Именно в этот момент Шэнь Сичэнь возвращался с работы за рулём. Он сбавил скорость и увидел девушку, «случайно» оказавшуюся на его пути. Даже зная, что она пришла сюда в качестве сиделки и прекрасно понимая, какова её натура, он всё равно почувствовал горькую тоску в груди.
Он вздохнул, завёл машину и собрался ехать домой, но, подняв глаза, увидел человека, стоявшего прямо перед автомобилем.
— Тётушка Чжао? — спустя мгновение произнёс он. — Вы снова здесь.
Мать Цзян Янь медленно вышла из тёмного угла. Она выглядела измождённой, но в глазах её светилась непоколебимая решимость.
Она открыла дверцу и села на пассажирское место. Глубоко вдохнув, сказала:
— Сичэнь, мне нужно кое-что тебе сказать и попросить об одной услуге. Ты обязательно, обязательно должен помешать Янь продолжать общение с семьёй Вэй. Иначе… ей в будущем придётся пройти через огромные страдания.
Шэнь Сичэнь недоумевал:
— Почему?.. Даже если Янь в итоге выберет господина Вэя и будет с ним, разве это не её собственный выбор? К тому же госпожа Вэй и господин Вэй — вполне порядочные люди, они вряд ли станут её притеснять.
Услышав это, мать Цзян Янь горько усмехнулась:
— Порядочные люди? Да что ты вообще о них знаешь?
Шэнь Сичэнь замер и долго молчал.
Семья Вэй.
Как только Вэй Хэнь вернулся домой с работы, он сразу заметил, что с женой что-то не так.
— Почему у тебя такой бледный вид? Неужели наконец наступила менопауза? — бросил он шутливо.
Госпожа Вэй холодно посмотрела на него и ничего не ответила. Её лицо стало ещё мрачнее.
Вэй Хэнь, наконец осознав, что дело серьёзно, передал пиджак горничной и отослал всех слуг.
— Пойдём в спальню, там и поговорим, — сказал он.
Вэй Хэнь уже много лет не видел жену в таком состоянии. Это заставило его почувствовать, будто он снова вернулся в юность, и он не знал, что сказать.
Госпожа Вэй села перед туалетным столиком и, глядя на мужа в зеркало, долго молчала. Наконец произнесла:
— Ты всё ещё поддерживаешь связь с Чжао Юань?
Лицо Вэй Хэня на мгновение застыло, и он нахмурился:
— С чего вдруг ты заговорила о ней?
Госпожа Вэй холодно усмехнулась:
— Ты думаешь, мне самой хочется упоминать её имя? Если бы зависело от меня, я бы никогда больше не произнесла это имя.
Вэй Хэнь тоже потемнел лицом:
— Раз так, зачем же ты её упоминаешь? Разве ты не знаешь лучше всех, есть ли у меня с ней связь? Ведь все эти годы ты каждый месяц проверяешь мои звонки и расписание поездок!
Госпожа Вэй на миг запнулась, но через несколько секунд возразила:
— А кто в этом виноват? Только ты!
— Хорошо, — отрезал Вэй Хэнь. — Я никогда не возражал против твоих проверок. Проверяй, сколько душе угодно. Просто я не понимаю, зачем ты вдруг заговорила о ней сейчас. Все эти годы я ни разу не задерживался допоздна и не давал тебе повода для подозрений. Я думал, мы оба начали новую жизнь… и она тоже.
Его слова были правдой, но реальность оказалась иной.
Возможно, они и правда хотели начать всё с чистого листа, но она — нет.
Госпожа Вэй пристально смотрела на мужа и с горечью сказала:
— А если я скажу тебе, что она всё это время была рядом с нами?
Вэй Хэнь опешил, его лицо исказилось:
— Что ты имеешь в виду?
На следующий день.
У Цзян Янь был выходной.
Возможно, слова Шэнь Сичэня дошли до кого-то — вчера вечером, когда она вернулась домой, матери там не было, и она провела ночь относительно спокойно.
Проснувшись, она быстро умылась, перекусила и спустилась вниз, чтобы подождать у входа в жилой комплекс.
Примерно в девять часов перед ней остановился чёрный Audi с кузовом купе. Из-за руля вышел Вэй Чжэнлян и вежливо обошёл машину, чтобы открыть дверцу с пассажирской стороны.
Сегодня на нём была синяя рубашка, рукава небрежно закатаны, обнажая длинные и сильные предплечья.
Он стоял у двери машины, одна рука лежала на крыше, а его удлинённые глаза, прикрытые золотистыми очками в тонкой оправе, спокойно смотрели на неё. Утром, когда у ворот жилого комплекса было особенно оживлённо, всё вокруг словно замерло. Люди невольно переводили взгляд на него, а несколько девушек даже стали тайком фотографировать его на телефоны.
Цзян Янь бросила на них один взгляд и быстро села в машину.
Как только она устроилась на месте, Вэй Чжэнлян тоже вернулся за руль и тронулся с места.
Глядя в зеркало заднего вида на расстроенных девушек, Цзян Янь не почувствовала облегчения.
Ей всегда было неприятно оказываться в центре внимания.
Обычно это приводило к одному из двух исходов: либо тебя окружали и восхищались, либо отталкивали и избегали.
В первые годы жизни ей чаще всего доставалось второе, и именно поэтому, поступив в университет и уехав из этого города, она получила шанс начать всё заново. С тех пор она старалась быть незаметной — не выделяться из толпы, но и не сливаться с фоном. Даже успеваемость держала на среднем уровне.
Работая в больнице, она тоже избегала проявлять чрезмерную инициативу: выполняла свои обязанности добросовестно, но не стремилась к признанию. Она мечтала стать невидимкой.
Но всё изменилось с тех пор, как она познакомилась с Вэй Чжэнляном.
Во время поездки она то и дело косилась на мужчину за рулём. Он молчал, в салоне играла лёгкая музыка, а благодаря отличной шумоизоляции не было слышно ничего, кроме мелодии. В какие-то моменты ей даже казалось, будто она слышит его дыхание.
Конечно, это была иллюзия.
Она тряхнула головой и отвернулась к окну. Они ехали около сорока минут, пока Вэй Чжэнлян не свернул в жилой комплекс.
Зелень здесь была ухоженной, охрана — строгой, и, как и район, где жила семья Вэй, это был элитный квартал.
Цзян Янь показалось, что Вэй Чжэнлян отлично знает это место: он уверенно поворачивал на перекрёстках и с лёгкой ностальгией смотрел вперёд. Хотя у неё не должно было быть особых чувств по поводу сегодняшнего визита, его поведение вызвало у неё внезапное сопротивление.
— Давай не поедем туда, — сказала она, когда машина остановилась перед виллой.
Вэй Чжэнлян отстегнул ремень и, глядя на здание, ответил:
— Лучше решить всё сразу. Затягивание никому не принесёт пользы. Если хочешь, чтобы он больше не досаждал тебе, иди со мной внутрь.
С этими словами он вышел из машины.
Цзян Янь осталась сидеть на месте, но Вэй Чжэнлян обошёл автомобиль и открыл дверцу.
— Выходи, — коротко сказал он.
Цзян Янь нахмурилась:
— Нет, я не хочу идти. Я просто заблокирую его в соцсетях и не буду отвечать. Рано или поздно он поймёт и отстанет.
Вэй Чжэнлян долго смотрел на неё, затем вздохнул. Его бархатистый голос прозвучал с лёгким раздражением:
— Цинь Мянь начал преследовать тебя из-за меня. Я знаю его лучше всех. Даже если ты так поступишь, он не отступит — наоборот, станет преследовать тебя ещё упорнее. Эта история началась из-за меня, и сегодня я сам всё улажу. Не сопротивляйся. Выходи.
Он говорил тоном, не терпящим возражений.
Цзян Янь подняла на него глаза. Их взгляды встретились. Он был непреклонен. Она куснула губу и, наконец, вышла из машины.
Она прошла мимо него, чуть обиженно опустив голову.
Вэй Чжэнлян запер автомобиль и последовал за ней. Дойдя до двери, он опередил её и нажал на звонок.
Цзян Янь, уже занёсшая руку, чтобы самой нажать кнопку, неловко опустила её. Она упрямо отвела глаза от мужчины рядом, пока не открыла Сунь Жу.
— …Это вы?
Она явно не знала, что Цинь Мянь пригласил Цзян Янь, и была удивлена их появлением.
Она стояла в дверном проёме и даже не собиралась впускать их внутрь.
— Что вам здесь нужно?
Глядя на Цзян Янь, она была настороже, но, переводя взгляд на Вэй Чжэнляна, замялась. Цзян Янь даже почувствовала за неё неловкость.
— Извините, госпожа Сунь, мы не хотели вас беспокоить. Просто ваш молодой человек сам нас пригласил, — сказала Цзян Янь, загородив собой Вэй Чжэнляна. — Может, вы зайдёте и уточните у него? Я бы и сама предпочла не приезжать, честно говоря, очень хочу уехать.
Сунь Жу бросила на Вэй Чжэнляна крадущийся взгляд, но Цзян Янь его перекрыла. Сунь Жу смутилась, но быстро взяла себя в руки и с невозмутимым лицом произнесла:
— Тогда подождите немного.
Это означало, что им придётся ждать под палящим солнцем, пока она уточнит у Цинь Мяня.
Цзян Янь фыркнула, не в силах сдержать раздражение. Вэй Чжэнлян повернул к ней голову, и она сердито уставилась на него, словно спрашивая: «Что?»
Вэй Чжэнлян: «…»
На деле план Сунь Жу провалился: едва она договорила, как появился Цинь Мянь.
— Цзян Янь права, — сказал он, стоя в дверях в домашней одежде. Его взгляд скользнул по Цзян Янь и остановился на Вэй Чжэнляне. — Я сам пригласил её. Просто не ожидал, что она приведёт с собой Аляна.
— Лучше поменяй обращение, — холодно произнёс Вэй Чжэнлян, стоя прямо у двери. На его лице не дрогнул ни один мускул — абсолютная, ледяная отстранённость. — Мы не настолько близки.
Цинь Мянь не удивился его тону. Он лично распахнул дверь, оттеснив Сунь Жу в сторону, и улыбнулся:
— Проходите, пожалуйста. На улице так жарко, а вы ещё простудитесь.
Вэй Чжэнлян не проронил ни слова. Он взял Цзян Янь за руку и направился внутрь. Она, которая до этого упорно сопротивлялась, мгновенно покраснела от прикосновения. Бросив смущённый взгляд на Сунь Жу и Цинь Мяня, она почувствовала, как её внутренние колебания испарились. Стараясь сохранить спокойствие, она слегка прочистила горло, будто всё ещё не хотела заходить.
В отличие от роскошного дома семьи Вэй, жилище Цинь Мяня было скромнее: современный минимализм, двухэтажная вилла — не маленькая, но и не чересчур большая. В доме почти не было слуг, и атмосфера казалась менее отстранённой.
Цинь Мянь и Сунь Жу последовали за ними внутрь. Несмотря на недовольство Сунь Жу, Цинь Мянь велел ей принести напитки. Цзян Янь с интересом наблюдала, как Сунь Жу, скрипя зубами, но не возражая, направилась на кухню. Но едва она перевела взгляд на Вэй Чжэнляна, настроение снова испортилось: в его глазах ещё не успела скрыться жалость к Сунь Жу. Он явно сочувствовал ей, и эта мысль вызвала у Цзян Янь острое раздражение.
— У меня мало времени, мне нужно отдохнуть, — быстро сказала она. — Раз господин Цинь утверждает, что его мать грозится покончить с собой, чтобы увидеть меня, пожалуйста, позовите госпожу Цинь как можно скорее.
Она посмотрела на часы, давая понять, что очень занята и хочет уйти немедленно.
Цинь Мянь улыбнулся, не торопясь переходить к делу. Вместо этого он заговорил о её часах:
— Интересные часы у вас, Цзян Янь. Если я не ошибаюсь, это дизайн Аляна. Помните, ещё в университете он был гением нашего факультета — у него было множество патентов. Эти часы он разработал ещё на первом курсе. Не думал, что он действительно их изготовит. — Он печально покачал головой. — Будь он выпущен на пару лет раньше, возможно, сегодня он составил бы конкуренцию Apple Watch. По-моему, Алян, ты слишком упрям. Если бы ты раньше начал монетизировать свои патенты, нам не пришлось бы так разойтись.
Очевидно, между ними было много нерассказанных историй — на это ушло бы не меньше трёх дней.
Но Вэй Чжэнлян пришёл сюда не для воспоминаний.
— У меня нет времени на болтовню, — сказал он.
В этот момент Сунь Жу вернулась с подносом напитков и чая. Она поставила перед Вэй Чжэнляном стакан сока и тихо сказала:
— Твой напиток. Я помню, ты его любишь.
Вэй Чжэнлян лишь бегло взглянул на стакан и промолчал. Цзян Янь же без колебаний поменяла местами его напиток и свой чай:
— Извините, но сейчас он — пациент, ему лучше пить поменьше сладкого. — Она слегка улыбнулась. — Я просто поменяла наши напитки.
Выражение лица Сунь Жу на миг исказилось:
— Тогда я принесу ему другой чай.
Цзян Янь спокойно посмотрела на неё:
— Зачем менять? Вы что, плюнули в мой чай или добавили перец?
Сунь Жу онемела. Цинь Мянь холодно бросил:
— Можешь идти в свою комнату.
Сунь Жу сердито взглянула на него, но он остался непреклонен. В конце концов, она сдалась.
http://bllate.org/book/1827/202917
Готово:
