Следующие полмесяца раса Зергов и Федерация продолжали прощупывать почву и испытывать терпение друг друга. Сесил и Чжоу Мянь днями напролет проводили вместе, обсуждая стратегию и распределяя силы на карте боевых действий. Обстановка в армии становилась все более наэлектризованной.
Вскоре прибыл и Гу Синчжи, приведший подкрепление с дальних рубежей.
В этот момент Сесил и Чжоу Мянь устроились в своей комнате, наслаждаясь редкой минуткой покоя. Сесил распорядился притащить в спальню пианино, и сейчас Чжоу Мянь перебирал клавиши. Мужчина обнимал его со спины, повторяя движения его пальцев своей рукой.
— Как же сложно, — Сесил уткнулся подбородком в плечо Чжоу Мяня и негромко проворчал: — Научи меня чему-нибудь попроще. Я передумал учить «Лунную сонату».
Чжоу Мянь только покачал головой.
Этот человек с самого начала заявил, что хочет научиться играть. Чжоу Мянь планировал начать с азов и постановки пальцев, но Сесил упрямо пожелал перепрыгнуть через несколько ступеней и сразу освоить классику.
— Я же говорил тебе, — Чжоу Мянь мягко шлепнул Сесила по ладони. — Если маленький львенок услышит такую игру, тебе не будет стыдно?
Врачи уже точно подтвердили, что Чжоу Мянь носит мальчика. Как только это стало известно, Сесил выбрал для сына имя Лео, надеясь, что тот вырастет храбрым и сильным лидером, под стать настоящему льву.
— Пусть только попробует меня упрекнуть, — Сесил опустил ладонь на округлившийся живот Чжоу Мяня и хмыкнул: — Этот мелкий паршивец еще даже не родился, а уже собирается отнимать у меня моего Мянь Мяня.
Чжоу Мянь вздохнул:
— Что за глупости.
— Я ревную, — Сесил демонстративно надул губы.
— Ты... — Чжоу Мянь завел руки за спину, обнимая его за талию. — Ведешь себя совсем не как командующий.
Сесил с улыбкой наклонился и поцеловал ласково парня в лоб.
Тук-тук.
Оба замерли.
— Командующий!
Из-за двери донесся голос Гу Синчжи:
— Разрешите обратиться!
Сесил нехотя отпустил Чжоу Мяня, поднялся и поправил воротник формы:
— Войди.
Гу Синчжи, застегнутый на все пуговицы и запыленный с дороги, шагнул в комнату, держа в руке церемониальный клинок:
— Половина авангарда с рубежей успешно прибыла! Ждем ваших распоряжений!
— Отлично, — кивнул Сесил.
После того как они обсудили несколько ключевых военных вопросов, Сесил лукаво прищурился и спросил:
— Ты уже виделся с Илуном?
Лицо Гу Синчжи мгновенно окаменело, он натянуто ответил:
— Виделся. Некоторое время назад.
Еще до официального выдвижения основных сил Гу Синчжи отправлялся на пустынную планету для координации действий и там пересекся с принцем.
— М-м? — Сесил усмехнулся. — Поссорились?
Гу Синчжи промолчал.
Когда он встретил Илун, тот весело и мило улыбался какому-то мужчине, полностью его игнорируя. Гу Синчжи тогда показалось, что силуэт того незнакомца со спины выглядит до боли знакомым, но у него просто не было душевных сил вглядываться. Видит бог, каких трудов ему стоило подавить бушевавшую внутри ярость.
«Братец... Как только вернемся в столицу, давай поженимся».
В полумраке длинного коридора Илун слегка приподнялся на цыпочки и негромко, с улыбкой спросил:
«Ты согласен?»
А затем тот мужчина молча кивнул. Они стояли вдвоем, словно весь остальной мир перестал существовать, и совершенно не замечали застывшего неподалеку Гу Синчжи.
В то мгновение его захлестнула волна глухого гнева. Но у него не было никаких прав вмешиваться в жизнь Илуна, поэтому ему оставалось лишь молча кипеть от злости и уйти прочь широкими шагами.
Сесил и Чжоу Мянь по одному только выражению лица Гу Синчжи поняли, в чем дело, и мысленно ему посочувствовали. Этот Илун... действительно умел играть на нервах.
Чжоу Мянь замялся, явно желая что-то сказать, но в итоге промолчал, провожая взглядом окутанного мрачной аурой офицера.
Когда Гу Синчжи ушел, Сесил и Чжоу Мянь переглянулись.
— Не переживай, — Сесил с улыбкой приобнял Чжоу Мяня за плечи. — Они с самого детства постоянно устраивают такие сцены.
Чжоу Мянь кивнул.
— Но теперь-то ты веришь? — Сесил вздернул бровь. — Гу Синчжи в вопросах собственничества и мужского шовинизма даст мне сто очков вперед.
Чжоу Мянь невольно улыбнулся.
***
После доклада командующему Гу Синчжи собирался вернуться на свой боевой крейсер. Но по пути он резко затормозил, тупо уставившись на носки своих черных армейских сапог.
Илун тоже находится здесь...
Может, стоит пойти и взглянуть на него? Чисто ради приличия, просто поздороваться? Никакого скрытого умысла, обычное приветствие.
В голове Гу Синчжи еще бушевали сомнения, но тело оказалось куда честнее — ноги сами понесли его в сторону временной фабрики растений на главном крейсере.
Грохот...!
Гу Синчжи вздрогнул. Едва он подошел к дверям фабрики, как увидел, что Илун, тащивший огромный ящик, споткнулся и полетел на пол.
— Ваше Высочество! — к нему тут же подскочил один из исследователей. — Вы в порядке?
— Все хорошо, все нормально! — Илун даже не подумал жаловаться. Он быстро поднялся, опираясь ладонями о пол, и вместе с лаборантом принялся торопливо собирать рассыпавшиеся из коробки лекарственные травы.
— Простите, я просто не заметил ступеньку, — парень вытер пот со лба и снова поднял тяжелый ящик.
Гу Синчжи застыл в дверях, словно превратившись в каменную статую от шока.
Это... Илун? Его не подменили? Неужели это действительно тот самый капризный и изнеженный принц, которого он знал?
Раньше Илун не то что коробку в руки не взял бы — он от малейшей царапины залился бы слезами, требуя внимания и жалуясь на дикую боль.
Однако сейчас перед ним стоял вовсе не избалованный член королевской семьи. Парень был одет в простую рабочую одежду, золотистые волосы высоко завязаны в хвост, рукава закатаны выше локтей. Он крутился на фабрике растений, не зная отдыха, а упав, даже не пикнул, тут же поднялся и продолжил руководить процессом. Здесь, на заводе, он уже стал полноценным, авторитетным специалистом.
Гу Синчжи ошарашенно наблюдал за ним.
— Эй, ты! Захвати приборы и иди за мной в сектор B8, нужно осмотреть пациентов. И еще... — Илун повернулся и осекся, заметив Гу Синчжи. — ...Гу Синчжи?
Исследователь, заметив, что принц замер и глупо уставился на пришедшего военного, понимающе улыбнулся, забрал аппаратуру и ушел вперед.
Гу Синчжи не произнес ни слова. Он просто подошел, опустился на одно колено и бесцеремонно задрал штанину Илуна.
— Эй...! — Илун округлил глаза. — Ты что творишь!
— Ты ранен, нужно обработать, — Гу Синчжи нахмурился, разглядывая наливающийся синяк на его колене.
К его удивлению, тыльные стороны ладоней и пальцы Илуна были покрыты мелкими царапинами, а на левом локте красовалась еще одна крупная гематома. Гу Синчжи насупился еще сильнее, перехватил запястье парня и глухо спросил:
— Откуда все эти травмы?
Скрывать тут было нечего, и Илун нехотя буркнул:
— На ладонях — это когда с травами возился и ящики перетаскивал, случайно оцарапался. А локоть... пару дней назад один из пациентов впал в буйство, толкнул меня, вот я и влетел в стойку.
Гу Синчжи тяжело вздохнул:
— И зачем тебе все это? Сидел бы спокойно в столице, горя бы не знал.
— Ты что, держишь меня за ничтожество?! — Илун вспыхнул, его глаза округлились от возмущения. — Я теперь могу сам со всем справляться! Мои навыки фехтования заметно улучшились, я даже на поле боя смогу за себя постоять!
Гу Синчжи опешил, не ожидая такой бурной реакции. Лицо Илуна покраснело от избытка эмоций, плечи мелко дрожали, и он выкрикнул:
— Гу Синчжи, какой же ты мерзавец!
Видя, что парень трясется от обиды и злости, Гу Синчжи поспешно перехватил его за плечи и мягко произнес:
— Я ошибся, признаю. Пожалуйста, не злись. Только не злись.
Остальные работники фабрики, услышав, как принц сорвался на крик, тут же повтягивали головы в плечи, делая вид, что безумно заняты.
Гу Синчжи аккуратно вывел Илуня в коридор:
— Илун, успокойся.
Офицер искренне не понимал, почему тот так сильно разгневался.
— Ты... ты что, вообще не замечаешь моих усилий?! — Илун дрожал всем телом, его кулаки были плотно сжаты. — Ты до сих пор смотришь на меня свысока!
— Я не смотрю на тебя свысока. Мне просто больно видеть тебя в таком состоянии, — Гу Синчжи перехватил его сжатые ладони и нахмурился. — Мне... тяжело на это смотреть.
Илун на мгновение растерялся, но тут же выдернул руки и отвернулся:
— Не твое дело!
Атмосфера вокруг Гу Синчжи мгновенно похолодела, когда он вспомнил о том незнакомце, который обнимал принца. Взгляд военного потемнел:
— Тот мужчина... с которым ты был тогда. Кто он?
— ...А? — Илун захлопал ресницами.
Гу Синчжи с ледяным лицом и мрачным блеском в глазах начал допрос:
— Кто он такой? Где живет? Сколько ему лет? Как вы познакомились и с какой целью он крутится возле тебя?
— А-а, — Илун наконец понял, о ком речь. Он вспомнил Ван Сюня, с которым они разыграли спектакль перед Гу Синчжи. Парень ехидно усмехнулся и прищурился: — А ты угадай. В любом случае, тебя это не касается.
Гу Синчжи сжал зубы.
Илун вздернул подбородок:
— Ты ведь сам сказал, что я тебе не пара. Раз так, то с кем я провожу время — не твоя забота. Ты ведь все равно меня терпеть не можешь.
— Илун... Это не так. Ты же прекрасно знаешь, что я...
— Ничего я не знаю, — безэмоционально оборвал его Илун.
Гу Синчжи растерянно смотрел на него, совершенно не понимая, как Илун умудрился за секунду превратиться из бушующего вулкана в ледяную глыбу.
Принц отвернулся и намеренно с горькой усмешкой добавил:
— Ну разумеется, я ведь вырос в теплице и золотой клетке, куда мне понять твои высокие мотивы. Именно поэтому я решил просто отказаться от тебя. Я больше не хочу ничего понимать.
— Ты... — глаза Гу Синчжи налились кровью.
Илун холодно фыркнул, развернулся и зашагал прочь. Он прекрасно знал, что Гу Синчжи по-своему заботится о нем, и умом все понимал. Но парень лишь опустил взгляд. Ему хотелось заслужить уважение Гу Синчжи. Он хотел нормальных, равных отношений.
Провожая взглядом его удаляющуюся спину, Гу Синчжи сжал кулаки так, что хрустнули суставы. Он глубоко вздохнул и достал средство связи:
— Проверь для меня одного человека.
***
Прошло еще три месяца, и ситуация на фронте становилась все более вязкой. Раса Зергов и Федерация провели несколько локальных стычек. Потери с обеих сторон пока оставались незначительными, но если анализировать детальнее, Федерация явно перехватывала инициативу. За последние годы под жестким контролем и реформами Сесила армия Федерации превратилась в грозную силу, а теперь, объединившись с силами Ледяной империи, они стали практически непобедимы.
— Братец... а когда вернется дядя? — в комнате Сяо Лэ потянул Чжоу Мяня за рукав. — Я соскучился.
Чжоу Мянь обнял мальчика, лежа вместе с ним на кровати, и улыбнулся:
— Уже скоро... Твой дядя прислал весточку, что они одержали победу и сейчас занимаются перегруппировкой перед возвращением.
— Вот как...
Сяо Лэ перевернулся, устроив голову на плече Чжоу Мяня, и с любопытством спросил:
— Братец, а ты разве не скучаешь по дяде? — мальчик аккуратно приложил ладошку к сильно выпирающему животу Чжоу Мяня. — А братик? Он тоже не скучает?
— Скучает, — Чжоу Мянь опустил глаза. — Конечно... Я имею в виду твоего братика.
Парень списал это на влияние беременности. Он никогда не был изнеженным или слабым, и из-за какой-то недели разлуки он бы точно не... не стал так тосковать. Чжоу Мянь погладил свой живот. Врач предупредил, что роды могут начаться со дня на день, и, честно говоря, отсутствие Сесила рядом заставляло его чувствовать себя немного беззащитным и покинутым.
Но парень понимал, что сейчас нельзя капризничать. Шпионы донесли, что на прошлой неделе скончалась королева Зергов. Императорская семья Зергов тщательно скрывала эту информацию, но внутри их лагеря уже начался сущий хаос.
— Братец... — пока Чжоу Мянь размышлял, Сяо Лэ уткнулся лицом ему в грудь и глухо пробормотал: — Когда братик родится, вы с дядей ведь не бросите Сяо Лэ?..
Чжоу Мянь опешил, а затем ласково взъерошил волосы на макушке ребенка:
— С чего ты взял? Братик — это братик, а ты — это ты. Вы два совершенно разных человека.
— Правда?
— Конечно. Твой братец... — Чжоу Мянь прижал мальчика к себе и улыбнулся. — Будет любить и защищать тебя всю жизнь. Ты всегда будешь нашим с Сесилем ребенком, понимаешь?
— Угу... — Сяо Лэ моргнул. — Значит, в будущем братик станет командующим, а я буду его заместителем?
— М-м? — Чжоу Мянь приподнял бровь. — И кто тебе это наплел?
— Братец Илун. Он сказал, что в будущем мы с братишкой должны вместе защищать Федерацию, — проворчал Сяо Лэ. — Звучит... так утомительно...
Смотря на уморительно насупившуюся мордашку Сяо Лэ, Чжоу Мянь покачал головой. Он слегка ущипнул его за пухлую щеку:
— Давай-ка спи. Твой братик еще даже не родился.
— Ладно, — Сяо Лэ послушно закрыл глаза. — Спокойной ночи, братец.
— Спокойной ночи.
Чжоу Мянь выключил настольную лампу. С тех пор как Сяо Лэ остался с ним, ребенок с каждым днем становился все более открытым и жизнерадостным, и сейчас почти ничем не отличался от обычных детей.
Днем Сяо Лэ хорошо поспал, поэтому посреди ночи проснулся от малейшего шороха. Услышав приглушенный стон Чжоу Мяня, мальчик тут же распахнул глаза и щелкнул выключателем лампы.
— ...Братец?
Чжоу Мянь был смертельно бледен, а его лоб покрылся крупными каплями пота. Сяо Лэ испугался, подскочил к нему и судорожно схватил за руку:
— Братец, что с тобой?
Чжоу Мянь крепко зажмурился и, держась за живот, хрипло выдавил:
— Позови... кого-нибудь...
— Сейчас!
Мальчик кубарем скатился с кровати и бросился в соседнюю комнату, где спал Илун. Сяо Лэ четко помнил наставления Сесила, поэтому перед тем как выбежать, дернул за специальный шнурок колокольчика, висевшего у изголовья. Это был прямой сигнал для дежурных медиков.
Буквально через пару минут в комнату ввалилась целая бригада врачей, готовых к работе в режиме двадцать четыре на семь. Следом прибежал Илун — растрепанный, в наспех наброшенном халате и с совершенно диким, заспанным лицом.
— Что, что случилось?! — Илун убрал с лица растрепанные золотистые волосы и прижал к себе испуганного Сяо Лэ, пытаясь его успокоить. — Все ведь хорошо?
— Все в порядке! Командующий Чжоу... рожает!
Глаза Илуна полезли на лоб:
— Братишка рождается?! — Сяо Лэ обхватил Илуна за шею и звонко пискнул: — Да?!
— Да...! — Илун дрожащими пальцами вытащил терминал связи. Нужно срочно вызвать Сесила!
В это время врачи и медсестры уже слаженно разворачивали портативное медицинское оборудование прямо у кровати.
— Командующий Чжоу, вам нужно дышать глубже и постараться расслабиться... — доктор Форд перехватил запястье парня, проверяя пульс. — Расслабьтесь...
Накатывающие волны боли в животе были такой силы, что Чжоу Мянь просто физически не мог расслабиться, но он изо всех сил старался держать себя в руках. Эта боль кардинально отличалась от обычных боевых ранений — она шла из самых глубин тела, скручивая внутренности спазмами. Чжоу Мянь сильнее насупился, выравнивая дыхание.
— Доктор... — парень шумно хватал ртом воздух, с его лица gradom катился пот. — Скоро... все закончится?
Врач попытался его приободрить:
— Скоро, скоро! В среднем это занимает от двух до двадцати четырех часов, у большинства первенцы рождаются за полдня.
Чжоу Мянь на секунду замер и тихо переспросил:
— Доктор, — позвал Чжоу Мянь. — А можно как-то помедленнее?
— Что?
— Я хочу затянуть процесс. Можно как-то притормозить роды?
— Командующий Чжоу, вы... — Форд решил, что у пациента от боли помутился рассудок. Это же безумие!
— Заведующий, — сидевший рядом врач средних лет, который в отличие от консервативного Форда провел куда больше времени на реальных операциях и в исследовательских центрах, аккуратно потянул коллегу за рукав и прошептал: — Командующий Чжоу просто хочет дождаться Сесила.
Форд опомнился. Он со вздохом наклонился к Чжоу Мяню:
— Командующий Чжоу, этот процесс неподвластен контролю. Пожалуйста, не противьтесь природе, доверьтесь телу.
Второй врач тоже мягко улыбнулся:
— Все в руках судьбы. В любом случае, малыш обязательно получит благословение своего отца.
— Хорошо... — Чжоу Мянь с тоской отвернулся.
В углу комнаты Илун, вцепившись в терминал, яростно шептал в трубку:
— Да где тебя черти носят?!
— Верь мне, — донесся с того конца уверенный и твердый голос Сесила. — Я успею.
— Ладно...!
После этого медики аккуратно перевели Чжоу Мяня в специальный стерильный бокс на главном крейсере.
***
«Братец, а откуда берутся люди?»
«Их носят мамы в животике».
«А почему?»
В темной маленькой комнатке маленький Чжоу Мянь тянул старшего брата за рукав, во все глаза глядя на него с детским любопытством:
«Почему у мамы в животе появляется ребенок?»
«Ну... это...» — образ старшего брата в воспоминаниях казался невероятно смущенным и растерянным.
«Попределенно... они женятся. После свадьбы у людей появляются дети».
«А-а, — маленький Чжоу Мянь склонил голову набок, о чем-то серьезно задумался и с абсолютной уверенностью выдал: — Тогда в будущем я женюсь на тебе, братец!»
«Кхм-пф-ф! — старший брат как раз сделал глоток воды и с шумом закашлялся, едва не поперхнувшись».
***
Чжоу Мянь в полузабытье открыл глаза. Весь окружающий мир превратился в сплошной хаос из боли и вспышек света. Исторически за продолжение рода отвечали женщины, и хотя в процессе эволюции мужчины тоже обрели эту способность, для них это по-прежнему оставалось колоссальным испытанием. К счастью, Чжоу Мянь за свою жизнь привык терпеть физические муки, поэтому постепенно смог подстроиться под ритм схваток.
Он лежал на кушетке. Сяо Лэ по настоянию Илуна уже увели спать в другую каюту, так что у постели остались только принц и несколько врачей.
Илун, глядя на мучения друга, казалось, страдал едва ли не сильнее самого Чжоу Мяня — его собственное лицо стало белее полотна.
Боже мой... Неужели в будущем, когда они с Гу Синчжи сойдутся, ему тоже придется через это пройти? Это же дико больно...
Илун мысленно поклялся себе: никаких детей. Ни за что на свете! Если кому и придется рожать — пусть это делает Гу Синчжи! Точно, пусть Синчжи и отдувается, а он сам под дулом пистолета на такое не подпишется!
От этих мыслей ему стало еще сильнее жаль Чжоу Мяня. Илунь с самым серьезным видом перехватил его руку:
— А-Мянь, держись. Это только один раз, слышишь? Больше никаких детей. В следующий раз пусть Сесил сам рожает!
— Хорошо... — Чжоу Мянь, несмотря на бледность и боль, не сдержал слабой улыбки.
Картина Сесила с огромным животом была настолько абсурдной, что это действительно отвлекало.
Илун продолжал болтать с ним обо всякой ерунде, пытаясь сбить подступающую панику. Однако ближе к рассвету Чжоу Мяню стало совсем не до смеха.
— А-ах...
Чжоу Мянь резко выгнулся, его пальцы с хрустом вцепились в простыню.
— А... А-Мянь... ... Илун испуганно замер, растеряв всю свою напускную уверенность.
— Все... нормально... — Чжоу Мянь с трудом повернул голову, пытаясь ободрить друга. — Ты... можешь выйти, если страшно...
— Нет-нет-нет, я побуду здесь, с тобой, — Илунь сделал глубокий вдох и бросился помогать медсестре, подавая чистые салетки.
Чжоу Мянь до крови закусил нижнюю губу. Было невыносимо больно. Он прикрыл глаза, снова балансируя на грани обморока.
Ближе к утру врач скомандовал Илуню помочь приподнять пациента. Глаза принца вспыхнули. Вот оно! Началось...!
Чжоу Мянь сжимал зубами свернутую ткань, его кулаки побелели от напряжения, а медицинская рубашка на спине насквозь пропиталась потом. Илунь только потянулся, чтобы придержать его за плечи, как вдруг двери бокса с грохотом распахнулись.
— ...Я сам!
БАМ!
Все присутствующие в каюте ошарашенно замерли. Тяжелая дверь была буквально выбита ударом ноги. В проеме стоял высокий мужчина, тяжело дыша и опираясь ладонью о косяк:
— А-Мянь! Родил уже?!
Это был Сесил.
— Командующий...?! — Илун вытаращил глаза, не веря собственной памяти и зрению.
Сесил выглядел неописуемо дико: волосы растрепаны, форма в беспорядке, покрытая слоем копоти, пыли и грязи после многодневных боев на передовой. Добавьте к этому выражение абсолютного безумия и паники на лице — его запросто можно было принять за бродягу, ворвавшегося с улицы. Илунь официально моргнул, решил, что это галлюцинация.
— А-Мянь...! — Сесил был на все плевать. Он мчался назад как сумасшедший, в голове до сих пор все звенело от запредельных перегрузок корабля на максимальной скорости.
— О боже, командующий! Вам нельзя сюда без дезинфекции!
— Успокойтесь, господин генерал!
— Не подходите к маршалу Чжоу! Быстро, несите стерильный комплект и антисептик...!
Дежурившая в коридоре охрана и медсестры толпой кинулись в бокс, пытаясь скрутить ворвавшегося офицера. В каюте поднялся невообразимый гвалт. Илун, впервые видевший Сесила в столь беспомощном и паническом состоянии, не выдержал и прыснул со смеху.
Чжоу Мянь с трудом сфокусировал взгляд на беснующемся мужчине, которого удерживали несколько человек:
— Сесил...?
Неужели это правда он? Как он успел?
— А-Мянь! Мянь Мянь! Я здесь! — во всю глотку орал Сесил, прорываясь сквозь кордон медиков. — Не бойся! Слышишь, я вернулся! Я буду рядом, держись!
— Командующий Сесил... — удерживающий его начальник охраны уже не знал, смеяться ему или плакать. Мужчине всего-то нужно было обработать руки и накинуть халат, а он устроил такую драму, словно они прощаются навсегда перед лицом смерти.
Чжоу Мянь медленно моргал, глядя на своего мужа. Через мгновение на его бледных губах появилась мягкая, абсолютно счастливая улыбка.
— Хорошо...
Это был его Сесил. Он успел. Он прорвался к нему.
Боль, конечно, никуда не исчезла, но парень словно получил мощный заряд энергии. На душе мгновенно стало тепло и спокойно. Находясь в полузабытьи, Чжоу Мянь слабо приподнял руку, пытаясь нащупать его ладонь.
— Не волнуйся, — Илун с нежной улыбкой убрал влажные пряди волос со лба друга. — Сейчас его быстро обработают, и он придет.
Буквально через минуту Сесил ворвался обратно, уже облаченный в белый защитный костюм. Он пулей подлетел к кушетке, крепко обнял Чжоу Мяня со спины и устроил его голову у себя на груди, обеспечивая надежную опору.
— А-Мянь... Мянь Мянь... все хорошо, я тут, — мужчина уткнулся носом в его плечо и без умолку шептал на ухо: — Главное не паникуй, не паникуй...
Хотя по дрожащим рукам самого Сесила было очевидно, что паникует здесь исключительно он один. Но Чжоу Мяню от этого присутствия стало невероятно легко. На смену страху пришла абсолютная, безграничная уверенность.
— Я не боюсь.
В тот самый момент, когда первые лучи утреннего солнца прорезали темноту над горизонтом, Чжоу Мянь наконец-то родил.
Эта боль действительно оказалась за пределами человеческого понимания — разрывающая, дикая мука, которую невозможно заглушить. Даже стойкий Чжоу Мянь не смог сдержать громкого, отчаянного крика.
Но все закончилось благополучно. Парень был слаб, но полностью здоров, а новорожденный малыш тут же огласил палату мощным, звонким и чистым плачем. Он действительно был точной копией маленького львенка, явившегося в этот мир вместе с рассветом нового дня.
Пожалуй, после официального известия о союзе Сесила и Чжоу Мяня, это рождение стало самой прекрасной и радостной новостью для всей Федерации за последние годы.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/19109/4427285
Готово:
