Когда Янь Чжимо впервые попал в этот иной мир, он, естественно, был потрясен существованием «гэров».
В конце концов, внешне гэры почти не отличаются от мужчин, но при этом могут рожать детей, как женщины.
Теперь же он принял этот факт. Каким бы даром судьба ни одарила его в будущем, он примет его с радостью.
Прибрав посуду, Янь Чжимо вывел Яо Чжо во двор прогуляться — чтобы помочь пищеварению.
В деревенской жизни это самое лучшее: у каждой семьи есть свой дворик. Пусть их двор пока еще довольно простой, но все же это их собственный, принадлежащий только им двоим мир.
Яо Чжо, похоже, еще не отошел от того, как он недавно трогал себя за живот. Он протянул руку, ущипнул себя за единственный маленький слой жирка на животе и, подумав, спросил:
— Муж, ты меня совсем откормил, я растолстел.
Янь Чжимо тоже, пользуясь случаем, ущипнул Яо Чжо за животик:
— Где же ты растолстел? Раньше ты был слишком худым. Скорее всего, было недоедание.
Яо Чжо не понял, что значит «недоедание», но он уловил, что муж не против того, что у него прибавилось пару цзиней мяса, и обрадовался:
— Правда, лучше быть пухлее. Говорят, что гэрам и женщинам нужно быть пополнее, чтобы легче рожать.
Потом он вспомнил, что они с Янь Чжимо еще не делили ложе, и на мгновение его лицо омрачилось.
Янь Чжимо заметил перемену в выражении лица молодого гэра и примерно догадался, о чем тот думает.
Сообразив, что сейчас идет стрим, и некоторые вещи не стоит говорить прямо, он снова склонил голову и зашептал Яо Чжо на ухо.
Зрители в чате от нетерпения прыгали вверх-вниз.
[Что это такое, чего не может слышать ваш драгоценный обладатель большой VIP-подписки на GouGou??!!]
[С системой звукозаписи в стриминговой комнате все в порядке? Что он сказал — дайте мне послушать!]
[У стримера такой хороший самоконтроль, небось, сказал что-то такое, что заблокируют за непристойность?]
[Тогда мне тем более хочется это услышать!]
[+1]
[+2]
[+10086]
……
Яо Чжо, который был единственным во всем мире, кто знал, что именно сказал Янь Чжимо, слегка распахнул глаза, а затем тоже что-то тихо прошептал и чмокнул Янь Чжимо в щеку.
Зрители стрим-комнаты словно смотрели немое кино. Они места себе не находили от нетерпения, но вынуждены были смириться.
В последующие несколько дней ни Янь Чжимо, ни Яо Чжо не бездельничали.
Сначала они вместе расчистили поросший сорняками участок на заднем дворе, вскопали землю и посадили несколько видов семян овощей, которые купили в прошлый раз.
Это были пекинская капуста, бок-чой, белая редька, лук-порей, а также пересаженный дикий лук и дикий чеснок.
Пекинскую капусту и бок-чой как раз в этот сезон и сажать. Белая редька и лук-порей — овощи, растущие круглый год, их можно сажать когда угодно.
Лук-порей рос быстрее всего, к тому же его можно было собирать и тут же есть. Янь Чжимо уже когда сажал, думал о том, что обязательно нужно будет приготовить пельмени с луком-пореем.
Самым важным, естественно, было перебрать и досушить собранные в прошлый раз плоды сумаха, разделив их на несколько партий. Следуя прошлому опыту, сушили их три дня.
В это время Янь Чжимо тоже не сидел без дела. Он нарисовал на бумаге чертежи набора инструментов: ножниц для фитиля, крючка для фитиля и колпачка для тушения свечи.
Учитывая, что в эту эпоху свечи уже перестали быть новым изобретением, возможно, такие вспомогательные инструменты уже появились.
Но чертежи, которые нарисовал Янь Чжимо, были самой практичной конструкцией, отточенной временем. Должно быть, в эту эпоху они все еще обладали определенной конкурентоспособностью.
Этот набор инструментов должен быть сделан из металла. Для Янь Чжимо стоимость изготовления одного комплекта была слишком высока.
Поэтому на этот раз он не стал делать образцы, а решил сразу показать чертежи Ци Дэнсяо. Если тому они придутся по душе, можно будет продать ему чертежи.
Кроме того, он также заново разработал набор форм для отливки свечей.
Эта штука была сделана на основе инструмента из случайно увиденного в прошлой жизни видео. С помощью нее можно было отлить пять или даже больше свечей за раз.
Так как материалом должно было служить дерево, Янь Чжимо, закончив чертеж, сразу же отнес его в семью Фан и через третьего брата Фана нашел его старшего брата, то есть плотника Фан Да.
Форма выглядела необычно, но Фан Да был человеком молчаливым и честным, привыкшим работать, не поднимая головы, и поэтому не стал расспрашивать.
Он только уточнил размеры и породу древесины, а затем назвал цену.
Сейчас у Янь Чжимо оставалось всего триста монет. Поэтому он попросил Фан Да сначала сделать две формы, в которые помещалось по пять свечей. Стоимость материалов и работы составила двести монет.
Они договорились, что он заберет их через день. Уже собравшись уходить, Янь Чжимо заметил в мастерской Фан Да множество обрезков дерева и спросил, не может ли тот продать ему несколько кусочков.
Фан Да как раз размышлял над чертежами, которые дал Янь Чжимо. Ему показалось, что эта вещь сработана с выдумкой. Привыкший мастерить обычные сельскохозяйственные орудия и мебель, он сейчас почувствовал некоторый азарт.
Поэтому, услышав вопрос Янь Чжимо, он тут же с готовностью ответил:
— Это сосна, она не стоит денег. Хочешь — возьми несколько кусков.
Янь Чжимо поблагодарил, выбрал несколько штук и унес домой.
На следующий день, забрав из мастерской готовые формы, он вернулся и официально приступил к работе.
Надо сказать, Фан Да отлично владел столярным делом. Формы идеально соответствовали конструктивному замыслу Янь Чжимо и были отделаны так, что не имели ни малейшей зазубрины.
Янь Чжимо подумал, что в будущем можно будет нарисовать для Фан Да еще несколько чертежей столярных изделий, опережающих свое время, и, возможно, вместе открыть новое дело.
Но сейчас самым важным было изготовление свечей.
За тот день, пока были готовы формы, они с фуланом обработали все плоды, просеяли восковой порошок и отдельно сложили семена.
Часть семян потом пойдет лекарю Вану для приготовления снадобий, а часть Янь Чжимо решил копить. Когда наберется достаточное количество, он найдет маслобойню и отдаст их выжимать масло.
Восковой порошок прямо в котле нагрели, превратив в текучую жидкость. Затем Янь Чжимо показал Яо Чжо, как пользоваться новыми формами.
Кроме того, так как на этот раз времени было в обрез и форм, конечно, не хватало, пришлось по-прежнему использовать вместе с ними бамбуковые заготовки.
Что касается этих форм, то, если объяснять проще, это деревянные колоды, в которых сверху донизу на одинаковом расстоянии друг от друга выдолблены углубления в форме пяти свечей.
Затем они были разделены посередине на две половинки и при складывании скреплялись шипами, что позволяло использовать их многократно. Более того, такие формы могут стоять прямо сами по себе, и не нужно, как в случае с бамбуковыми, куда-то их втыкать, чтобы они сохраняли вертикальное положение.
Поняв, как пользоваться этими формами, Яо Чжо не смог скрыть восхищения.
— Муж, ты действительно очень талантлив, — сказал он тоном, в котором не было и тени лести. Янь Чжимо знал, что он говорит искренне.
Но каждый раз, слыша это, он все равно смущался.
В конце концов, это была мудрость предков.
— Я вычитал это когда-то в книгах, но память подвела, поэтому я, по своему разумению, кое-что усовершенствовал. К счастью, это сработало.
Яо Чжо, следуя указаниям Янь Чжимо, аккуратно залил воск в формы, вставил бамбуковые палочки, чтобы закрепить фитили, а затем перенес их в тень у стены, ожидать, пока воск застынет и высохнет.
После этого они таким же образом залили еще одну форму, а также тридцать бамбуковых заготовок.
Воскового порошка неожиданно осталось еще немного, поэтому они убрали его в банку, плотно закрыли и отставили.
Как и в прошлый раз, к ночи второго дня воск в основном уже застыл.
На всякий случай, а также потому, что на этот раз время еще позволяло, они подождали еще одну ночь.
Наутро они встали пораньше, освободили пятьдесят свечей из форм, завернули каждую в промасленную бумагу и уложили в корзину, на дно которой положили солому.
Корзина была достаточно глубока, так что с первого взгляда было не разобрать, что там внутри. Поэтому они спокойно вышли из дома и направились к краю деревни, где договорились встретиться с Ма Санем.
На этот раз, когда они добрались до города, они уже знали туда дорогу.
В «Западном окне» им повезло — Ци Дэнсяо стоял у входа. Увидев их, он просиял:
— Я так и думал, что вы сегодня придете. Заходите скорее.
На этот раз их провели в маленькую заднюю гостиную. Пэй Чэ подал свежезаваренный чай.
Янь Чжимо выложил на стол пятьдесят завернутых свечей и стал ждать, пока Ци Дэнсяо проверит товар.
Ци Дэнсяо внимательно осмотрел каждую. Когда он опустил последнюю, Яо Чжо незаметно выдохнул с облегчением.
— Качество, как и тогда, безупречное. Те несколько штук, что вы оставили в прошлый раз, я постепенно все использовал. Эти я сразу выставлю на продажу.
Сказав это, он продолжил:
— В прошлый раз, когда вы приходили, я заметил, что фитиль отличается от обычного, но не понял, в чем тут секрет. А когда стал пользоваться свечами, обнаружил, что фитиль сам распушается, что избавляет от необходимости постоянно его подстригать, и, главное, свеча не гаснет сама собой через некоторое время после зажжения. Наша семья занимается свечами столько лет, а так до этого и не додумалась.
Как раз к слову пришлась тема стрижки фитилей. Янь Чжимо тут же воспользовался моментом и достал нарисованные им ранее чертежи, передав их Ци Дэнсяо.
Развернув бумажный свиток, Ци Дэнсяо сначала удивился:
— Господин Янь, вы еще и рисовать искусны? Вас действительно нельзя недооценивать.
Бегло просмотрев рисунки, он выразил восхищение:
— Позвольте спросить, господин Янь, эти три предмета как-то связаны со свечами? И для чего каждый из них предназначен?
Увидев, что Ци Дэнсяо задает такие вопросы, Янь Чжимо понял, что дело выгорит. Он развернул свиток и принялся объяснять:
— Это ножницы для фитиля. Их нижняя часть изогнута, что позволяет максимально избежать ожогов рук пламенем. Кроме того, если свеча стоит в каком-нибудь высоком подсвечнике или глубоком сосуде, ими удобно подстригать фитиль.
Этот инструмент я называю крючком для фитиля. Иногда фитиль наклоняется, что влияет на яркость пламени и даже создает опасность возгорания. С помощью этого крючка можно легко вернуть фитиль в исходное положение.
И последний — это колпачок для тушения свечи. Если накрыть им пламя, свеча быстро погаснет и не будет коптить.
Когда объяснение трех предметов было закончено, Ци Дэнсяо был уже покорен талантом Янь Чжимо.
Его особенно впечатлили многочисленные пометки на полях чертежа, где было указано, что предметы лучше всего делать из латуни и украшать резьбой.
А если упаковать их в изящную деревянную шкатулку и продавать набором, то можно не сомневаться — многие богатые семьи не пожалеют на это денег.
Особенно барышни или гэры из знатных семей, которым от скуки нечем заняться и которые больше всего любят всякие подобные изящные, хоть и не самые необходимые, безделушки.
Ци Дэнсяо, используя свою деловую хватку, которую он оттачивал с детства, всего за несколько мгновений увидел в этом листке бумаги возможность для крупной сделки в будущем.
Если это пришло в голову ему, то, естественно, пришло в голову и Янь Чжимо.
Поэтому Ци Дэнсяо решил говорить начистоту:
— Господин Янь, я хочу купить у вас эти чертежи, но только с условием, что вы не продадите их никому, кроме меня.
Он на мгновение задумался и произнес:
— Пятьдесят лян серебра. Как вам?
Янь Чжимо раздумывал недолго. Он и так пришел подготовленным.
— Благодарю, управляющий Ци. Договорились.
Янь Чжимо уже все рассчитал. Если у Ци Дэнсяо достаточно коммерческой хватки и он сделает наборы достаточно изящными, как было предложено, и упакует их в коробки, то даже при цене семьсот-восемьсот монет или даже один лян за набор они будут отлично продаваться.
Но у этого товара был один недостаток: как только первая партия будет продана, любой, кто его увидит, легко сможет скопировать его, найдя умельцев.
Поэтому заработать можно будет только за счет первой партии, которая захватит рынок.
Таким образом, прибыль, которую Ци Дэнсяо сможет получить от этого товара, ограничена. Пятьдесят лян были довольно справедливой ценой.
Оба не были из тех, кто любит тянуть резину. Ци Дэнсяо тут же распорядился, чтобы Пэй Чэ сходил в лавку, где меняют деньги, взял там наличное серебро и, упаковав его, вручил Янь Чжимо.
Когда все было закончено, они тут же на месте составили договор на дальнейшие поставки.
Они поставили свои отпечатки пальцев, и каждый взял себе по экземпляру. В эту эпоху такие договоры обладали полной юридической силой. Если одна из сторон нарушала условия, другая могла смело идти жаловаться в управу.
После того как договор был подписан, конечно же, не обошлось и без оформления заказа.
Ци Дэнсяо тут же заказал еще сто свечей. Он, похоже, был уверен, что эти новые свечи из сумаха будут хорошо продаваться.
Поэтому он добавил двести пятьдесят монет в качестве задатка за следующую партию. В итоге, когда они вышли из «Западного окна», у Янь Чжимо в руках было пятьдесят сверкающих лян серебром, а также десять связок — всего тысяча медных монет.
Пятьдесят лян для обычной деревенской семьи были настоящим «мгновенным богатством».
Вероятно, эта радость передалась и зрителям стрим-комнаты. Они, словно сговорившись, начали швырять подарки, снова отправив Янь Чжимо на первое место в часовом рейтинге доходов в своем разделе и в десятку лучших на главной странице.
С ростом популярности увеличивалось и количество зрителей.
Вскоре Ван Цай снова вышел на связь, чтобы сообщить еще одну потрясающую новость.
[Поздравляем хост! Количество зрителей в стриминговой комнате превысило порог в пять тысяч человек!]
[Функция магазина разблокирована——]
Услышав это, Янь Чжимо внезапно сжал руку Яо Чжо.
Надо сказать, по сравнению с пятьюдесятью лян серебра, которые он только что заработал, разблокировка функции магазина заставила его сердце биться чаще.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/17108/1598966
