Выражение тревоги на лице № 04 слегка исказилось, на висках несколько раз запульсировала жилка, и он торопливо объяснил Цзян Вэньюаню:
— «Круглый стол» знал, что я в любом случае найду способ проследовать за тобой, и намеренно заманил меня в ловушку. Из-за барьера между серверами я не мог вселиться в игроков-иностранцев. В этом раунде игры всего два игрока с национального сервера — ты и номер 4. 4-ый страдает диссоциативным расстройством личности, в его теле сосуществуют две личности: основная и вторичная. Моя душа сейчас находится в ослабленном состоянии и не может заставить основную и вторичную личности уснуть одновременно.
Стоило № 04 озвучить главный секрет Чэнь Мяня, как Цзян Вэньюань поверил, что перед ним и впрямь он. Тягостный груз, от которого перехватывало дыхание, внезапно отпустил. Как же хорошо — Чэнь Мянь не исчез…
Воссоединение с Чэнь Мянем придало ему огромную храбрость, но он не мог сразу поддаться оптимизму. Человек, только что открывший подвал, по всей видимости, был вторичной личностью № 04, а его отношение к нему было крайне скверным. И любовь, и ненависть — пылкие чувства, не бывает любви без причины, как не бывает и ненависти без причины. Вторичная личность № 04 питал к Цзян Вэньюаню столь крайнюю неприязнь далеко не случайно.
Цзян Вэньюань рассказал Чэнь Мяню о своей встрече с вторичной личностью № 04.
— Расщеплённые личности управляют разными участками мозга, и их воспоминания не сливаются воедино, но ты — не фрагмент личности 4-го, а отдельная душа. Можешь ли ты считывать воспоминания второстепенной личности 4-го, когда она управляет телом?
Чэнь Мянь покачал головой.
— Я знаю только о том, что происходит, когда сам управляю телом. Что же касается моих воспоминаний за время управления телом, они записываются в мозге в форме, похожей на осознанные сны, и я не могу контролировать, в какой именно части мозга они фиксируются. Вторичная личность 4-го испытывает к тебе враждебность — возможно, к ней уже попала часть воспоминаний о моих действиях.
Цзян Вэньюань поджал губы. Если проблему со вторичной личностью № 04 не решить, их действия окажутся скованными, и многие планы не удастся осуществить должным образом. Из-за аномального состояния Чэнь Мяня ему оставалось лишь подавить порыв рассказать ему о том, что дядя Чэнь вошёл в игру, вселившись в костяную куклу.
— Ты узнал правду? — завуалированно спросил Цзян Вэньюань.
Где же на самом деле находится их поле битвы с «Круглым столом».
— Узнал. Подожди немного, — Чэнь Мянь сделал паузу примерно на две минуты и только потом заговорил снова: — «Круглый стол» подставил меня в финале, но и я ответил ему тем же. Изначально условие прохождения этого раунда игры было всего одно: успешно принести в жертву всех игроков, кроме себя. Стоит хоть одному игроку погибнуть не от жертвоприношения — и раунд считается проигранным для всех. «Круглый стол» хотел воспользоваться жестоким условием прохождения, чтобы отправить нас всех в ад. Поэтому я силком утащил «Круглый стол» за собой на дно, добавив второе условие прохожд…
— Жд… кх… — Чэнь Мянь не успел договорить, как слова застряли в горле. Спокойное и серьёзное выражение лица сменилось гневом. Оттолкнув стоявшего в дверях ванной Цзян Вэньюаня, он бросился к унитазу и стал судорожно выблёвывать всё подчистую — только что съеденный завтрак, пока желудок, содрогаясь в спазмах, не изверг желчь.
Вторичная личность № 04, по-видимому, отличался запредельным самолюбием: прочистив желудок до помутнения в глазах, он нажал на смыв унитаза, затем умылся у раковины, ополоснул рот и перед зеркалом привёл в порядок свой растрёпанный вид. И лишь после этого с надменным видом повернулся к Цзян Вэньюаню.
За то время, пока Цзян Вэньюань ждал вторичную личность № 04, его мысли не останавливались. Он в общих чертах понял, в какую ловушку «Круглый стол» заманил Чэнь Мяня: стоило ему совершить действие, несущее угрозу Игре, или произнести слова, затрагивающие саму её суть, как вторичная личность № 04 принудительно отправлял его в офлайн. Из-за этого Чэнь Мянь не стал раскрывать правду Цзян Вэньюаню напрямую, а зашёл издалека и рассказал о том, что он сделал с «Круглым столом». Однако даже эти слова в итоге активировали ловушку, и вторичная личность № 04 отключил его из сети.
Цзян Вэньюань временно отложил мысли о правде «Круглого стола». Первостепенной задачей было выяснить, сколько именно информации вторичная личность № 04 успел получить от Чэнь Мяня. Сделав бесстрастное лицо, Цзян Вэньюань решил проверить вторичную личность № 04.
— Ты прибежал обратно только для того, чтобы проблеваться у меня на глазах? Неужели ты не находишь своё поведение крайне бестактным?
— Ха, боюсь, в ближайшие дни я буду вести себя ещё более бестактно. Чёрт его знает, о чём думает основная личность! Каждый раз, когда он управляет телом, его душа переполнена восторгом, радостью, горечью и страхом, и весь этот хаос эмоций передаётся мне. А только что было ещё хуже: он настойчиво выражал тебе любовь до гробовой доски и хотел с тобой заняться сексом… — второстепенная личность № 04 скривился от отвращения и сделал паузу. — Короче, меня привлекают женщины! Основная личность вывел меня из себя своей тошнотворной дрянью, так что я больше не мог терпеть и забрал контроль над телом. Лаоцзы предупреждает тебя: не думай, будто раз основная личность от тебя без ума, то тебе всё дозволено! Здесь ещё есть я, и в моих руках улики твоих преступлений. Если посмеешь воспользоваться его любовью, то я сделаю так, что ты сдохнешь мучительной смертью!
Бросив угрозу, вторичная личность № 04 горделиво мотнул головой и удалился, словно и не он только что обнимал унитаз, изрыгая всё содержимое желудка. Однако это подтвердило догадку Цзян Вэньюаня: Чэнь Мянь владеет столькими тайнами игры, что «Круглый стол» должен был сойти с ума, решись он раскрыть похожие на пороховой склад воспоминания Чэнь Мяня № 04, у которого имелась лишь низкая вероятность пройти игру.
Проводив взглядом уход вторичной личности № 04, Цзян Вэньюань решил в следующий раз при встрече с Чэнь Мянем показать ему костяную куклу с вселившимся дядей Чэнем. Он снова спустился в подвал, нашёл внутри пусковой механизм управления и из подручных средств соорудил простейшую взрывчатку с отложенной детонацией. Когда Цзян Вэньюань покинул подвал и с помощью рулона туалетной бумаги привёл в действие механизм закрытия прохода, а также постарался максимально сгладить царапины на полу ванной, из подвала донёсся глухой гул. Земля пару раз дрогнула и снова погрузилась в тишину. Цзян Вэньюань вновь попытался повернуть рулон туалетной бумаги, управляющий механизмом, но тот уже совершенно не поддавался.
Не встретив ничьих помех, Цзян Вэньюань успешно взорвал механизм управления подвалом. Выйдя из виртуальной сцены № 22, он столкнулся лицом к лицу с № 21. Тот стоял у стены, разделявшей их виртуальные сцены, наклонив голову набок, и смотрел на него.
— Ты пробыл в своей виртуальной сцене час и двадцать минут. Что такое, твоё преступление раскрыли и ты увлечён устранением следов? Тот 4-ый, раскрывший твоё преступление, выскочил с физиономией, полной отвращения и ярости. Похоже, ты неплохо с ним разобрался, так что мне, полагаю, больше не о чем беспокоиться.
Цзян Вэньюань уловил прозрачный намёк № 21.
— Спасибо, что не подпустил других преступников к моей виртуальной сцене. Благодаря этому я смог так быстро уладить оставшиеся проблемы. Как мне тебя отблагодарить?
№ 21 расплылся в улыбке.
— Во второй половине дня помоги мне караулить мою виртуальную сцену и не подпускай остальных. Я просидел в этой сцене два дня, уже почти плесенью покрылся!
Цзян Вэньюань ненадолго замолчал. Чтобы № 21 не садился ему на шею, он чётко ограничил туманные временные рамки:
— Только сегодня, в промежутке от обеда до начала ритуала жертвоприношения, я буду охранять твою виртуальную сцену и не дам посторонним ходить туда-сюда. Однако моя внушительность уступает твоей, так что пока будешь развлекаться, не забудь заглядывать раз в полчаса-час, чтобы оказать мне поддержку.
— Без проблем, я и так это планировал, — выпалил № 21, но тут же пожалел о сказанном: — Постой, кто это будет развлекаться? Я иду по делу! И ещё, я хочу знать: сколько преступлений под этими номерами тебе уже известны? — № 21 назвал Цзян Вэньюаню шесть номеров преступников.
Из этих шести номеров виртуальных сцен Цзян Вэньюань обошёл пять. У четырёх из них преступления уже были выяснены, а улики по оставшемуся вызывали у него чувство некой несостыковки, так что окончательно установить преступление пока не удалось.
После того как Цзян Вэньюань передал информацию № 21, тот удовлетворённо кивнул.
— Собрать столько сведений за два дня — весьма неплохо. До обеда ещё есть немного времени, почему бы тебе не сходить в ту виртуальную сцену, где ты ещё не был?
Нельзя не признать: № 21 поистине умеет помыкать людьми.
Исполняя просьбу № 21, Цзян Вэньюань отправился осматривать виртуальную сцену № 09. Эта локация заметно отличалась от остальных: за время поисков он встретил в общей сложности шестерых преступников. Самым поразительным было то, что направления их расследований ни разу не совпали. Путь, выбранный Цзян Вэньюанем, тоже отличался от предыдущих шести, но ещё жутче оказалось другое: каждая зацепка позволяла отыскивать новые следы и продвигаться дальше, однако ни одна из них пока так и не вела к искомому преступлению.
Из игроков финала, сумевших дойти до сегодняшнего дня, каждый был мастером прохождения. Чем труднее поддаётся взятию виртуальная сцена, тем выше вероятность, что её хозяин — игрок. № 09 обустроил свою виртуальную сцену без единой бреши, что практически равнялось прямому признанию его статуса игрока — с той лишь разницей, что действовал он не столь вызывающе, как № 21. К тому же после некоторого расследования Цзян Вэньюань понял, почему № 09 оформил свою виртуальную сцену именно таким образом.
Начиная со второго дня фестиваля и вплоть до последнего дня, жёстко зафиксировано требование жертвовать по одному игроку ежедневно. Чем дальше затягивается игра, тем меньше останется игроков. Настоящее преступление № 09 упрятано среди невероятно достоверно воссозданных фальшивых преступлений. Помимо игроков, в виртуальную сцену № 09 ходят и NPC-преступники. Если затянуть до поздней стадии, даже если другие игроки раскопают подлинное преступление № 09, выскочит целая орава NPC, ведущих расследование по ложным следам, и выступит против. Преступники, чьи преступления вызывают споры, как правило, не подлежат жертвоприношению.
На раннем этапе игры NPC-преступники служат игрокам камуфляжем: игроки не станут бездумно истреблять NPC. Эта открытая стратегия № 09, без сомнения, гарантировала, что период его выживания можно растянуть до поздней стадии игры, когда игроки начнут массово уничтожать NPC. Сыграно, надо заметить, весьма изящно.
Цзян Вэньюань блуждал по виртуальной сцене № 09 почти час, но добился лишь одного: убедился, что весь его маршрут расследования — не более чем фальшивка, сфабрикованная № 09.
До начала обеда оставалось ещё немного времени. Полный решимости непременно столкнуться с Чэнь Мянем, Цзян Вэньюань, ориентируясь по нумерации виртуальных сцен, направился к локации № 04. Сделав вид, что он просто так бродит по виртуальной сцене № 04, Цзян Вэньюань повторил подход № 09, тем самым помогая скрыть следы преступления. К величайшему сожалению, вплоть до наступления времени обеда Цзян Вэньюаню так и не удалось дождаться Чэнь Мяня.
Обед оказался чуть получше завтрака, но всё равно так себе. Однако отвратительная еда совершенно не испортила хорошего настроения № 21. Едва закончился обед, он пропустил дневной отдых, передал обязанность охранять сцену Цзян Вэньюаню и умчался словно ветер. Цзян Вэньюань сильно сомневался, помнит ли № 21 вообще о своём намерении сделать вид, будто он понёс тяжёлый урон в битве с мстительными духами.
Цзян Вэньюань почти не общался с другими преступниками, а с учётом его нынешней обрюзгшей и сальной внешности в глазах окружающих он выглядел не иначе как безоговорочный подручный № 21. Пусть № 21 и возвращался с обходом примерно каждый час, всё равно находилось немало желающих прорвать линию обороны Цзян Вэньюаня и проникнуть в виртуальную сцену № 21, чтобы всё разузнать. Однако Цзян Вэньюань был непробиваем и завернул каждого из них.
Что же касается того, почему желавшие ворваться в виртуальную сцену № 21, не применили к Цзян Вэньюаню силу…
Потому что жестокий урок предшественника наводил ужас. Поначалу № 21 возвращался с проверкой каждые десять минут, затем — каждые полчаса; интервал постепенно увеличивался. Один из преступников, выгадав момент, когда № 21 только что наведался и ушёл, вознамерился проникнуть в его виртуальную сцену. Цзян Вэньюань перегородил ему путь, и тот без лишних слов выхватил спрятанный под одеждой кинжал, намереваясь нанести ему удар насквозь — даже если не убьёт, то хотя бы испугает и заставит отступить, давая возможность проскользнуть внутрь.
Однако Цзян Вэньюань не испугался и не отступил, а напротив — скрутил преступника и всыпал ему тяжёлых побоев, предельно доходчиво продемонстрировав, что значит «научить уму-разуму». Избитого до бессознательного состояния преступника Цзян Вэньюань вышвырнул словно мусор, сделав из него наглядное предостережение. Затем № 21, вернувшись с полпути, услышал о том, что потерявший сознание преступник замахнулся на Цзян Вэньюаня ножом, и тоже избил его — прямо до прихода в сознание. Сломанных костей у того оказалось явно не одна и не две, так что трудно было сказать, сможет ли он дожить до конца фестиваля.
Силовой прорыв оказался невозможен — оставалось полагаться лишь на хитрый расчёт.
Кое-кто попытался разделиться на две группы: более многочисленная группа прямо на глазах у Цзян Вэньюаня направилась в его виртуальную сцену № 22, а оставшаяся горстка планировала воспользоваться суматохой, пока тот будет в спешке мешать основной группе войти в его сцену, и проскользнуть в сцену № 21. Однако они и представить себе не могли, что Цзян Вэньюаня совершенно не волнует толпа, идущая в его собственную виртуальную сцену, и он непоколебимо останется стоять у входа в локацию № 21.
Раздался звон колокола: ритуал жертвоприношения вот-вот должен был начаться.
Цзян Вэньюань целую вторую половину дня состязался в хитрости и стойкости с теми, кто стремился прорваться в виртуальную сцену № 21, и вымотался до предела. В конце концов № 21 лично явился за ним, чтобы забрать на ритуал.
Он равнодушно взглянул на довольное лицо № 21.
— Не нужно пытаться выслужиться передо мной, я больше ни за что не стану охранять твою виртуальную сцену. За один этот день я устал сильнее, чем если бы не спал трое суток напролёт.
— О-о, — разочаровано протянул № 21, но быстро снова оживился. — Погоди, вот увидишь: сегодняшний ритуал жертвоприношения точно будет настоящим представлением!
Цзян Вэньюань всё это время держался в стороне от противостояния игроков, поэтому ему стало весьма любопытно, что за представление имел в виду № 21.
Преступники вновь в полном составе собрались перед алтарём: всего сорок семь человек, пришли абсолютно все.
— Я предлагаю принести в жертву 44-ую!
— Я предлагаю принести в жертву 15-го!
Оба голоса прозвучали одновременно. Ещё более драматичным было то, принести в жертву № 44 предложил № 15 — тощий мужчина, а с ответной идеей отдать на алтарь № 15 выступила как раз № 44 — женщина афро-азиатского происхождения.
Цзян Вэньюань допускал, что среди № 15 и № 44, которые сами искали с ним контакта, мог оказаться игрок, но абсолютно не ожидал, что игроками окажутся оба. Стоявшие у подножия алтаря оба полностью утратили ту наивность, сочившуюся буквально из каждой поры при общении с Цзян Вэньюанем. Теперь они хладнокровно уставились друг на друга взглядами, а атмосфера накалилась до предела.
Пока № 15 и № 44 взаимоизобличали преступления друг друга и вербовали голоса с требованием принести соперника в жертву, прохладный голос № 21 раздался над ухом Цзян Вэньюаня:
— Предсмертные слова, оставленные мне 26-ой, гласили: похититель был крепкого телосложения, левшой и отличался специфическим запахом пота. Как ты и говорил, среди преступников нет никого, кто удовлетворял бы всем трём условиям одновременно, но есть те, кто соответствует двум из них. Если бы мы продолжили расследовать по предсмертным словам 26-ой, то наверняка направили бы остриё на 10-го, 31-го и 37-го, подпадающих под два параметра. Но поступи мы так, направление оказалось бы совершенно ошибочным. Поэтому я просто изменил ход мыслей и предположил, что 26-ая могла быть подвергнута гипнозу, из-за чего её восприятие похитителя исказилось. Тот, кто отправил 26-ую на алтарь, знал, что я обязательно начну поиски. Именно поэтому внедрённый в её память образ похитителя был максимально далёк от реального виновника, но всё же оставался среди тех, кто находился у этого алтаря. Рассуждая дальше: тот, кто принёс в жертву 26-ую, обязан был иметь близкий контакт с 10-ым, 31-ым и 37-ым. Я сходил и поговорил с этой троицей, и вот вывод: 44-ая вплотную контактировала с 10-ым и 31-ым, а 15-ый завтракал вместе с 33-им. Тебе не кажется, что это слишком подозрительным? — № 21 без спешки изложил свои дневные изыскания.
Оказавшиеся в центре толпы № 15 и № 44 яростно спорили. Они смутно ощущали, что у стоящих за их спинами сторонников сквозит мысль: без разницы, кто сдохнет первым, ведь завтра следом отправится второй. Однако они уже оказались в затруднительном положении, и им оставалось только сегодня из последних сил забить оппонента насмерть, а затем в течение следующего дня разыскать Волю «Круглого стола» и произнести ей: «Я нашёл тебя», — лишь так можно выжить и пройти игру.
№ 21 тоже наблюдал, как № 15 и № 44 грызутся друг с другом, однако главным объектом его наблюдения были не они двое, а сторонники за их спинами.
— 15-ый и 44-ая вступали в контакт с 10-ым, 31-ым и 37-ым, к тому же они связывались и с тобой — разве это не отчаянное стремление сбросить с себя связь с 26-ой? Я ума не приложу, почему, дойдя до сегодняшнего дня, они всё ещё наивно полагают, будто здесь можно дойти до конца, прокручивая мелкие уловки.
Цзян Вэньюань молча слушал, не намереваясь вмешиваться.
№ 21 нисколько не смущался молчаливостью своего слушателя и с увлечением продолжал:
— 15-ый и 44-ая умыкнули мою добычу, да ещё вознамерились обвести меня вокруг пальца. С какой стати я должен давать им желаемое? Поэтому я отыскал мастера обмана, чьё искусство в десятки раз превосходит их уловки, и мы вместе преподали им жёсткий урок, показав, что такое настоящий мошеннический трюк. Посмотри только: не прошло и двух часов, как они ополчились друг против друга у алтаря. До чего же легко их обдурить!
Хотя № 21 не назвал имени мастера обмана, Цзян Вэньюань в общих чертах догадался, кто это: № 09, игрок, замаскировавший собственную виртуальную сцену под детективный лабиринт. Сотрудничество двоих игроков, № 09 и № 21, обладающих весьма ужасающей силой, предвещало крайне тяжёлые времена для всех остальных игроков.
№ 21 не стал распространяться о том, как именно они с № 09 заставили № 15 и № 44 вступить в перепалку, поскольку масштабная ссора у подножия алтаря наконец успешно завершилась. Среди кандидатов в жертвы мужская часть преступников составляла подавляющее большинство, и № 44 в полной мере задействовала свои женские чары, отправив уродливого и отвратительного на вид № 15 прямо на алтарь.
Преступлением № 15 являлось уморение голодом тридцати людей с ожирением, добровольно задействованных в программе похудения. Как только обвинение подтвердилось, мстительные духи жертв один за другим стали проникать через рот № 15, вызывая появление на его теле огромных кусков жира. Когда все тридцать мстительных духов проникли через рот внутрь его тела, № 15 раздулся словно шар, его кожа натянулась почти до прозрачности, и в конце концов, не выдержав непрерывно нарастающего изнутри давления, он с громким хлопком разлетелся на куски, обрушившись на алтарь коротким кровавым дождём.
Мстительные духи, выбравшиеся из тела № 15, с удовлетворением подхватили его кровавое месиво останков и вернулись в висящий вверху шар сгустка обид и злобы. Сгусток затерялся за облаками, и ритуал жертвоприношения третьего дня успешно завершился.
Досмотрев ритуал жертвоприношения, № 21 бросил Цзян Вэньюаню напоминание не забыть принести ему ужин и удалился в свою виртуальную сцену. По пути в столовую Цзян Вэньюань чувствовал, как почти осязаемый взгляд вот-вот прожжёт в его затылке две дыры, но каждый раз, когда он оборачивался, смотревший как ни в чем не бывало отворачивался и отводил глаза.
Цзян Вэньюань через силу доел сытный ужин, взял порцию для № 21 и собрался отнести её. Долго наблюдавший за ним вторичная личность № 04 наконец не выдержал и неожиданно выскочил, перегородив ему дорогу. Выражение лица № 04 было настолько мрачным, будто с него готовы были посыпаться ледяные крошки.
— Знай меру! Ты трёшься так близко с другим мужиком да ещё целыми днями таскаешь ему еду — я скоро захлебнусь в ревности основной личности!
Цзян Вэньюань: «???» — ты уверен, что моим Чэнь Мянем движут подобные порывы?
Честно говоря, он крайне редко видел, чтобы Чэнь Мянь ревновал.
Цзян Вэньюань ненадолго замолк и решил забить на приличия.
— Тогда, когда я отнесу еду, пусти основную личность ко мне, и я как следует его утешу. И тогда ты не захлебнёшься в его ревности.
Однако второстепенная личность № 04 не согласился. Он принял вид человека, наконец поймавшего соперника с поличным.
— Отлично! Я так и знал, что ты заришься на мою основную личность! С какой стати я стану подпускать тебя к нему? Забудь и не надейся!
Цзян Вэньюань посмотрел вслед № 04, всерьёз сомневаясь: не из-за ли колоссального психологического давления и долгих лет подавления у того развилось столь комичное альтер-эго? Впрочем, он не собирался ослаблять бдительность из-за того, что вторичная личность № 04 казался временно безобидным: порой чем безобиднее зверушка, тем она опаснее.
Отнеся еду № 21, Цзян Вэньюань не стал пропадать до поздней ночи, как в предыдущие два дня, а вернулся в свою комнату на час раньше. С одной стороны, караул у входа № 21 изрядно его измотал, но что более важно — он хотел подождать и посмотреть, не придёт ли Чэнь Мянь.
В конечном счёте Цзян Вэньюань всё же дождался своего гостя.
Вот только им оказался вовсе не Чэнь Мянь, а пятеро объятых пламенем фигур, куда более свирепых, чем в прошлые две ночи.
http://bllate.org/book/17048/3741198
