Сухие позывы Чжоу Юя не шутку напугали Хань Сяосуна. Он обеспокоенно спросил:
— Брат Чжоу, что с тобой?
Чжоу Юй махнул рукой и, вскочив, поспешил в туалет.
В желудке всё переворачивалось. Стоило ему открыть кран, как его вырвало. Та немногочисленная каша, которую он успел съесть, вышла наружу; смешиваясь с остаточным привкусом роз во рту, она заставляла его морщиться.
Наверняка это из-за того, что вчерашней ночью Син Хуэй, этот скот, изводил его слишком долго.
Хань Сяосун стоял у двери туалета, волнуясь всё сильнее:
— Брат Чжоу, может, покажешься врачу?
Чжоу Юй прополоскал рот:
— Я и есть врач. — Он вытянул салфетку и на ходу вытирая губы, вышел наружу. — Всё в порядке, просто вчера просквозило.
— Тогда, может, выпишешь себе какое-нибудь лекарство? — Хань Сяосун состроил сочувственную мину.
— Уже всё, — Чжоу Юй бросил салфетку в корзину. — Вырвало — и полегчало. Давай, доедай скорее. — Он подошел к окну и открыл его, чтобы проветрить комнату, и только тогда заметил, что пошел дождь.
— В прогнозе на сегодня обещали ливень, — Хань Сяосун с аппетитом продолжал трапезу. — Время летит быстро, уже лето на носу.
Был май, и действительно наступало лето.
Если посчитать, то к этому лету исполнится ровно шесть лет с тех пор, как Чжоу Юй попал в этот мир.
И все эти шесть лет он был практически неразрывно связан с Син Хуэем.
Лицо Чжоу Юя помрачнело, а во взгляде невольно промелькнула некоторая растерянность.
— Брат Чжоу, моя стажировка скоро заканчивается, — с грустью в голосе заговорил Хань Сяосун. — После этого вернусь в училище, защищу диплом... Не знаю, смогу ли я снова попасть сюда на работу.
Чжоу Юй взял себя в руки и вернулся на место:
— И что здесь такого хорошего?
— Как «что»? Это же лучшая больница высшей категории во всем Союзе! Здесь находится научно-исследовательский институт клинической медицины, это один из центров, назначенных Министерством здравоохранения для диагностики сложнейших заболеваний. Если получится стать здесь штатным сотрудником — считай, жизнь удалась.
Чжоу Юй только собирался что-то ответить, как зазвонил телефон.
На экране высветилось несколько пропущенных от Син Хуэя и сообщения. Чжоу Юй намеревался и дальше их игнорировать, но всплыло новое уведомление.
Син Хуэй: Возьми трубку, или я немедленно приеду за тобой.
Взгляд Чжоу Юя потяжелел, но он всё же нажал кнопку приема.
Син Хуэй тут же начал ворчать:
— Я же оформил тебе отгул, почему ты опять притащился в больницу?
— А кто тебя просил оформлять мне отгул? — Чжоу Юй нахмурился. — Можешь ты не лезть в мои рабочие дела? Я не лезу в твою службу, почему ты вечно контролируешь мою работу?
— Так контролируй меня! Я только и жду, когда ты начнешь мной распоряжаться, но ты же этого не делаешь, — парировал Син Хуэй.
Чжоу Юй застыл с телефоном в руке. Он молчал, и лицо его не выражало никаких эмоций, пока Син Хуэй не добавил:
— Жена, твое чувство собственничества слишком слабое. В будущем ты должен больше меня контролировать, понял?
Чжоу Юй выдохнул и сухо произнес:
— Есть какое-то серьезное дело, ради которого я должен был ответить? Если нет, я кладу трубку.
— Ты занят? — спросил Син Хуэй. — Сейчас время обеда, ты поел?
— Ем, — Чжоу Юй помедлил. — Ты покалечил моего коллегу, он в стационаре. Не забудь выплатить компенсацию. — С этими словами он сбросил вызов.
Тихо обедавший Хань Сяосун поспешно вставил:
— Брат Чжоу, из-за такой царапины не стоит, завтра меня уже выпишут.
— У него денег куры не клюют. Дают — бери.
— Но...
— Молчи и ешь.
Хань Сяосуну показалось, что обычно добродушный Чжоу Юй сейчас выглядит пугающе. Он украдкой взглянул на него пару раз и случайно заметил едва различимые следы на шее, выглядывающие из-под воротника. В тот же миг он понял, почему «супруг» в телефоне так настойчиво хотел оставить Чжоу Юя дома.
«Неужели у них плохие отношения?» — невольно начал гадать про себя Сяосун.
«Если бы были плохие, они бы не стали заниматься... таким», — размышлял он дальше.
Чжоу Юй холодно прервал его мысли:
— Что ты на меня уставился? Ешь давай.
Хань Сяосун прочистил горло:
— Брат, у тебя... вот тут. — Он указал пальцем на воротник.
Чжоу Юй почувствовал, как лицо непроизвольно обдало жаром, и поправил воротник, прикрывая шею.
— Брат, мы же взрослые люди, к тому же ты женат, это нормально, — попытался разрядить обстановку Хань Сяосун, глуповато хихикая. — Твой... — слово «муж» застряло на языке, так как он не до конца понимал, кто в их паре «сверху», а кто «снизу», поэтому пришлось сказать: — Твой спутник жизни очень о тебе заботится, у вас наверняка прекрасные отношения.
От этих слов лицо Чжоу Юя стало крайне неприятным. Он закрыл глаза, а когда открыл их, в них застыл холод:
— Мне нехорошо с желудком. Доедай сам.
Хань Сяосун ошарашенно смотрел, как Чжоу Юй стремительно покинул палату.
В десять вечера Чжоу Юй закончил обход и вернулся в ординаторскую. Желудок всё еще беспокоил. Проходя мимо туалета в коридоре, он почувствовал посторонний запах, и это снова вызвало у него позыв к тошноте.
Он выдвинул ящик стола и начал искать — он помнил, что там лежал травяной чай для пищеварения.
Заварив пакетик, Чжоу Юй сел в кресло и замер, глядя в пустоту.
Когда раздался стук в дверь, Чжоу Юй как раз допил чай. Он встал, чтобы открыть, и увидев Син Хуэя, мгновенно помрачнел.
— Ты ходил к тому пацану, еще и обедал с ним, — Син Хуэй вошел в комнату, снимая перчатки. — Чем этот малец, кроме молодости, лучше меня? — И добавил: — Ты забыл мои слова?
Чжоу Юй нахмурился, его лицо выражало холод и отвращение:
— Он просто младший коллега.
— Надеюсь, что так, — Син Хуэй слегка ущипнул Чжоу Юя за щеку. — Ты не рад моему приходу?
Как только дела в штабе были закончены, Син Хуэй примчался под проливным дождем, даже не успев сменить военную форму.
Он взял Чжоу Юя за подбородок и наклонился, чтобы поцеловать. Его язык властно прошелся по полости рта мужа, а когда он отстранился, то обеспокоенно спросил:
— Почему пахнет лекарством? Тебе плохо?
Тон Чжоу Юя был привычно холодным:
— Переел, выпил травяной чай.
— Вот как? — Рука Син Хуэя скользнула под одежду Чжоу Юя.
— Это мое рабочее место, — Чжоу Юй перехватил его руку, предостерегающе глядя в глаза.
Син Хуэй ответил ему улыбкой:
— О чем ты подумал? Я просто хочу помассировать тебе живот. — С этими словами он чмокнул Чжоу Юя в губы.
Чжоу Юй с каменным лицом отвел взгляд:
— Не надо массировать. — Он попытался отстраниться, но вторая рука Син Хуэя крепко обхватила его.
— Не дергайся, я помассирую, — Син Хуэй сел на кровать и силой усадил Чжоу Юя к себе на колени, прижимая теплую ладонь к его животу.
Когда Чжоу Юй снова попытался вырваться, Син Хуэй невозмутимо произнес:
— Если продолжишь дергаться, я не гарантирую, что не трахну тебя прямо здесь.
Тело Чжоу Юя на миг одеревенело. Он замер.
Син Хуэй довольно ухмыльнулся и потянулся за поцелуем. Чжоу Юй отвернулся, но Син Хуэй обхватил его затылок, силой развернул к себе и запечатлел на его губах крепкий, настоящий поцелуй.
Когда поцелуй закончился, Чжоу Юй оттолкнул его, встал и с раздражением бросил:
— Веди себя прилично, это моя работа.
— Мы женаты официально, — смеясь, Син Хуэй встал и снова прижал Чжоу Юя к себе, запуская руку за пояс его брюк и пощипывая мягкую кожу на талии.
Чжоу Юй был худощавым, но не хилым; на талии почти не было жира, кожа была упругой, а на ощупь — очень приятной. Каждый раз во время близости изгиб его талии выглядел потрясающе. При мысли об этом Син Хуэй невольно почувствовал сухость во рту.
Однако вчера он явно переборщил, сегодня продолжать нельзя — тело Чжоу Юя может не выдержать. К тому же этот человек, даже если его изводить полвечера, на следующий день всё равно прется на работу. Это злило Син Хуэя, и он сказал:
— Не хочешь отдыхать дома пару дней, обязательно надо на работу прийти. У меня серьезное подозрение, что ты просто любишь делать мне наперекор.
Чжоу Юй нахмурился, хотел было что-то ответить, но передумал и решил промолчать.
Видя его молчание, Син Хуэй спросил:
— Почему ты такой вялый? Ты правда пил только чай? Тебе точно не плохо? Скажи мне правду.
Чжоу Юй не хотел с ним разговаривать, поэтому просто взял мусорную корзину, стоявшую у стола, и сунул её Син Хуэю в руки.
Тот увидел в чистой корзине пустой пакетик из-под чая, поставил её обратно на пол и улыбнулся:
— Я же просто волнуюсь. — Он снова утянул Чжоу Юя на кровать, обнял его и уткнулся носом в шею. — Вчера я был немного неосторожен. Оформил тебе отгул, чтобы ты отдохнул, не злись на меня, ладно? — Говоря это, он слегка потирал пальцами область железы.
На работе Чжоу Юй обычно носил браслет-ингибитор. Цены на них разнились, как и функции. Его браслет был сделан Син Хуэем на заказ: дорогой, легкий, а главное — помимо подавления феромонов, он служил часами, трекером, записывал шаги, мерил давление и пульс, а также работал как средство связи. Словом, многофункциональный медицинский гаджет.
Вчера железа была искусана, сегодня он заклеил её пластырем, но даже сквозь него прикосновения Син Хуэя вызывали легкое онемение.
Чжоу Юй был вынужден напомнить:
— Это мое рабочее место, можешь ты не вести себя так в любое время и в любом месте... — Он не договорил, в очередной раз задаваясь вопросом, есть ли в голове Син Хуэя хоть что-то еще.
— Я ничего не буду делать, — рука Син Хуэя скользнула к талии, он крепко обнял его и пробормотал сонным голосом: — Дай просто так полежать.
Чжоу Юй замер в его объятиях, не двигаясь и не проронив ни слова.
Снаружи бушевал ливень.
Кровать в ординаторской была узкой, односпальной. Двоим взрослым мужчинам было крайне тесно. Син Хуэй лег с краю, крепко прижимая к себе Чжоу Юя, и даже предложил: мол, если неудобно, можешь лечь сверху на меня.
Чжоу Юй то ли из вредности, то ли из чувства противоречия, сухо ответил:
— Спать на тебе еще хуже, тошнит.
Син Хуэй усмехнулся, поцеловал его в макушку и еще крепче сплел их ноги.
Чжоу Юй не смог высвободиться. Он закрыл глаза, свернулся калачиком, уткнувшись лицом в сгиб локтя Син Хуэя, но руками продолжал упираться в его грудь — жест отторжения был очевиден.
Син Хуэй перехватил его руки и силой спрятал их у себя на груди, прижав мужа к себе еще плотнее.
Эту ночь оба провели не самым лучшим образом — кровать для двух мужчин ростом за метр восемьдесят была явно маловата. К середине ночи Син Хуэй улегся на спину, и Чжоу Юй действительно оказался сверху. Он лежал, обняв Син Хуэя, пристроив голову у него на груди, и крепко спал.
У Син Хуэя были важные дела в штабе, он встал в четыре утра. Стараясь не шуметь, он перед уходом запечатлел поцелуй на лбу Чжоу Юя.
Как только дверь закрылась, Чжоу Юй открыл глаза, перевернулся лицом к стене и плотнее закутался в одеяло.
В шесть утра он встал — сегодня был день приема.
Каждую неделю — пять рабочих дней. Как лечащий врач, Чжоу Юй два дня вел амбулаторный прием, два дня работал в отделении и одну ночь дежурил.
Хотя Син Хуэй и следил за ним очень пристально, в работе он его никогда не ограничивал. Раньше он хотел устроить Чжоу Юя на «теплое местечко», но не ожидал, что тот сам сдаст экзамен на лицензию и легко попадет в больницу.
Син Хуэй не знал, что до попадания в этот мир Чжоу Юй учился в медицинском университете. Всё время, свободное от лекций, он проводил в лабораториях, позже его рекомендовали в магистратуру, но, к несчастью, случился перенос в этот мир.
Утренний прием подошел к концу, и снова позвонил Син Хуэй. Сказал, что заказал еду, пожаловался, что Чжоу Юй в последнее время похудел, и снова завел волынку о том, что кровать в ординаторской чертовски мала и на ней невозможно спать нормальному человеку. Он болтал без умолку.
Чжоу Юй, не дослушав, сбросил вызов и выключил телефон.
Вместе с братом Чэнем и коллегами он пошел в столовую. Всем было безумно любопытно узнать о его браке, но все понимали, что выспрашивать бесполезно.
С одной стороны, Чжоу Юй никогда не говорил о личной жизни, с другой — статус семьи Син был не тем, что простые люди могли бы обсуждать в открытую.
Разговор зашел о кроватях для дежурных врачей.
— Я в этой больнице десять лет. Когда пришел, спал на этой самой кровати. После ночи на ней спина колом стоит. Сколько раз жаловались — ноль внимания. А сегодня с самого утра говорят, что кто-то «сверху» позвонил лично главврачу. В обед уже вышло распоряжение: все кровати заменить на большие и удобные, чтобы дежурные врачи могли нормально высыпаться.
— Серьезно?
— В чат не заглядывал? Конечно, серьезно.
— Ого, кто же это такой всесильный, что одним звонком заставил главврача раскошелиться?
— Явно фигура не мелкого калибра.
Пока все обсуждали новость, Чжоу Юй молчал. Он вспомнил, как вчера Син Хуэй спрашивал, удобно ли ему, и как сегодня в трубку ворчал, что кровать пора менять.
Он уже догадался, чьих рук это дело.
Когда рабочий день закончился, Син Хуэй позвонил снова и сказал, что сегодня не придет ночевать.
Эта новость для Чжоу Юя была куда приятнее, чем замена кроватей. Перспектива спокойно проспать одному до утра радовала его куда больше, чем риск снова проснуться с ватными ногами.
Не дождавшись ответа, Син Хуэй спросил:
— Чего молчишь? Неужто втайне радуешься?
Лицо Чжоу Юя оставалось бесстрастным:
— Я радуюсь открыто, мне не нужно делать это втайне.
Син Хуэй хмыкнул:
— Вернусь — я с тобой разберусь.
Ответом ему были гудки сброшенного вызова.
У Чжоу Юя в последнее время зрел один план, поэтому он сел в машину и поехал в старое поместье семьи Син.
http://bllate.org/book/17071/1595694
