Нежная рука легла на поясницу мужчины, её пальцы были прохладными, а нажим — в самый раз. Закрыв глаза, он лежал ничком на кровати, а привычные движения женщины безошибочно находили те места, которые доставляли ему наибольший комфорт и удовольствие, — это было как раз то, чем он оставался крайне доволен.
Спустя мгновенье он махнул рукой, веля женщине остановиться, сел и медленно размял затекшую шею, не сводя при этом глаз с черного шлема виртуальной реальности, стоявшего неподалеку, — именно через него входили в Царство Боевых Искусств.
— Босс, капсула полного погружения будет доставлена завтра, — в глазах женщины читалось любопытство. — Только… почему вы так дорожите этой игрой?
Она действительно недоумевала. Хотя босс и сколотил состояние на видеоиграх и медиаиндустрии, он никогда не увлекался подобными вещами, да и вообще слыл человеком, чуждым любым страстям. Но теперь этот удивительно сдержанный человек впервые в жизни провел целых шесть-семь часов в игре под названием Царство Боевых Искусств, чего она прежде никогда не наблюдала.
— Тебе не понять, — он бросил взгляд на свою секретаршу.
Умная женщина никогда не задает лишних вопросов — она просто продолжила массировать ему плечи. Из-за двери послышался деликатный стук, ровно такой, чтобы его можно было расслышать. Мужчина приподнял руку, и секретарша сразу всё поняла: она поднялась, накинула ему на плечи пиджак, аккуратно застегнула пуговицы, поправила одежду и лишь после этого отворила дверь, направляясь в приемную.
Мужчина глубоко устроился в массивном кожаном кресле с высокой спинкой, которое одним своим видом заявляло о баснословной стоимости, и закинул ноги на край полированного стола из красного дерева. Секретарша развернулась, отрезала кончик сигары, подпалила его до нужной кондиции и вложила сигару ему в пальцы, после чего молча отступила на два шага назад, строго и почтительно застыв у него за плечом.
— Войдите, — мужчина сделал затяжку, выпустил к потолку колечки вьющегося дыма и лишь тогда подал голос.
Человек за дверью толкнул створку и вошел — это был мужчина лет тридцати на вид.
— Генеральный директор Сунь, — слегка поклонился он, держа в руках планшет.
Сунь Чанмин отложил сигару. Подчиненный отлично знал его привычки и без спешки доложил:
— Генеральный директор Сунь, на данный момент все наши ведущие стримеры уже вошли в Царство Боевых Искусств и, следуя вашему распоряжению, приступили к сбору аудитории.
Заметив, что Сунь Чанмин чуть заметно кивнул, он включил планшет и вывел свежие сводные данные на монитор перед начальством.
— Во всех наших киберспортивных клубах, за исключением игроков, которые в данный момент участвуют в отечественных и международных турнирах, остальные составы были организованно введены в игру. Разумеется… и талантливые новички из нашего тренировочного лагеря тоже зашли туда в первые же часы, как и планировалось.
Видя выражение довольства на лице Сунь Чанмина, подчиненный вовсе не горел желанием портить ему настроение, но и промолчать не мог.
— Однако, генеральный директор Сунь, хотя мы уже выдали им полный комплект оборудования и обеспечили тылы, в Царстве Боевых Искусств действует система регионального распределения зон появления. Из-за этого наши люди не сосредоточены в каком-то одном месте, их группы оказались изрядно разбросаны.
Сунь Чанмин, разумеется, был осведомлен об этом правиле. Поразмыслив немного, он распорядился:
— План продолжаем выполнять. С минуты на минуту я распоряжусь выделить средства на различные субсидии для них, а также начнем скупать игровую валюту по рыночному курсу в больших объемах. Обратите внимание: все наши последующие сотрудники при первом выходе в сеть должны оказаться в Шэньчжэне или Шанхае, все расходы на проезд и проживание берет на себя корпорация.
Он принял из рук секретарши чашку с чаем, сделал небольшой глоток и продолжил:
— Кроме того, те сотрудники, которые уже вошли в игру и рассредоточились по разным уголкам, пусть начинают скупать медные монеты через Павильон Сокровищ. Я ознакомился с игрой: в каждом уезде и префектуре есть конные станции, связывающие регионы. Прикажите им немедленно сесть на повозки и двигаться в сторону префектур Линьхай и Баоань, что в игре.
Когда он говорил, в его голосе не было излишней тяжести — в конце концов, этот генеральный директор находился в самом расцвете сил. И тем не менее, благодаря жестким методам управления последних лет, во всей корпорации не нашлось бы ни единого смельчака, который осмелился бы нарушить его приказы или проявить неискренность.
Он добавил еще одну деталь:
— Дальнейшее финансирование ничем не ограничено, действуйте смело и без оглядки, меня интересует только результат.
Подчиненный торопливо кивнул, повторил ключевые пункты плана и, дождавшись одобрительного кивка, покинул кабинет.
Тем временем Сунь Чанмин вглядывался в самые свежие данные на экране, особенно в ту строчку, где стоимость одной медной монеты уже перевалила за четыре юаня. Он снова взял сигару и принялся мерно затягиваться и выдыхать дым.
Он прекрасно понимал: пусть он действовал весьма оперативно, кто-то успел опередить его.
***
День подошел к концу, и Ма Чжияо заработал больше сотни медных монет.
Его старательность и производительность пришлись весьма по душе надсмотрщикам и бригадирам: хотя решать денежные вопросы они были не уполномочены, оставшиеся в полевой кухне лепешки из отрубей они оптом сгрузили ему. Это избавило его от трат на еду. Пусть пища была грубой и скудной, он не боялся трудностей — запив лепешку водой прямо из котла и жадно проглотив ее, он почувствовал, что наелся на семь-восьми десятков процентов.
Когда он вернулся в город, уже опустились сумерки. Повсюду по углам и переулкам темнели спешно примостившиеся на ночлег силуэты, которые постепенно блекли и растворялись — это игроки покидали игру. Ма Чжияо вспомнил слова стражников, советовавших бродягам не шататься по ночам без дела, чтобы не угодить обратно в кутузку. И впрямь, в какую эпоху ни кинь, бродяги неизменно оставались главным источником головной боли для местных властей как фактор нестабильности.
Конечно, он вовсе не собирался разгуливать по ночам. Не дай бог снова угодить за решетку — еще неизвестно, удастся ли отделаться так же легко, как сегодня, а ведь главной задачей оставалось получение честно заработанной платы.
К тому же обнаружилась еще одна проблема: в игре он, похоже, страдал куриной слепотой. Стоило освещению немного померкнуть, как перед глазами всё расплывалось. К счастью, сегодня светила яркая луна, благодаря чему он не натыкался на каждый угол.
Поразмыслив, он пришел к выводу, что это обусловлено крайне низкими базовыми физическими показателями его игрового персонажа. Желая последовать примеру других игроков и найти тихий уголок, чтобы сразу выйти из игры, он вдруг увидел всплывшее перед глазами системное уведомление:
Пожалуйста, найдите безопасное место для ночлега, иначе скорость восстановления выносливости значительно снизится.
Выносливость. Проработав целый день, он на собственном опыте прочувствовал этот невидимый параметр. Когда он был близок к тому, чтобы постичь Безымянную технику лопаты, его тело ломило от слабости, в груди жгло, словно от раскаленного воздуха, и он держался исключительно на чистом волевом усилии.
Немного подумав, он принял решение. Вежливо расспросив случайного прохожего, он узнал, что возле городской стены есть недорогие места для ночлега. Пройдя какое-то расстояние в указанном направлении, он наконец увидел длинный ряд навесов, сколоченных из досок и соломы.
К его великой радости, ночлежка оказалась вовсе не общим бараком, а разделенной на крошечные каморки с дверями и топчанами из плетеных циновок.
Отдав шесть медных монет, он лег на жесткую деревянную кровать и вызвал интерфейс: Безымянная техника лопаты: 18.3 (начальное понимание). Затем взглянул на оставшиеся девятьдесят четыре медные монеты. Поразмыслив, он выставил их все на продажу в Павильоне Сокровищ, после чего его тело стало медленно растворяться в воздухе.
Сняв шлем и мягкий обод, он встал и первым делом ощутил, как затекли поясница и ноги, а спина ныла от тяжести и онемения.
В общем-то, неудивительно: пролежать целый день неподвижно в постели — от такой статичного положения тело неизменно отреагирует дискомфортом. В реальном мире тоже наступила ночь, а небольшой ночник у кровати, судя по всему, заранее включила жена. Он потянулся, разминая затекшие суставы, и лишь через пару минут пришел в себя. Взглянув на часы, он обнаружил, что уже девять вечера.
Выйдя из комнаты, он посмотрел на тарелки с едой, накрытые крышками, но трогать их не стал. Сначала он заглянул в комнату к старшей дочке, прислушался к ее ровному сопению во сне и тихонько прикрыл дверь. Затем на цыпочках прошел в главную спальню: младшенькая тоже спала. Жена полулежала, прислонившись спиной к изголовью кровати — было видно, что она смертельно устала: укачивая ребенка, она и сама заснула прямо тут.
Ма Чжияо не удержался и прилег рядом, но нечаянно задел жену, и та проснулась. Повернувшись, она мягко похлопала младшую дочку по плечу, убедившись, что та спит крепко, и они тихонько вышли из спальни.
Ужиная, он увлеченно рассказывал жене о диковинках игры, словно о каком-то совершенно ином мире. Жена слушала с затаенным дыханием и неподдельным интересом, а когда услышала, что его избил внутриигровой NPC, тут же заволновалась и принялась осматривать его мужа, движимая чисто женской заботой. Впрочем, не обнаружив никаких следов побоев и заметив, что муж выглядит бодрым и веселым, она наконец успокоилась.
Ма Чжияо взял телефон, собираясь сперва почитать новости о Царстве Боевых Искусств. Но, разблокировав экран, он первым делом увидел СМС-уведомление из банка о зачислении трехсот девяноста юаней, причем в графе источника платежа четко значился Павильон Сокровищ.
Он остолбенел, едва не выронив палочки для еды.
Мужчина никак не ожидал, что валюта из Царства Боевых Искусств пользуется таким бешеным спросом. Он помнил, что перед выходом из игры просто выставил монеты на продажу по рыночной цене, но и подумать не мог, что их купят так быстро, да еще и выручат триста девяносто юаней за вычетом комиссии. Он тут же сунул телефон под нос жене.
В отличие от сдержанного и официального поведения с посторонними, в кругу семьи и близких на лице Ма Чжияо никогда не получалось скрывать радость. Увидев, что муж действительно заработал деньги в игре, причем в самый первый же день, жена тоже искренне расцвела. Стараясь не шуметь, они просто прижались друг к другу, счастливо улыбаясь.
Убрав посуду и выкурив сигарету на кухне, Ма Чжияо вернулся в самую маленькую спальню. Он уже собирался снова зайти в игру, но вдруг вспомнил про куриную слепоту и ночные патрули стражников, так что пришлось отложить возвращение до утра.
Жена и обе дочки спали крепким сном, а вот сам он уснуть никак не мог. Взяв телефон, он открыл приложение Царства Боевых Искусств и, авторизовавшись, обнаружил, что форум позволяет просматривать не только местный раздел уезда Цзиньюань, как это было внутри игры, но и получать информацию по другим регионам, а также составлять общее представление о положении дел среди игроков.
На форуме сейчас вовсю кипела жизнь. Оказалось, что местные власти повсеместно запрещали бродягам шататься по ночам, а проблема с ночной слепотой мучила далеко не его одного.
Впрочем, заработать деньги в первый же день смогли не только те, кто, подобно ему, не боялся тяжелого физического труда, но и игроки, обладавшие вполне конкретными реальными навыками. Кое-кто из обладателей привлекательной внешности даже устроился в заведения развлекательного характера — разумеется, исключительно с уклоном в продажу искусства, ведь игра оставалась вполне пристойной.
Однако большинство тем на форуме по-прежнему крутилось вокруг боевых искусств. Кое-кто утверждал, что эта игра больше напоминает симулятор выживания и о реальном кунг-фу здесь нет и речи. Разумеется, находились и здравомыслящие голоса, заявлявшие, что игра открылась только первый день, всё не может быть так просто, да и в древности обучение боевым искусствам никогда не было легким делом.
В основном лента пестрела совершенно бесполезным нытьем, если не считать пары постов в топе, которые показались Ма Чжияо действительно полезными. Несколько авторов сообщили, что сумели найти подход к делу: во всех уездных и префектурных городах обязательно имелись школы боевых искусств. Правда, те, кто пробовал туда соваться, потерпели неудачу — стражники у входа без лишних разговоров выпроваживали просителей.
Ма Чжияо продолжал листать страницы, пока наконец не наткнулся на один дельный аналитический материал. Автор поста, получив от ворот поворот, после расспросов и болтовни с местными жителями вывел два главных условия для поступления в школу боевых искусств: во-первых, нельзя иметь статус бродяги; во-вторых, нужно располагать деньгами.
Деньги открывают любые двери, и в игре действовали те же самые законы.
Ма Чжияо так и не понял, почему он сам собой постиг Безымянную технику лопаты. Ему куда сильнее хотелось узнать, чем именно его техника отличается от того, чему обучают в официальных школах боевых искусств. Но раз уж в данный момент никто не мог попасть в эти школы, а в обсуждениях не упоминалось самостоятельное постижение навыков, появление Безымянной техники лопаты в любом случае было благом. Сам по себе он не любил привлекать к себе внимание, а уж хвастаться на форуме и вовсе не собирался.
Впрочем, больше всего его успокоил другой пост, в котором подробно анализировался и прогнозировался стабильный рост курса игровой валюты по отношению к реальным деньгам. Вспомнив текущий прогресс своей Безымянной техники лопаты и мысленно прикинув, что завтра он снова заработает сотню медных монет, он незаметно для самого себя провалился в сон.
Ранним утром легкая дымка над речной дамбой еще не успела рассеяться, а Ма Чжияо был уже на месте.
Перспектива заработать сто монет все же не удержала на месте многих: в конце концов, первая волна игроков, готовых раскошелиться на покупку оборудования ради входа в игру, состояла преимущественно из людей с относительно достаком. Они пришли сюда ради исследования нового мира, а не для того, чтобы горбатиться чужими рабочими лошадками.
Хотя нашлись и те, кто попал сюда по принуждению: прошлой ночью парочка невезучих бедолаг, решивших не мириться со столь бесславным завершением первого дня, попалась на глаза ночным патрульным и угодила за решетку.
В отличие от вчерашней толпы с потухшими взглядами, большинство наемных рабочих, прибывших на расчистку заилившегося русла, были местными жителями, согнанными по повинности — Ма Чжияо научился безошибочно отличать их по уверенным движениям.
Ближе к полудню незадачливые нарушители порядка искупили вину и вернулись. На речной дамбе вместе с ним осталось всего двое или трое игроков.
Утро пролетело незаметно. Хорошей новостью стало то, что шкала прогресса Безымянной техники лопаты снова сдвинулась с мертвой точки: Безымянная техника лопаты: 20.3% (начальное понимание). Озадачивало другое: на протяжении почти целого часа, сколько бы усилий он ни прикладывал, прогресс увеличился всего на 0.3%. Жуя сухую лепешку, он никак не мог взять в толк, почему эффективность вдруг упала настолько сильно.
Впрочем, после обеда и получасового отдыха, прямо перед возобновлением работ, к рабочим подошли надсмотрщики и бригадиры. Оказалось, что они собираются отобрать наиболее крепких и сноровистых землекопов для расчистки густых зарослей тростника и рогоза в речной излучине.
Эта работа обещала быть куда более тяжелой, но, услышав, что оплата труда удваивается, Ма Чжияо ни секунды не сомневался и тут же шагнул вперед вместе с еще несколькими крепкими на вид мужиками.
Двести медных монет — на дороге не валяются! Во время полуденного отдыха он бросил взгляд на курс обмена в Павильоне Сокровищ. И хотя в последние годы он редко баловался сетевыми играми, все же был наслышан о том, что в новинках можно неплохо заработать на фарме. Поразмыслив, он понял, что слухи не врут: зарабатывать по тысяче юаней в день здесь и впрямь было реальностью.
***
Город Цзиньюань был не велик и не мал, но «бродяг», хлынувших в его пределы, набралось немало.
— Целый день вчера просидел на корточках, перебиваясь жидкой похлебкой, сегодня я просто обязан набить брюхо до отказа!
Обладавший болезненным цветом лица игрок по прозвищу Ван-гэ из AAA Стройматериалы хлопнул по плечам стоявших рядом Ли-гэ и Чжан-гэ. Руки были заняты, поэтому он дополнительно отвесил легкий пинок брату Чжао.
— Братья, я хочу жрать!
Все четверо состояли в одном игровом отряде, в реальной жизни не испытывали финансовых трудностей и никогда в жизни не вкушали подобной горечи. В Царство Боевых Искусств они шли в расчете на звон мечей и подлинную романтику цзянху, но никак не ожидали, что суровая реальность ударит по ним с другой стороны — острейшей проблемой стало элементарное выживание и добыча пропитания.
Однако, покружив по городу добрых полдня, они поняли, что раздобыть немного медных монет на кусок хлеба — задача не из легких.
— По пять монет за штуку, с овощной начинкой — по три! Не покупаешь — не загораживай дорогу!
Торговка паровыми булочками бросила на них неприязненный взгляд, заметив, что те замерли перед пароваркой и преграждают путь другим покупателям. Ни гроша в кармане, статус бродяги — при таком раскладе любой встречный смотрел на них волком.
Возле городской стены раздавали кашу: одну миску утром, другую днем. Жидкая баланда годилась лишь на то, чтобы не протянуть ноги с голоду. Делать было нечего, и поскольку никакими особыми тамалантами они не обладали, парням пришлось наняться на самую черную работу. Они наконец нашли торговую лавку, согласную нанять бродяг, но оказалось, что им не под силу даже вдвоем поднять мешок зерна, так что тащить поклажу приходилось в четыре руки.
Взглянув на их хилые потуги, лавочник выдал на всех четверых плату как за двоих работников. Стиснув зубы, парни продолжили пахать.
Впрочем, далеко не все игроки влачили столь жалкое существование, как компания Ван-гэ.
За столиком у окна на втором этаже ресторана сидел юноша в белом шелковом халате. Хотя ткань его одежды и не относилась к числу баснословно дорогих, на фоне толпы в грубых холщовых обносках, копошившейся внизу в поисках хоть какого-то заработка, он выглядел аристократично и изнеженно. Особенно если учесть, что перед ним на столе красовались четыре изысканных закуска и кувшинчик отменного вина.
Гунцзы Цзин происходил из обеспеченной семьи и принадлежал к числу золотой молодежи: деньги у него водились, а терпеть неудобства он не умел. С самого утра он вывел из Павильона Сокровищ солидную сумму, справил себе новый наряд, а прошлую ночлег провел в роскошном номере постоялого двора.
Разумеется, больше всего его привлекало именно боевое ремесло.
В отличие от сверстников, увлеченных аниме и мангой, он с детства рос под влиянием семьи — отец привил ему любовь к фильмам и сериалам о боевых искусствах. Увидев первые ролики с реальным геймплеем Царства Боевых Искусств, он загорелся идеей в ту же секунду. На самом деле таких молодых людей было немало — сказывалось воспитание. Ведь боевые искусства и благородство цзянху сидят в костях у каждого китайца, и эта фраза вовсе не была пустой метафорой.
Парень обладал вполне здравым рассудком. Несмотря на то, что это игра, он вовсе не рассчитывал, что из-за угла внезапно выскочит отшельник-мудрец и возьмет его в ученики — в реальной жизни такое не практикуется. Ранее он уже наведывался к Школе кулачного боя семьи Лян на восточной окраине города, но стоявшие у входа ученики преградили ему путь. Заметив их мощные фигуры и горящие уверенным блеском глаза, он сразу сообразил: в этом месте действительно обучают настоящему мастерству.
Пусть сам он выглядел куда наряднее прочих, но на нем по-прежнему висело клеймо бродяги. Пришлось с досадой повернуть назад и заглянуть в этот ресторан.
***
Речная излучина выглядела на удивление живописно: дикие гуси проносились над зарослями тростника, поднимая шуршащий на ветру шлейф.
Скинув обувь и закатав штанины, Ма Чжияо вошел в мелководье у берега. Ноги тут же увязли в иле по самые щиколотки, и каждый шаг давался с трудом. Стебли камыша и рогоза поднимались выше человеческого роста, плотной стеной обступив кромку воды.
Он попытался вогнать лопату в илистое дно, но лезвие уперлось в переплетение корней и застопорилось. Стоило сильнее надавить на черен, как лопата соскользнула, срезав всего пару стеблей, и на этом силы удара исчерпались — корни под илом остались цеерхохоньки.
Эта работенка кардинально отличалась от прежней земляной копки, недаром и плату за нее предлагали вдвое больше. Впрочем, лениться он не собирался: раз дело шло медленно, значит, нужно работать не спеша, методично опуская лопату раз за разом в заросли.
— Бери под углом, — раздался глуховатый совет откуда-то сбоку.
Ма Чжияо повернул голову и увидел стоявшего рядом коренастого мужика. Как раз в тот момент, когда он собирался ответить, тот ловко взмахнул лопатой и, вогнав в илистое дно самый уголок стального полотна, слитным движением подцепил стебель камыша вместе с половиной корневища. Выдернув его на поверхность воды, он легким взмахом выбросил сорняк на берег.
Но со стороны этот казавшийся простым прием выглядел совершенно иначе в глазах Ма Чжияо.
Он подметил все до мельчайших деталей. Дело было не просто в правильной позе: он отчетливо увидел, как мужик задействовал усилие стопы, передал его в бедра, провел через позвоночник в плечи и вложил всю эту мощь в косой удар руками. Ма Чжияо замер на месте, продолжая неотрывно следить за тем, как тот повторяет движение.
Срезать? Он уловил саму суть. Крепче перехватив лопату, он под тем же углом загнал ее в заросли камыша и коротким плавным взмахом вытолкнул срезанную охапку на поверхность воды.
Ил под ногами то уходил из-под ног, то твердел. Тогда он решил не двигаться с места, вытягивая лопату вперед и цепляя края зарослей углом полотна, чтобы сперва подтянуть стебли к себе, а затем мгновенно перерубить их.
Мало-помалу движения лопаты в его руках стали гибкими и уверенными: срез, подцеп, подъем, нажим. Он даже начал комбинировать эти элементы между собой. С грубым крестьянским инструментом наперевес он вдруг ощутил непривычное чувство владения клинком — острое понимание того, какой угол приложения сил самый выгодный, когда нужно задействовать острый кончик, а когда — режущую кромку.
Системный интерфейс мелькнул перед глазами, но сейчас ему было некогда в него вглядываться.
Лишь когда солнце склонилось к закату, а вокруг расчистилась внушительная гладь воды, он закинул лопату на плечо и перевел дыхание.
Он чувствовал, что выносливость снова на пределе, поясница и руки ныли от боли, но ощущение правильности и слитности движений стало еще отчетливее: лопата в его руке и впрямь превратилась в естественное продолжение собственной руки.
Только теперь он вспомнил о системном окне.
Безымянная техника лопаты: 51.7 (мастерство)
Смена стадии с «начального понимания» на «мастерство» не стала для него сюрпризом. Да и как иначе… Он и сам прекрасно чувствовал, насколько изменился контроль над «оружием» по сравнению с прошлым разом.
Обратная дорога далась легче. Ма Чжияо шел, не просто неся лопату на плече, а то и дело взмахивая ею, вживаясь в движения. Побаловавшись так от скуки по дороге, он с удивлением обнаружил, что даже во время ходьбы показатели техники подросли еще на 0.02%. Это открытие подсказало ему, что простая практика осмысления и отработки движений тоже приносит плоды. Так что всю оставшуюся дорогу его руки не оставались в праздности.
И все же, когда до восточных ворот Города Цзиньюань оставалось каких-то полверсты, его внимание привлекла спешно приближающаяся фигура.
Он никак не ожидал встретить кого-то на выходе из города в столь поздний час. За восточными воротами не было ничего, кроме речной дамбы да пустынных топей, кому понадобилось туда тащиться? Однако по мере сближения его охватило смутное предчувствие.
Человек двигался стремительно, но при каждом шаге его стопы впечатывались в землю с такой уверенностью, будто он твердо держал баланс. Прошло всего несколько мгновений, разделявших их, как вдруг до Ма Чжияо донесся легкий порыв встречного ветра, заставивший покрыться мурашками всю кожу. Запах? Запах крови!
Еще шаг ближе, и Ма Чжияо наконец разглядел незнакомца. На том был заляпанный бурыми пятнами крови короткий дорожный костюм, руки тоже пестрели багровыми слезами, а во взгляде читалась свирепая жестокость. Заметив, как рука незнакомца судорожно сжалась на рукояти оружия у пояса, Ма Чжияо инстинктивно покрепче перехватил древко своей лопаты.
Встречный с нескрываемым интересом уставился на Ма Чжияо, ничуть не заботясь о том, что его кровавый облик могут заметить. Этому бродяге просто не повезло — оставалось винить лишь собственную судьбу, столкнувшую их нос к носу. Заметив, что крестьянин пытается преградить ему путь с какой-то нелепой палкой в руках и даже собирается сопротивляться, он нашел это забавным и даже смешным.
Пять саженей, три сажени, одна сажень!
Цзинь!
Хрясь!
Они разминулись плечом к плечу. Предметы в их руках издали совершенно разные звуки.
Незнакомец обернулся, с удивлением посмотрел на Ма Чжияо, а затем перевел взгляд на собственный меч:
— Ты… владеешь боевыми искусствами?
Ма Чжияо глянул на отрубленный уголок своей лопаты, покачал головой, а затем медленно кивнул.
http://bllate.org/book/19473/1909273
Готово:
