Руки Дун Яо наконец освободились. Он встал на самую верхнюю ветвь священного дерева, одним пинком отбросил подползавшую змею и вытащил из кармана брюк спички.
Раздался чирк, и длинный бикфордов шнур вспыхнул.
Проявив чудеса ловкости, он заскользил вниз, цепляясь за ветви, и вскоре добрался до середины священного дерева.
— Хватит с меня этого, дальше не лезьте, вас заденет взрыв! — Дун Яо вытащил кинжал и принялся кромсать пестрых ядовитых змей, со всех сторон карабкавшихся наверх, а затем протянул руку, чтобы втащить спутника-хищника гробниц.
Однако многие уже были укусаны. В местах змеиных укусов остались лишь сочащиеся кровью точки. Дун Яо как раз тянул за руку какого-то юношу, как вдруг почувствовал, что его ладонь стала липкой до отвращения.
Приглядевшись, он заметил на шее парня следы от зубов: от двух кровавых дырочек в разные стороны расходились пугающие алые узоры. Не прошло и мгновения, как кожа юноши начала растворяться, обнажая мышцы, а межтканевая жидкость закапала вниз. Именно в эту желтоватую жизу и погрузились пальцы Дун Яо.
Парень был объят первобытным ужасом, его зрачки сузились до размеров игольного ушка, но он не мог даже издать крик. Его тело стремительно сжималось, кости ломались дюйм за дюймом, а мышцы непрерывно отваливались кусками.
Всего за несколько секунд некогда живой, здоровый мужчина превратился в багровый человеческий зародыш.
Это зрелище напрочь выходило за рамки здравого смысла. Все думали, что змеиный укус грозит лишь обычным отравлением, но змеи из башни Миншань были совершенно иными — казалось, они тоже подверглись какой-то модификации.
[Обновление бестиария: Возрастные змеи.]
[Возрастные змеи: священные создания, которым поклонялись жители царства Мин. Говорят, они — прислужники «Великого Существа», обладающие способностью возвращать людям молодость. Множество престарелых вельмож принесли бесчисленные жертвы, лишь бы ступить на алтарь и удостоиться этой чести. Но возрастные змеи — всего лишь продукт программирования, созданный «Великим Существом» в порыве сиюминутного каприза. Стоит генетическому коду возрастных змей соприкоснуться с человеческим, как человек и впрямь возвращается в эмбриональное состояние, однако это вовсе не значит, что жизнь начнется с чистого листа. Из плодов священного дерева вылупятся лишь новорожденные возрастные змеи.]
— Какого хрена?! — Дун Яо едва не лишился чувств. Наблюдать за столь жуткой метаморфозой вблизи — это оказалось слишком тяжелым ударом для его психики. И пусть он не боялся людей-змеек, этот синклит из красной кожи, скользкий и похожий на недоношенный плод эмбрион вызывал у него больше омерзения и ужаса, чем любое другое чудовище.
Рождение новой жизни должно быть священным, но превращение плоти взрослого человека в еще не до конца сформировавшийся комок мяса в утробе матери… У него просто не было слов, чтобы описать всю гнусность и тошнотворность этой сцены.
Эмбрион сорвался со священного дерева, и его бережно подхватила пасть поджидавшей змеи. Извиваясь, она подползла к одному из хрустальных плодов и поместила зародыш внутрь.
Дун Яо вдруг осенило: неужели каждый фрукт в этой золотой роще священного дерева появился на свет именно так?..
Чжо Юй находился на спине Лун Жжаня. Тот карабкался быстрее всех, поэтому, разумеется, тоже стал свидетелем разыгравшейся наверху сцены.
— Жертвоприношение… — прошептал Чжо Юй.
Весь этот лес был выращен на человеческих жертвах.
Он все гадал, что символизируют эти плоды-эмбрионы. Теперь же, вспомнив внешность людей-змеек и свет в конце туннеля, Чжо Юй неожиданно вспомнил одну теорию.
Говорят, люди, пережившие околосмертный опыт и возвращенные к жизни врачами скорой помощи, неизменно рассказывают, что видели длинный туннель, в конце которого сиял свет. Некоторые ученые считают, что это воспоминания, идущие из младенческого возраста.
Туннель — не что иное, как родовые пути, а свет в конце — это первое в жизни новорожденного сияние мира.
Чжо Юй внезапно прозрел: люди-змейки символизируют отчаянно борющиеся сперматозоиды, желающие опередить тебя, а в результате слияния со священным деревом победителю в этой гонке суждено превратиться в «эмбрион».
Первый этаж башни Миншань символизирует «рождение»!
— Держись крепче за меня. — Лун Жжань привязал себя к стволу дерева кожаным ремнем и развернулся, прикрывая Чжо Юя собой. В следующее мгновение бикфордов шнур взрывчатки догорел до конца.
Грохнул взрыв. Мощнейшая воздушная волна прокатилась по всему залу, взметая в воздух целые тучи змей. Чжо Юй почувствовал, что его внутренние органы сместились со своих мест, и это при том, что его защищали.
Осколки стен разлетелись во все стороны. Некоторым не повезло: обломки пробили им животы насквозь, других швырнуло оземь, где их мгновенно поглотило море разноцветных змей, превратившихся в безмозглых красных эмбрионов.
Первый этаж башни Миншань уже сократил численность отряда наполовину.
Чжо Юй с трудом выровнял дыхание, и Лун Жжань тоже пришел в движение. Он развязал фиксирующий его ремень: его правая рука была исполосована осколками и кровоточила, но он даже не поморщился. Взвалив Чжо Юя обратно на спину, он продолжил карабкаться вверх по священному дереву.
Там взрывом пробило огромную дыру, и второй этаж уже ждал их.
Дун Яо, находившийся ближе всех, нащупал руками край потолка и за счет силы рук закинул себя на второй этаж. Снизу донесся крик Ло Мушэна:
— Эй, на втором этаже опасно?
Однако никто ему не ответил…
Ситуация же была критической: змеи оправились от последствий взрыва и вновь собирались в кучу, карабкаясь по священному дереву. Оставшемуся в живых десятку с небольшим бойцов нельзя было дольше оставаться на первом этаже, пропитанном радиацией.
Опасно там или нет, а подниматься придется!
Лун Жжань совершил мощный прыжок и влетел в пролом в потолке.
Едва они оказались на втором этаже, снизу вновь донесся полный ужаса вопль: мутировавшие гибриды людей-змеек, яростно хлеща змеиными хвостами, начали карабкаться по священному дереву следом за ними. Причем передвигались они гораздо быстрее людей!
Ядовитые змеи подняться не могли, а вот люди-змейки — запросто.
Опустив Чжо Юя на пол, тот подполз к самому краю пролома и выглянул наружу. Он увидел, что люди-змейки уже настигли замыкавшего шествие бедолагу. Десятка два извивающихся змеиных хвостов разом обвились вокруг несчастного и целиком втащили его в пасть, раздаваясь влажным хрустом — чудовище пережевывало человечину, точно соковыжималка.
Но этого ему было мало.
Закусив человечиной, тварь вновь изменилась: чешуя на змеиных хвостах сошла, превратившись в самые настоящие щупальца, каждое из которых было усеяно загнутыми змеиными зубами и глазными яблоками, напоминая орудие пыток.
Лю Цзинъюнь в этот момент тоже поднялась на второй этаж. Она втащила Ло Мушэна и старика Циня, а также замыкавшего группу заведующего Ли Чуньнина — до того, как щупальца успели схватить Ли Чуньнина за лодыжку, оставались буквально доли секунды.
Огромный человек-змей тоже попытался проникнуть на второй этаж, но проем оказался слишком мал для его массивного тела. Тварь лишь смогла просунуть внутрь щупальца, а затем принялась со всего размаху биться туловищем о перекрытие, пытаясь расширить лаз.
Из всех выживших в живых осталось меньше десятка человек.
Чжо Юй с облегчением выдохнул. Кирпичная кладка оказалась прочной — даже взрывчатка пробила дыру размером всего с человека, так что человек-змей не сможет прорваться сюда быстро.
Оставив монстра в покое, он огляделся по сторонам.
Второй этаж башни Миншань кардинально отличался от первого. Здесь не было ни усеянного костями пола, ни светящихся радиевых бусин. Это место казалось до жути тихим и донельзя заурядным: голые черные кирпичи, полное отсутствие хоть какого-то декора — разительный контраст с роскошью нижнего яруса.
Второй этаж представлял собой пустое пространство.
Здесь не было абсолютно ничего.
Ло Мушэн, тяжело дыша, уперся руками в колени и выдал:
— Всё, больше не могу, это просто кошмар. Еще чуть-чуть — и я бы остался здесь навечно.
Зрители трансляции разделили его чувства в точности.
[Скажите, а с уровнем сложности тут всё в порядке? Это же какая-то жуткая мистика.]
[Даже если отправить сюда Лару Крофт, она бы тут и легла.]
[Бедные ученые… Даже если они выживут и хапанут радиации, вторая половина их жизни будет ужасна.]
[И что с ними будет?]
[У людей, подвергшихся радиационному облучению, клетки перестают регенерировать, так что они будут гнить заживо. Мучительнейшая смерть.]
[Это… это слишком жутко.]
[О чем вы вообще думаете? Это же просто NPC, в следующем видеоролике они опять воскреснут.]
[С чего это Дун Яо вдруг стал таким тупицей? Если бы он не задел этот фрукт, змеи бы ни за что не проснулись.]
[+1]
[Эй, а людям что, нельзя ошибаться хоть раз? Если бы он не накосячил, на что бы вы смотрели?]
[Лучше бы ругали Чжо Юя. Вы видели от него хоть какую-то пользу от начала и до конца? Дун Яо хоть потолок взорвал.]
[Когда тотализатор начнется? Поставлю на смерть Чжо Юя.]
В чате вспыхнула новая волна перебранки. В отличие от оживленных зрителей, на втором этаже башни Миншань воцарилась зловещая, почти мистическая тишина. Лишь глухие, настойчивые удары монстра нарушали покой этого огромного пространства.
— Период новорожденности миновал, теперь, судя по всему, идет детство. Но почему здесь пусто? — Чжо Юй слегка нахмурился и дернул Лю Цзинъюнь за рукав. — Разведай-ка обстановку…
Он не успел договорить, как звонкий голосок Лю Цзинъюнь оборвал его на полуслове:
— Ты кто такой?
Чжо Юй замер. Широко распахнув глаза, он обнаружил, что внешне Лю Цзинъюнь не изменилась, но ее взгляд… Взгляд взрослого человека сменился на чистый, наивный взор ребенка, да и вся ее манера держаться разительно отличалась от прежней.
— Ты…
— Где это я?! Неужели я попаданка?! — с наигранным испугом отпрыгнув на несколько шагов назад, она смотрела по сторонам глазами, полными смеси восторга и паники.
И она была не одна такая.
Ло Мушэн молча уселся на пол, безучастно озираясь по сторонам. Казалось, происходящее не вызывало у него особых эмоций — он лишь поправил очки и обхватил себя руками.
На сморщенном лице старика Ли Чуньнина тоже расцвело детское выражение, совершенно не вязавшееся с его дряхлым телом. Трогая кирпичи с наивным любопытством, он бормотал себе под нос:
— Это обсидиан? Или гранит? Как же хочется парочку себе в коллекцию.
Быть не может!
Чжо Юй почувствовал, как по спине пробежал холодок. Инстинктивно переведя взгляд на Лун Жжаня, он понял, что тот тоже изменился.
В глазах Лун Жжаня больше не читалось стремления защитить его — напротив, он смотрел на окружающих с предельнейшей настороженностью. От этого волчьего взгляда казалось, что стоит кому-то подойти ближе, как он тут же полоснет его ножом.
Да что здесь, к черту…
Дун Яо, поднявшийся на второй этаж первым, наконец подал голос.
Подойдя к Чжо Юю, он смерил его оценивающим взглядом с ног до головы, а затем зажал в зубах спичку и принял залихватский вид, скрестив руки на груди.
— Чего тут вообще стряслось, понятия не имею, но закурить найдется?
Дун Яо протянул руку к Чжо Юю и свистнул с вызовом:
— А ты ничего так. Пара есть?
Чжо Юй:……… Ты откуда такой вылез, малолетний хулиган?!
Он испытывал жесточайший испанский стыд, но сейчас было некогда смеяться над актером с лицом Ван Дачжи — до Чжо Юя наконец дошло истинное положение дел.
Впрочем, мыслить здраво он уже не мог: в голове шумело, рука Дун Яо двоилась и троилась в глазах. Спустя мгновение сознание прояснилось, и он почувствовал себя так, будто дурнота наконец отступила.
— Я еще несовершеннолетний, романы не кручу, — с улыбкой ответил Чжо Юй. — К тому же уродов не люблю.
Дун Яо: !!!
Инстинктивно схватившись за лицо, Дун Яо обнаружил на нем какую-то странную штуковину. Подцепив ее за край, он сорвал маску, явив миру свое истинное лицо.
Это было красивое, мужественное лицо, но рядом с Лун Жжанем даже самый привлекательный мужчина неминуемо померк бы.
— Что за хрень? — Дун Яо бросил маску на пол и пару раз от души пнул ее. — Мать твою, да где мы вообще находимся?
Чжо Юй тоже озадачился:
— А где мое кресло-каталка?
Однако отвечать им никто не спешил — единственным откликом служили лишь бившиеся в пролом щупальца. Похоже, чудовище застряло.
— Что это за хрень! — едва не взвизгнула Лю Цзинъюнь. Топнув ногой от злости, она подхватила с пола обломок кирпича и швырнула его в торчащую из пролома половину туловища человека-змея.
Один из археологов сидел на полу и горько ревел:
— Мама, я хочу домой!..
Чжо Юй подозрительно оглядел собравшихся. Все они взрослые люди, так почему же ведут себя хуже детей?
Он тоже поднял осколок камня и царапнул им палец поострее.
Боль была настоящей, выступила кровь — значит, не сон.
Он ведь находился в санатории в США, так как же в мгновение ока очутился в столь странном месте? Неужели он перечитал романов ужасов, и теперь его преследуют паранормальные явления?
Погодите-ка… Его руки что, стали больше?
И не только руки, одежда сидела совершенно иначе. Его тело никогда не было таким крепким, на руках не проступали мышцы — а теперь он словно обладал тренированным телом взрослого мужчины.
Подперев щеку с детским выражением лица, Чжо Юй попытался прикинуть, как расхлебывать текущие проблемы.
— Народ, прекратите балаган. Посмотрите на себя — вы случайно не выросли?
— Ой, правда! Я стала взрослой! — изумленно оглядывая собственные руки в темных боевых доспехах, восхитилась Лю Цзинъюнь. — Какая же я крутая.
— Сколько тебе лет? — спросил Чжо Юй.
— Мне пятнадцать.
— …Мне тоже. — Чжо Юй перевел взгляд на остальных. — А вам?
— Пятнадцать.
— И мне пятнадцать.
…Да уж, очевидно, творилось нечто из ряда вон выходящее.
Посмотрев на детей с лицами взрослых, Чжо Юй мысленно вздохнул:
— Что бы здесь ни происходило, прошу всех успокоиться. Лучше подумайте о том, что вашей жизни угрожает смертельная опасность.
Он вздохнул с умудренным видом старика:
— Монстр скоро прорвется сюда. У кого-нибудь есть идеи, как с ним справиться?
Ло Мушэн, до этого страдаврший затворничество, неожиданно проникся к Чжо Юю глубоким доверием. Чуть ли не впервые в жизни заговорив первым, он сам удивился своей смелости:
— У меня есть план.
— Выкладывай.
Суховатым, методичным тоном Ло Мушэн произнес:
— Смотрите: мы все оказались здесь внезапно и превратились во взрослых. С нашей точки зрения это очень похоже на попаданчество, но мне кажется, что мы, взрослые, столкнулись с какими-то событиями, откатившими наш разум к пятнадцатилетнему возрасту.
Чжо Юй кивнул:
— Я придерживаюсь того же мнения.
— А раз мы способны находиться в столь опасном месте, значит, кой-какими навыками мы все-таки обладаем. — Ло Мушэн указал на Дун Яо и Лун Жжаня. — У этих двоих развитая мускулатура, сразу видно — люди тренированные, руки держат оружие уверенно. Наша память может подвести, а вот мышечная память — вряд ли.
Он подобрал камень и швырнул его в Лун Жжаня.
Тот рефлекторно выхватил нож и отбил камень одним плавным, безупречно точным движением.
— Я понял твою мысль. — Чжо Юй улыбнулся так, будто наконец нашел собеседника по душе.
Ло Мушэн тоже попытался улыбнуться, но вышло несколько деревянно и неуклюже. Сняв с себя снаряжение, он свалил в кучу оружие и все полезные приспособления, пододвинув их к Лун Жжаню и Дун Яо:
— Основная ударная сила — вся надежда на вас.
Однако Лун Жжань, до этого неустанно оберегавший Чжо Юя, словно переменился в лице. Узкими фениксоподобными глазами глядя на протянутый Ло Мушэном нож, он процедил сквозь зубы:
— С какой стати мне вас спасать?
И впрямь: пятнадцатилетний Лун Жжань прошел через ад жестких тренировок. Буквально за секунду до перемещения его использовали в качестве живой мишени на бирманской границе, и выжить в том аду ему удавалось только за счет изнурительных побегов по джунглям.
Он никому не доверял.
Дело принимало дурной оборот — похоже, этот товарищ сотрудничать не собирался.
Моргнув своими прекрасными миндалевидными глазами, Чжо Юй решил пустить в ход свое тайное оружие. Разве мог какой-то взрослый устоять перед его взглядом?
— Но мы же совсем не умеем драться, вся надежда только на тебя. — Голос Чжо Юя звучал невероятно мягко. Он смотрел на Лун Жжаня влажными от слез глазами, в которых читались мольба и легкое кокетство — ни дать ни взять невинный ребенок, а вовсе не хладнокровный демон-убийца из прошлого подземелья.
Встретившись с ним взглядом, Лун Жжань тут же попался на крючок.
— Невеста… — нахмурившись, озадаченно пробормотал он.
— Что ты сказал? — не расслышал Чжо Юй.
Странно глянув на Чжо Юя, Лун Жжань глубоко вздохнул, отвернулся и сквозь зубы бросил:
— Ладно, хватит на меня так смотреть. Я согласен.
К своему изумлению, Чжо Юй заметил, что этот красавчик покраснел.
И выглядело это донельзя очаровательно — впервые он видел столь утонченную внешность, перед которой меркли любые кинозвезды. Интересно, а не взять ли у него номерок после того, как все закончится?..
Чжо Юй поймал себя на мысли, что этот парень обладает для него какой-то необъяснимой притягательностью, и ему стало любопытно.
Дун Яо тем временем люто бесился, чувствуя себя обделенным вниманием — ведь он тоже входил в ударную группу!
Почему-то его это задевало за живое.
Выплюнув спичку, он тоже поддержал предложение Ло Мушэна:
— Была не была, кто не рискует — тот не пьет шампанское! Какая-то тварь меня напугает? Я в драках еще ни разу не проигрывал!
Хотя в глубине души пятнадцатилетний подросток при виде жуткого чудовища все-таки испытывал страх, очкарик был прав: если не прикончить монстра, им всем конец.
А ведь ему завтра сдавать итоговые экзамены!
Если он завалит экзамен, мать снова оттаскает его за уши… Впрочем, еще вопрос, увидит ли он ее вообще когда-нибудь.
Ло Мушэн кивнул:
— Отлично. Давайте составим план.
Заметив, что Чжо Юй не может ходить, он сам пересел поближе к нему:
— Что думаешь?
Наблюдавшая за этой сценой со стороны Лю Цзинъюнь поймала себя на странной мысли:
Какая же он Чжо Дацзи.
Тряхнув головой, чтобы выбить из нее эту дурь, она тем не менее поймала себя на непреодолимом желании подсесть поближе к Чжо Юю. Черт побери, она же сама из его команды, с чего это остальные тут вьются!
Она чувствовала себя так, будто ее собственную сочную капустку попыталась сожрать какая-то свинья — злость так и кипела.
Погодите-ка, а знакома ли она вообще с этим симпатичным парнем?
Чжо…
У Лю Цзинъюнь заболела голова.
— Эта тварь смахивает на змею, а чего змеи боятся? — озадаченно протянул Ло Мушэн. — Слабых мест у нее, кажется, нет…
— Нет, — покачал головой Чжо Юй. — Слабое место змей — дальность атаки. Она быстрая, но бьет броском, то есть ее радиус ограничен длиной тела. Если держаться за пределами досягаемости ее длины, атаковать нас она не сможет.
— Логично.
Обладавший железной дисциплиной Лун Жжань, услышав их слова, молча подобрал нож и направился к монстру.
Оценив обстановку:
Чудовище застряло в проломе, орудуя щупальцами верхней части туловища в радиусе примерно трех метров. Шагнув в опасную зону, он заставил остальных испуганно закричать, призывая его остановиться.
Но Лун Жжань и не думал останавливаться.
Он занял позицию на самой грани — монстр едва касался кончиков его ботинок.
Взмах ножа, и глухой звук рассекаемой плоти возвестил о том, что усеянное шипами щупальце отсечено. К своему изумлению, парень понял, что повзрослевший он обладал просто невероятной физической силой.
Глаза Чжо Юя загорелись:
— Придумал! У вас же в отряде у всех одежда либо для выживания, либо археологическая — проверьте-ка, нет ли паракорда.
Хотя никто ничего не понял, народ принялся рыться в карманах, и паракорд действительно нашелся.
Чжо Юй мысленно поблагодарил себя за привычку читать книги. Он знал, что туристы и выживальщики всегда носят с собой паракорд, ножи и прочий скарб. Взяв у Ло Мушэна веревку, он намертво привязал ее к рукояти ножа.
Ощутив прилив сил в руках, Чжо Юй закрутил нож на манер ковбойского лассо и швырнул его прямо в то место, где у монстра находилось что-то вроде глазного яблока.
Раздался влажный чавкающий звук — острый кинжал выбил глаукому чудовища, заставив его испустить жуткий визг и съежиться от боли.
Резко дернув за веревку, Чжо Юй вернул нож в руку.
— Как же это увлекательно! Значит, вот каково это — лопающиеся глаза? — Широко распахнув миндалевидные глаза, Чжо Юй наслаждался моментом с поистине маньячным восторгом.
— Грех упускать такую возможность, давайте поиграем еще во что-нибудь. — Накручивая веревку на палец, он произнес: — Я как раз подумывал написать роман ужасов. Интересно, сильные монстры перед смертью тоже рыдают навзрыд?
Остальные смотрели на Чжо Юя с суеверным ужасом, но Ло Мушэн лишь кивнул:
— Какие ценные данные.
Лю Цзинъюнь, похоже, тоже заразилась их настроем. Страх перед монстром улетучился, ведь она понимала: если не прикончить тварь сейчас, когда та прорвется, они все погибнут.
Подражая остальным, она тоже принялась швырять в человека-змея ножи. Тварь завизжала от боли, истекая кровью, будто ее резали на кусочки.
Лун Жжань тем временем стоял рядом с чудовищем, пытаясь отыскать его уязвимые места вроде сердца или мозга. Но монстр был донельзя уродлив, человеческих очертаний в нем не осталось, и где прятались жизненно важные органы, было не разобрать — оставалось лишь кромсать его кусок за куском.
Бедный человек-змей, еще минуту назад так гордо рвавшийся на второй этаж за человечиной, теперь был беззащитно разобран на куски группой подростков. Зрелище было поистине жалким.
Лун Жжань слегка отвлекся, и его движения стали механическими.
Он думал о юноше с красивыми миндалевидными глазами.
С самого детства Лун Жжаню снился один и тот же сон: во сне он был вовсе не человеком, а неким существом, средним между драконом и змеей — отсюда и его имя (настоящее его имя — Лун Жань).
Затаившись в тени, он наблюдал за древним алтарем, на котором стоял массивный гроб.
Но предназначался он вовсе не для мертвецов — он прекрасно знал, что лечь в этот гроб означало удостоиться высшей из возможных для человека почестей.
Юноша в археологической форме шел вперед, ведомый его зовом, пока наконец не улегся в саркофаг, закрыв глаза.
Это была его невеста.
Он явился в этот мир лишь ради того, чтобы отыскать свою невесту.
Он ждал уже тринадцать тысяч лет.
Лун Жжаню казалось, что его разум вот-вот сольется с сознанием этого змееподобного создания, но стоило ему попытаться разглядеть лицо в гробу, как сон рассеивался, выдергивая его из долгого наваждения.
Однако теперь.
Лун Жжань был твердо уверен: он нашел его.
— Свою невесту.
http://bllate.org/book/18901/1847774
Готово:
