Несколько дней назад человек, точь-в-точь похожий на неё, устроил резню в Тяньван Гэ и перебил нескольких человек.
По тону их речей было ясно: они не лгали. Единственное возможное объяснение — тот человек приказал Фэн Цинъюнь выдать себя за Цзюйинь, убить людей Тяньван Гэ и свалить вину на неё.
Значит, именно Фэн Цинъюнь раскрыла им тайну пилюли воскрешения из мёртвых.
Теперь понятно, почему удача Фэн Цинъюнь внезапно сократилась на треть: всё это время, пока она пропадала целых семь дней, она устраивала кровавую бойню, убивая совершенно невинных людей, не имевших с ней ничего общего.
— Значит, моих людей похитили вы? — Цзюйинь чуть приподняла свои чёрные, блестящие глаза, чистые и прозрачные, словно хрусталь.
Она сделала шаг вперёд.
Это простое движение заставило всех инстинктивно сжать рукояти мечей. Чтобы доказать, что не испытывают страха, они выпятили грудь и громко выкрикнули:
— Да и что с того?
— Несколько дней назад, пока мы были в походе за пределами секты, ты тайно напала и вырезала всех в Тяньван Гэ!
— Если уж говорить о подлости, то именно ты подла!
— Слушай сюда! — прогремел лидер, его голос звучал так, будто он считал себя первым в мире. — Пока ты не выдашь нам пилюлю, ни ты, ни твои подчинённые не выйдете отсюда живыми!
— Слушай сюда! — повторил лидер, его взгляд стал ледяным. — Ты сама зайдёшь внутрь и поклонишься убитым братьям или нам пригласить тебя?
Услышав это, Цзюйинь чуть приподняла веки, затем прищурилась. Алый родимое пятно на её лбу вмиг стало ярко-красным, будто готово было капать кровью. Легко представить, как в уголках её губ появляется холодная, жестокая улыбка.
Безымянный Первый действительно попал в плен к людям Тяньван Гэ.
Тот человек остался таким же осторожным и подозрительным, как и раньше, и никогда не осмеливался действовать напрямую.
Он даже пошёл на то, чтобы заставить Фэн Цинъюнь выдать себя за Цзюйинь, устроить резню в Тяньван Гэ и обвинить её — лишь для того, чтобы с помощью мастеров Тяньван Гэ проверить, сохранила ли она нынешнюю силу.
— Хорошо, — равнодушно произнесла она, и её голос прозвучал удивительно мелодично. — Раз хотите, чтобы я вошла — пойдёмте!
С этими словами Цзюйинь лениво окинула взглядом собравшихся.
Встретив её мёртвенно-холодные глаза, все почувствовали, как сердце сжалось, и инстинктивно опустили направленные на неё клинки, расступившись и освободив путь к подземному дворцу.
Худощавый, очнувшись, почувствовал стыд и вспыхнул от гнева.
«Чёрт возьми! Неужели меня напугал всего лишь взгляд какой-то женщины?!»
— Стой! — крикнул он. — Неужели хочешь войти туда в маске? Сними её! Неужели под ней что-то скрываешь?
С этими словами он протянул руку, чтобы сорвать её вуаль.
Остальные молча наблюдали за происходящим, не вмешиваясь.
Однако...
Картины, которую они ожидали — унижения этой женщины — так и не последовало.
Наоборот! Произошёл настоящий поворот: в тот самый момент, когда рука худощавого почти коснулась вуали Цзюйинь...
Под вуалью едва заметно изогнулись её губы в холодной усмешке, а её пронзительные глаза внезапно поднялись.
С той стороны, где стояли наблюдатели, этого не было видно, но в её чёрных зрачках вспыхнул сгусток тёмного света. Сразу же после этого невидимый поток энергии ударил прямо в худощавого.
— А-а-а! — раздался пронзительный, душераздирающий крик сзади Цзюйинь.
Что они увидели?!
Худощавый корчился от боли, зажимая ладонями глаза, из-под пальцев хлестала кровь, а на земле лежали два окровавленных глазных яблока.
— Ты... ты... ты... — задыхались от ужаса окружающие.
Мечи с грохотом выпали из их рук, глаза вылезли из орбит.
— Кто ты такая? Как тебе это удалось?!
Лидер пристально, с ненавистью смотрел на величественную фигуру Цзюйинь в белом, затем перевёл взгляд на худощавого, лишившегося глаз. Вся его прежняя пренебрежительность мгновенно испарилась.
Он заметил взгляд худощавого на Цзюйинь — полный похоти и непристойных мыслей. Но эта женщина...
Она лишила его глаз, даже не шевельнув пальцем и не излучив ни капли внутренней силы!
— Чего вы стоите?! — зарычал он, обращаясь к своим подчинённым. — Вперёд! Она же одна! Берите её!
Люди серьёзно подобрали мечи, переглянулись и бросились на Цзюйинь...
Они были воинами.
Конечно, они чувствовали: когда Цзюйинь только что атаковала, она не использовала внутреннюю силу. И их товарищи в Тяньван Гэ тоже умерли загадочно — на телах не было ни одного смертельного ранения.
Раньше они сомневались, не ошиблись ли с личностью, но теперь поняли: именно эта женщина в белом убила их братьев!
При этой мысли их взгляды наполнились яростью, и они с ещё большей решимостью устремились к ней, мечи в их руках сверкали ледяным блеском.
Но в этот критический момент раздался её голос:
— Вы думаете...
— Мне нужно двигать руками, чтобы убить вас?
Её слова прозвучали невероятно спокойно и холодно, но в них чувствовалось подавляющее давление, от которого температура вокруг резко упала.
В тот же миг у всех в груди вспыхнуло дурное предчувствие, и они невольно замерли на месте.
Подняв злобные глаза, они увидели её фигуру в белом, идущую прочь. Она не оборачивалась, одна рука была спрятана за спиной, шаги её были размеренными и спокойными, а край её белого платья колыхался вместе с лепестком, уносимым ветром.
И вдруг...
— Чёрт! Как такое возможно?!
— Это... это... не может быть!
— Кто ты такая?!
Глаза лидера и его людей расширились от ужаса, ноги подкосились, и они пошатнулись назад, пока не рухнули на землю. Причиной была...
В тот самый момент, когда Цзюйинь произнесла эти слова, от неё распространилось невидимое давление, охватившее всё вокруг. В радиусе нескольких шагов от неё всё живое превратилось в пепел!
Даже непробиваемые врата из чёрного железа мгновенно рассыпались в прах, не оставив и следа!
Это было слишком ужасающе!
Как такое вообще возможно?!
Они даже не заметили, как она атаковала, а всё уже исчезло в пыли.
Кто эта женщина? Какой силой она обладает? Какой могущественный покровитель стоит за ней, чтобы воспитать в ней столь недосягаемую ауру и непреодолимую мощь?
— А-а-а!
— Помогите! Мои глаза... мои глаза! — завопил худощавый, услышав, как Цзюйинь уходит. — Убейте её!
Его тело корчилось от боли, он лежал на земле, прижимая ладони к пустым глазницам, излучая чистую ненависть.
Глядя на эту кровавую сцену, все присутствующие были охвачены ужасом и страхом. Их ноги будто приросли к земле. Вспомнив, как всё вокруг превратилось в пепел, никто не осмелился ступить в подземный дворец.
Цзюйинь шла по подземному коридору.
По обе стороны горели факелы, и в тишине слышался только стук её шагов.
Вскоре впереди показался свет, коридор стал шире, и вокруг стало светлее.
Внезапно Цзюйинь остановилась.
Мгновение назад она почувствовала мощнейшую ауру, охватившую всё Тяньван Гэ и наблюдающую за каждым движением внутри подземного дворца.
Это была высшая тайная техника, позволяющая следить за происходящим на расстоянии в тысячи ли!
Раз этот человек может использовать такую технику снова и снова, даже создавая её копию, значит... его сила всё ещё при нём! Она не была отнята!
Он не осмеливается напрямую атаковать Цзюйинь из-за страха — он боится, что её прежняя, вершинная сила всё ещё жива!
В её чёрных глазах вспыхнула кровожадная улыбка.
Кончики пальцев Цзюйинь слегка дрогнули.
Между ними засияла белая шахматная фигура, излучая священное сияние. Уголки её губ приподнялись в холодной усмешке, а глаза стали бездонно глубокими.
Как бы ни был хитёр его план, как бы ни были изощрены его уловки — он никогда не побеждал Цзюйинь.
С виду казалось, что Цзюйинь уже попала в его ловушку.
Но он и не подозревал, что Цзюйинь оставила Фэн Цинъюнь именно для того, чтобы поймать его, как зайца, сидя у своего дерева. С того самого момента, как он впервые появился в сознании Фэн Цинъюнь, всё, что он делал и чего добивался, стало для Цзюйинь прозрачным, как вода.
Потому что...
Тот, кто всегда шагал вперёд, контролируя всё в радиусе сотен шагов, — никогда не менялся!
— Стой!
— Посторонним вход в Тяньван Гэ запрещён! Назови пароль! — внезапно перед ней возник отряд стражников.
Их глаза были пустыми и безжизненными, они даже не смотрели на лицо Цзюйинь и говорили без всяких эмоций, словно марионетки.
Услышав требование пароля, Цзюйинь спокойно окинула их взглядом и ответила:
— Не знаю. И что с того?
— Пароль верен! Пропустить!
Цзюйинь: «...»
Когда судьба решает убить человека, его удача, видимо, действительно велика.
Эммм...
Видимо, вся моя удача в жизни сосредоточена именно здесь!
Цзюйинь косо взглянула своими сияющими, как утренняя заря, глазами и продолжила путь по коридору.
Вскоре впереди стало совсем светло, и раздались приглушённые голоса.
Через мгновение Цзюйинь вышла из коридора и подняла голову.
Перед ней раскинулся величественный подземный дворец, полностью чёрный. Посередине находилась открытая площадка для поединков.
Солнечный свет падал прямо на центр арены.
Там...
Выстроились в ряд более тысячи мужчин.
На лбу каждого была повязка из белой ткани — знак траура. Внутренняя сила каждого из них была чрезвычайно мощной, их аура — подавляющей. Любой из них на поверхности мог бы сражаться один против сотни воинов.
Перед ними стояли несколько гробов, каждый из которых был накрыт белой тканью.
http://bllate.org/book/1799/197482
Готово:
