Чуньянь вспотела от тревоги. Она бросила взгляд на запертую дверь, ещё раз оглянулась наружу и, подойдя к порогу, торопливо зашептала, стараясь говорить как можно тише:
— Девушка! Девушка! Как вы можете выбраться через такое крошечное окошко? Что, если вас увидят?
Из комнаты не доносилось ни звука, но вскоре послышался скрип передвигаемого стула и резкий щелчок — будто открылась створка окна. А потом снова воцарилась тишина.
Чуньянь прислушалась. Ей показалось, что за дверью уже никого нет. Ноги её подкосились, и она без сил опустилась на пол. Чуньу поспешила поднять её и мягко утешить:
— Сестра, не пугайся. Девушка уже ушла.
Чуньянь дрожала от страха и горя. Слёзы сами катились по щекам, голос дрожал:
— Что теперь делать? Что с нашей девушкой?
— Потише, — уговаривала Чуньу. — Не дай бог кто услышит!
Чуньянь вытерла глаза и укоризненно посмотрела на подругу:
— Почему ты не помогла мне удержать девушку?
— Да ведь всё случилось в одно мгновение! — оправдывалась Чуньу, но тут же лукаво блеснула глазами. — Оставайся здесь, а я пойду осмотрюсь снаружи — никого не подпущу.
Чуньянь растерялась и могла лишь кивнуть:
— Ладно… Другого выхода нет. Только смотри — береги вход!
Чуньу поспешно кивнула и заспешила прочь. В тот миг, когда она поворачивалась, Чуньянь не пропустила лёгкой радостной искорки в её глазах.
Убедившись, что Чуньу уже вышла, Чуньянь мгновенно перестала изображать тревогу. Она обеспокоенно взглянула на дверь внутренних покоев, затем тихо, на цыпочках подошла к входной двери, спряталась за занавеской и осторожно выглянула наружу…
В маленьком дворике на восточном углу Павильона Раскидистых Слив наложница Сунь сидела, уставившись в корзинку с лоскутками и швейными принадлежностями.
Несколько дней назад она отправила подарок Фу Чжэнь к её совершеннолетию, но в ответ получила лишь сухое «благодарю», отчего сердце её сжалось от горечи.
Её старшая служанка Яньчжи, заметив уныние хозяйки, тихо увещевала:
— Сегодня у вашей дочери обряд совершеннолетия, госпожа Чжан подготовила всё самым тщательным образом. Вам стоит порадоваться — это же радостное событие!
Наложница Сунь глубоко вздохнула, лицо её омрачилось:
— Конечно, я рада, ведь дочь выросла… Но какая польза от прекрасного обряда, если речь пойдёт о свадьбе? Я ничем не могу помочь ей… Что будет, если…
Она осеклась, но тревога на лице лишь усилилась.
— Девушке только исполнилось пятнадцать, — мягко продолжала Яньчжи. — До свадьбы ещё год-два, времени предостаточно. Обязательно найдётся выход.
Наложница Сунь горько усмехнулась и указала на корзинку:
— Посмотри сама: одни обрезки, даже целого лоскута нет, чтобы сшить благовонный мешочек. Откуда мне взять выход?
Она задумчиво вздохнула:
— Уже почти два года я не вижу господина… Что будет дальше?
Яньчжи шагнула ближе, чтобы утешить хозяйку, но вдруг снаружи раздался голос служанки:
— Вторая девушка пришла!
Наложница Сунь вздрогнула, поспешно вытерла уголки глаз и поправила причёску. Яньчжи уже спешила открывать занавеску, но гостья ворвалась так стремительно, что сбила её с ног — служанка едва удержалась на ногах.
Наложница Сунь оцепенела от изумления, глядя на вошедшую. Фу Цзя мрачно шагнула внутрь и сразу же спросила:
— Где старшая сестра? Весь двор полон гостей, а она сбежала сюда? Куда девалось её воспитание?
Наложница Сунь растерялась и только через мгновение выдохнула:
— Старшая… девушка пропала? Куда она делась?
Фу Цзя с насмешкой посмотрела на неё:
— Не притворяйтесь, тётушка. Старшая сестра сказала, что пришла к вам. Весь ваш дворишко сейчас под моим надзором — спрятать её невозможно. Лучше пусть выйдет сама.
Служанка Инло, стоявшая рядом с Фу Цзя, внимательно взглянула на наложницу Сунь и вдруг вспомнила нечто важное. Она тихо заговорила:
— Девушка, может, вы ошибаетесь? Я думаю…
— Тебе здесь нечего говорить! — резко оборвала её Фу Цзя и бросила на неё гневный взгляд, после чего снова обратилась к наложнице Сунь: — Советую вам вести себя скромнее. Мать так старалась для старшей сестры, пригласила столько гостей… Почему же она не ценит её заботу?
Наложница Сунь с изумлением смотрела на Фу Цзя, мельком отметив выражение лица Инло. Внезапно она вынула платок, прикрыла им глаза и, подойдя к двери внутренних покоев, жалобно произнесла:
— Вторая девушка, прошу вас, не надо… В моей комнате никого нет. Пощадите моё достоинство.
Фу Цзя, увидев такое поведение, убедилась: Фу Чжэнь точно здесь. Она даже не взглянула на наложницу, лишь махнула рукой:
— Обыскать.
Служанки и няньки тут же бросились вперёд, оттеснив наложницу Сунь в сторону. Две из них крепко держали её, пока остальные ворвались во внутренние покои.
Наложница Сунь зарыдала. Слёзы катились по её ещё белоснежным щекам, вызывая сочувствие. Инло хотела что-то сказать, но Фу Цзя одним взглядом заставила её замолчать.
Поиски быстро закончились. Одна из служанок вышла и доложила:
— Вторая девушка, в комнате никого нет.
Фу Цзя изумилась и уже собралась войти сама, как вдруг снаружи раздался голос служанки:
— Вторая девушка, госпожа зовёт вас!
Фу Цзя остановилась и увидела, как к ней быстрым шагом подходит Цайэр — служанка госпожи Чжан.
— Вторая девушка, — радостно сказала Цайэр, — настало благоприятное время, старшая девушка уже пришла. Госпожа просит вас тоже поторопиться на церемонию.
Лицо Фу Цзя мгновенно изменилось. Она схватила Цайэр за руку:
— Ты сказала — старшая сестра уже там?
Цайэр кивнула:
— Да, она уже пришла.
Фу Цзя замерла, пальцы сами разжались.
Цайэр бросила взгляд на наложницу Сунь и весело улыбнулась:
— Госпожа ещё сказала, что знает: вы пришли с добрыми намерениями, чтобы утешить тётушку. Но не забывайте и о церемонии старшей сестры — поторопитесь!
Фу Цзя стояла как ошарашенная. Инло уже всё поняла и про себя вздохнула, но вслух сказала:
— Совершенно верно. Наша девушка уже навестила тётушку и сейчас отправится на церемонию. Иди, скажи госпоже, что мы уже идём.
Цайэр незаметно кивнула Инло и ушла.
Инло подошла к Фу Цзя и тихо прошептала ей на ухо:
— Девушка, раз уж с тётушкой всё в порядке, позвольте мне проводить вас обратно.
Фу Цзя наконец осознала, что произошло, и по спине её прошёл холодный пот. Она вдруг вспомнила: сегодня, поскольку у главного дома совершеннолетие первой внучки, Фу Чжуан тоже дома.
Эта мысль мгновенно прояснила всё. Фу Цзя с досадой стиснула зубы.
Но было уже поздно что-либо менять. Она бросила наложнице Сунь пару формальных слов и, нахмурившись, ушла со своей свитой.
Этот небольшой скандал в Павильоне Раскидистых Слив быстро дошёл до ушей Фу Цзюнь. Согласно сообщению госпожи Сюй, в ту же ночь Фу Чжуан остался ночевать у наложницы Сунь.
После этого целых пять-шесть дней подряд он ежедневно навещал её — пил чай, беседовал, иногда оставался на обед или ночёвку. Очевидно, наложница Сунь вновь обрела его расположение. Служанку Фу Чжэнь по имени Чуньу Фу Чжуан лично приказал изгнать из дома, а на её место назначил другую — по имени Чуньцзян.
Кроме того, поскольку Фу Чжэнь достигла совершеннолетия, Фу Чжуан лично распорядился перевести её в отдельный дворик — она переехала из Павильона Раскидистых Слив и получила те же привилегии, что и Фу Цзя.
Что же до Фу Цзя, то она внезапно «заболела простудой» и несколько дней не выходила из своих покоев.
Когда в доме заболевает сестра, Фу Цзюнь не могла остаться в стороне. Она договорилась с Фу Яо навестить Фу Цзя и принесла ей новую книгу.
Фу Цзя приняла их холодно, почти не разговаривала. Фу Цзюнь не задержалась — выпила чашку чая и ушла.
Как только они ушли, Фу Цзя схватила книгу и в ярости разорвала её на клочки:
— Пришли посмеяться надо мной! Да кто вообще читает эту дрянь!
Служанка Коралл покачала головой и тихо сказала:
— Осмелюсь напомнить, девушка: вам стоит умерить свой нрав. Подумайте, из-за него вы уже столько дней не выходите из комнаты. Зачем так мучиться?
Эти слова попали в больное место. Вспомнив, как легко Фу Чжэнь её перехитрила, Фу Цзя в ярости ударила Коралл по лицу.
Коралл инстинктивно отклонилась, и пощёчина пришлась на плечо. Удар был сильным — служанка пошатнулась и едва удержалась на ногах, опершись о стол.
Лицо Фу Цзя покраснело от злости:
— Низкая тварь! Ты смеешь поучать меня?!
Коралл тут же опустилась на колени и молчала.
Фу Цзя разъярилась ещё больше — особенно от того, что Коралл осмелилась уклониться. Она пнула служанку:
— Ты ещё и уворачиваться вздумала?
Коралл отлетела назад, но всё же сказала:
— Если на моём лице останутся следы, как вы думаете, что скажет госпожа?
Фу Цзя замерла. Коралл воспользовалась паузой, провела рукой по подбородку и увидела на ладони кровавый след.
Острые ногти Фу Цзя поцарапали кожу, оставив две бороздки.
Коралл тихо вздохнула и, опустив глаза, сказала:
— Я знаю, что дерзка, но Инло уже не может встать с постели после побоев госпожи. Если вы и дальше не усмирите свой нрав, боюсь, мне тоже скоро не придётся служить вам.
Она перевела дыхание, приложила руку к груди — там всё ещё болело от удара — и, заметив, что Фу Цзя молчит, поняла: её слова дошли.
— Конечно, — продолжала она, — если нас не станет, найдутся и лучшие служанки. Но вспомните: умершие Жемчужина и Линлун, проданные в рабство Люси, недавно прогнанная Пэйхуань, а теперь избитая Инло… Все они долго служили вам, но теперь их нет рядом. Осталась только я. Вам ведь нужен хоть один человек, который вас понимает?
Фу Цзя с изумлением смотрела на Коралл. Эта служанка была дана ей госпожой Чжан много лет назад и всегда молчалива. Откуда у неё столько слов?
Коралл, видя, что Фу Цзя не в ярости, продолжила:
— Осмелюсь сказать ещё кое-что. В тот день госпожа так сильно пострадала… Разве вам не жаль её? Если бы вы тогда немного сдержали себя и передали дело в руки госпожи, всё сложилось бы иначе. Ради неё вам стоит впредь обдумывать свои поступки.
Услышав это, Фу Цзя вновь вспыхнула гневом и уже открыла рот, чтобы ответить…
http://bllate.org/book/1849/207388
Готово:
