Наблюдая, как император с явным удовольствием глоток за глотком пьёт суп из женьшеня, евнух Ли в душе тихо вздохнул. Как бы он хотел, чтобы наложница Сяо поняла тяготы Его Величества!
Тем временем в императорском саду Су Сяосяо шла впереди, а Ху Лижин молча следовала за ней — не приближаясь и не отставая, шаг за шагом.
Даже служанки Цюйюнь и Чуньдо, шедшие рядом с хозяйкой, не выдержали:
— Госпожа, за вами всё это время следует старшая госпожа Ху. Неизвестно, чего она хочет.
Су Сяосяо равнодушно ответила:
— Ничего страшного. Раз хочет идти следом — пусть идёт.
— Госпожа, тогда вернёмся во дворец «Цуйюй»?
— Мне в последнее время так душно стало. Погуляю пока в императорском саду, подышу свежим воздухом, а потом пойдём.
— Хорошо, госпожа.
Они прошли сквозь пышный розарий, и Су Сяосяо неторопливо направилась к пруду в самом центре сада. Сейчас как раз сезон цветения лотосов — самое время прогуляться и покормить рыб.
Остановившись у края пруда, она на мгновение задержала взгляд на розовых цветках лотоса, а затем перевела его на разноцветных рыбок, резвящихся в прозрачной воде под зелёными листьями, и тихо приказала:
— Цюйюнь, принеси немного корма для рыб.
— Слушаюсь, госпожа.
Цюйюнь почтительно кивнула и ушла.
Вскоре Су Сяосяо добавила:
— Мне жарко. Чуньдо, сходи, принеси чай и фруктов.
Но Чуньдо не ответила сразу, а с нерешительностью произнесла:
— Госпожа…
Она обернулась и увидела, как Чуньдо бросила тревожный взгляд на Ху Лижин, стоявшую неподалёку.
Поняв это, Су Сяосяо мягко улыбнулась и добавила:
— Не волнуйся. Мы в императорском дворце — она не посмеет со мной ничего сделать. Просто сходи и вернись как можно скорее.
Раз хозяйка так сказала, Чуньдо не стала настаивать. Однако, уходя, всё же тревожно напомнила:
— Госпожа, будьте осторожны.
— Хорошо, не переживай. Со мной всё будет в порядке.
Глядя вслед удаляющейся служанке, Су Сяосяо улыбнулась ещё шире. С одной стороны, она радовалась тому, что обладает двумя такими преданными служанками. А с другой…
Да, она намеренно отправила Цюйюнь и Чуньдо прочь. Целью было дать Ху Лижин шанс. Та выглядела так робко, будто мечтала убить её, но боялась, пока рядом есть свидетели.
Раз так — она сама создаст ей возможность.
Как только фигура Чуньдо скрылась из виду, Су Сяосяо слегка приподняла уголки губ и снова обратила взор на цветущие лотосы. Затем она подошла ближе к самому краю пруда, опустилась на корточки и кончиками пальцев начала слегка колыхать прозрачную воду. На губах играла лёгкая улыбка.
Яркие солнечные лучи озаряли её профиль, окружая золотистым сиянием. Её и без того изящное лицо в этом свете казалось почти неземным — словно небесная дева, сошедшая с небес и не принадлежащая миру смертных.
Такая красота, такие чистые глаза невольно вызывали желание защитить — не только у мужчин, но даже у женщин.
Увидев это, Ху Лижин ещё сильнее возненавидела её. Императрицей должна быть она и только она! Всякий, кто станет на пути к трону императрицы, должен умереть — без разницы, кто это!
Сжав кулаки так, что острые ногти впились в ладони и кровь потекла по краю ладони, Ху Лижин, казалось, даже не чувствовала боли. Скрежеща зубами, она смотрела на Су Сяосяо с такой ненавистью, что глаза её словно горели ядовитым огнём.
Коротко кивнув своей служанке, она подала знак. Две служанки бесшумно и быстро приблизились к Су Сяосяо, которая всё ещё сидела на корточках у пруда.
Через мгновение они уже стояли прямо за её спиной и без колебаний протянули руки, чтобы с силой столкнуть её в воду.
Но в тот самый миг Су Сяосяо внезапно резко отпрянула в сторону. Казалось, будто это случайность, но на самом деле…
Спустя несколько секунд в пруду, где до этого плавали только рыбки и листья лотоса, раздались два всплеска. Две служанки, барахтаясь, ушли под воду.
Рыбки в испуге разбежались в разные стороны, а прозрачная вода мгновенно помутнела.
Служанки отчаянно хлопали по воде, но чем сильнее они барахтались, тем глубже проваливались в ил. Хотя дно пруда и выглядело неглубоким, оно было покрыто толстым слоем илистого дна. Попав туда, даже хороший пловец не всегда мог выбраться.
— Помогите! Помогите! — кричали они, и их пронзительные голоса разнеслись по всему саду.
Су Сяосяо, стоявшая у края пруда, холодно усмехнулась. Затем она обернулась и бросила взгляд на Ху Лижин, которая стояла неподалёку с лицом, исказившимся от ярости и желания разорвать её на куски. После чего Су Сяосяо развернулась и спокойно пошла прочь.
— Стой! Мои служанки ничем тебе не провинились! Зачем ты столкнула их в пруд, обрекая на смерть? Наложница Сяо, ты слишком жестока!
Ага, вор кричит «держи вора»! Эта женщина, кажется, умна, но на деле — совсем безмозглая.
Впрочем, когда женщина одержима чем-то до безумия, её разум неизбежно тупеет. В этом Су Сяосяо убедилась на собственном опыте.
Пронзительный крик больно ударил по ушам. Недовольно нахмурившись, Су Сяосяо обернулась и посмотрела на Ху Лижин:
— Старшая госпожа Ху, вы слишком много думаете обо мне. Я всего лишь слабая женщина — как я могла бы столкнуть сразу двух ваших служанок в пруд?
— Ты велела им подойти собрать для тебя лотосы, а потом специально сбросила их!
— А-а, — Су Сяосяо безразлично кивнула, — вы сами сказали: у меня с ними нет никакой вражды. Зачем же мне тратить силы, чтобы толкать их в пруд?
— Потому что ты ревнуешь! Потому что император скоро объявит меня императрицей!
Говоря это, Ху Лижин мгновенно сменила выражение лица: вся злоба и ненависть исчезли, уступив место слезам и обиженной дрожи в голосе.
— Наложница Сяо, если император действительно любит вас, то даже после моего возведения в императрицы он не отнимет у вас своей милости. Да и если не я, то кого-то другого всё равно назначат императрицей. Неужели вы собираетесь убивать всех подряд?
От таких слов Су Сяосяо только рассмеялась. Ху Лижин изображала её кровожадной убийцей! Что ж, раз та любит играть в театр — она с удовольствием составит ей компанию.
Едва Ху Лижин замолчала, Су Сяосяо с притворным изумлением воскликнула:
— Что? Император собирается назначить вас императрицей? Но он мне об этом ничего не говорил!
Это простое замечание полностью опровергло все обвинения Ху Лижин.
Окружающие стражники, евнухи и служанки тут же перевели взгляды с Су Сяосяо на Ху Лижин. Ведь наложница Сяо, хоть и имела лишь ранг «бин», всё же была наложницей императора, тогда как Ху Лижин — всего лишь его двоюродная сестра и даже не считалась их госпожой.
Однако на этот раз Ху Лижин не растерялась. Сжав губы, она с обиженным видом добавила:
— Император боится, что вы устроите истерику, поэтому и не сказал вам.
Истерику? Ха!.. Ну что ж, раз так — она устроит истерику.
В этот момент Цюйюнь и Чуньдо уже вернулись с подносами. Увидев толпу у пруда, они тут же пробились сквозь неё и подбежали к своей госпоже:
— Госпожа, с вами всё в порядке?
Су Сяосяо слегка покачала головой, и в её глазах мелькнул холодный блеск. Она резко схватила чайник из рук Чуньдо и решительно направилась к Ху Лижин. Затем, под всеобщим изумлённым взглядом, без колебаний вылила содержимое чайника прямо ей на голову.
Ароматный чай мгновенно промочил её волосы и стёк по лицу.
Изящная, благородная Ху Лижин вмиг превратилась в жалкое зрелище. Её тщательно наложенный макияж потёк, оставив на лице разводы — выглядела она теперь ужасно.
Окружающие служащие с трудом сдерживали смех.
А две служанки, которых уже вытащили из пруда и которые были покрыты грязью с ног до головы, увидев унижение своей госпожи, бросились к Су Сяосяо, чтобы схватить её.
Но Су Сяосяо не была беззащитной жертвой. Резко повернувшись, она метнула в них чайник.
В следующее мгновение раздался глухой удар и крик боли. Ху Лижин, уже и так покрытая чаем, теперь лежала на спине, а одна из служанок, вся в иле, точно приземлилась прямо на неё. Чёрная грязь разлетелась по лицу Ху Лижин.
Другая служанка, получившая чайником в живот, корчилась на земле, прижимая руки к животу и стоня — ей было не до госпожи.
Су Сяосяо отряхнула руки и холодно усмехнулась. Подойдя к лежащей Ху Лижин, она опустилась на корточки, силой разжала ей рот и быстро засунула внутрь какой-то предмет.
Затем, приподняв подбородок, она заставила Ху Лижин проглотить его. Всё произошло молниеносно — от момента, когда Су Сяосяо присела, до того, как встала, прошло не более десяти секунд. Все видели, что она положила что-то в рот Ху Лижин, но никто не разглядел, что именно.
Поднявшись, она отступила на шаг, достала платок и, вытирая пальцы, спокойно произнесла:
— Ху Лижин, я только что заставила тебя проглотить яд под названием «Пожиратель костей». С того самого мгновения, как он попал тебе в желудок, он начал действовать. Сначала ты ничего не почувствуешь — ни боли, ни зуда. Но на самом деле яд, как и следует из названия, постепенно будет разъедать твои кости. Пока от тебя не останется лишь бесформенная масса плоти.
Не бойся — яд не убьёт тебя. Ты просто станешь человеком без костей. Что с тобой будет дальше — не знаю. Это тебе предстоит выяснить самой.
Кстати, скажу ещё: этот яд дал мне мой наставник. Никто, кроме него, не сможет ни обнаружить его в тебе, ни создать противоядие. У меня есть одна пилюля противоядия, но я не собираюсь тебе её давать. А мой наставник сейчас путешествует по миру — неизвестно, где он.
Так что если со мной что-то случится — противоядия больше не будет.
С этими словами Су Сяосяо развернулась и спокойно ушла, не обращая внимания на окружающих.
Ху Лижин, лежавшая на земле, побледнела до синевы. Мысль о том, что она превратится в бескостную массу, пугала её даже больше, чем смерть.
Конечно, было бы проще просто убить Ху Лижин — это решило бы проблему раз и навсегда. Но Су Сяосяо не хотела убивать. Не из-за мягкости сердца, а потому что не желала, чтобы Сюань Юань Мо увидел её жестокую сторону. Да и руки пачкать не хотелось.
В последние дни император не приходил во дворец «Цуйюй», но тайно приставил к ней охрану. Даже если бы она ничего не заметила, Ху Лижин всё равно не смогла бы причинить ей вреда.
Но раз уж решать — так раз и навсегда. Ей лень было тратить силы на эту женщину снова и снова. Сейчас же её больше всего интересовало: почему Сюань Юань Мо избегает её?!
Вернувшись во дворец «Цуйюй», она весь день ждала, что кто-нибудь придёт разбираться. Но никто так и не появился. Видимо, Ху Лижин поверила всему, что она наговорила.
На самом деле никакого «Пожирателя костей» не существовало — она просто придумала это на ходу. То, что она засунула Ху Лижин в рот, было обычным виноградом, незаметно взятым с подноса Чуньдо.
С такими, как Ху Лижин — трусливыми и жестокими, — лучший способ — быть ещё жесточе!
Время летело незаметно, и вскоре наступил вечер.
http://bllate.org/book/1949/219004
Готово:
