Времени ещё хватало, чтобы поцеловаться по-настоящему. Предыдущий был слишком поспешным — словно стрекоза коснулась воды и тут же умчалась.
Хуо Ляншэнь так подумал — и тут же последовал за мыслью.
Си Вэй не отказалась. Просто пальцы её вдруг обожгло, будто от внезапного языка пламени. Она потушила сигарету, а Хуо Ляншэнь уже взял её за подбородок и, не давая опомниться, прильнул к губам, нежно и настойчиво возвращаясь к ним снова и снова.
Си Вэй так давно не испытывала ничего подобного… В груди стало тяжело и влажно, будто внезапно хлынул дождь — без предупреждения, без милосердия.
Хуо Ляншэнь искал на её лице хоть следы смущения — хотя бы лёгкий румянец. Но, увы, ничего не было.
После поцелуя она откинула спинку сиденья, закрыла глаза и почти сразу уснула.
Хуо Ляншэнь чувствовал: она, кажется, всегда уставшая, измученная, словно раненый гусь, отставший от стаи и летящий без цели. Его машина — лишь временная гавань, где можно перевести дух. Проснётся — и уйдёт.
Он выключил радио. В салоне воцарилась тишина и полумрак. Пусть ей приснится хороший сон.
Примерно через час Си Вэй проснулась и увидела за окном знакомые улицы — они уже подъехали к её дому.
— Почему не разбудил?
— Ты так крепко спала… Не хотел тревожить.
Си Вэй отстегнула ремень:
— В квартире бардак. Не приглашаю наверх.
Хуо Ляншэнь кивнул:
— Увидимся.
Она вышла, не оглядываясь, и быстро скрылась в подъезде.
...
Вечером позвонил Сюй Шао. Голос звучал обвинительно, но с насмешливым оттенком:
— Братец, слышал, у тебя новая девушка? Почему мне не сказал?
Хуо Ляншэнь невозмутимо ответил:
— Теперь знаешь.
Он и без того понимал: отец наверняка уже в ярости жаловался тёте, приукрашивая детали их сегодняшней «провокации».
— Дядя вне себя! Говорит, это самая отвратительная твоя подружка за всю историю. Грубая, невоспитанная, без всяких манер. Ты, мол, совсем с ума сошёл, если связался с ней.
Хуо Ляншэнь тихо усмехнулся:
— Не думаю, что всё так плохо.
Хотя… можно ли их вообще считать парой? Он вдруг почувствовал неуверенность.
Сюй Шао спросил прямо:
— Признайся честно: ты специально завёл эту «плохую девчонку», чтобы вывести дядю из себя?
Хуо Ляншэнь задумался:
— Ей столько же лет, сколько мне. Не девчонка уж точно.
— Так она подсадная утка или нет?
Он замер. Раньше, возможно, и было так. Но теперь — нет.
— Как-нибудь приглашу её с тобой пообщаться. Сам спросишь.
Сюй Шао замолчал на секунду, явно ошеломлённый:
— Так ты правда завёл девушку? И даже собираешься водить её по свету? А как же сестра Фэйя?
— Разве Фэйя не в Кении, кормит львов?
— Она там волонтёрствует! — возмутился Сюй Шао. — Ты вообще смотрел её твиттер?
— Я редко захожу в твиттер. Как она там?
— Я смотрел её влог: живёт в какой-то убогой хижине для волонтёров, каждый день ходит в детский дом… Такая красивая, умная, из богатой семьи — могла бы ни о чём не заботиться, а вместо этого стремится к высоким идеалам. Брат, ты не найдёшь лучше Фэйя! Ну да, у неё акцент и с мандаринским языком не очень… Но разве это важно?
Хуо Ляншэнь снял очки и потер переносицу. Больше не хотел обсуждать эту тему.
Фэйя и правда была ангелом. Студенткой она уже участвовала в благотворительных акциях, выступала за гендерное равенство, против расизма. Несмотря на богатых родителей, она презирала показную роскошь и предпочитала помогать обездоленным.
Неудивительно, что отец с его культом денег и статуса вызывал у неё отвращение.
В те редкие встречи он не переставал хвастаться проектами, машинами, особняками и выспрашивать, какими делами занимаются её родители. Фэйя потом шептала с отвращением:
— Дорогой, твой отец похож на неудачного комика. Слушать его — пытка. Правда, невыносимо скучно.
А отец ворчал:
— Почему она всё время говорит с тобой по-английски, зная, что я не понимаю? Какой смысл?
Конфликт, конечно, можно было сгладить — они же не жили вместе, встречались редко. Но между ним и Фэйя лежала пропасть. Он не мог бросить работу и бегать за ней по миру в поисках «духовного просветления».
А Си Вэй — полная противоположность.
Её жизнь — зарабатывать деньги, выживать в потоке будней. Никаких высоких идеалов, никакого сочувствия к чужим страданиям. Она кажется холодной, озабоченной только собой, даже черствой.
Как же она проявляет чувства? Как выглядит, когда любит по-настоящему?
Хуо Ляншэнь вспомнил тот безмолвный поцелуй в машине. Такой прекрасный.
Но она до сих пор не позвонила. Ни одного сообщения. Неужели ей всё равно?
Он усмехнулся. Видимо, не может избавиться от мужской слабости — всё, чего не можешь заполучить, хочется ещё сильнее.
Из-за перестановок в графике Си Вэй перевели на утреннюю смену: с семи утра до четырёх дня. Днём работы гораздо больше, обычно дежурят вдвоём.
Теперь подрабатывать уборкой не получится — нужно искать другую работу. Иначе столько свободного времени будет невыносимо тяжело переносить.
Хорошо, что появление Хуо Ляншэня немного заполнило эту пустоту.
Вечером, едва Си Вэй вернулась домой и успела принять душ, он позвонил и пригласил поужинать — мол, соберутся друзья.
Она порылась в шкафу и нашла платье-бандо, купленное лет пять назад. Тогда она любила наряжаться, покупала только качественные вещи. Но давно не надевала — даже незнакомо стало.
Хуо Ляншэнь ждал у подъезда. Увидев, как она вышла — стройная, изящная, — он на миг замер.
Вот оно — мимолётное впечатление, от которого замирает сердце.
Будь она ещё и накрасилась — наверняка ослепила бы всех.
— Сегодня в хорошем настроении? — не удержался он.
— Нормально.
В клубе, выйдя из машины, Хуо Ляншэнь взял её за руку и повёл в зал. Внутри уже сидели пятеро-шестеро гостей. Увидев их, все слегка опешили.
Чэнь Хао и Сюй Шао не ожидали, что он приведёт Си Вэй.
Здесь была госпожа Бай, которая явно питала к Хуо Ляншэню определённые чувства. Все это знали. Теперь же в зале повисло неловкое молчание. Бросив взгляд на госпожу Бай, можно было увидеть, как её лицо окаменело.
За ужином все невольно наблюдали за Си Вэй. Она молчала, не проявляла ни интереса, ни неловкости новичка. Словно находилась где-то далеко, вне этого общества.
— У Си Вэй потрясающая татуировка! — восхитился Сюй Шао.
— Спасибо.
— Где делала?
— На пешеходной улице.
— Больно было?
— Нормально.
— ... — Сюй Шао почесал нос, чувствуя, как на него осел слой пыли. С ней невозможно завести разговор.
Атмосфера стала напряжённой. Хуо Ляншэнь, кладя ей на тарелку кусочек рыбы, мягко сменил тему:
— Лилянь ещё не простила тебя? Почему её сегодня нет?
— Она уехала в Шанхай к друзьям. Ненадолго.
— Значит, помирились?
— Конечно.
Хуо Ляншэнь приподнял бровь:
— Слава богу. А то опять напьёшься до чёртиков, будешь рыдать и кричать. Не вынесу такого позора.
— Брат, оставь мне хоть каплю достоинства…
Все рассмеялись.
Си Вэй с удивлением смотрела на него. Она не знала, что он может быть таким внимательным, таким ловким в общении.
В этот момент Хуо Ляншэнь кивнул одному из гостей:
— Месяц назад звонил А Сюй, хотел сыграть в теннис. Представляете, утром он запыхался так, что еле дышал, а рядом кто-то кричал: «Быстрее, не останавливайся!»
Гости замерли, переглянулись.
Хуо Ляншэнь невозмутимо продолжил:
— Угадайте, с кем он был.
— С… с женой?
— Нет.
Сердца замерли.
— С кем же?
— Со Старым Лю.
— А?! — все ахнули.
Хуо Ляншэнь спокойно поправил очки:
— Оказывается, они вместе лазили по горам.
— Чёрт! — Чэнь Хао расхохотался. — Испугал до смерти! Не говори так загадками!
Все подхватили смех:
— Да уж, чуть инфаркт не случился! А Сюй со Старым Лю… Боже мой!
Хуо Ляншэнь с невинным видом:
— А что такого? Просто поход в горы. Вы что подумали?
— А Сюй, ты просто злой! — закричали в один голос.
Он улыбался, но вдруг почувствовал на себе взгляд. Обернулся — Си Вэй смотрела на него с лёгким недоумением.
— Что?
— Ты…
В школе Хуо Ляншэнь был замкнутым, отстранённым, казался выше всех. А теперь — душа компании, легко шутит, держит всех в напряжении. Как сильно изменились люди.
Си Вэй покачала головой, пряча всплеск чувств. Не хотела признаваться даже себе: он начинал её притягивать.
После ужина перешли к игре в маджонг.
— Надо ещё пару человек позвать, чтобы собрать две партии, — сказал Чэнь Хао, доставая телефон. — Пока играйте.
Хуо Ляншэнь не сел за стол, а встал позади Си Вэй, подсматривая за её картами.
Она давно не брала в руки маджонг, чувствовала себя неуверенно. Госпожа Бай дважды перехватила у неё нужные фишки — явно с намерением.
Остальные заметили это. Один из гостей небрежно спросил:
— Кстати, Си Вэй, как вы с А Шэнем познакомились?
Она растерялась. Но Хуо Ляншэнь тут же ответил:
— Одноклассники. Давно потерялись из виду.
— Ого? Так давно знали друг друга?
Чэнь Хао подхватил:
— Ещё бы! В школе Си Вэй гонялась за А Шэнем. И вот, спустя столько лет, наконец добилась своего.
Госпожа Бай фыркнула:
— То есть ты сдался под натиском упорной поклонницы?
Он закурил:
— Конечно, нет.
Она повернулась к Си Вэй:
— Очень интересно, как тебе это удалось? Ведь его прошлая девушка была такой совершенной.
Си Вэй и сама не знала. Ответила первое, что пришло в голову:
— Стирала ему вещи, убирала, готовила.
Верно ведь?
Госпожа Бай фыркнула:
— Так это же горничная!
— Да, — спокойно согласилась Си Вэй.
Все решили, что она шутит. Только Чэнь Хао, знавший правду, мысленно ахнул.
Хуо Ляншэнь, глядя на её беспорядочные фишки, наклонился ближе, почти касаясь её плеча, и помог вытащить нужную. Наконец собралась пара. Затем осторожно забрал из её руки «четыре бамбука»:
— Не выкладывай. Сюй Шао как раз на это идёт.
— Эй! — возмутился Сюй Шао. — Откуда ты знаешь, что мне нужно?
А Сюй поднял бровь:
— «Четыре бамбука»? Давно заметил. Последняя фишка у меня. Забудь.
— Брат, не мешай! — закричал Сюй Шао. — Вы вдвоём против нас — нечестно!
— Я же не смотрю ваши карты, — Хуо Ляншэнь потушил сигарету в пепельнице. — Просто без меня вы будете её обижать.
— Ого, как защищаешь! — засмеялся А Сюй. — Хорошо, что ты не сел за стол первым. Иначе начал бы кормить её фишками.
— Я никому не стану кормить, кроме как тебе — никогда, — парировал Хуо Ляншэнь.
— Почему?
— Потому что ты вместо того, чтобы играть со мной в теннис, ушёл лазить по горам со Старым Лю.
Все снова расхохотались.
Си Вэй чувствовала, как по спине пробежал мурашек от его близости. Ей стало неловко.
— Может, сам сыграешь? — предложила она. — Я с ними не справлюсь.
— Чего бояться? — тихо сказал он. — Я с тобой.
— Чэнь Хао, подмени меня. Пойду в туалет, — не выдержала госпожа Бай и вышла, сжимая сумочку.
Чэнь Хао бросил взгляд на Хуо Ляншэня:
— Не мог бы ты хоть немного сдержаться?
Тот сделал вид, что ничего не понимает:
— Госпожа Бай что, плохо себя чувствует?
— Да какое там «хорошо»! Ты её просто выводишь из себя.
Игра закончилась около половины одиннадцатого. А Сюй и остальные решили ещё выпить, а Хуо Ляншэнь с Си Вэй уехали.
Этот вечер заставил Си Вэй по-новому взглянуть на мужчину рядом. Раньше она считала его просто временным утешением, способом прогнать скуку. Но теперь… Впервые за долгое время в ней проснулось любопытство.
http://bllate.org/book/1916/214285
Готово:
