— Тётя, я просто услышала, что Аляну недавно стало плохо, он даже в больнице лежал… чуть не умер. Вот и решила заглянуть, — глубоко вздохнула она, нахмурившись. — Если вы не хотите, я, конечно, не пойду внутрь. Просто принесла ему небольшой подарок… не могли бы вы передать?
Она потянулась к машине, чтобы достать свёрток, но госпожа Вэй молча вырвала его у неё и тут же швырнула на землю.
— У нас и так денег — куры не клюют. Всё, что захочешь, купишь в два счёта. Не трудитесь, госпожа Сунь, не стоит из-за нас хлопотать. Лучше поскорее исчезайте у меня с глаз долой, — раздражённо махнула рукой госпожа Вэй в сторону перекрёстка.
Госпожа Сунь проследила за её жестом — и увидела Цзян Янь.
Цзян Янь стояла в стороне, прижимая к груди рюкзак, не зная, уйти ли ей или остаться. Ей было до ужаса неловко.
Заметив её, госпожа Вэй вдруг оживилась, быстро подбежала и взяла под руку:
— Янь-Янь! Ты сегодня так рано пришла?
…Янь-Янь? С каких пор они стали настолько близки?
Цзян Янь перевела взгляд с госпожи Сунь на госпожу Вэй — и сразу поняла, чего та добивается. Она на миг задумалась, но всё же решила подыграть.
— Да, сегодня выходной. Дома делать нечего — вот и подумала: приду пораньше, — просто ответила она.
Лицо госпожи Вэй озарила искренняя улыбка:
— Как раз вовремя! Алян как раз собирается завтракать. Иди скорее к нему, не заставляй ждать.
С этими словами она радостно подтолкнула Цзян Янь к воротам. Госпожа Сунь стояла неподвижно, широко раскрыв глаза и пристально глядя ей вслед. От этого взгляда Цзян Янь стало не по себе.
Это чувство не покидало её вплоть до встречи с Вэем Чжэнляном.
— Тебя укусил комар? — спросил он, мельком взглянув на неё.
Цзян Янь вспомнила разговор госпожи Вэй с госпожой Сунь, где упоминалось имя Вэя Чжэнляна. Она уже примерно догадалась, какие могут быть связи между ними.
— Нет.
Не зная почему, ей стало тяжело на душе. Она покачала головой, села, расстегнула рюкзак и протянула ему папку с документами.
— Вот то, что ты просил, — сухо сказала она.
Вэй Чжэнлян был очень чуток.
Он сразу почувствовал, что с Цзян Янь что-то не так.
Отложив работу, он посмотрел на неё и не спешил брать протянутую папку.
Цзян Янь, теряя терпение, резко бросила:
— Не хочешь? Тогда я заберу обратно.
Она уже потянулась, чтобы убрать папку, но Вэй Чжэнлян тут же схватил её и спросил:
— Ты расстроена. Почему?
Он нахмурился, будто растерянный и немного неловкий. Похоже, давно уже не приходилось ему разгадывать чужие эмоции, и сейчас он чувствовал себя не в своей тарелке.
Увидев это, Цзян Янь вдруг поняла, как глупо ведёт себя. Она глубоко вздохнула и покачала головой:
— Нет, я не расстроена.
Вэй Чжэнлян не поверил:
— Ты именно расстроена. И твоё плохое настроение связано со мной.
Пока он это говорил, в дверь постучал слуга, чтобы позвать их на завтрак. Не дав ему договорить, Вэй Чжэнлян поднял руку:
— Закрой дверь снаружи.
Слуга замер. «Закрыть дверь снаружи? Это значит — проваливай? А ведь мне твердили, что молодой господин стал добрее! Обязательно вернусь и опровергну эту ложь!»
— Так почему ты расстроена? — Вэй Чжэнлян подтащил стул и сел напротив Цзян Янь, отчего та слегка занервничала.
— Да ничего такого! Я же сказала, что не расстроена. Зачем ты всё повторяешь? — уклончиво ответила она.
— Врёшь, — нахмурился Вэй Чжэнлян.
— Я не вру.
— Ты именно врёшь. Я это вижу. Не сомневайся в моём суждении — я всегда прав, когда делаю выводы.
Это прозвучало чересчур самонадеянно. Цзян Янь фыркнула:
— Откуда такая уверенность?
— Потому что я верю в свой гениальный мозг.
Цзян Янь молча воззрилась на него. Вся её досада мгновенно испарилась. Она не выдержала и усмехнулась:
— Самовлюблённый.
Увидев её улыбку, Вэй Чжэнлян наконец убедился, что она больше не расстроена. Он слегка наклонился вперёд, чтобы оказаться на одном уровне с ней. От этого движения он неизбежно приблизился, и Цзян Янь напряглась, медленно подняв на него глаза. Вэй Чжэнлян таинственно прошептал:
— Покажу тебе кое-что.
— Что за вещь? — удивилась она.
Он почти всегда был сдержан, а сейчас проявлял такой интерес — ей действительно стало любопытно.
Вэй Чжэнлян взял её за запястье и потянул к своему рабочему месту. Цзян Янь с изумлением смотрела на его руку, сжимающую её запястье, и, будто оглушённая, даже не пыталась вырваться.
К этому времени солнце уже полностью осветило землю. Благодаря усилиям Цзян Янь, Вэй Чжэнлян давно привык по утрам открывать шторы, и его комната больше не была погружена в полумрак.
Именно в этом залитом золотистым светом уголке он снял чёрную ткань, прикрывавшую какой-то предмет, и перед ней предстала механическая рука на кронштейне.
Цзян Янь с изумлением смотрела на конструкцию из проводов и непонятных материалов, которая под управлением Вэя Чжэнляна плавно зашевелилась и медленно протянулась к ней. Не зная почему, она почувствовала, как на глаза навернулись слёзы.
Ничто из того, что она видела в 3D, 4D или 5D, не могло сравниться с живым зрелищем перед ней.
— Это… уже можно использовать? Не нужно ждать, пока её установят? — запинаясь, спросила Цзян Янь, указывая на механическую руку.
Вэй Чжэнлян бросил на неё взгляд, будто слегка презирая, и спокойно ответил:
— Отличный вопрос. Ответ — нет, не нужно.
Цзян Янь скривилась и бросила на него раздражённый взгляд. В следующее мгновение механическая рука, до этого сжатая в кулак, разжала ладонь прямо перед ней. На ладони лежали… часы?
Цзян Янь недоумённо посмотрела на их владельца. Вэй Чжэнлян небрежно сидел в кресле и произнёс:
— Одно из моих гениальных изобретений. Вижу, тебе так тяжело пользоваться будильником на телефоне, поэтому сделал тебе вот это.
Цзян Янь не спешила брать часы, размышляя про себя: «Это что, подарок?»
В прошлый раз он подарил ей что-то на День медсестры — тогда всё было понятно. Но сейчас? Почему он снова дарит ей подарок?
Она сложным взглядом посмотрела на Вэя Чжэнляна. Тот заметил её взгляд, но объяснять не стал. Вместо этого он взял часы с ладони механической руки, подошёл к ней и надел их ей на запястье. Она попыталась вырваться, но безуспешно.
— Не отказывайся. Это вовсе не подарок — скорее, для моего же удобства, — пояснил он.
Цзян Янь растерялась:
— Для твоего удобства?
Он не спешил убирать руку, будто проверяя длину ремешка, а может, просто не хотел отпускать её.
— Да. Во-первых, большинство твоих будильников ставишь из-за меня. Во-вторых, твой будильник слишком громкий — мешает мне думать и работать. Так что… — он похлопал её по руке успокаивающим жестом, — просто носи их. Нужно показать, как пользоваться?
Цзян Янь медленно опустила взгляд на его руку, держащую её запястье. Его кожа всегда была чуть прохладнее обычной, как у холоднокровного существа, и это вызывало у неё лёгкое возбуждение.
Она молчала, переводя взгляд на часы. Они были изысканными, красивее многих женских часов, которые она видела по телевизору. Циферблат — электронный. Она слегка нажала пальцем — функции оказались простыми, и разобраться в них было нетрудно, особенно с таким учителем, как Вэй Чжэнлян. Всего за несколько слов он объяснил всё досконально.
— Я не стал добавлять много функций. Тебе они всё равно не понадобятся, да и выглядело бы это как хвастовство, — заключил он, подняв бровь.
Цзян Янь мысленно закатила глаза. Слово «хвастовство» здесь подходило как нельзя лучше. Раньше она не замечала, насколько Вэй Чжэнлян уверен в себе в профессиональных вопросах. Похоже, она недостаточно хорошо его знала.
А узнавать его было… интересно и увлекательно.
Цзян Янь снова посмотрела на него, хотела сказать «спасибо», но, кажется, это было излишне. Она просто смотрела на него, и вдруг её сердце забилось быстрее.
Вернувшись домой ночью, она лежала в постели после душа и, касаясь часов на запястье, невольно думала о нём.
Его улыбка, нахмуренный взгляд, раздражение — всё это с поразительной чёткостью воспроизводилось в её сознании, будто у неё в голове стоял отдельный проектор, готовый в любой момент оживить каждую деталь.
Это был тревожный сигнал. Цзян Янь уже не девочка, и она прекрасно понимала, что это за чувство.
Глубоко вдохнув, она села на кровати и вдруг вспомнила о госпоже Сунь, которую видела у ворот дома Вэя.
Та показалась ей знакомой. Цзян Янь долго ломала голову, потом быстро схватила телефон, открыла поисковик и нашла статью об Аньчэнском технологическом институте, которую читала несколько дней назад, когда искала информацию о Вэе Чжэнляне. Там была групповая фотография выпускников, на которой он стоял в центре. Тогда она смотрела только на него, не замечая других. Но теперь…
На фото рядом с Вэем Чжэнляном стояла госпожа Сунь. Она держала в руках академическую шапку и сияла ослепительной улыбкой.
Сердце Цзян Янь на мгновение замерло.
Она перевернула телефон экраном вниз и уставилась в пустоту, охваченная тревогой и беспокойством.
На следующий день
Цзян Янь почти не спала всю ночь и на работе была рассеянной. Когда подошёл Шэнь Сичэнь и увидел её состояние, он несколько раз щёлкнул пальцами у неё перед носом, но она даже не отреагировала.
— С тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил он. — Почему такие тёмные круги под глазами? Плохо спала?
Он уже собрался устроить ей отпуск, но Цзян Янь наконец очнулась и поспешно остановила его:
— Со мной всё нормально, просто не спалось. Не надо ничего устраивать.
Шэнь Сичэнь, остановленный ею, не стал настаивать, но нахмурился:
— Бессонница? У тебя же всегда был отличный сон! Что с тобой происходит? Ты постоянно витаешь в облаках. Так и до обморока недалеко.
Он схватил её за руку:
— Пойдём, сходим к доктору Яну.
Неподалёку Чэнь Мань, возвращавшаяся после капельницы, увидела эту сцену и чуть искры из глаз не посыпались. Цзян Янь бросила на неё недовольный взгляд и вырвала руку.
— Я в порядке. Через пару дней отдохну — и всё пройдёт. Иди работать, не задерживайся.
Её тон был настолько резок, что Шэнь Сичэнь мог только молча раскрыть рот.
Когда Цзян Янь уже собралась уходить, Шэнь Сичэнь молча вытащил из кармана белого халата йогурт и протянул ей:
— Тогда возьми хотя бы это.
Цзян Янь посмотрела на него и тихо сказала:
— Доктор Шэнь, вы же знаете, что я…
— Знаю, знаю! Только не говори этого вслух — будет неловко всем. Просто возьми и иди. Обещаю, в следующий раз не принесу, ладно?
Он сунул йогурт ей в руки и быстро ушёл, будто спасался бегством.
Цзян Янь смотрела на йогурт и тяжело вздохнула. Она прекрасно знала, что в следующий раз он снова принесёт. «В последний раз» — эту фразу он повторял уже сотни раз.
— Бесстыдник, — пробормотала проходившая мимо Чэнь Мань.
Цзян Янь бросила на неё короткий взгляд, но промолчала и направилась к своему рабочему месту. Чэнь Мань фыркнула и добавила:
— Некоторые просто несравнимы. Мы приходим на работу, чтобы работать, а кто-то — чтобы ловить богатеньких женихов. Сначала устроила роман с наследником Корпорации Вэй, когда тот лежал у нас, а теперь ещё и доктора Шэня держит на крючке. С виду невинная овечка, а внутри — настоящая развратница. Некоторым и вовсе стыдно стало быть людьми.
Такие слова уже переходили все границы. Если не ответить, это будет выглядеть как признание вины. Цзян Янь резко обернулась, готовая дать отпор, но вдруг раздался знакомый мужской голос:
— Госпожа Чэнь, не будьте такой злой. Обычное общение между людьми в ваших устах почему-то превращается в нечто грязное.
Чэнь Мань и Цзян Янь одновременно обернулись. К удивлению обеих, за Цзян Янь вступился тот самый господин Цинь, который, будучи практически здоровым, всё же настаивал на госпитализации.
http://bllate.org/book/1827/202904
Готово:
