— Ничего страшного, — сказала Янь Лофэй, прижав ладонь к груди. Она не могла понять почему, но всё время чувствовала, будто упустила нечто по-настоящему важное.
(незначительная правка)
Янь Шуле и не подозревала, что своим случайным поступком не только лишила Янь Лофэй прекрасного сценария и шанса на всенародную славу, но и спасла жизнь молодому человеку, чьи мечты едва не привели его к самоубийству, и его почти разрушенную семью.
В оригинальной книге Лю Канлэ, измученный чередой неудач и подавленный, поссорился со своим другом детства Вэнь Цзэ. Во время ссоры из его папки выпал сценарий, но Лю Канлэ, погружённый в мрачные мысли, даже не заметил пропажи. Вернувшись домой, он решил смириться с участью и уехать за границу учиться, как того хотели родители.
Из-за горя он больше не открывал ту папку и, естественно, так и не узнал, что сценарий исчез.
А нашла его проходившая мимо Янь Лофэй.
Спустя два года Вэнь Цзэ позвонил Лю Канлэ и посоветовал посмотреть недавно вышедший популярный сериал «По заслугам». Лю Канлэ посмотрел и с изумлением обнаружил, что часть сюжета этого сериала поразительно похожа на его собственный сценарий. В титрах значились два имени сценаристов — его и Янь Лофэй.
Лю Канлэ был растерян. Это был его сценарий, но в то же время — не совсем его. Раньше он отказывался от всех предложений студий именно потому, что считал свой текст идеальным и не нуждающимся ни в каких изменениях.
Однако в «По заслугам» не только изменили название, но и добавили множество любовных линий, а некоторые дела тоже подверглись правке. Но Лю Канлэ всё равно узнавал их — ведь кроме новых персонажей, имена остальных остались прежними.
Когда он искал в интернете информацию о сериале, то наткнулся на интервью Янь Лофэй, где она рассказывала о работе над сценарием и упомянула, что очень хочет найти его первоначального автора.
Она сказала, что, впервые увидев этот сценарий, была поражена его гениальностью и сожалела, что такой талантливый автор не получает шанса. Поэтому, не сумев связаться с ним, она решила снять сериал сама и надеется, что настоящий автор увидит это интервью и свяжется с ней — она обязательно передаст ему причитающееся вознаграждение.
В интервью Янь Лофэй выглядела невероятно доброй, щедрой и благородной. Фанаты и зрители восторженно хвалили её: «Какой у неё глаз на таланты!», «Честная и открытая!», «Автор должен быть благодарен ей — благодаря ей его работа увидела свет и стала хитом!»
Но Лю Канлэ становилось всё злее. Ему казалось, что его произведение осквернили.
Он немедленно написал в своём микроблоге, отметив Янь Лофэй, и заявил, что является настоящим автором сценария, требуя объяснений, почему его текст так изуродовали. Он также пригрозил подать на неё в суд за нарушение авторских прав.
Часть незаинтересованных пользователей пришла в себя и поддержала Лю Канлэ. Однако фанаты Янь Лофэй и некоторые неадекватные комментаторы заявили, что без неё никто бы и не узнал, кто такой Лю Канлэ, и его сценарий никогда бы не стал популярным. Они даже начали присылать ему оскорбительные личные сообщения, называя неблагодарным и предателем.
Лю Канлэ не ожидал, что всё зайдёт так далеко. В тот период он подвергался массовым нападкам и оскорблениям. Экстремистски настроенные фанаты даже нашли его дом и квартиру, где он жил за границей. Его выгнали из жилья, и он не мог найти новое. Родители потеряли работу из-за вмешательства Чжоу Чжихао. Лю Канлэ не смог завершить учёбу и вынужден был вернуться на родину. У него развилась депрессия, и он не раз пытался покончить с собой. Родители постарели за считанные месяцы и были вынуждены продать дом и переехать обратно в родной городок.
Даже Вэнь Цзэ, пытаясь помочь другу добиться справедливости, потерял семейный зал ушу — его закрыли. У Вэнь Цзэ не было матери, отец умер рано, и в итоге он тоже уехал с семьёй Лю Канлэ в провинцию.
В конце концов, Лю Канлэ так и не смог вернуть себе ни своё произведение, ни репутацию. В книге его судьба оказалась такой же, как у Янь Шуле в оригинале — он стал жертвой-антагонистом, лишь точильным камнем на пути к славе главной героини, дав герою возможность проявить себя, защищая её.
Янь Шуле знала лишь общую канву сюжета и, конечно, не знала подробностей о таком второстепенном персонаже, как Лю Канлэ. Но даже если бы она знала, вряд ли удивилась бы — ведь автор этой книги был настоящим чудаком, и подобные истории с искажённой моралью были для него в порядке вещей.
Хорошо, что теперь всё изменилось. Янь Шуле появилась вовремя, и Лю Канлэ больше не повторит своей трагической судьбы.
Хотя Янь Шуле знала, что этот сценарий наверняка станет хитом, ей всё равно было любопытно — что же за история так трогает сердце?
Сидя в кофейне, она сразу же погрузилась в чтение.
Рядом с ней устроился Сюэ Ян, напротив сидели Лю Канлэ и Вэнь Цзэ.
Янь Шуле быстро увлеклась сюжетом и читала очень внимательно. Сюэ Яну же стало скучно, и он начал переглядываться с парнями напротив, пытаясь завязать разговор.
— Вы друзья?
— Да, мы соседи и дружим с детства.
— То есть, друзья детства...
— Именно...
Трое как-то вяло и сухо болтали, но вскоре разговор совсем иссяк, и они молча уткнулись в телефоны, дожидаясь, пока Янь Шуле дочитает сценарий.
Лю Канлэ дал ей только общий план, описание персонажей и начало первого эпизода. Янь Шуле как раз дочитала до самого интересного места, но текст внезапно оборвался. Она подняла глаза и с нетерпением спросила:
— Так кто же убийца в первом деле?
Не дожидаясь ответа, она тут же подняла руку:
— Нет, не говори! Пусть лучше я сама посмотрю, когда сериал выйдет. Так интереснее.
Лю Канлэ понял, что она имеет в виду, и с радостным изумлением посмотрел на неё:
— Ты правда хочешь инвестировать в мой сценарий?
Янь Шуле улыбнулась и кивнула:
— Да, он действительно отличный, история захватывающая.
Из каждой строчки она чувствовала любовь этого двадцатилетнего парня к писательству, его упорство и сомнения.
Хотя решение об инвестициях было принято, у них не было команды — только сценарист. Нужно было искать режиссёра, актёров и всю остальную съёмочную группу.
— Я дам деньги, но команду ты должен собрать сам. И никому не говори, что я инвестор, — после размышлений сказала Янь Шуле. Пока она не готова появляться на публике: её положение ещё неустойчиво, а Чжоу Чжихао и Янь Лофэй слишком влиятельны. Она боялась, что они вмешаются, съёмки пойдут насмарку, и Лю Канлэ снова пострадает.
Даже обладая особым даром, Янь Шуле никогда не полагалась на удачу. Пока у неё нет полной уверенности в успехе, она не станет раскрывать себя.
Лю Канлэ кивнул:
— Я возьму актёров-выпускников, а режиссёра я уже давно присмотрел. Не волнуйся, всё будет на мне, и я никому не проболтаюсь о тебе.
Он не стал спрашивать, почему она требует анонимности. Лю Канлэ подумал, что у каждого свои секреты, и раз она действительно хочет помочь ему осуществить мечту и снять его сценарий — разве не этого он хочет? Зачем задавать лишние вопросы?
Так они и договорились. Янь Шуле тут же пошла в интернет-кафе рядом и составила договор — она раньше уже имела дело с подобными документами, поэтому написала его легко и быстро. Распечатав на принтере кафе, они подписали по два экземпляра. После этого Янь Шуле сразу же перевела Лю Канлэ восемь миллионов.
Согласно их договорённости, Лю Канлэ получал 30 % акций за сценарий, а Янь Шуле — 70 % за финансирование.
Сюэ Ян тоже получил свою первую работу у Янь Шуле — временно он стал личным ассистентом Лю Канлэ.
Восемь миллионов — сумма небольшая для съёмок сериала, но Лю Канлэ тщательно просчитал все расходы — на площадки, актёров и прочее — и каждая копейка должна была быть потрачена с умом. Сюэ Ян хоть и не имел большого опыта, но мог пригодиться.
Ранее Янь Шуле сняла с биржи тридцать шесть миллионов. Тринадцать миллионов ушло на покупку квартиры, сто восемьдесят тысяч — Сюэ Яну, восемь миллионов — Лю Канлэ. Теперь у неё оставалось всего несколько десятков тысяч на мелкие расходы и тринадцать миллионов двести тысяч.
Она решила вложить эти деньги в новые инвестиции. Съёмки — дело затратное, и вдруг понадобятся дополнительные средства? Пока она не хотела продавать все акции компании «Лихуа Текнолоджис», поэтому рассчитывала заработать на этих тринадцати миллионах.
Может, всё-таки вернуться к торговле акциями?
Её особый дар лучше всего работал именно на бирже — быстро и надёжно.
Когда все дела в кофейне были улажены и договор подписан, Янь Шуле весело подняла свою чашку кофе:
— Давайте выпьем за сотрудничество! Пусть кофе заменит нам вино.
Остальные тоже встали и чокнулись чашками. Янь Шуле с удовольствием сделала глоток, но вдруг вспомнила кое-что и посмотрела на Вэнь Цзэ:
— Кстати, ты же сказал, что угощаешь! Не забудь расплатиться за кофе!
Остальные: ...
Ты, которая только что без тени сомнения вложила несколько миллионов, не можешь угостить всех чашкой кофе?
Янь Шуле почувствовала их взгляды и с подозрением уставилась на них, крепко прижав к себе кошелёк:
— Что? Он же сам сказал!
Сюэ Ян закрыл лицо ладонью. Похоже, скупость Янь Шуле — это черта, которую не исправить никакими деньгами. Раньше она без колебаний отдала ему более ста тысяч в качестве дивидендов, и он уже подумал, что она изменилась. Ан нет — всё та же.
В это же время в старом особняке семьи Янь в Пекине...
— Господин, мадам, молодой господин и госпожа Лофэй прибыли, — почтительно доложила служанка в униформе, обращаясь к сидевшим во главе зала.
Старый господин Янь одобрительно кивнул:
— Проси её войти.
Затем он повернулся к женщине рядом и ласково сказал:
— Видимо, она узнала, что у тебя сегодня день рождения, и специально приехала.
Женщина по имени Сюй Яцзы улыбнулась:
— Этот ребёнок действительно хорош. Все эти годы ни разу не пропустила ни одного семейного праздника.
Два мужчины, явно отец и сын, переглянулись, но промолчали.
Янь Лофэй вскоре вошла в зал. В доме семьи Янь она казалась гораздо мягче и послушнее, чем снаружи. Сначала она поздоровалась со старым господином Янь, затем со всеми остальными:
— Дедушка Янь, дядя Янь, дядя Янь, тётя Янь, брат Сюй Ножэнь.
И отдельно обратилась к Сюй Яцзы:
— Тётя Янь, с днём рождения! — и протянула заранее приготовленный подарок. — Желаю вам вечной молодости и счастья!
Сюй Яцзы с улыбкой приняла подарок. Её отношение было тёплым, но с лёгкой долей формальности:
— Спасибо, Лофэй. Как мило с твоей стороны.
Янь Лофэй скромно села в стороне и вежливо отвечала на вопросы старого господина Янь и Сюй Яцзы.
Внезапно в зал ворвался звонкий смех:
— Сестрёнка, я приехала поздравить тебя с днём рождения! С днём рождения!
Со смехом в комнату вошла элегантно одетая женщина средних лет.
— Младшая сестра! — Сюй Яцзы явно обрадовалась. — Почему так рано? Могла бы предупредить.
— Хотела лишний раз поесть у тебя! — весело пошутила Сюй Ятин.
— А, Лофэй тоже здесь, — заметила она, увидев девушку.
Янь Лофэй встала и вежливо поздоровалась:
— Тётушка!
Сюй Ятин ласково похлопала её по плечу:
— Ты ещё больше похудела! Актёрская работа, наверное, очень тяжёлая?
Янь Лофэй улыбнулась:
— Всё нормально...
Не дав ей договорить, Сюй Ятин продолжила:
— Хотя говорят, актёры неплохо зарабатывают. Ты, считай, уже отработалась. Слышала, ты встречаешься с каким-то господином Чжоу?
Янь Лофэй машинально взглянула на Сюй Ножэня, стоявшего рядом. Он лишь улыбался, наблюдая за разговором, и на его лице не было и тени эмоций. Она сглотнула горечь и ответила:
— Мы только начали знакомиться. Пока не знаю, чем всё закончится.
— Если подойдёт — скорее выходи замуж, — махнула рукой Сюй Ятин и больше не стала развивать тему.
Янь Лофэй, поняв намёк, вежливо сказала:
— Наверное, тётя Янь и тётушка хотят поговорить наедине. Я пойду отдохну.
Сюй Яцзы кивнула:
— Ты и правда устала с дороги. Отдохни немного.
И, обратившись к служанке:
— Ли Сао, проводи Лофэй в гостевую комнату.
Ли Сао вежливо повела Янь Лофэй к комнате для гостей.
http://bllate.org/book/1759/192932
Готово:
