Она усердно вводила в компьютер текст, размеченный Лу Фаном, но, услышав эти слова, широко распахнула глаза и решительно вытеснила сон из головы:
— Ни за что! Как можно оставить тебя одного в кабинете? Я же не такая безответственная, как учитель Сян!
Сян Сыюй… Привёл их в кабинет, дозвонился по телефону — и просто испарился, бросив двоих наедине с работой.
Лу Фан отложил книгу, которую только что закончил размечать, и передал её Линь Сяохуа для ввода. С таким талантливым помощником дело шло вдвое быстрее.
В тишине кабинета слышались лишь редкий шелест перелистываемых страниц да стук клавиш. Линь Сяохуа мысленно ворчала: «Бездушный Сян Сыюй! Ясно же, что это академические материалы — и он опять свалил всё на меня. Да разве можно быть настолько ленивым?»
Стремясь к полной тишине, он специально выбрал кабинет в самом дальнем углу старого корпуса. В полночь, под мерцающим светом лампы, даже птицы на деревьях за окном замолкли и погрузились в глубокий сон.
Линь Сяохуа почувствовала жажду. Она подняла голову, потерла глаза, порылась в ящике под столом и вытащила два пустых бумажных стаканчика, буркнув себе под нос:
— Все преподаватели работают в новом корпусе, а этот упрямый устраивается в старом, где даже кулера с водой нет. Сам себе злейший враг!
Таким образом, всего за несколько дней она уже составила чёткое представление об этом красивом и знаменитом преподавателе. У него было три ярко выраженных качества: во-первых, мазохист — главная цель его жизни, похоже, истязать самого себя; во-вторых, трудоголик — способен работать без сна и отдыха, расходуя бесконечные запасы энергии; в-третьих, садист — получает удовольствие от того, чтобы мучить других, особенно Линь Сяохуа.
Она безнадёжно подняла стаканчики:
— Староста, я схожу за водой.
— Я сам схожу, — поднялся Лу Фан.
Линь Сяохуа хлопнула себя по груди:
— Ладно уж, такую мелочь я сама сделаю. Ты ведь сегодня пришёл мне помогать.
Лу Фан уже готов был рассмеяться, но в этот момент Линь Сяохуа выскочила из кабинета.
«Неужели ей совсем не страшно?» — с грустью подумал Лу Фан, глядя на тускло освещённый коридор. Он и сам не знал, какого рода девушку он выбрал — настолько беззаботную и беспечную.
Но разве Линь Сяохуа не боялась?
Конечно, боялась! Как только она вышла в коридор, её внезапно охватило ощущение безысходной пустоты и одиночества. От собственного воображения по всему телу пробежал холодный пот, и она замерла на месте.
Теперь было поздно жалеть.
Глотнув воздуха, она собралась с духом и направилась к чайной комнате, которая, к счастью, находилась недалеко.
«Всё из-за Сян Сыюя! Зачем он устроил свой кабинет вместе с аудиториями? Теперь мне приходится идти одной по коридору в полночь!»
— На самом деле я… лев, который снаружи храбрый, а внутри — трусливый котёнок. И вообще, я никогда не смотрела ужастики… Так чего же бояться?
Внезапно за спиной прошуршал холодный ветерок. Линь Сяохуа застыла как вкопанная, по коже поползли мурашки, и, ускорив шаг, она услышала, как за спиной дверь скрипнула и захлопнулась.
«Уууу… Как страшно! Надо было попросить старосту пойти!»
Чайная комната была уже совсем близко. Линь Сяохуа глубоко вдохнула, зажмурилась и бросилась туда сломя голову.
— Чёрт! Здесь нет света! Что за дела!
Сзади послышались лёгкие шаги. Линь Сяохуа перестала дышать от ужаса. Она стояла, зажмурившись и прижав ладони к лицу, когда вдруг раздалось:
— Ало-ло… Ало-ло…
Это был её собственный звонок! Она лихорадочно вытащила телефон из кармана и увидела на экране яркую надпись:
«Молодец, Сяохуа! Ты даже стала председателем студенческого совета. Видишь, какие возможности я вам даю!»
— Хм! — не раздумывая, она отправила в ответ всего один символ.
Сян Сыюй явно не заслуживал особого уважения. Хотя прошло всего три дня, его дурные привычки уже стали очевидны Линь Сяохуа.
«В таком юном возрасте такая вспыльчивость — это плохо, очень плохо.»
Она перевела телефон в режим вибрации, но тут же пришло новое сообщение. Линь Сяохуа больше не стала отвечать этому нахалу, наполнила стаканчики водой и обернулась — прямо за дверью стояла чёрная тень. От страха у неё душа ушла в пятки.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
Два стаканчика взлетели в воздух, создав редкостное зрелище.
Когда Лу Фан подоспел, он увидел, что Линь Сяохуа висит на шее Сян Сыюя, болтая ногами и крича:
— Это всё твоя вина! Ты меня напугал до смерти!
При тусклом свете было видно, как по полу катятся два стаканчика, а одежда Линь Сяохуа и Сян Сыюя промокла.
Сян Сыюй беспомощно пожал плечами перед Лу Фаном:
— Это не моя вина. Она приняла меня за привидение.
— Эх, Сяохуа, разве ты только что не шла с видом непобедимого полководца? — Лу Фан намеренно проигнорировал происходящее и поддразнил её.
— У тебя что, глаза на затылке? Где ты увидел полководца? — обернулась Линь Сяохуа и сердито уставилась на Лу Фана. Затем машинально повернула голову обратно — нос к носу, глаза в глаза, лбы почти соприкасаются, их дыхание смешалось. Щёки Линь Сяохуа вспыхнули ярким румянцем — такая редкость, будто вымерший вид вдруг воскрес.
«Когда это… я так близко подошла к учителю Сяну?»
Дрожащими руками она отцепилась от него, словно коала, и, стараясь сохранить спокойствие, спустилась на пол, отряхивая мокрую одежду и поднимая стаканчики.
Наконец, с притворной невозмутимостью, она улыбнулась:
— Учитель, вы всё-таки вспомнили о нас, двух несчастных рабочих?
— Конечно! Моя совесть меня замучила, поэтому я не пожалел сил и вернулся, чтобы составить вам компанию, — ответил Сян Сыюй с полной искренностью.
Линь Сяохуа возмущённо ткнула пальцем в его сторону:
— Учитель Сян, запомните раз и навсегда: это ваша, собственная, личная работа!
Сян Сыюй хитро усмехнулся, Линь Сяохуа в бешенстве подпрыгнула.
А Лу Фан тем временем задумался.
Он знал, что Линь Сяохуа всегда относится к парням как к братьям, и за последние два года у неё не было ни одного романтического увлечения. Значит, у него, председателя студсовета, всё ещё есть шанс.
Но… Лу Фан мягко улыбнулся: «Неужели учитель Сян может обратить внимание на Линь Сяохуа?..»
* * *
На самом деле, с появлением Сян Сыюя работа ночью продвигалась стремительно, и Линь Сяохуа с Лу Фаном многому научились. Эту ночь нельзя было считать потраченной впустую, хотя из-за недосыпа на следующий день им пришлось отсыпаться в общежитии.
Завернувшись в тонкое одеяло, Линь Сяохуа лежала на кровати и глупо улыбалась.
Сегодня ей удалось «пощупать тофу» сразу у Сян Сыюя и Лу Фана… Жизнь прекрасна! К счастью, она не питала к ним никаких греховных мыслей — просто получила удовольствие от момента, вот и всё.
Внезапно дверь общежития распахнулась, и Цяо Май с тяжёлым вздохом вошла в комнату. Заметив под одеялом высокий бугорок на кровати Линь Сяохуа, она сразу поняла: эта негодница уже вернулась.
Цяо Май стремительно подскочила к кровати и громко закричала:
— Негодяйка! Где ты шлялась вчера ночью?
— Ваше величество, помилуйте! Ваша служанка Сяохуа снова была угнетена учителем Сяном в его кабинете! — Линь Сяохуа быстро прикрыла голову руками.
— Врешь! Сегодня утром кто-то видел, как ты обнималась с великим талантом Лу Фаном в аллее!
— О, ужас! Это недоразумение!
— Признавайся немедленно! — Цяо Май резко сдернула одеяло. Линь Сяохуа всё ещё прикрывала лицо, но из-под пальцев на подругу смеялись её большие чёрные глаза.
Цяо Май тут же загорелась любопытством и придвинулась ближе:
— Линь Сяохуа, Линь Сяохуа! Кто бы мог подумать! Другие мечтают об одном, а ты сразу двух заполучила! Высший класс!
Линь Сяохуа развела руками:
— Цяо Май! Если бы я не была уверена, что ты просто издеваешься надо мной, я бы подумала, что ты в сговоре с кем-то, чтобы меня подставить. Как я могу справиться с этими двумя? Ты слишком много думаешь обо мне!
— Ой-ой! Ты меня не поняла. Сегодня на паре я слышала, как та богатенькая барышня Тань Бин с кислой миной говорила, что ты якобы встречаешься с Лу Фаном, а заодно специально заигрываешь с учителем Сяном. Мол, иначе почему он всё поручает именно тебе? Наверное, ты ловко льстишь ему и цепляешься за его ноги! — Цяо Май живо изобразила завистливую мину Тань Бин.
— Браво! Просто великолепно! — Линь Сяохуа продолжала лежать на животе и поаплодировала, после чего снова натянула одеяло на голову. — Неинтересно. Мне правда нужно поспать.
— Эй, Линь Сяохуа! — Цяо Май театрально бросилась к ней. — Ты хоть немного расскажи мне правду! Умоляю, дай мне умереть со спокойной душой — мы же подруги!
Линь Сяохуа лениво пробормотала:
— Такой парень, как я, по-твоему, может им понравиться?
Цяо Май на секунду замерла, скрестила руки на груди и замолчала.
«Парень»! Эта девушка с идеальной фигурой в форме буквы S осмеливается называть себя парнем… У неё вообще есть хоть капля женского самосознания? Конечно, Цяо Май давно знала Линь Сяохуа и понимала: она говорит это абсолютно искренне.
Хотя Цяо Май и не могла с этим согласиться, переубедить Линь Сяохуа было невозможно.
Она решила не мешать подруге спать — всё-таки та не ложилась всю ночь, а скоро нужно идти на пары. Даже самой выносливой девушке сейчас было несладко.
И действительно, проспав всего три часа, Линь Сяохуа вздрогнула, когда стрелки часов показали девять. Цяо Май бережно потрясла её за плечо:
— Вставай! Через полчаса пара у Мегеры!
Линь Сяохуа в ужасе вскочила и внутренне завыла. Ей ничего не оставалось, кроме как позвонить в общежитие своей младшей сестре Линь Сяоцао.
Линь Сяоцао не ответила — она вообще редко разговаривала. Но, узнав от соседок, что старшая сестра зовёт, она всё же перешла через корпус и пришла в комнату Линь Сяохуа.
Линь Сяохуа приняла жалобный вид и чуть не бросилась сестре на шею, чтобы зарыдать.
— Цаоэр… Помоги мне, пожалуйста…
Линь Сяоцао спокойно приняла на себя натиск сестры, но повернулась к Цяо Май и спросила:
— Что с ней?
— Ну, если точно, то она буквально истощила все жизненные силы, — зловеще ухмыльнулась Цяо Май, отчего Линь Сяохуа задрожала и сквозь слёзы прошипела: — Цяо Май… Если бы это было в древности, за такие слова в июне пошёл бы снег! Я невиновна, как Ду Э!
Цяо Май пожала плечами:
— Я ничего не напутала. Разве не так? Разве тебя не мучает самый красивый преподаватель нашего университета, Сян Сыюй? Тебе приходится работать, ходить на пары, зубрить, сдавать экзамены и ещё быть его секретарём — проверять работы, готовить учебные материалы, собирать документы…
Линь Сяоцао ничего не выразила на лице, но голос её стал чуть выше:
— Правда?
Линь Сяохуа подняла голову из сестринских объятий:
— Правда!
Линь Сяоцао уточнила:
— Он тебе платит?
Конечно, нет! Хотя она действительно выполняла часть преподавательских обязанностей Сян Сыюя и многому научилась, просить за это деньги у учителя было бы неприлично. Но Линь Сяоцао, зная сестру, серьёзно сказала:
— Если он не платит, уволься.
Цяо Май рядом чуть не поперхнулась от смеха. Эти сёстры — настоящая редкость.
Линь Сяохуа простонала, массируя виски:
— Это не главное! Главное — следующая пара у Мегеры! Если я не пойду, меня убьют! Но разве ты не видишь, что твоя сестра сейчас на грани смерти? Пойди вместо меня!
Она смотрела на Линь Сяоцао своими огромными невинными глазами, как мультяшный олень, надеясь вызвать сочувствие у своей каменной сестры.
Линь Сяоцао приподняла бровь:
— Есть зарплата? Гонорар за замену? Если да — пойду.
Правда, Линь Сяохуа и Линь Сяоцао — две из трёх близнецов, и внешне они почти неотличимы. Если Линь Сяохуа станет чуть холоднее, она превратится в Линь Сяоцао за секунду; если Линь Сяоцао немного подложит себе в бюстгальтер, она станет Линь Сяохуа.
Если бы не кардинально разный характер, они могли бы играть в «Бесконечную войну», но Линь Сяоцао всегда была равнодушна к таким шуткам. Одним предложением она отправила сестру в бездонную пропасть отчаяния:
— Ты! Линь Сяоцао! Ты так жестока даже к собственной сестре! Какая же ты бессердечная! — Линь Сяохуа укусила платок.
Линь Сяоцао холодно усмехнулась:
— Не преувеличивай. Просто за других я ещё подумала бы, но за тебя — даже если заплатишь, не пойду.
Линь Сяохуа чуть не расплакалась и схватила сестру за одежду:
— Почему?!
— Брать деньги у родных — это унизительно, — серьёзно ответила Линь Сяоцао.
По комнате разнёсся громкий смех Цяо Май. Эти сёстры были просто несравненны!
http://bllate.org/book/1756/192813
Готово:
