Хань Цинъюй выглядел ледяным, а его нетерпение в глазах казалось почти осязаемым.
Е Чуаньшу невольно отступил на полшага, на этот раз испытав самый настоящий испуг. Конечно же, его предложение расстаться было лишь уловкой, чтобы добиться своего: он просто ждал, пока подонок-атака бросится возвращать его. И подонок-атака действительно заявился на романтическое шоу, что одно время заставило Е Чуаньшу поверить, будто его ждет скорый взлет к вершинам славы.
Кто бы мог подумать, что отношение подонка-атаки не изменится ни на йоту? Он совершенно не был похож на персонажей из романов в жанре крематория чувств, которые лютуют от ревности, крутятся вокруг своей пассии и изо всех сил пытаются угодить и избавиться от холодности.
Прошел целый день, а от тех прекрасных картин, что он себе нафантазировал, не было и следа. Напротив, поведение подонка-атаки и пушечного мяса-атаки становилось все более странным. Что же в конце концов пошло не так?
Увидев, что Е Чуаньшу ошеломленно застыл и не может вымолвить ни слова, Хань Цинъюй безэмоционально бросил: «У меня здесь дороги назад нет», — взмахнул плащом и с лихим видом повернулся, чтобы уйти.
Хань Цинъюй про себя подумал: признайтесь, круто ли я сейчас выгляжу?
【Обнаружено, что ваша аура властного президента успешно запугала ключевого персонажа сюжета. Образ подонка-атаки значительно укреплен, значение подонка-атаки +5!】
Система дала утвердительный ответ в виде награды, и Хань Цинъюй мысленно возликовал: так-то оно правильнее! Он ни за что не поверил бы, что какой-то там властный президент вдруг сойдет с ума и начнет безумно преследовать мужчину, которого раньше даже в грош не ставил, разве что рассудком повредился. Если бы он действительно действовал по сценарию, ранее предписанному Системой, то, по мнению Хань Цинъюя, этого персонажа стоило бы назвать не подонком-атакой, а скорее прилипчивой дворнягой.
В прекрасном расположении духа Хань Цинъюй наконец отыскал под деревом, увешанным крошечными лампочками, прозрачную стеклянную бутылку со своим именем, и мягкий желтый свет отразил внутри знакомую пожелтевшую записку.
Он вытащил деревянную пробку, выудил оттуда бумажку и пересчитал — их оказалось целых пять штук! Выходит, кроме него самого, записки ему не написали только два добрых человека?
На мгновение он даже потерял дар речи: что происходит с этими пятью гостями? Разве это не чистой воды баловство? Неужели они так боятся, что зрители не смогут свести его в пару? Или дело в том, что его отношение было настолько скверным, что они объединились, чтобы отомстить ему?
С тяжелой головой сжимая в руке бутылку с посланием, Хань Цинъюй даже не стал внимательно читать записки — ему вовсе не улыбалось подвергаться вторичной травме от этих ядовитых слов. В конце концов, на этапе монтажа в финальную версию шоу все равно напрямую вставят крупные планы записок.
Его сердце было разбито, но при этом приходилось держать спину прямо и принимать позу властного президента — до чего же это тяжело.
По дороге обратно он встретил нескольких участников, но ни одному из них не подарил доброго взгляда, лишь холодно кивнул. Все эти люди сейчас были его врагами, и ему следовало держаться от них на расстоянии.
Заметив напоследок, что Се Кай сидит один у кромки прибоя и, глядя на море, изображает меланхолию, Хань Цинъюй и вовсе прошел мимо, глядя прямо перед собой и приняв неприступный вид: «Хм, а я-то поначалу возлагал на тебя большие надежды! Кто бы знал, что именно ты, парень, — моя главная скрытая угроза!»
Вспомнив, как Се Кай раз за разом рушил его грандиозный план по разрушению чужих пейров, Хань Цинъюй в одностороннем порядке объявил, что больше не считает этого человека хорошим другом.
Се Кай и так ждал Хань Цинъюя, поэтому, когда тот прошел мимо безмолвно, а его отношение оказалось куда более отстраненным, чем днем, он почувствовал нечто вроде предчувствия.
Он повернулся и направился за Хань Цинъюем, но тот вдруг ускорил шаг — было очевидно, что он пытается увеличить дистанцию между ними.
— Господин Хань, сегодняшние съемки уже завершились, — мягко напомнил Се Кай, опуская взгляд.
Шаги Хань Цинъюя слегка замедлились, и он вдруг почувствовал легкую обиду. Почему никто ему об этом не сказал? Иначе он бы не стал всю дорогу выпрямлять спину ради поддержания имиджа — это ведь жутко утомляет.
Нет, погодите, сейчас не это главное. Он ни за малейшую цену не собирался обращать внимание на этого заклятого врага. Хань Цинъюй снова напустил на себя суровый вид, занес ногу, собираясь продолжить путь, как вдруг услышал голос Се Кая:
— Господин Хань, прямая трансляция съемочной группы завтра начинается в десять. Если завтра вы не захотите вставать рано, я принесу вам поесть.
Этот парень снова решил применить тот же трюк? Неужели он думает, что он снова на это купится?
— Не нужно, — фыркнул Хань Цинъюй носом.
Ишь чего удумал, принял его за какого-то обжору! Он круглый год привык вставать поздно, и пропустить завтрак для него — сущие пустяки.
Се Кай вовсе не выглядел обескураженным и невозмутимо произнес:
— Подойдет ли блинчик с сыром и ветчиной? Если вы любите китайские завтраки, я умею готовить яичные блинчики, жареные палочки из теста, рисовые лепешки…
Хань Цинъюй с трудом сглотнул слюну. Ого! Неужели Се Кай до того, как стать режиссером, учился в кулинарной школе?
Вообще-то, в словах Е Чуаньшу была доля правды: он действительно испытывал некоторое любопытство. С той самой встречи на съемочной площадке Се Кай и впрямь вел себя с ним как-то необычно. Неужели и правда ради мести Су Е?
Тогда ему оставалось лишь сказать: «Брат, ты явно адресом ошибся. Присмотрись повнимательнее, к этому моменту ты уже должен был заметить, что между мной и Су Е ничего общего».
Он повернулся и прямо посмотрел на Се Кая:
— Сегодня вечером Су Е и Е Чуаньшу приходили ко мне один за другим, и оба по одному и тому же делу. Знаешь ли ты, что это за дело?
Не ожидав, что Хань Цинъюй задаст вопрос столь прямолинейно, Се Кай на мгновение замолчал, а затем глухо произнес:
— Кое-что я могу догадаться.
Не иначе как очернить его чувства и оклеветать его в корыстных помыслах. Он знал, что страдает несбыточными мечтами, и расстояние между ним и Хань Цинъюем было глубже, чем пропасть между небом и морем. Просто он был не в силах сдержать свое стремление приблизиться к Хань Цинъюю и сделать ему хоть немного лучше.
Единственным его тайным, невысказанным чувством было то, что он до глубины души завидовал прошлому Су Е и Е Чуаньшу с Хань Цинъюем, и от одной мысли об этом у него возникало непреодолимое желание уничтожить их обоих.
Се Кай опустил голову, пряча темный блеск в глазах, и тихо сказал:
— Я не знаю, как доказать свою искренность. Если господин Хань мне не доверяет…
В его голове промелькнули какие-то картины, и, подняв взгляд, он испуганно-просительно произнес:
— Тогда накажи меня приготовлением ужина для тебя целый месяц.
Хань Цинъюй был настолько шокирован, что утратил всякий контроль над лицом, а его глаза округлились:
— Что все это значит? За кого ты меня принимаешь? Неужели я тот, кого можно купить парочкой ужинов?
— Каждый день меню будет разным, — снова повысилставки Се Кай.
Хань Цинъюй слегка кашлянул:
— Ужин, о котором ты говоришь, надеюсь, не будет состоять всего из одного блюда?
— Три блюда и один суп, подойдет?
На двоих три блюда и один суп — вообще никаких проблем. Но Хань Цинъюй не хотел соглашаться слишком быстро, чтобы не выглядеть так, будто он только этого и ждал. Он сдержанно протянул:
— Ну, об этом мы еще поговорим.
Се Кай вдруг почувствовал, как его грудь снова наполняется решимостью, и тихо произнес:
— Угу.
Ночной морской бриз на острове приносил прохладу. В десять часов вечера Хань Цинъюй, уже совершив простые водные процедуры, лежал, закинув ногу на ногу, в довольно просторной палатке и с наслаждением играл на своем супер игровом смартфоне, одновременно наблюдая через систему за трансляцией только что вышедшей сокращенной версии «Одиноких мужчин».
Ой, нет, он проверял эффективность программы для шоу — в конце концов, он же трудяга-президент, всецело преданный работе, разве не положено за это выдать хоть капельку значения подонка-атаки?
Шоу начиналось с того, как каждый участник добирается до острова на разном транспорте. Материал о поездках восьми гостей был искусно смонтирован воедино, а фоновая музыка добавляла нужного настроения, создавая атмосферу появления главных героев из блокбастера. Эффект получился действительно потрясающим, судя по тому, как экран пестрил сообщениями: «Какой красавец!».
Далее следовало содержание их сегодняшней прямой трансляции, однако кадры были отобраны заново и не полностью совпадали с тем, что шло в эфире: добавили общих планов и крупных ракурсов.
Увидев пару моментов, Хань Цинъюй искренне изумился. В те минуты он, кажется, просто витал в облаках, но после увеличения в кадре создавалось впечатление, будто его взгляд наполнен глубоким смыслом.
Режиссер также выполнил указание директора Хань и сохранил сцены, где Хань Цинъюй дерзит остальным. В конце концов, Хань Цинъюй не боится критики, напротив — лучше бы зрители вообще не впутывали его ни в какие пейринги.
И тут же его ранило шквалом комментариев на экране: «Какая прелесть, будьте вместе!».
Уважаемые зрители, дорогие друзья, шипперить тоже нужно по базовым законам! В тот момент он менялся с Су Е палаткой намеренно, чтобы держаться от него подальше. Как можно ухитриться шипперить людей при таком натянутом взаимодействии? И что это за чертовщина — «ночь на двоих»?!
Более того, нашелся даже тот, кто принялся строчить «Цинь и Ци» лишь потому, что он обронил всего одну фразу в разговоре с Чжоу Циянем — просто за гранью абсурда.
Но чего он никак не ожидал, так это того, что еще больший абсурд ждет его впереди.
На этапе интервью шестеро из семи остальных участников назвали его самым привлекательным и запоминающимся. Конечно, это вполне естественно — виной всему его неукротимое очарование. Но какую чушь нес Се Кай?!
«У меня были рабочие контакты с господином Ханем, он оказал мне огромную помощь... Да, я действительно пришел на шоу из-за него».
А-а-а! Почему этот парень выкладывает все подряд, что бы ни спросил режиссер?! Хотя все сказанное им — чистая правда, это же донельзя провоцирует недоразумения!
Глядя на спокойное лицо Се Кая на экране и слушая его непринужденный, естественный голос, Хань Цинъюй постепенно оцепенел, внезапно осознав: дело пахнет керосином.
И точно, лента комментариев уже разразилась безудержным весельем.
【Крутой парень и дерзкий король были знакомы еще до шоу! Не зря же они так любовно переглядывались во время представлений, старые возлюбленные подтверждены на сто процентов!】
【Вот почему он раньше вообще ни с кем не общался! Оказывается, он пришел сюда ради него одного. Что за невероятная, прекрасная любовь, да я просто умру от слез!】
Хань Цинъюй чувствовал, что от слез сейчас умрет он сам. Он защищался от всего на свете, но в итоге не уберегся ни от чего. Мало того, что пейринги цвели пышным цветом повсюду, так еще и созданный им лично щит от назойливого внимания в первый же выпуск шоу нанес ему удар в спину. Что за трагедия человеческого масштаба!
То-то же, то-то же Се Кай сам вызвался понести наказание — оказывается, он поджидал его именно здесь. До чего же коварны эти городские интриганы!
Из-за сильнейшего шока Хань Цинъюй сыграл в игру хуже обычного и закономерно потерпел сокрушительное поражение. Окинув себя назад, он уставился прямо в потолок палатки, чувствуя, как жизнь становится все более бессмысленной.
Смотреть на это больше не было сил, но этот выпуск шоу еще не закончился. Система все так же усердно продолжала трансляцию, в комментариях творился полный бардак из самых разных пейрингов, и вокруг царило оживление.
Наконец наступила последняя кульминация — та часть, где гости разыскивали бутылки с посланиями.
Участники получали анонимные записки, но в самом шоу авторов каждой записки с симпатией раскрывали напрямую, причем этот фрагмент смонтировали настолько полно неожиданных поворотов, что зрителям пришлось пережить немалые эмоциональные качели.
Записки с симпатией, полученные Хань Цинъюем, были от Цинь Сяо, Стива, Су Е, Чжоу Цияня и Се Кая — это он примерно и так предполагал. Но кто бы мог подумать, что оставшиеся Ян Фань и Е Чуаньшу написали свои записки Се Каю!
Ян Фань вместе с Се Каем готовил еду, так что испытывать к нему симпатию вполне нормально. А Е Чуаньшу, который явно жаловался ему на Се Кая, на самом деле написал записку с симпатией именно ему! Скорость смены выражений лица просто поражает — недаром он профессиональный актер.
Хань Цинъюй цокнул языком от удивления и увидел, как в центре экрана появляется анимированная открытка, на которой красовался в точности текст записки, написанной Се Каем для него:
«Завтра господину Ханю снова предстоить потрудиться на заданиях, в паре с тобой работать очень приятно».
【Тайное признание долетело до небес, а при личном общении сплошные вежливости. Друзья, пишите в чате: брат Се — трус!】
【У автора предыдущего комментария навык смыслового чтения хромает. Пишется «господин Хань», читается «жена». Такой крутой и суровый парень, как Се, с первого взгляда производит впечатление чистокровного девственника — нужно учиться глубже копать его сокрытые тайные мысли.】
【Я просто в голос ржу, неужели такой красавчик до сих пор девственник? Вы еще верите тому, что показывают в шоу, вы что, ученики младшей школы?】
Хотя слова, написанные Се Каем, были совершенно обычными, едва бросив беглый взгляд на шквал комментариев, Хань Цинъюй углядел там сплошные пошлые намеки. Он тут же выключил телефон и с бесстрастным лицом натянул одеяло с головой.
Больше он на это смотреть не будет. Зрители нынче пошли никуда не годные.
http://bllate.org/book/18609/1791825
Готово:
