***
Приложив пропуск и войдя в лобби управления, Хеджун направился по привычному маршруту. Он почти не спал и остро нуждался в дозе кофеина. Чтобы немного прийти в себя, он направился в круглосуточное кафе на первом этаже здания. Потирая глаза и идя вперёд, он вдруг заметил знакомый силуэт и, словно бросив якорь, остановился.
Впереди стояли двое мужчин.
Тот, что слева, был плотного телосложения и в форменной одежде. Видна была только его спина, поэтому сначала Хеджун немного засомневался, но, заметив у входа помощников, ожидающих заместителя начальника управления, убедился.
«Это заместитель начальника управления. А рядом…»
Мужчина рядом был в дорогом костюме. Такой высокий рост и крепкое телосложение не встретишь где угодно. Тут и думать не нужно было.
«Это Са Доджин».
Затем Хеджун опустил взгляд на своё удостоверение. На данный момент по этому делу, за которым вся страна следит, словно хищная птица, у него, как у начальника следственной группы, не было абсолютно ничего, что он мог бы доложить.
Вывод напрашивался сам собой.
«Сначала — отступление».
К счастью, двое, которых следовало избегать, были заняты разговором, так что если быстро пройти мимо, шанс был. Прикрывая лицо папкой с документами, Хеджун, как никогда осторожно, сделал шаг вперёд.
Беззвучно и быстро пройдя, он уже почти миновал их. Когда ему показалось, что успех близок, прямо перед ним вдруг вытянулась длинная рука, преградив путь, и он оказался в ловушке.
Чёрт. Наткнувшись на препятствие, Хеджун повернул голову — Са Доджин с бесстрастным лицом кивком указал на себя.
— Вы ничего не забыли?
«У него что, глаза и на затылке есть?»
— Доброе утро.
Бросив это без особого энтузиазма, он уже собирался идти дальше, но заместитель начальника управления, обернувшись на него, словно подавая знак: не собирается ли он что-нибудь доложить, — и Хеджун не смог просто уйти.
Он выпрямился и, по стойке смирно, отдал честь.
Плотный мужчина слегка кивнул в ответ и заговорил:
— Вы ведь начальник 1-й группы отдела по расследованию тяжких преступлений, верно? Ваше лицо мне знакомо.
Они разве раньше встречались? Насколько он помнил — нет. Удивительно, что тот запомнил даже начальника уровня группы. Возможно, начальник 3-й группы, который его недолюбливал, как бы, между прочим, упомянул о нём. Ходили слухи, что начальник 3-й группы давно является правой рукой заместителя начальника управления.
— Да, господин заместитель. Начальник следственной группы Нам Хеджун.
— Спрашивать о деле сразу при встрече — это, конечно, не очень вежливо. Я и сам это понимаю.
Среди морщин хитроватого мужчины средних лет ощущалось мягкое, но явное давление. Во взгляде, обращённом на начальника следственной группы, не добившегося результатов, отчётливо читалось недовольство.
Хеджуну показалось, будто по спине выступил холодный пот. Он не знал, что сказать и лишь неловко улыбнулся. Видимо, затянувшаяся между ними тяжёлая, влажная тишина начала давить, и заместитель начальника управления нетерпеливо поторопил с ответом.
— Но всё равно спросить надо, что поделаешь. Я всё-таки заместитель начальника управления. Разве не так?
— Да, это так…
— Мне что, нужно задавать конкретные вопросы, чтобы вы ответили?
— Ну… это… пока ещё нет чётких наработок.
— Ха-а. Прошло уже больше месяца с момента происшествия, а вы всё ещё даже не смогли определить подозреваемого? Значит, это правда?
— Прошу прощения.
— Было бы неплохо не делать того, за что приходится извиняться. Вот поэтому начальное расследование так важно. Сколько ни повторяй — всё мало. Пожалуй, придётся провести общее обучение. У отдела тяжких преступлений дисциплина не слишком расслабилась? Вы что, работать не собираетесь?
Даже этот начальник, о котором ходили слухи как о человеке мягком, сейчас раздражённо повысил голос — видно было, насколько сильно он хочет, чтобы дело Чан Сонгёма продвинулось быстрее.
Оказавшись в затруднительном положении, Хеджун слегка опустил голову. Когда у него в руках нет ни одной карты, а сверху требуют результатов и подгоняют, он просто не знал, как себя вести. К тому же заместитель начальника был самым высокопоставленным человеком в этом здании.
Думая о том, как неловко здесь стоять, он вдруг, словно очнувшись, осознал: его непосредственный начальник, Са Доджин, редко подгоняет его из-за темпа работы.
Уже несколько недель расследование топчется на месте, но тот ни разу не торопил и не давил. Наверняка сверху намекали, чтобы он надавил на него, но он ни разу этого не показал. Если подумать, так было с самого начала. Несмотря на впечатление человека, у которого терпения не больше, чем слёз у муравья, он, вопреки ожиданиям, умел ждать — до тех пор, пока не появится ответ или пока его не попросят о помощи.
Это вдруг показалось странным, и Хеджун невольно посмотрел на Доджина.
И в тот момент, когда их взгляды встретились, тот слегка нахмурился — а затем, словно что-то решив, вытащил его из лап заместителя начальника.
— Вам уже пора идти. В главном управлении вас ждут.
Заместитель начальника управления, который только что без стеснения отчитывал Хеджуна, перевёл взгляд на Доджина. Видимо, до него тоже дошли слухи о том, что отношения между этими двумя не самые лучшие, — на его лице мелькнуло лёгкое удивление, но вскоре он кивнул.
— Верно. Похоже, я слишком поторопился. Раз уж наш инспектор Са взялся за дело, значит, сам справится. У меня ранняя встреча. Хорошей вам работы сегодня.
Как только он двинулся с места, ожидавшие помощники тут же распахнули двери и быстро последовали за ним.
Хеджун проводил взглядом их удаляющиеся спины, направляющиеся к наземной парковке, и, будто продолжая этот взгляд, украдкой посмотрел на профиль Доджина. На самом деле он не просил его о помощи. Тот просто оказался последним звеном его мыслей. Но момент был слишком точным, чтобы не вызвать подозрения.
Случайность?
Или он действительно решил помочь, заметив, что ему неловко?
Такие мелкие моменты, когда Са Доджин вытаскивал его из разных передряг, повторялись всё чаще, и любопытство разрасталось. Са Доджин был из тех, кто тем больше наслаждается ситуацией, чем сильнее Хеджуну неудобно. Но при этом, когда кто-то другой причинял ему неприятности, он почему-то не мог просто стоять в стороне. Как будто это была его личная игрушка. Честно говоря, для самого Хеджуна куда болезненнее было именно то, как Са Доджин его изводит.
Как бы там ни было, раз заместитель начальника уже ушёл, причин оставаться здесь не было.
Очнувшись, Хеджун просто прошёл мимо него. Точнее, собирался пройти, но Доджин полностью развернулся к нему и преградил путь, так что он, не пройдя и пары шагов, был вынужден остановиться.
— Я видел объяснительную. Вы загрузили её в 4:55 утра.
— Ну да. Если начальство велит — приходится подчиняться. Ладно, я пойду, мне кофе купить нужно.
— Вот как. Раз уж вы сказали хоть что-то разумное, я угощу.
— Нет. Я не хочу быть вам чем-то обязан.
На отказ Хеджуна неизменно следовала реакция, словно отражение, от Са Доджина.
Его красиво очерченные губы лениво приоткрылись.
— Имя…
Он уже наполовину знал, что сейчас прозвучит. Лучшим было сразу оборвать.
— Я понял.
Доджин слегка пожал плечами и протянул карту. Хеджун выхватил её, сдерживая раздражение, и пошёл дальше. В такое раннее утро в кафе было почти пусто. Он сразу подошёл к стойке, заказал напитки для себя и группы, а затем отдельно заказал и для Доджина.
— И ещё один айс-американо с дополнительным шотом.
Сделав заказ с вниманием к деталям, он уже протянул карту, но вдруг пожалел. Надо было спросить, что тот будет пить. Он, конечно, скорее всего ответил бы так же, как и обычно, но всё равно стоило спросить. Было неприятно, что это выглядит так, будто он запомнил, что Са Доджин обычно пьёт.
Тем временем сотрудник уже провёл оплату и вернул карту, и Хеджун поспешил подойти и вернуть её владельцу. К счастью, тот ничего не сказал.
Они встали рядом, ожидая, пока приготовят кофе, глядя на меню перед собой. Хеджун без дела разглядывал выпечку в витрине, а Доджин просматривал новости в телефоне — контраст был разительным.
— Эм… господин Са?
— Если вы собираетесь меня без толку задеть, лучше молчите. Я сегодня плохо спал, состояние неважное.
Хеджун не хотел это признавать, но взгляд Са Доджина на расследования был выдающимся. Когда дело заходило в тупик, он уже почти по привычке тянулся к нему, как к спасительной верёвке. Он тихо покосился на него и, насколько мог, спокойно начал объяснять:
— Послушайте. Все улики, собранные на месте, не дали ни одного ДНК, кроме ДНК потерпевшего.
— Значит, преступник был в перчатках. Это ведь было спланированное преступление.
— Все ключевые камеры, которые можно было проверить, мы просмотрели, но ничего не нашли.
— Значит, преступник тщательно всё готовил. Или же его ненависть была настолько глубокой.
— И по опросам, и по финансовым данным — выходит, потерпевший не был тем, кто мог нажить себе врагов. Сколько ни копай — ничего подозрительного. Мы даже не можем никого включить в круг подозреваемых.
— Зачем вы повторяете то, что и так известно? Это новый вид пытки, который вы сами придумали?
— Мне кажется, я что-то упустил.
http://bllate.org/book/17759/1705058
