Из ванной комнаты доносился шум льющейся воды. Наконец-то не было той давящей пустоты в доме, который без бабушки казался особенно тихим.
Дверь спальни была открыта. Вэнь Сяо прибрал лежавшие на столе и без того аккуратно сложенные учебные пособия и черновики и сел, чтобы продолжить решать задачи. Ручка крутанулась между пальцев — и перед его глазами внезапно всплыла картина: Чи Е под струями воды.
Сосед был из тех, кто вытянулся, но остался худощавым: талия и пресс — подтянутые, с чёткими контурами мускулов. Плечи — широкие, мышцы покрывают их тонким слоем, как у того, кто никогда не рос в тепличных условиях. Каждая линия его тела источала скрытую мощь. А если бы по этой коже стекали капли воды...
Ручка с тихим стуком выпала из пальцев на стол — словно внезапно пробил полночный колокол. Вэнь Сяо очнулся и не сразу понял, зачем он вообще представлял всё это...
Пульс в ночной тишине звучал всё громче и отчётливее. Юноша глубоко вздохнул и только тогда сумел подавить охватившее его волнение.
Минут через десять дверь ванной открылась, и в комнату шагнул Чи Е, шлёпая в запасных тапочках Вэнь Сяо. Волосы его были ещё мокрыми, а пряди были слегка растрёпанными и торчали во все стороны. Он не вытерся насухо, и на чёрно-белой толстовке расплылось влажное пятно.
Увидев Вэнь Сяо за столом, он подошёл и остановился рядом.
— Уроки сделал? — Чи Е опёрся поясницей о край стола, слегка согнув длинные ноги и упираясь ступнями в пол, а потом тут же рассмеялся, осознав, что его тон слишком напоминает учителя: — Забудь. Я просто не знал, с чего начать разговор, вот и брякнул первое, что пришло в голову.
— Сделал. Сегодня мало задали — только один лист по математике.
— У Лао Сюя проснулась совесть, что ли? Неужели он и правда задал так мало? — Чи Е чувствовал, что сосед поддерживает разговор, и это было приятно. — А что сейчас решаешь?
Услышав вопрос, Вэнь Сяо покрутил ручку и ткнул ею в задачу с выбором ответа на листе:
— Посмотри на этот вопрос.
— «Поперечная волна распространяется вдоль положительного направления оси x, сплошной линией показана форма волны при t = 0, как показано на рисунке…», — прочитал тот. — Если ты сам не знаешь, как это решать, то я и подавно не смогу. Сосед, очнись.
— Я вполне отдаю себе отчёт. — Вэнь Сяо не обратил внимания на его слова и продолжал настаивать: — Четыре варианта. Просто угадай один.
— Угадать?
— Да.
Чи Е помедлил:
— Тогда D.
Вэнь Сяо нахмурился — сам он хотел выбрать A. Он перепроверил все свои рассуждения, затем подставил ответ, пересчитал и в итоге написал вариант «D» рядом с условием.
— Сосед, ты не боишься, что я тебя подставил? — Чи Е приподнял бровь.
— Нет, — спокойно ответил Вэнь Сяо и перешёл к следующей задаче.
Они были так близко, что сверху Чи Е открывался вид на бледную шею юноши. У линии роста волос виднелись короткие выбившиеся волоски, а чуть ниже из-за позы слегка выступал шейный позвонок. Чи Е нестерпимо хотелось протянуть руку и дотронуться.
Хотя бы раз.
Но, сколько он ни смотрел, в конце концов он так и не решился протянуть руку.
Когда Вэнь Сяо закончил ещё одну задачу, сосед спросил:
— Кстати, тот метод Мастера — вырезать имя на парте, чтобы призвать объект тайной влюблённости — сработал?
— Сработал. После вечерней самоподготовки Мастер зашёл в магазин за снеками и столкнулся с ней прямо у входа.
— Чёрт, он и правда её встретил? И что потом? — удивился Чи Е.
— Он развернулся, снова встал в очередь и купил точно такую же пачку вяленых слив, как у той девушки. Принёс в класс, открыл — и не успел откусить ни одной, как кто-то задел его, и всё рассыпалось по полу.
— Вот это невезуха.
Услышав, что Вэнь Сяо сказал «кто-то» — без имени, явно его не помня, — Чи Е спросил:
— Ты ведь в классе и десяти человек по имени назвать не сможешь?
— Примерно, да, — прикинул юноша.
— Не хочешь тратить силы на то, чтобы запоминать? — спросил тот как бы невзначай.
Вэнь Сяо промолчал, перевёл взгляд на нарисованную ранее букву «D» и спустя некоторое время тихо произнёс:
— Если у тебя нет связи с человеком, то не будешь страдать из-за него.
Пальцы Чи Е, сжимавшие край стола, побелели от напряжения. В этот миг у него у него на душе стало мучительно тяжело. Он не нашёл слов — лишь молча поднял руку, положил её юноше на макушку и легонько потрепал.
Сосед холодно посмотрел на него:
— Ты меня за собаку принимаешь?
Гнетущая атмосфера сразу рассеялась, и Чи Е широко ухмыльнулся:
— Я блин, кота вообще-то глажу!
Он не убрал руки. Ладонь скользнула по гладкому лбу Вэнь Сяо, с усилием запрокидывая его голову и заставляя посмотреть на себя, — жест был очень властным, почти вторгающимся в личное пространство.
Чи Е заговорил низким, хрипловатым голосом:
— Тогда пусть тебя что-то связывает только со мной. Твой Чи-гэ точно не позволит тебе страдать.
Вэнь Сяо смотрел на него ясным, холодным взглядом. Собеседник наклонился почти вплотную — их носы почти касались. Он нашёл своё отражение в его глазах и, чуть приподняв уголки губ, спросил:
— Веришь мне?
Шея юноши, откинутая назад, была напряжена, и движение кадыка было видно особенно отчётливо. Дыхание переплелось, ресницы дрогнули.
— Верю, — ответил тот хриплым голосом.
Услышав этот ответ, Чи Е остался доволен. Он выпрямился, провёл пальцем по внешнему уголку его глаза и позвал:
— Вэнь Сяо.
— Что?
Его улыбка была подобна яркому весеннему солнцу, а голос стал мягким:
— Переживи эту зиму, и всё изменится к лучшему.
Каким бы пронизывающим ни был ветер этой зимой, какими бы густыми и тяжёлыми ни были тучи.
Какой бы унылой она ни была и как бы тяжело ни было её пережить.
Всё пройдёт. Всё будет хорошо.
Обязательно.
***
Были последние дни апреля — скоро Первое мая, а ещё только что отшумел спортивный праздник, и в классе царила лёгкая суета. Это было заметно по тому, как старостам по предметам стало гораздо сложнее собирать домашние работы, как на каждом уроке кто-то стоял в наказание «за сон и разговоры» и как ошибки в заданиях росли с невероятной скоростью.
После утренней гимнастики староста всё ещё надрывал голос: «Не хватает одной работы по физике! Кто не сдал — срочно!» — но в классе никто его даже не слушал: кто-то жевал снеки, а кто-то незаметно листал телефон.
Учитель химии пришёл на урок раньше звонка и с порога разразился громогласной речью:
— Учитель физики ждёт вас в своём кабинете. Те, кто ещё не сдал домашнее задание, немедленно отнесите ему работы. У него ОКР [1] — если не хватает хотя бы одной тетради, он не находит себе места. И те, кто сзади играет в телефоны — немедленно выключите и уберите в рюкзаки, иначе я сейчас же иду к вашему классному руководителю!
[1] 强迫症 qiǎngpòzhèng — букв. обсессивно-компульсивное расстройство; здесь в шутливом смысле.
Оглушённый голосом мужчины класс наконец-то притих, а как только прозвенел звонок, тот сразу назвал ученика:
— Третий ряд, пятый слева. Давай, расскажи нам про электролиз насыщенного раствора поваренной соли.
Вызванный ученик, явно не ожидавший такой участи, стоял с совершенно потерянным видом. Он долго мычал, прежде чем выдавить из себя какую-то формулу.
Учитель химии вытаращил глаза:
— Друг, это случайно не семейный рецепт, доставшийся тебе от предков? Скажи, кем были твои предшественники — алхимиками, изготавливающими пилюли бессмертия? — Он скрестил руки на груди. — Староста по предмету, теперь ты. Давай, рассказывай толком, не заставляй меня краснеть за тебя.
К моменту, когда староста закончил отвечать, у мужчины уже разболелась голова.
— Спортивный праздник прошёл, награды вручены, снеки съедены, на объекты воздыхания тоже уже насмотрелись. На Первое мая вам дали всего один день отдыха. Чего вы так разошлись? Скажите мне, чему вы так радуетесь?
В классе воцарилась мёртвая тишина. А затем прозвучало:
— Один день? Наша школа так жестока?
— Учитель, вы серьёзно? В прошлом году же было целых два дня!
— Учитель, вы нас разыгрываете? Один день — это же просто невозможно!
Учитель химии наигранно воскликнул:
— Ах, ваш классный руководитель не сказал вам? Что ж, приношу извинения — расстроил вас немного раньше времени.
Класс: «…»
Мужчина одной рукой открыл учебник.
— Поэтому нечего тут так бурно реагировать — всё равно бесполезно. Давайте посмотрим, какими знаниями мы сегодня обогатимся!
Чжао Иян откинулся на спинку стула и спросил Вэнь Сяо:
— А сколько дней давали на Первое мая в твоей старой школе?
Тот задумался.
— Один.
Чжао Иян был поражён:
— В десятом классе — всего один день?
— Да. А на Национальный праздник — три дня, — кивнул юноша.
— Знаешь, после твоих слов я вдруг понял, что, по сравнению с тобой, мы живём как в раю [2]. Наша школа — просто прелесть — дают целых два дня. — Чжао Иян изобразил торжественно-серьёзный вид. — Сочувствую твоей участи, но она меня успокоила. Спасибо, брат.
Вэнь Сяо: «…»
[2] 幸福的蜜罐 xìngfú de mìguàn — букв. счастливая банка мёда; обр. беззаботная, благополучная жизнь, как сыр в масле.
***
К четвёртому уроку пришёл Чи Е. Чжао Иян, заметив его, радостно помахал — опыт Вэнь Сяо утешил его, так что он уже вполне смирился с одним выходным и был настроен на удивление благодушно.
Чи Е дал однокласснику пять в знак приветствия, но стоило ему сесть, как он заметил, что его сосед по парте выглядит недовольным. Тот хмурился, а взгляд за простыми очками без диоптрий казался холодным — будто он только что вернулся с Северного полюса, и от него так и тянуло ледяным ветром.
— Кто тебя расстроил? — Чи Е, не удержавшись, потрепал юношу по волосам, и ладонь слегка закололо от коротких прядей.
Вэнь Сяо окинул его внимательным взглядом:
— Ты ранен?
— Чёрт, и это так заметно? — Парень не стал отрицать. — Как ты догадался?
— Когда ты идёшь, не можешь до конца выпрямить спину. Как это случилось?
Сосед ответил с лёгкой небрежностью:
— Утром, когда разгружал товар, с высоты упала металлическая труба и угодила прямо в спину. Похоже, остался синяк.
— Лекарство купил?
— Купил. Специально принёс в школу, чтобы ты меня вылечил, — сказал юноша с улыбкой, достал из кармана школьной формы баллончик со спреем и протянул его Вэнь Сяо. — Смотри, какой я сознательный.
Вэнь Сяо взял спрей, внимательно изучил инструкцию и скомандовал:
— Ложись на парту, я посмотрю, где именно у тебя ушиб.
Чи Е послушно улёгся животом вниз.
Под одеждой дугой проступал позвоночник; Вэнь Сяо приподнял край его формы и закатал выше — и почти сразу увидел багрово-синий кровоподтёк в центре. Цвет был настолько глубоким, что резал глаза — неизвестно, с какой силой упала труба.
Рука юноши, сжимавшая край одежды, дрогнула, а затем пальцы сжались сильнее, побелев от напряжения. Он встряхнул баллончик и тихо предупредил:
— Будет немного холодно. Потерпи.
Чи Е, не меняя позы, медленно ответил с мягкой гнусавой ноткой в голосе, а тон был расслабленным и неторопливым:
— М-м-м. Я в твоей власти.
Он не стал задирать одежду до конца — только приподнял край, просунул руку внутрь и дважды распылил спрей на синяк. Как раз когда он массировал ушибленное место, контролируя силу нажатия, в класс вошёл Лао Сюй с учебниками и конспектами. Окинув взглядом класс, он остановился на них:
— Что вы там делаете? Вэнь Сяо, почему ты сунул руку под одежду Чи Е и трогаешь его спину?
От этого возгласа все взгляды в классе мгновенно устремились к последней парте.
Чи Е, который лежал спокойно, при звуках голоса учителя почувствовал, как дёрнулся висок, поднял голову — и точно: они стали центром всеобщего внимания.
— Учитель, это не «трогает спину», это «ощупывает кости». Вэнь Сяо обнаружил, что у меня необыкновенное строение скелета, идеально подходящее для того, чтобы стать бессмертным, — ответил Чи Е, заметив, что многие уже сели как положено, и добавил с ленцой: — Я же не девушка. Если он потрогал мою спину, он что, должен теперь нести за меня ответственность?
В следующую секунду он почувствовал, что ладонь на его спине слегка нажала сильнее, и юноша притворился, что ему больно:
— Ай, сосед, пощади!
Учитывая, что тот был ранен, Вэнь Сяо ослабил нажим.
Учитель, услышав болтовню Чи Е, тоже решил, что зря поднял шум. Парни-подростки — они такие: энергии через край, девать её некуда. То они прыгают друг через друга в задней части класса, то носят одного из учеников на руках по всему кабинету. Такое он видел каждый год.
Ну, потрогал спину — ничего необычного.
Когда урок начался и все повернулись к доске, Чи Е опёрся локтем на стол, подпер подбородок и посмотрел на Вэнь Сяо. Тот бросил на него вопросительный взгляд.
Чи Е безошибочно нашёл под партой руку соседа и схватил её — на ней оставался тонкий маслянистый слой лекарства, поэтому ладонь была немного скользкой и прохладной на ощупь.
Ощутив, как пальцы соседа плотно сжали его, не давая высвободиться, Вэнь Сяо тихо спросил:
— Что ты делаешь?
— Да так, ничего особенного. — В голосе Чи Е послышалась едва уловимая дерзкая усмешка. — Ты меня потрогал — хочу, чтобы ты взял на себя ответственность.
От автора
Баллончик со спреем — и тот выпускает облачко в форме сердца, в котором слышно «люблю»~
Спокойной ночи, спасибо что читали!~
Перевод «В цветах — кувшин вина»
http://bllate.org/book/17591/1917489
