Как это почему нельзя?! — Чэнь Жоюй тут же разволновался, услышав это. — Я считаю, что можно. Кто сказал, что обязательно нужно жениться? Пить вино и болтать со своим хорошим братом, разве не здорово так прожить всю жизнь?
Услышав это, Юэ Хаоцин с усмешкой посмотрел на него и ничего не ответил.
Заметив, что тот молчит, Чэнь Жоюй сглотнул сжав зубы и с некоторой спешкой спросил:
— А что ты думаешь? Чего хочешь ты?
— Что значит — что я думаю?
— Ты хочешь жениться и завести детей?
— Тоже нет. По крайней мере, сейчас у меня нет таких мыслей, а о будущем поговорим потом. В конце концов, никто не знает, встретит ли он своего суженого или суженую.
— Но Хаоцин, я... — Чэнь Жоюй не успел договорить, как его прервал чересчур наигранный кашель.
Оба вздрогнули и повернули головы. Возле двери стоял Шэнь Чжайсин, зажав в зубах травинку, с выражением лица ревнивого мужа, который застал жену с любовником.
— Ого, а наследный принц всё еще не ушел. Уже так поздно, почему бы тебе не вернуться в свои покои вместо того, чтобы околачиваться здесь?
Чэнь Жоюй нахмурился, глядя на вальяжно входящего Шэнь Чжайсина. Он перевел взгляд на Юэ Хаоцина: что это значит? Они что, живут вместе?
— Ты чего опять приперся? — Юэ Хаоцин нахмурился, стоило ему увидеть развязный вид Шэнь Чжайсина.
— С чего это мне нельзя приходить?
— Это мой дом! — разозлился Юэ Хаоцин. — Ты думаешь, это проходной двор? Приходишь, когда вздумается!
— Но у меня всё еще болит рука, — сказал Шэнь Чжайсин и плюхнулся на стул. — Ты же не можешь просто бросить меня?
Стоило Шэнь Чжайсину снова завести песню о своей руке, как Юэ Хаоцин вышел из себя. Весь сегодняшний день он наблюдал за ним, но тот ни разу не пожаловался на боль в руке — почему же она заболела именно сейчас?
— Господин Шэнь, что с вашей рукой?
— Пострадал, спасая маленького господина Юэ.
— Почему ты мне ничего не сказал? — Чэнь Жоюй тут же нахмурился. — Вы что, получили ранения на задании? Ты не пострадал?
— Я в порядке.
— Выходит, маленький господин Юэ не рассказал Вашему Высочеству, куда мы ходили в ту ночь? — Шэнь Чжайсин прекрасно знал, что Юэ Хаоцин промолчит, но всё равно нарочно провоцировал его.
Услышав это, Чэнь Жоюй нахмурился еще сильнее:
— Хаоцин, куда вы ходили?
— Я... — Юэ Хаоцин поджал губы, не зная, как ответить.
— Ваше Высочество, лучше не спрашивайте. Есть места, куда вам нельзя ходить и о которых нельзя знать, но почему-то я о них знаю, — с победным видом произнес Шэнь Чжайсин и закинул ногу на ногу.
При виде этого самодовольного выражения в груди Чэнь Жоюя словно вспыхнул огонь. Сжав зубы, он повернулся к Юэ Хаоцину, ожидая, что тот заговорит.
Но Юэ Хаоцин, конечно же, не мог просто так рассказать о Сыхэюане. В конце концов, там обитало много необычных людей, и чем больше кто-то знал, тем опаснее это было.
Заметив, что Юэ Хаоцин упорно молчит, в глазах Чэнь Жоюя промелькнула боль. В гневе он поднялся на ноги, схватил лежащую рядом одежду, кое-как натянул ее и решительно зашагал прочь.
— Ваше Высочество! — Юэ Хаоцин в испуге окликнул его: — Куда вы собрались?
Разве император не выгнал его? Куда он теперь сможет пойти?
— Не твое дело! — гневно бросил Чэнь Жоюй и ушел, не оглядываясь.
— Ваше Высочество! — Юэ Хаоцин хотел броситься за ним, но Шэнь Чжайсин схватил его за запястье и резко дернул обратно: — Ты куда собрался?
— Шэнь Чжайсин, какого черта тебе нужно?! — гневно посмотрел на него Юэ Хаоцин. — Какого хрена ты вечно лезешь куда не просят?!
— Это я лезу? — возмутился Шэнь Чжайсин. — Куда это я лезу? Что такое? Я помешал тебе шептаться с Чэнь Жоюем, мешаю вам ворковать друг с другом, да?
— Что ты несешь?!
Этот безумец, он и сам, похоже, не понимал, что говорит.
— Во всяком случае, мне плевать. — Шэнь Чжайсин не хотел выражаться слишком резко, чтобы ненароком не расстроить Юэ Хаоцина, поэтому отвернулся, вылитый капризный ребенок, дующий губы. — Тебе запрещено бегать за ним.
— У Вашего Высочества нет места, куда он мог бы пойти, — с досадой произнес Юэ Хаоцин.
— В императорском дворце столько места, с чего бы ему некуда было пойти?
— Здесь замешано много такого, о чем ты не знаешь.
— Чего-то я действительно не знаю, но всё равно — мне плевать, бежать за ним запрещено!
Юэ Хаоцин понятия не имел, откуда у Шэнь Чжайсина хватило наглости приказывать ему. Церемониться с ним он не стал, бросил на него сердитый взгляд и зашагал вперед.
— Я же сказал, тебе нельзя идти! — Шэнь Чжайсин рассвирепел, видя, что тот его не слушает. Он схватил Юэ Хаоцина за руку и с такой силой дернул на себя, что того отбросило в сторону.
Сделав несколько шагов назад, Юэ Хаоцин с трудом удержал равновесие и ошеломленно поднял голову:
— Шэнь Чжайсин!
— Я не со зла, — заметив злость на лице Юэ Хаоцина, Шэнь Чжайсин тут же сбавил тон и поднялся со стула.
— Ты подраться захотел? — сурово прикрикнул Юэ Хаоцин, нащупывая обернутый вокруг талии длинный хлыст. — Если хочешь драться, так валяй! Неужто я, твой отец, тебя испугаюсь?
— Да не хочу я с тобой драться, — обиженно протянул Шэнь Чжайсин.
— Если не хочешь драться, то чем ты занимаешься всё это время? Без всякой причины приходишь цепляться ко мне, раз за разом переходишь мои границы — неужели ты всерьез думаешь, что я не посмею тебя отлупить? Если ты продолжишь меня провоцировать, пеняй на себя!
Он терпел его ради того, что тот служил в Цзиньивей, и не хотел ввязываться в лишние разбирательства, но этот наглец вел себя всё бесстыднее.
— Да нет же, — услышав это, Шэнь Чжайсин почувствовал, как у него зашумело в голове. Он схватился за шею, упер руки в боки и посмотрел на него с абсолютным неверием: — Только не говори мне, что ты думал, будто всё, что я делаю ради тебя — это попытки тебя спровоцировать?
— А как же иначе? — Юэ Хаоцин сердито вытаращил глаза. — Если ты не пристаешь к другим, почему цепляешься именно ко мне? Не потому ли, что тебе до сих пор обидно, когда я связал ваших людей?
— Но Шэнь Чжайсин, ты же мужчина! Если ты бросишь мне вызов, и я, Юэ Хаоцин, его не приму — значит, я трус. Но использовать такие жалкие мелкие уловки — разве это не слишком низко?
— Да послушай ты, Юэ Хаоцин! — Шэнь Чжайсин одновременно разозлился и готов был рассмеяться. Он сделал шаг вперед, но Юэ Хаоцин тут же настороженно отступил.
— Чего ты пятишься?! — вскипел Шэнь Чжайсин, видя, как тот от него шарахается. — Разве я могу тебя съесть?
— Шэнь Чжайсин, какого черта тебе от меня нужно?!
— А как по-твоему, что мне нужно? — сжав зубы, прорычал Шэнь Чжайсин. — Такой умный человек, почему ты в такие моменты становишься таким тупицей?
— Ты думаешь, я таскаюсь за тобой, хожу по пятам как собака, и независимо от того, хмуришься ли ты, прогоняешь меня или игнорируешь, я везде следую за тобой только для того, чтобы задирать тебя?
Услышав это, Юэ Хаоцин прищурился и промолчал, тем самым признавая его правоту.
http://bllate.org/book/18881/1843911
Готово:
