Павильон Нинхуа, где жила Фэн Цзюйюэ, представлял собой немалое поместье — никак не меньше нескольких сотен квадратных метров. Во дворе размещались четыре спальни, гостиная, кабинет, а также отдельная кухня и собственный санузел. Сам двор был живописен: алые цветы и изумрудная зелень окружали журчащий ручей, а посреди ручья и искусственных горок возвышалась изящная беседка «Слушающая дождь». Всё это создавало по-настоящему поэтичную и утончённую атмосферу, ясно демонстрируя высокое положение и богатство рода Фэн.
Однако такая утончённость, казалось, совершенно не подходила самой Фэн Цзюйюэ — этому недалёкому и своенравному ребёнку. Кто вообще устроил всё это? Всё здесь выглядело странно несочетаемым с её собственной натурой.
В другом месте.
— Рана у молодого господина зажила? — спросил один из теней. — Я-то об этом ничего не знал!
Наблюдая, как их юный господин неторопливо прогуливается по саду, тень, до сих пор скрывавшаяся в укрытии, повернулась к своему товарищу.
— Не может быть! Прошло же всего несколько дней! Молодой господин едва не лишился жизни — как он уже может так быстро встать с постели?
Воспоминание о том, как их юного господина принесли домой без сознания, заставило обоих теней вздрогнуть. В их глазах читались гнев и страх.
Если бы молодой господин тогда погиб, они бы немедленно перерезали глотки всем тем подонкам. И не только они — даже самый сдержанный старый глава рода Фэн без колебаний уничтожил бы те несколько аристократических семей.
К счастью, старый лекарь Бай, хоть и был потрясён, всё же сумел спасти юного господина, временно избавив виновных от неминуемой казни. Однако после этого инцидента этим юным аристократам уж точно не придётся жить спокойно.
Но рана всё же не могла зажить так быстро! Старый лекарь Бай чётко сказал, что молодому господину понадобится как минимум месяц, чтобы встать с постели. Как же так получилось, что он уже гуляет? Да ещё и с такой уверенной походкой, ровным дыханием — разве это похоже на тяжелораненого?
Обменявшись многозначительными взглядами, первый тень мгновенно исчез, вероятно, чтобы доложить старику. Второй остался на месте, продолжая незаметно наблюдать.
Оба тайных стража были уверены, что действуют совершенно незаметно. Однако Фэн Цзюйюэ давно всё заметила — просто сейчас она была слишком занята другим, чтобы их разоблачать.
После пробуждения её чувства словно обострились. Хотя у неё и не было никакой культивации, она стала необычайно восприимчивой к окружающему. Она даже расслышала разговор двух теней, ведь те не особо маскировались. Более того, она точно знала, где они прячутся. Но сейчас её куда больше занимали эти мерцающие огоньки перед глазами.
Фэн Цзюйюэ, редко выходившая из покоев, обошла весь двор павильона Нинхуа и наконец устроилась отдыхать в беседке «Слушающая дождь». Иногда она протягивала руку, будто пытаясь коснуться чего-то невидимого: то раскрывала ладонь, то сжимала кулак. Её лицо сияло беззаботностью, словно она играла с кем-то невидимым, и вся её аура стала мягче и теплее.
Тень:
— Кажется, молодой господин изменился...
За пределами беседки царили пение птиц и аромат цветов. Мягкие солнечные лучи играли на поверхности ручья, превращая воду в сверкающую ленту. Фэн Цзюйюэ, видимо, наигравшись с мерцающими огоньками, лениво прислонилась к перилам скамьи и долго смотрела на струящуюся воду, погружённая в размышления.
— Ха, «бесполезный юнец»? Как интересно...
Фэн Цзюйюэ провела рукой по своему лицу, затем подняла взгляд вдаль. Спустя некоторое время она неспешно поднялась и вышла из беседки. Огоньки, словно одушевлённые, продолжали кружить вокруг неё. Сначала она удивилась, но потом махнула рукой — наверное, это просто особые энергии этого фантастического мира, и вреда от них точно нет. Пусть себе следуют за ней.
— Раны ведь сами не заживут... Пора бы сходить за травами...
Не успела она сделать и пары шагов, как сзади раздался пронзительный визг. Догадываться не пришлось — в этом дворе, кроме неё самой, находилась только одна особа.
Действительно, Ланьсинь, держа в руках таз с водой, с ужасом смотрела на своего молодого господина, который уже вцепился пальцами в верхушку стены.
— Молодой господин... вы... — хотела было спросить она: «Что вы собираетесь делать?»
Такая поза, такие движения — неужели вы хотите перелезть через стену? Вы же ещё не оправились от ран! Как можно лезть через стену?
Разве вы не обещали просто прогуляться?
Да и вообще — в таком состоянии вы точно не перелезете! Может, успокойтесь уже, молодой господин...
Фэн Цзюйюэ обернулась к Ланьсинь, у которой глаза опухли, будто орехи, и пожала плечами:
— Тело уже слушается. Я собираюсь поискать целебные травы. А ты пока хорошо отдыхай дома.
Этот тяжелейший урон «Фэн Цзюйюэ» терпела три дня и три ночи, прежде чем потеряла сознание. А нынешняя Фэн Цзюйюэ появилась здесь всего три дня назад. За это время Духовный Нефрит провёл с ней «интеграцию духовных тел», а старый лекарь Бай, которого прислал глава рода, регулярно подкрадывался к ней во сне, чтобы сменить повязки и ввести лекарства. Благодаря этому она и восстановилась так быстро.
Но если нужны травы высшего качества, то первое, что приходит на ум, — задние горы рода Фэн. Раньше «Фэн Цзюйюэ» при малейших ушибах и царапинах всегда сама ходила туда за травами. Значит, и ей придётся последовать обычаю.
Хотя теперь в теле уже не та душа, Фэн Цзюйюэ всё равно хотела увидеть эти задние горы — какое же это место, если там растёт столько целебных и духовных трав? Наверняка не простая гора. Стоит съездить и осмотреться.
Горы в этом фантастическом мире... От одной мысли становится волнительно!
А почему она не идёт через ворота, а лезет через стену? Просто так короче.
К тому же она никогда не любила ходить проторенными путями — ни в прошлой жизни, ни сейчас. Все эти правила и ограничения вызывали у неё раздражение. Да, сейчас она слаба, но перелезть через стену — это ерунда.
— Но, молодой господин, вы ещё не оправились! Вы не можете...
Последние два слова застряли у Ланьсинь в горле, когда она увидела, как её молодой господин легко вскарабкался на стену. Более того, её обычно сдержанная и холодная госпожа даже послала ей воздушный поцелуй, прежде чем исчезнуть.
В этот момент чувства Ланьсинь были крайне противоречивы.
В древние времена за городом всегда хватало лесов и гор. А уж у рода Фэн, одного из пяти величайших кланов Девяти провинций, и подавно была собственная гора. Прямо перед ней простирался бескрайний, густой и явно необычный первобытный лес. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять: эта гора — нечто особенное.
Вот вам и род Фэн — настоящий богач среди богачей!
— Третий молодой господин.
Когда Фэн Цзюйюэ, преодолев почти четыре часа пути — в основном бегом, — наконец добралась до входа в задние горы, стражники у ворот приветствовали её с обычной сдержанностью.
Фэн Цзюйюэ не придала этому значения, лишь перевела дыхание и вошла в лес.
Надо сказать, гора Фэнмин была чертовски огромной. От заднего двора усадьбы до подножия горы ушло почти три с половиной часа, причём она бежала почти без остановок. Только к счастью, она плотно позавтракала перед выходом.
Иногда даже в богатом доме не всё удобно: такой длинный путь, никто не подскажет, как пройти, и всё приходится искать самой. Как вообще прежняя, такая слабая «Фэн Цзюйюэ» добиралась сюда?
...
По правде говоря, старый глава рода Фэн не был так уж жесток к Фэн Цзюйюэ. Если бы прежняя она не была такой недалёкой, то поняла бы: всё, что делает дедушка, — ради её же пользы.
Снаружи он, конечно, бросил её в павильон Нинхуа, сократил месячное содержание, ограничил бытовые расходы и держался холодно. Но он никогда не ограничивал её передвижений и не бросал совсем. Достаточно взглянуть на отношение слуг: хоть она и «бесполезная», все они всё равно называли её «третьим молодым господином». Даже в такое важное место, как задние горы рода Фэн, ей не запрещали входить. Уже по этому видно, как на самом деле к ней относятся.
Более того, несколько дней назад, когда её избили до полусмерти и бросили на улице, именно дедушка, скорее всего, прислал людей, чтобы забрать и вылечить. Иначе, даже если бы её душа и переселилась в это тело, оно было бы бесполезно — слишком повреждено.
Но прежняя Фэн Цзюйюэ была слишком глупа: не поняла заботы деда и вместо этого водилась с дурной компанией. То драки устраивала, то бездельничала, а то и вовсе использовала имя рода Фэн, чтобы шуметь на улицах с уличными хулиганами, устраивать петушиные бои и прочую мерзость, позоря семью. Такого уровня распущенности не сыскать!
В этом смысле «Фэн Цзюйюэ» действительно совсем не походила на девушку. Но только в этом.
Однако насчёт самодостаточности Фэн Цзюйюэ не могла не восхититься дедушкой: даже когда он прислал лекаря, тот вылечил лишь наполовину. Внешние раны обработали, но внутренние повреждения... Разве можно лечить наполовину? Это же может убить человека!
Ах да... Прежняя уже умерла. Нынешняя Фэн Цзюйюэ — уже не та.
Пока Фэн Цзюйюэ бормотала себе под нос и поднималась в гору в поисках трав и еды, в кабинете главы рода старик как раз выслушал доклад тени. Узнав, что с внучкой всё в порядке, он наконец немного расслабил напряжённые черты лица.
— Маленький сорванец! Не умеет беречь себя! Вечно дерётся — неужели её так просто не убьёшь?!
Старый глава рода Фэн, Фэн Тяньчжоу, был типичным человеком с «острым языком, но добрым сердцем». Сам по себе он был сильным воином и добродушным человеком, но каждый раз, сталкиваясь с Фэн Цзюйюэ, неизменно становился резким.
На самом деле он невероятно переживал за внучку, но упрямо делал вид, что ему всё равно. Несколько лет назад он даже публично заявил, что бросает её в дальний павильон, чтобы она сама выживала. Но за кулисами он постоянно следил за ней. Иначе, будучи «бесполезной», она давно бы погибла от рук врагов или интриганов — сотни раз!
— Глава, на этот раз Сяо Юэ просто не повезло — её так жестоко избили. Я уже тайно разобрался с теми людьми. Но, кажется, за всем этим стоит кто-то ещё, и у него есть план на будущее. Боюсь, путь Сяо Юэ отныне будет нелёгким.
Слева от письменного стола в кресле сидел элегантный мужчина средних лет, опираясь подбородком на ладонь. Его звали Фэн Юньхай — старший сын главы рода Фэн и дядя Фэн Цзюйюэ. Под влиянием отца он тоже тайно помогал и защищал племянницу.
Старик вскочил с места и громко хлопнул ладонью по столу:
— Посмотрю я, кто осмелился тронуть внука рода Фэн! Уж я-то его прикончу!
Хотя Фэн Тяньчжоу уже перевалило за шестьдесят, и у висков пробивалась седина, это ничуть не умаляло его харизмы и авторитета. Его лицо оставалось молодым и энергичным — не старше сорока с небольшим, а когда он сердился, выглядел особенно внушительно.
Видя, как дедушка готов разорвать любого, кто посмеет тронуть его «драгоценную внучку» даже волосок, Фэн Юньхай невольно дернул уголком рта.
Он хотел сказать, что её не просто тронули — её били не раз, и на этот раз она едва не погибла.
Бедная девочка... Всего тринадцать лет, а столько испытаний! Как можно позволить ей идти по жизни в одиночку?
— Не стоит так злиться, дедушка. Рана у Сяо Юэ серьёзная — в ближайшее время она точно не выйдет из дома. У нас достаточно времени, чтобы принять меры предосторожности.
Фэн Юньхай встал, взял со стола чашку чая и протянул её старику.
http://bllate.org/book/1831/203146
Готово:
