обронила фразу о том, что на полу прохладно?

И он тут же всё организовал?

Ну надо же...

— А еще во дворе припаркованы две машины, которые Владыка купил для госпожи и маленького господина. Если они вам не понравятся, вы можете выбрать другие по каталогу, вот он.

Куэйн протянул ей буклет с автомобилями, а затем, взяв у одного из подчиненных небольшую коробочку из сапфирово-синего бархата, почтительно преподнес ее Гу Цю:

— И еще это ключи от яхты, пожалуйста, возьмите.

Гу Цю бегло пролистала каталог, бросила его на стол, а затем открыла маленькую коробочку и бросила на нее взгляд.

— Зачем он накупил столько всего? Где он сам?

— Владыка отправился на поиски цветочных семян. Она велела передать госпоже, если та будет спрашивать, что вернется к вечеру.

Вспомнив ту гору странного, бесполезного хлама в виде цветов и растений, которую Владыка натащила в замок, Куэйн почувствовал легкую тяжесть на сердце.

— Тогда давайте расстилайте ковры.

Раз вещи уже привезли, Гу Цю не стала ломать комедию.

Куэйн поспешно повел подчиненных с коробками наверх.

Повернув голову, Гу Цю увидела сына, который с серьезным видом о чем-то размышлял, сидя на диване, и легко постучала его по макушке:

— О чем задумался?

— Я думаю: если я буду зарабатывать недостаточно денег, неужели я действительно не смогу жениться?

Су Сяоцзинь с очень серьезным выражением лица посмотрел на коробки и пакеты, громоздившиеся на столе и полу.

Гу Цю чуть не рассмеялась:

— Ты еще ребенок, а уже о таком думаешь.

Су Сяоцзинь искоса взглянул на нее, насупив маленькое личико и демонстрируя крайнюю серьезность:

— Понятию заблаговременной подготовки к будущему меня научила ты.

— К тому же матушка тоже говорила: если я не смогу заработать достаточно денег, то при встрече с любимым человеком у меня не будет никаких конкурентных преимуществ, я не смогу обеспечить ей лучшую жизнь и стану никчемным мужчиной.

Гу Цю: «……»

Что именно этот тип, Вэй Цзин, вбивает в голову ее ребенку?

Она же не забыла, что ему всего шесть лет от роду?

Пусть его происхождение немного отличается, а интеллект чуточку выше обычного, но он ведь просто ребенок!

— Разве в таком случае ты не сможешь просто унаследовать имущество отца? В конце концов, у него столько денег, что их невозможно потратить.

— Так нельзя, я ведь тоже мужчина, поэтому должен сам зарабатывать. — Су Сяоцзинь решительно покачал головой.

Гу Цю: «……»

Неужели на свете и правда существуют глупцы, отказывающиеся от денег, да еще и рожденные ею?

Неужели ее воспитание оказалось чересчур успешным?

Гу Цю похлопала его по хрупким плечам:

— Есть стержень, я поддерживаю тебя.

В конце концов, когда они уйдут, все состояние все равно достанется ему.

А пока он хочет постараться сам — это даже неплохо.

— Госпожа, мы тогда спустимся вниз.

Куэйн действовал быстро, и не прошло и получаса, как весь второй этаж был устлан роскошными и толстыми коврами.

Гу Цю слегка кивнула:

— Хорошо, спасибо вам.

— Мам, я пойду в комнату, еще немного поразмышляю над способами заработка.

Убедившись, что посторонние ушли, Су Сяоцзинь со спокойной душой поднялся наверх.

Гу Цю с улыбкой погладила его по голове:

— Иди.

*

Гу Цю сидела на диване в гостиной, одновременно глядя телевизор и ожидая возвращения кое-кого, но пробил уже десятый час, а мужчины все не было.

Вместо Вэй Цзин она дождалась целого отряда оборотней.

Возглавляемый одним из старейшин Клана Волков, отряд состоял из восьми человек — мужчин и женщин.

Выскочив из лесной чащи, они прямиком устремились к беленькому домику на опушке.

Услышав шум, Гу Цю поспешно вышла на улицу.

Издалека заметив мчащиеся к ней черные тени, она поняла: то, чему суждено было случиться, наконец-то произошло.

Су Сяоцзинь спустился вниз в тот же миг и быстро подошел к матушке.

Гу Цю слегка оттолкнула его:

— Не бойся, иди посиди в подвале. Я не велю открывать дверь — никому не открывай.

— Мам, я не боюсь, я могу помочь тебе, у меня есть оружие и Дабай.

Су Сяоцзинь переживал за нее, ведь противников было целых восемь, и все они являлись оборотнями.

— Сегодняшняя заварушка невелика, маме хватит сил и одной. Иди в подвал и сиди там, чтобы они тебя не схватили.

— Тогда я буду смотреть по мониторам. Если ты не справишься одна, я выйду вместе с Дабаем.

Поколебавшись секунду, Су Сяоцзинь все же быстро побежал в подвал и затворил тяжелую электронную дверь.

Подвал был просторным, площадью более ста квадратных метров, и служил для них с мамой местом, где они изучали всевозможные зелья, а также мастерили оружие и роботов.

К моменту, когда люди из Клана Волков подошли к калитке во дворе, Гу Цю уже успела быстро переобуться в белые кроссовки.

В сочетании с белым спортивным костюмом с длинными рукавами и аккуратно собранным на макушке пучком волос она выглядела свежо и предельно собранно.

Восемь оборотней — семь мужчин и одна женщина — бесшумно приблизились к двору.

Один из мужчин средних лет со страхом покосился на белый домик:

— Третий старейшина, может, сначала доложим Первому старейшине, а потом уже придем?

Говорили ведь, что этот свирепый монстр Вэй Цзин связан с этой женщиной; если слухи правдивы, разве они не идут прямо в пасть смерти?

— Ты старейшина или я старейшина?

Черноволосый мужчина средних лет, коим и являлся Третий старейшина Клана Волков, холодно рявкнул в ответ, затем с размаху пнул калитку из белого штакетника и шагнул во двор.

Его орлиный взгляд впился в стоявшую на крыльце Гу Цю:

— Это ты родила того полукровку-ублюдка?

Этот мужчина отчетливо отпечатался в памяти Гу Цю.

Именно он в свое время загрыз до смерти ее матушку.

Гу Цю выхватила из ножен свой меч и холодно уставилась на него:

— Как вовремя. Пришло время поквитаться с долгами семилетней давности.

Третий старейшина придирчиво оглядел ее с ног до головы:

— Ты дочь Селины? Та самая мелкая ублюдина, которой удалось сбежать семь лет назад?

Возлюбленная князя клана крови — это сладко (23)

Гу Цю не стала тратить на него слова: влив в клинок внутреннюю энергию и легко оттолкнувшись стопой от земли, она мгновенно рванула вперед, и острие ее безжалостного меча нацелилось прямо ему в горло.

— Ты……

Третий старейшина успел издать лишь короткий звук и, не успев даже завопить от боли, рухнул на землю.

Его глаза вылезли из орбит, застыв в выражении крайнего изумления и ужаса.

Гу Цю стряхнула меч.

Капли крови скатились по лезвию и через острие бесшумно упали на зеленую травичку.

— Слишком много болтаешь, а язык грязный!

Разве он не знал, что все злодеи гибнут из-за излишней болтовни?

— Третий старейшина!

— Отец!

Остальные пришли в себя лишь теперь и бросились к нему окружившим кольцом.

Внезапно фонтаном хлынула кровь.

Лишь в этот момент они заметили, что горло Третьего старейшины было начисто снесено ударом меча Гу Цю.

Его тело и голова давно существовали отдельно друг от друга.

— Он мертв.

Лица остальных помрачнели, а во взглядах, устремленных на Гу Цю, проступила мрачная жажда убийства.

— Ах ты шлюха, ты посмела убить моего отца, я заставлю тебя сдохнуть!

Единственная женщина злобно заскжетала зубами, сверля Гу Цю ненавидящим взглядом.

— Ха, я не просто убью его, я покончу со всеми вами!

— Будьте осторожны, эта женщина странная!

Семеро мгновенно рассредоточились, взяв Гу Цю в кольцо.

Гу Цю холодно усмехнулась, сделала мечом круговой взмах и бросилась на них.

— Дайте же вам как следует познакомиться с боевыми искусствами Хуася!

Разве они не привыкли смотреть на всех свысока и мнить себя пупами земли?

Разве они не презирали во все времена народ Хуася и не высмеивали их боевые искусства?

— Оборочайтесь! Быстро оборачивайтесь!

Скорость оборотней действительно впечатляла, а сами они отличались свирепостью, но в глазах Гу Цю они были всего лишь стаей чуть более крупных волков.

Обладая легкой походкой, достаточным запасом внутренней энергии и первоклассным мечом, способным рубить железо словно грязь, эти оборотни не представляли для нее никакой угрозы и были быстро повержены.

Бросив взгляд на устилавшие двор трупы волков, Гу Цю убрала меч и с совершенно невозмутимым видом повернулась к женщине у калитки.

— Вернулась?

Вэй Цзин держала в руках золотую вазу, в которую был воткнут странный цветок.

Черные лепестки цветка соблазнительно и причудливо раскинулись в стороны.

Трагически прекрасный, загадочный, и в то же время исполненный сдержанной изысканности.

Она неспешно вошла во двор, словно вовсе не замечая усеявшей землю плоти, а ее темные глаза сислели ослепительным пламенем.

— Я-то думала, ты придешь на помощь.

В разгар схватки Гу Цю уже поняла, что та вернулась.

Только вот она никак не ожидала, что та просто встанет у входа и будет наблюдать.

— Я залюбовалась, — честно призналась Вэй Цзин.

Гу Цю бросила на нее косой взгляд:

— С каких это пор ты научилась льстить?

— Я говорю правду, то, как ты танцевала секунду назад, было прекрасно.

Вэй Цзин вовсе не считала, что льстит, она лишь озвучивала то, что чувствовала в глубине души.

Уголки ртов Гу Цю дрогнули:

— Я не танцевала, я вообще-то убивала людей.

Она что, ослепла?

Каждый ее удар меча источал убийственную ауру, из каждого ранения брызгала кровь — в каком месте это напоминало танец?

— Это было убийство по ходу дела.

В любом случае, в ее глазах это выглядело именно как танец — настолько неземной и прекрасной была эта картина.

— ……Ладно, ее логику ей постичь было не дано.

Взгляд Вэй Цзин упал на золотую рукоять меча с инкрустированным синим самоцветом, которую Су Цяо держала в руке:

— Мне кажется этот меч... до боли знакомым.

И то, как она только что орудовала клинком, казалось, накладывалось на образ какого-то другого человека, рубящего врагов.

Правда, тот силуэт был слишком размытым, лица рассмотреть не удавалось, но внутреннее чутье подсказывало — это была она сама.

Гу Цю подняла клинок и оглядела его:

— Ничего удивительного, что он знаком.

Этот меч она отыскала в мирах совершенствования, перевернув вверх дном бесчисленные тайные земли, так что вполне естественно, что он казался знакомым.

— Мам!

Торопливые шаги Су Сяоцзиня прервали их диалог.

Гу Цю взяла сына за маленькую руку:

— Сяоцзинь.

Су Сяоцзинь бросил взгляд на двор, и его лицо слегка побледнело.

— Испугался? — Гу Цю потрепала его по макушке.

— Нет.

Хотя при взгляде на мониторы ему и впрямь было немного страшно, сейчас он уже порядком успокоился.

Заметив, как он храбрится, Гу Цю протянула меч женщине, наклонилась и подхватила мальчика на руки:

— Тебе всего шесть лет, бояться — это нормально.

— Но после того как страх пройдет, ты должен быстро взять себя в руки и перестроить свое психологическое состояние, потому что твое происхождение не позволит тебе отступать или испытывать страх.

Су Сяоцзинь поджал губы и решительно кивнул:

— Я понял, я быстро приду в норму.

— Поставь меня на землю.

Он уже такой большой, настоящий мужчина, как он может позволять ей таскать себя на руках?

Гу Цю похлопала его по спине и послушно опустила на землю.

— Вот только в такие моменты ты хоть немного похожа на нормальную мать.

Проворчал Су Сяоцзинь.

Гу Цю не удержалась от смеха:

— А ты только в такие моменты похож на обычного ребенка.

— Иди в комнату поиграй, маме нужно разобраться с трупами этих волка.

Поколебавшись долю секунды, Су Сяоцзинь твердо покачал головой:

— Не нужно, я постою здесь и посмотрю, мне нужно привыкнуть к подобному.

— Пусть побудет здесь, ему все равно придется к этому привыкнуть рано или поздно.

Вэй Цзин не видела ничего дурного в том, чтобы он наблюдал подобные сцены — их подземный темный мир был куда более жестоким, чем можно было себе представить.

Смерть подстерегала повсюду и могла настигнуть в любой момент.

Без закаленного сердца и достаточной силы выжить здесь было просто невозможно.

Раз уж оба члена семьи настаивали на своем, Гу Цю перестала отговаривать сына и отправилась в аптечку в подвале за небольшим фарфоровым пузырьком с растворителем костей.

Вскоре трупы во всем дворе превратились в лужицы крови.

Приказав роботу Сяобаю заново вымыть и привести в порядок газон, семейство из трех человек вернулось в дом.

Усевшись на диван, Гу Цю указала на цветок в руках женщины:

— Что это за цветок? Почему такой странный?

Черный цветок по форме напоминал лилию, но источал легкий и изысканный аромат, от которого становилось удивительно легко на душе.

Вэй Цзин аккуратно протянула ей золотую вазу:

— Черный дурман.

Черный дурман, на языке цветов означающий безумную любовь и месть!

Его еще называют цветком страсти.

Когда-то отец вырастил его собственными руками для ее матушки.

Гу Цю склонила голову, внимательно разглядывая соцветие, а затем перевела взгляд на листву.

— Я уже видела раньше черный дурман, но помню, что он выглядел иначе?

Вэй Цзин подсела ближе и неторопливо пояснила:

— Это древняя разновидность.

— Он рос в тех местах, где некогда обитали мои родители. Это был самый любимый цветок моей матери, и отцу пришлось обойти множество земель, прежде чем он отыскал его.

— В ночное время он выглядит и пахнет еще лучше, но от долгого вдоха могут начаться легкие галлюцинации.

— Разве ты не любишь ядовитые растения? Этот экземпляр подойдет идеально: ядовито всё растение целиком, и при этом оно цветет.

— Я привезла немало семян, потом посадим их во дворе.

— Отличная вещь! И черный дурман вдобавок древней разновидности — наверняка непростой.

Гу Цю восхищенно гладила вазу, ей не терпелось сразу же утащить ее в свою мини-лабораторию для исследований.

— Да, а какие условия ему требуются?

Все-таки это первозданный вид, как бы не угробить его по неосторожности.

— Он любит тень, не выносит прямых солнечных лучей, температура не должна быть слишком низкой, да и переувлажненная почва ему не подходит.

— Ну тогда ладно, вырастить несложно.

— Пойду-ка добуду немного сока для анализа.

Довольная Гу Цю с вазой в обнимку упорхнула в свою лабораторию.

— Если ты и дальше будешь потакать ей во всем, она сядет тебе на шею.

Су Сяоцзинь проводил взглядом удаляющуюся матушку, чувствуя легкую досаду.

С тех пор как она заполучила этот диковинный цветок, ни он — родной сын, ни Вэй Цзин в роли мужа больше не удослужились с ее стороны ни единым взглядом.

— Я ее женщина, и радовать ее — моя прямая обязанность.

Вэй Цзин не видела в этом проблемы; напротив, возможность сделать Гу Цю счастливой доставляла ей радость.

Су Сяоцзинь окончательно сдался.

Эта женщина в том, что касалось ее отношения к матушке, начисто была лишена каких-либо моральных границ.

— Когда вы поженитесь?

В последнее время она увлеченно изучала традиции Хуася.

В тех краях на людей, которые обзавелись детьми и живут под одной крышей, не оформив брак официально, смотрят с презрением.

Вэй Цзин задумалась:

— Наверное, уже после того, как вернемся в Хуася.

— Ей нравятся тамошние свадьбы, вернемся — и сразу поженимся.

Подумав немного, Су Сяоцзинь кивнул:

— И то верно, ей нравится совсем не то, что здешним женщинам.

Местные дамы предпочитают кофе, а она — заваривать чай.

Все любят хлеб с бифштексами, а она по утрам неизменно требует кашу, а вечерами — острую сычуаньскую похлебку.

Все сходят с ума по драгоценностям, нарядам и сумочкам, а ее страсть — лекарственные и ядовитые травы.

Все тащатся от клубной музыки и рока, а она слушает классику, играет на древних музыкальных инструментах и коллекционирует живопись.

Поколебавшись, Су Сяоцзинь произнес:

— Кхм... есть одна вещь, о которой я давно хотел тебе сказать.

— Говори.

Вэй Цзин впервые видела его с таким смущенным выражением лица и потому слегка удивилась.

Собравшись с духом, Су Сяоцзинь предельно серьезно произнес:

— Больше не делай так, чтобы она беременела. Терапевтировала Вэнь говорила, что когда она рожала меня, то чуть не откинула концы, а потом еще больше полугода не вставала с постели.

Вэй Цзин остолбенела.

Она уже знала, что та натерпелась немало лишений при родах, но никак не предполагала, что всё было настолько серьезно, и в сердце тут же всколыхнулось чувство вины.

— Прости, в тот раз меня не оказалось рядом с вами.

Тогда она была тяжело ранена и, впитав особую энергию в ее крови, ее тело стремительно впало в защитное состояние анабиоза.

Су Сяоцзинь слегка покачал головой:

— У тебя не было выбора, я простил тебя, и матушка держать зла не будет.

— Мм.

— Пойду навещу ее.

Вэй Цзин уже не усидела на месте.

Мысль о том, что она едва не потеряла ее тогда, заставляла сердце тревожно сжиматься.

— Ладно, уже поздно, просто закинь ее на плечо и утащи наверх спать, словами ее оттуда не выманить.

Обретя того, кто отныне возьмет на себя эту заботу, Су Сяоцзинь почувствовал немалое облегчение.

— Хорошо, я запомнил.

Серьезно ответив, Вэй Цзин широким шагом направилась в сторону подвала.

*

Тем временем Калия долго и бесцельно брела по глухим горным дебрям, ее взгляд был пуст, словно она лишилась души.

Когда Селтер отыскал ее, она уже насквозь промокла, покрытая грязью, листьями и сухой травой, и выглядела крайне жалко.

— Ты в порядке? — Селтер бережно помог ей подняться.

Взглянув на него, Калия почувствовала, как глаза застилают слезы:

— Моя мама... мертва.

— Соболезную. — Селтер слегка виновато опустил глаза.

В последнее время он был поглощен делами клана и упустил ее из виду.

Выражение лица Калии внезапно ожесточилось:

— Нет, ты здесь ни при чем, во всем виновата эта вонючая сучка Су Цяо, это ее рук дело, и моего брата тоже она убила.

Возлюбленная князя клана крови — это сладко (24)

Селтер слегка нахмурился:

— Насколько мне известно, семь лет назад ее родителей убило именно ваше семейство.

Калия холодно фыркнула:

— Ее матушка нарушила запреты клана, и мы покарали их по законам и приказу старейшин, разве мы были неправы?

— Ты тоже считаешь, что союз Селины с человеческим мужчиной был ошибкой? — Селтер явно разделял совершенно иную точку зрения.

http://bllate.org/book/19873/1956574

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода