Глава 1. Фильтр
Раздражение разъедало Шэнь Линьфэна изнутри, словно пролитая на обнаженную кожу кислота.
Спортивный автомобиль с трудом втиснулся в узкую горловину переулка. Стены старых обшарпанных домов подступали вплотную, сдавливая дорогу до такой степени, что две встречные машины могли разъехаться лишь чудом. Стоило наткнуться на припаркованное у обочины корыто, и начиналась изматывающая война взглядов со встречным водителем — кто сдаст назад первым.
Подвеска на зеркале заднего вида дергалась в такт ухабам разбитого асфальта. Её шелковые кисточки то и дело мелькали на периферии зрения, царапая сетчатку и заставляя кожу на затылке невыносимо зудеть от нервного напряжения.
Бесстрастный металлический голос навигатора разрезал тишину душного салона:
— Вы прибыли в пункт назначения: жилой комплекс Аньтай. Поблизости нет доступных парковок…
Шэнь Линьфэн уставился на въездные ворота. Путь преграждал выцветший шлагбаум. В тесной будке, уронив голову на грудь, откровенно клевал носом охранник. Опустив тонированное стекло, Линьфэн впустил внутрь запахи раскаленного бетона и окликнул мужчину, процедив, что приехал навестить жильца.
— Какой корпус? Квартира? — Охранник нехотя выудил замусоленный журнал регистрации, разлепив заспанные, покрасневшие глаза.
Линьфэн едва не выпалил заученные цифры по привычке, но слова застряли в горле. Грудь внезапно стянуло ледяным, парализующим спазмом.
— Будешь звонить хозяевам для подтверждения? — глухо уточнил он.
— Чего? — Мужчина ковырнул мизинцем в ухе, мгновенно растеряв остатки вялости. — Ты заезжать собираешься или как? Не задерживай очередь, не стой на проезде!
Волна первобытной, слепой злости ударила в голову. Пальцы до хруста фаланг впились в кожаную оплетку руля. Хотелось вышвырнуть этого наглеца из будки и впечатать лицом в кирпичную стену.
«Держи себя в руках, — мысленно приказал себе Линьфэн, с силой стискивая челюсти. — Дыши. Ты приехал сюда не драки устраивать».
Проглотив ярость, он сквозь зубы продиктовал номер. Охранник лениво чиркнул шариковой ручкой по бумаге, бросил косой взгляд на монитор камер наблюдения и хмыкнул:
— Мест нет. Разворачивайся и ищи парковку снаружи.
— Что? — Линьфэн опешил. Горячая кровь мгновенно прилила к лицу. Раз внутри нет мест, какого черта этот идиот заставил его проходить регистрацию?! Просто чтобы поиздеваться?!
Но мужчина за стеклом уже потерял к нему всякий интерес. С громким лязгом захлопнув форточку, он плюхнулся на стул и уткнулся в экран дешевого смартфона.
Глухой удар кулака по клаксону потонул в рычании форсированного двигателя.
«Успокойся…» — Линьфэн до боли зажмурился. Мысленно повторив мантру о контроле над эмоциями, он с хрустом переключил передачу и резко сдал назад.
Жилой комплекс Аньтай строили несколько десятилетий назад. О парковочных местах проектировщики не думали. Внутри дворов машины стояли друг на друге, а снаружи ситуация обстояла еще хуже. Поблизости не существовало ни единой платной стоянки.
Квартал за кварталом Шэнь Линьфэн кружил по району, всё дальше отдаляясь от нужных ворот. Когда он наконец втиснул автомобиль на узкую обочину в нескольких кварталах от цели, внутренности кипели от бешенства. Захлопнув дверцу так, что едва не вылетели стекла, он тяжелым, грозовым шагом двинулся обратно.
Возвращение к Аньтаю ознаменовалось новым препятствием — тот же самый охранник вновь преградил ему путь.
— Цель визита? — равнодушно бросил секьюрити, даже не удосужившись поднять взгляд от своего потрепанного журнала.
— Я уже регистрировался пять минут назад, — Линьфэн изо всех сил старался сдержать рычащие нотки в голосе. Жилка на его шее бешено пульсировала.
— То была регистрация транспорта. Сейчас — пешеходов. Правила для всех одни. — Охранник раздраженно постучал пластиковой ручкой по стеклу будки. — К кому идешь?
Шэнь Линьфэн втянул носом пыльный уличный воздух.
«Только не сорвись. Только не сорвись прямо по возвращении в страну», — билось в висках навязчивым ритмом.
Загнав эмоции глубоко внутрь, он сухо ответил:
— К другу.
— Фамилия?
Тупая, сосущая боль ударила под ребра. Легкие сжались, отказываясь пропускать кислород. На мгновение Шэнь Линьфэн онемел, не в силах выдавить из себя ни звука.
Человек в форме недовольно уставился на посетителя, ожидая ответа. А Линьфэн боролся с диким, неконтролируемым желанием убежать в безлюдную подворотню и закричать во весь голос. Или вцепиться кому-нибудь в горло. Тёмная, вязкая энергия ярости практически струилась по его венам, просачиваясь сквозь каждую пору кожи.
— Вот сюда! Ты пропустишь меня или нет?! — рявкнул он, ткнув подрагивающим пальцем в ранее записанный номер квартиры. Голос окончательно сорвался на рык.
Охранник вздрогнул, инстинктивно вжав голову в плечи. Опустив глаза на строчку в журнале, он вдруг изменился в лице:
— А-а-а, так ты к тому самому…
Окончание фразы Шэнь Линьфэн слушать не стал. Он физически не мог этого вынести. Чужие слова зависли над головой ржавой гильотиной — одно неосторожное движение, и тяжелое лезвие рухнет вниз, разрубая его надвое.
— Открывай! — прорычал он с пугающей, ледяной угрозой в голосе.
Высокий, под метр девяносто, затянутый в дизайнерские вещи из последних коллекций — Шэнь Линьфэн буквально излучал подавляющую ауру избалованного богача с отвратительным характером, привыкшего уничтожать любые препятствия на своем пути. Задавленный этой тяжелой энергетикой, охранник проглотил остатки гонора и поспешно нажал кнопку на пульте. Раздался громкий писк электронного замка.
Шумно выдохнув спертый воздух, Линьфэн шагнул на территорию. Лицо его потемнело. Пройдя пару метров, он резко затормозил, развернулся на каблуках и подошел обратно к будке.
— Как пройти к этому корпусу? — отчеканил он.
Мужчина торопливо, запинаясь, объяснил путаный маршрут между старыми домами.
— Благодарю, — процедил Линьфэн с таким свирепым оскалом, словно обещал перерезать собеседнику горло в темном переулке.
— Н-не за что… — Охранник вжался в спинку стула, мысленно проклиная свою смену. «Что за псих! Даже спасибо говорит так, будто сейчас достанет ствол!»
Преодолев лабиринт дворов, Шэнь Линьфэн замер перед нужным подъездом. На облупленной, исписанной маркерами стене виднелась панель домофона. Взгляд прикипел к затертой пластиковой кнопке, но рука налилась свинцом. Пальцы отказывались двигаться.
Застыв изваянием, он простоял так несколько долгих минут. Глаза сами собой закрылись. Глубокий, прерывистый выдох сорвался с губ. Вся напускная бравада испарилась, оставив после себя лишь жалкое чувство собственной ничтожности. Он ощущал себя пробитым мячом, из которого с противным шипением вышел весь воздух.
В паре шагов от подъезда отбрасывали жидкую тень чахлые деревья местного сквера. Линьфэн побрел туда и рухнул на облупленную деревянную скамейку. Жесткие пальцы впились в волосы, безжалостно сминая идеальную укладку. Ему необходимо собраться. Привести мысли в порядок, прежде чем переступить порог этой квартиры. Иначе…
В таком состоянии он просто не контролировал себя. Безумие поджидало слишком близко, прячась за тонкой ширмой рассудка. Один неверный шаг — и он сорвется, натворит непоправимое.
Оперев локти о колени, Линьфэн уткнулся лицом в ладони. Большие пальцы с силой массировали виски. Джетлаг давал о себе знать — голова раскалывалась, пульсируя глухой, изматывающей болью.
Тишину нарушал мерный скрип колесиков детской коляски по щербатой каменной плитке и приглушенный гомон старушек, устроившихся на соседней лавочке.
— Ох, бедный мальчик… — долетел до слуха скрипучий женский голос. — А ведь его в самом начале без экзаменов в Цинхуа взяли. Надо же такому случиться прямо перед выпуском…
— И не говори! Эти грузовики со стройматериалами — сущая смерть на колесах. Давно пора запретить им ездить по городу!
— Люди болтают, эта махина проехала прямо по его ногам. Смяла обе конечности в кровавое месиво. Врачи даже пытаться пришивать не стали — нечего спасать. Слава богам, хоть самого с того света вытащили…
— Страх-то какой… А мать его как жаль! Мальчишка же даже жениться не успел. Кому он теперь такой нужен-то, инвалид безногий…
Удары в висках Шэнь Линьфэна превратились в оглушительный набат. Синие вены на лбу вздулись от давления. Он физически ощущал, как тот самый многотонный грузовик сейчас буксует прямо внутри его черепа, безжалостно перемалывая мозг в кровавую кашу.
Резко поднявшись, он двинулся прочь от этого рассадника сплетен, но следующий обрывок фразы намертво пригвоздил его к месту.
— Слушай, а Цзян Миньцзюань сиделку-то нашла?
— Да где там! Вчера еще подходила, расспрашивала про того санитара, что за моим свекром в больнице ходил.
— Тяжело бабе… Мужа нет, пашет сутками напролет, а парень только-только из палаты выписался. Ему же ежеминутный уход нужен. Попробуй сейчас найти толкового человека за копейки.
— Да брось ты. Линь Чао этот гордый до одури. Наотрез отказывается от сиделки. Заявил матери, что сам со всем справится.
— Ох, золотце… Это он мать жалеет! Понимает, как ей копейка достается. Ох… всё, замолчи, а то я сейчас расплачусь.
— И не говори… беда, просто беда…
Шэнь Линьфэн пошатнулся. Зубы намертво впились во внутреннюю сторону щеки до стойкого солоноватого привкуса крови. Невидимый мясник провернул ржавый тесак прямо в его груди, выкраивая кровоточащую дыру на месте сердца.
Всё верно. Линь Чао всегда отличался маниакальной гордостью. С самого детства он носил клеймо «идеального сына маминой подруги». Недосягаемый отличник. Непревзойденный гений. Настоящий баловень судьбы.
Шэнь Линьфэн до мельчайших подробностей помнил тот день, когда этот ублюдок получил рекомендацию на зачисление в университет Цинхуа. Помнил его безмятежное, до скрежета зубов спокойное лицо.
Купаясь в завистливых взглядах целой школы, Линь Чао воспринимал свой триумф как нечто само собой разумеющееся. В тот момент Линьфэн искренне желал разбить это высокомерное лицо в кровь.
Образ парня, возвышающегося на пьедестале в свете софитов, навсегда отпечатался на подкорке. Идеальный. Недосягаемый. Целый.
Память услужливо подбрасывала картинку за картинкой.
Вот Линь Чао сидит под раскидистой кроной камфорного дерева. Белоснежная рубашка ослепительно сияет на солнце, а сам он полностью погружен в чтение, отрезанный от суеты школьного двора невидимым барьером безмятежности.
Вот он летит над баскетбольной площадкой. Капли пота срываются с подбородка, глаза горят азартом. В такие моменты казалось, что весь мир покорно расстилается у его ног, ожидая очередного победного броска.
Идеальный. Недосягаемый. Целый.
И невыносимо бесящий.
Шэнь Линьфэн судорожно вздохнул и с силой потер уголки глаз. «Мы столько раз цеплялись друг с другом, — с горечью подумал он. — Но я ведь даже пальцем его ни разу не тронул. Почему? Почему какая-то гребаная машина посмела перемолоть его ноги в фарш?! Как такое вообще могло случиться?!»
Старушки по соседству продолжали увлеченно перемывать кости чужому горю. Каждое слово, исполненное фальшивой жалости и приторного сочувствия, вонзалось в барабанные перепонки острыми иглами. Линьфэн больше не мог этого выносить. Внутренняя пружина сжалась до предела, готовая сорвать все стопоры.
Спонтанность — верный путь к катастрофе.
Но сегодня Шэнь Линьфэн решил лично возглавить этот парад безумия.
Сорвавшись с лавочки, он пулей вылетел из сквера и направился к ближайшему торговому центру. Ему срочно требовалась маскировка.
……
Полчаса спустя. Унылый коридор шестого этажа. Дверной звонок, наконец, разорвал гнетущую тишину.
— Кто там? — донесся из-за железной створки глухой женский голос.
— Я от тети Ван! — хрипло отозвался Линьфэн, сжимая в карманах кулаки. — Вы ведь ищете сиделку?
— Ох, да-да, минуточку!
Замок щелкнул с удивительной беспечностью. Дверь приоткрылась. Шэнь Линьфэн, не дав хозяйке опомниться, в два прыжка преодолел оставшиеся ступеньки, подобно порыву штормового ветра. Сердце колотилось в груди с такой силой, что, казалось, вот-вот пробьет ребра.
На пороге стояла Цзян Миньцзюань — скромно одетая женщина с глубокими тенями залегли под глазами и сеткой морщин на уставшем лице. Увидев перед собой высоченного, атлетично сложенного парня, чья внешность буквально кричала об агрессивной привлекательности, она опешила. Дешевый спортивный костюм из Uniqlo, купленный полчаса назад на распродаже, никак не вязался с его хищной аурой.
— Простите, вы… — растерянно начала женщина.
— Я по объявлению. Насчет работы сиделки, — отчеканил Линьфэн, стараясь придать голосу максимум уверенности.
Миньцзюань издала короткое «ах», ее брови удивленно поползли вверх. Она уже открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, когда снизу раздалось тяжелое, прерывистое сопение.
— Тьфу ты, пропасть… В вашем доме лифт вообще существует? — просипел кто-то на лестнице.
Линьфэн и Цзян Миньцзюань синхронно обернулись. По ступеням, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, полз тучный лысеющий мужичок в застиранной майке-алкоголичке и вытянутых трениках. Его рыбьи, навыкате глаза тускло блестели в полумраке подъезда.
Сверившись с номером на двери, мужик вытер вспотевшую лысину грязной ладонью и прохрипел:
— Хозяйка, вы сиделку искали? Я звонил полчаса назад!
— Д-да, проходите… — окончательно растерялась Миньцзюань, нервно теребя край фартука.
— Ну и ступеньки у вас! За такой этаж доплачивать надо, — буркнул лысый, недовольно кривя тонкие губы.
— Прошу прощения за неудобства. Проходите, я налью воды, — Миньцзюань поспешно присела на корточки, выуживая из обувницы две пары гостевых тапочек.
Шэнь Линьфэн скривился от отвращения. Окинув новоприбывшего убийственным, полным презрения взглядом, он мысленно поставил на нем крест.
— Чего вылупился? — огрызнулся мужик, скидывая стоптанные кроссовки и пинком отшвыривая их в угол.
Линьфэну было не до перепалок с местными маргиналами. Каждая клеточка его тела напряглась в ожидании. Сейчас он увидит Линь Чао. От одной мысли об этом мысли путались, а дыхание перехватывало.
Он судорожно натянул медицинскую маску повыше, почти до самых глаз. За прошедшие годы он сильно возмужал, черты лица заострились, плечи раздались вширь. Линь Чао не должен его узнать. Ни за что.
Но стоило Шэнь Линьфэну переступить порог тесной гостиной, как он замер, словно наткнувшись на невидимую стену.
Нет, он увидел не Линь Чао.
На потертом диване скромно сидел еще один мужчина. Интеллигентного вида, в опрятной рубашке, с мягкой, располагающей полуулыбкой на лице.
— Д-добрый день, дядюшка… — на автомате выдавил Линьфэн, сбитый с толку.
— А? Ох, нет-нет! — Интеллигент испуганно подскочил на месте, неловко взъерошив волосы. — Вы ошиблись, я не…
— Чего? — Линьфэн нахмурился, не понимая, что происходит.
— Этот мужчина тоже пришел на собеседование, — раздался виноватый голос Миньцзюань. Она поставила на кофейный столик поднос с тремя дымящимися чашками и нервно оглядела собравшуюся компанию. — Простите ради бога! Я работаю с раннего утра до поздней ночи. Вырваться смогла только сегодня, вот и назначила всем троим на одно время. Еще раз извините.
«Твою мать…» — мысленно застонал Шэнь Линьфэн.
Те бабки внизу уверяли, что сиделку днем с огнем не сыщешь! А тут не просто конкурент, а целая очередь выстроилась!
Осознание того, что он с порога назвал одного из соперников «дядюшкой», еще не успело улетучиться, как навалилась новая проблема.
Если лысого хмыря можно было даже не брать в расчет — этот засаленный тип не вызывал ничего, кроме брезгливости, — то вот «интеллигент» представлял реальную угрозу. Аккуратный, вежливый, с приятным голосом. У него за плечами наверняка десяток лет стажа ухода за лежачими больными. Идеальный кандидат, излучающий надежность и профессионализм.
Линьфэн нутром чуял: Миньцзюань тоже это понимает. Ее взгляд то и дело возвращался к интеллигенту, наполненный надеждой и облегчением. Картину портил лишь один нюанс — когда идеальный кандидат озвучил свои расценки, на лице женщины отразилась болезненная тень.
— Семь тысяч в месяц… — тихо, почти обреченно повторила она.
— А я готов работать дешевле! — молниеносно выпалил Линьфэн, делая шаг вперед.
http://bllate.org/book/16942/1705551
