Ему уже осточертели такие женщины: помоги им раз — и они тут же цепляются за тебя под предлогом благодарности. Если бы не то, что тот здоровяк в трактире выглядел настолько мерзко и отвратительно, он бы и пальцем не пошевелил!
* * *
Однако неожиданно оказалось, что та девушка весьма любопытна: она даже не удостоила его взглядом. Хе-хе… На этот раз он спустился с горы, чтобы найти «её», а вместо этого повстречал такую интересную особу…
По дороге Мо Цюнъянь и Би Юй мчались во весь опор обратно в Секту Небесного Яда — обе сильно волновались. Всего прошло пять дней с её отъезда из столицы, и два дня она уже была в пути, когда позавчера к ней прилетел голубь с посланием от Старейшины Небесного Покровителя: Секту Небесного Яда вновь атаковала Секта Кровавой Ярости!
На этот раз все в Секте Небесного Яда, посчитав, что противник осмелится напасть лишь единожды и не станет повторять нападение так скоро, расслабились: одни лечили раны, другие устраняли последствия боя. Поэтому при новом внезапном нападении потери оказались куда тяжелее, чем в прошлый раз. Это привело Мо Цюнъянь в ярость.
Проклятый Сюэша наверняка заметил во время первого вторжения, что её нет в секте, и решил воспользоваться отсутствием хозяйки, чтобы нанести ещё один удар. Чёрт побери!
Хм! На этот раз, вернувшись, она обязательно преподаст этому Сюэша урок — пусть знает, что Небесная Владычица Яда, глава Секты Небесного Яда, не так-то проста!
— Э-э-э…
Проезжая мимо леса, пропитанного обширными пятнами крови, Мо Цюнъянь резко осадила коня. Воздух был насыщен густым запахом крови, и её брови слегка нахмурились.
Здесь совсем недавно произошла жестокая бойня, и погибло немало людей: кровь ещё не успела потемнеть и засохнуть, а неподалёку виднелась свежая насыпанная куча земли — явно могила, вырытая тем, кто перебил всех, с помощью внутренней силы.
— Кто бы это мог быть? — тоже заметила Би Юй. — Этот человек должен обладать высоким мастерством, раз после столь ожесточённого боя у него ещё хватило сил, чтобы закопать тела.
— Думаю, это та самая женщина в белом с повязкой на лице, о которой говорили в трактире, — тихо сказала Мо Цюнъянь. Она так решила, потому что уловила в воздухе едва уловимый, тонкий аромат духов — запах, характерный для женщин. Если бы не её медицинская подготовка и чрезвычайная чувствительность к запахам, она бы его и не заметила. Но этот аромат, хоть и был почти неощутим, точно принадлежал женщине.
— Поехали, заглянем в ближайшую деревню, — неожиданно сказала Мо Цюнъянь.
— Но, госпожа, разве нам не нужно спешить обратно в Секту Небесного Яда? — нахмурилась Би Юй. Она не понимала, почему госпожа вдруг изменила планы: ведь до этого она так торопилась!
— Сначала разберёмся с этой шайкой головорезов из Секты Кровавой Ярости, — ответила Мо Цюнъянь и развернула коня в сторону дымка, поднимающегося над деревней.
Хотя она и не была какой-то безотказной благодетельницей, но и не могла спокойно смотреть, как безоружных крестьян убивают, грабят и уничтожают целые деревни. К тому же, хотя она и не знала, зачем Сюэша похищает столько девушек, но наверняка это не для добра. Значит, ради спасения невинных и ради собственной выгоды она обязана вмешаться.
Вскоре они уже видели деревню вдали, но, не успев подъехать, услышали оттуда плач, перемешанный с благодарственными возгласами и облегчёнными вздохами.
Все жители деревни стояли на коленях перед женщиной в белоснежных одеждах и кланялись ей в землю, не переставая благодарить:
— Благодарим вас, божественная госпожа! Если бы не вы, нашу деревню ждала бы ужасная участь от этих чудовищ…
Старик с белой бородой склонился перед белой женщиной:
— Божественная госпожа, если бы не вы, дочь старухи повторила бы судьбу её несчастного сына. Я не в силах отблагодарить вас иначе, как только кланяясь вам в землю…
Пожилая женщина, обнимая молодую девушку, тоже кланялась и рыдала:
— Божественная госпожа, спасибо вам…
— Благодарим вас за спасение нашей деревни…
— …
Белая женщина стояла среди коленопреклонённых крестьян. Её лицо было скрыто полупрозрачной повязкой, но виднелись лишь глаза — ясные, как осенняя вода, полные сочувствия, но ещё больше — растерянности. Очевидно, ей было неловко от такого поклонения, но она не знала, как убедить их прекратить.
— Вставайте, — сказала она. — Я училась воинскому искусству не ради того, чтобы творить добро, но и не могу оставить в беде. Вам не нужно так благодарить меня…
Её голос звучал прекрасно, словно талая вода с ледника — чистый и звонкий, но холодный.
Но деревенские жители, только что пережившие ад, не слушали её слов. Они кланялись не только из благодарности, но и чтобы убедить самих себя, что ужас позади, и они всё ещё живы.
Белая женщина этого не понимала, но Мо Цюнъянь, наблюдавшая со стороны, прекрасно всё осознавала. Она была убийцей в двух жизнях и слишком хорошо знала это чувство — облегчение от того, что ты всё ещё дышишь после близкой встречи со смертью.
Когда эмоции жителей немного улеглись, они разошлись по домам, чтобы лечить раны и приводить в порядок разрушенное. Остался только староста деревни. Увидев незнакомую девушку, он подошёл и спросил:
— Простите, госпожа, а вы кто?
— Здравствуйте, дедушка. Мы слышали, что в этих краях бушуют разбойники, и, владея некоторым воинским искусством, решили заглянуть сюда, — ответила Мо Цюнъянь.
— О, благодарю вас! Но этих проклятых разбойников уже убила божественная госпожа, так что вам больше не стоит беспокоиться, — сказал староста с глубокой признательностью. В последнее время несколько деревень в округе подверглись нападениям: всех убивали, кроме похищенных. Несколько странствующих героев пытались помочь, но разбойники оказались слишком сильны и перебили их всех. Поэтому теперь мало кто осмеливался приближаться. Сегодня, если бы не божественная госпожа, их деревня разделила бы участь остальных.
Мо Цюнъянь лишь улыбнулась в ответ и перевела взгляд на белую женщину. Та тоже смотрела на неё.
Эта женщина обладала поистине уникальной аурой — холодной, как лёд и снег. Белые одежды словно были созданы специально для неё: в них она выглядела святой и неземной. Даже сквозь повязку было ясно, что за ней скрывается лицо, способное свести с ума своей красотой.
Мо Цюнъянь не знала, что перед ней стоит её родная сестра — Мо Цюнъу. И пока она разглядывала Мо Цюнъу, та тоже внимательно изучала её.
Мо Цюнъу смотрела на эту девушку с невозмутимым выражением лица. Хотя внешность той казалась заурядной, по её ауре было ясно: перед ней мастер высокого уровня. А все, кто достиг такого мастерства в столь юном возрасте, не могут быть простыми на вид. Значит, эта девушка наверняка использует маскировку.
* * *
— Дедушка, пойдите успокойте жителей, — сказала Мо Цюнъу холодно, но вежливо. — Мне нужно поговорить с этой госпожой.
Староста, полный уважения к этой «божественной» женщине, послушно кивнул и, прихрамывая, направился в деревню.
Когда он ушёл, обе женщины просто смотрели друг на друга, долго молча.
— Зачем приехала? — наконец спросила Мо Цюнъу неопределённо.
— Без особой причины. Просто не смогла пройти мимо, — ответила Мо Цюнъянь. Она почему-то сразу поняла, о чём спрашивает эта женщина.
— Ты знакома с теми людьми? — спросила Мо Цюнъу, хотя в её голосе звучала уверенность.
— У меня личные счёты с главарём этих разбойников, — лёгкой улыбкой ответила Мо Цюнъянь. Даже в маскировке её улыбка вызывала ощущение красоты.
— Это организация из мира культиваторов? — холодно уточнила Мо Цюнъу.
— Секта Кровавой Ярости, — ответила Мо Цюнъянь и с интересом посмотрела на неё, ожидая реакции: как отреагирует эта женщина, узнав, что имеет дело с одной из самых коварных и жестоких сект Поднебесной?
— Секта Кровавой Ярости? — Мо Цюнъу слегка нахмурилась. Она слышала об этой секте — одной из пяти сильнейших в Поднебесной, и знала, что у неё давняя вражда с Сектой Небесного Яда.
— А ты знаешь, зачем они похищают девушек и мужчин? — спросила Мо Цюнъу с недоумением.
— Они похищают и мужчин?! — удивилась Мо Цюнъянь. Она спешила в секту и слышала лишь о похищениях девушек, но не знала, что берут и мужчин!
— Да, но только крепких и здоровых юношей, — спокойно ответила Мо Цюнъу.
Лицо Мо Цюнъянь изменилось. Она не знала, зачем Сюэша нужны девственницы, но из секретных источников ей было известно: для завершения своего демонического метода культивации Сюэша требуются десятки сильных мужчин, чью янскую энергию он поглощает.
Неужели его демонический метод близок к завершению?
Если это так, то беда! У Сюэша амбиции объединить весь мир культиваторов, и если он завершит свой метод, это станет катастрофой для всего Поднебесного! Неудивительно, что он осмелился так открыто нападать на Секту Небесного Яда.
— Демонический метод Сюэши требует поглощения янской энергии множества сильных мужчин, — объяснила Мо Цюнъянь. — Но зачем ему девственницы — я не знаю. Вряд ли это для удовлетворения похоти его людей: в таком случае подошли бы и замужние женщины, не обязательно девственницы.
— Ты всё это время была здесь? — спросила Мо Цюнъянь. Она слышала, что эта женщина несколько дней подряд защищает деревни, убивая головорезов из Секты Кровавой Ярости.
Мо Цюнъу кивнула. В белоснежных одеждах, с развевающимися волосами, она казалась лебедем, парящим над водой. В её голосе звучала лёгкая усталость:
— Да. Я не знаю, где именно они прячутся, поэтому могу лишь перехватывать их, когда они нападают на деревни.
Мо Цюнъянь улыбнулась:
— И ты всё это время сидишь здесь, как охотник, поджидая добычу? У тебя поистине сердце святой!
Это была не насмешка, а искреннее восхищение. Сама Мо Цюнъянь тоже не оставила бы беззащитных в беде, но провести несколько дней в этой глуши ради чужих людей — на такое она не пошла бы.
* * *
— У меня нет выбора. Не могу же я позволить этим невинным людям погибнуть, — ответила Мо Цюнъу холодно, но с оттенком усталости.
— Хе-хе, мне нравится твой характер, — сказала Мо Цюнъянь, и её глаза засияли. — Я с радостью объединю с тобой силы против этих мерзавцев.
— Какой у тебя план? — холодные глаза Мо Цюнъу обратились к ней с интересом. Она допрашивала пленных и знала: отряды разбойников разделены на множество групп, нападающих одновременно на разные деревни. Даже сами головорезы не знали, сколько их всего и где базы. Как же эта девушка может быть так уверена, что найдёт их логово?
— Когда они снова появятся — увидишь сама, — уклончиво улыбнулась Мо Цюнъянь.
Мо Цюнъу тоже слегка улыбнулась. В белых одеждах, с лицом, скрытым повязкой, её улыбка могла свести с ума, но никто этого не увидел.
— Пойдём, я покажу тебе следующую деревню, — сказала Мо Цюнъу, глядя на неё.
— Ты знаешь, на какую деревню они нападут? — удивилась Мо Цюнъянь.
Мо Цюнъу кивнула:
— Интуиция.
Её интуиция всегда была острее, чем у других. Иначе она не смогла бы защитить несколько деревень: если бы она ждала, пока разбойники появятся, было бы уже поздно — половина жителей погибла бы.
Мо Цюнъянь не стала спрашивать, почему она так доверяет своей интуиции. Просто решила, что эта женщина весьма интересна.
Мо Цюнъу бросила взгляд на двух коней позади них и сказала:
— Как твоё мастерство лёгкого тела? Если достаточно хорошо — оставим коней здесь.
Раз они собираются устраивать засаду, кони будут мешать: слишком шумные и заметные. Лучше оставить их крестьянам на пару дней, а самим двигаться пешком.
Мо Цюнъянь поняла её логику и велела Би Юй договориться с жителями: коней оставят здесь на два дня, а потом заберут.
* * *
http://bllate.org/book/1853/208899
Готово:
