Глава 2. Мир насекомых
[???!!!]
[Да вы шутите! Что за бред?!]
[Самец?! Совсем рехнулись?! Как 0101 может быть самцом?!]
Чат трансляции взорвался. Миллиарды зрителей, секунду назад жаждавшие крови, онемели от шока. Их потряс не столько безумный поступок 0101, полоснувшего себя по руке, сколько одно-единственное слово, вырвавшееся из глотки парализованной самки-солдата.
Самец.
Смертник, приговоренный к казни за попытку покушения на чистокровного самца... сам является чистокровным самцом?!
Сводящий с ума парадокс. Мир сошел с ума? Или все они разом ослепли и оглохли? Плотная стена злобных комментариев, еще недавно застилавшая экраны, в один миг испарилась. Граждане Империи сидели перед своими оптическими компьютерами с отвисшими челюстями, хлопая глазами, не в силах переварить услышанное. Мысли путались, логика давала сбой, оставляя в сознании лишь звенящую пустоту и это немыслимое слово.
Самец... Ноль-один-ноль-один — самец... Тот самый ублюдок, чьей смерти они так исступленно требовали... Не может быть!
Но если рядовые обыватели просто зависли в ступоре, то в высших эшелонах власти началась настоящая паника. Особенно там, где по долгу службы обязаны были холить и лелеять каждого носителя этого статуса — в Центре защиты самцов на Имперской звезде.
— Как это понимать, вашу мать?! — Рев председателя Хайдмана сотрясал просторный конференц-зал. Эхо отскакивало от стен, заставляя присутствующих вжимать головы в плечи.
Перед председателем, обливаясь холодным потом, вытянулся в струнку ассистент. Его голос дрожал, пока он пытался сформулировать внятное оправдание:
— Скорее всего, сбой произошел на этапе генетического тестирования. Сразу после оглашения приговора 0101 немедленно этапировали в тюрьму Морглас для экзекуции. Стандартный генетический тест и процедура отслеживания происхождения были проигнорированы.
— Игнорированы?! Это же базовый протокол! Почему его не выполнили?! — Хайдман едва не брызгал слюной.
— Из-за прямого свидетельства господина Фэй Ло. Учитывая его показания, и мы, и Верховный суд сочли преступление 0101 слишком чудовищным. Необходимость во вторичном рассмотрении дела отпала сама собой. Приговор — немедленная смерть. — Ассистент сглотнул вставший в горле ком и продолжил: — В связи с особым статусом приговора, руководство Центра и суда выдало официальное разрешение на отмену всех обязательных медицинских и генетических проверок перед отправкой в Морглас.
Председатель издал нервный, каркающий смешок:
— То есть, вы, идиоты, просто взяли и отправили смертника на бойню, даже не удосужившись проверить, кто он такой? И еще смеете прикрываться «разрешением руководства»?! Замечательно! Просто восхитительно! А ну-ка, отвечай: кто именно в нашем славном Центре дал добро на это «упрощение процедур»?!
Столетний Хайдман с такой силой грохнул кулаком по столу, что его пышные усы-щеточки комично подпрыгнули. Глаза старика метали молнии. Казалось, назови ассистент имя виновника — и председатель лично разорвет его на куски, даже не дожидаясь трибунала.
Зал замер в гробовом молчании.
— Это... — Ассистент опустил взгляд в пол. — Это были вы, сэр.
Мертвая тишина. Секунды тянулись, словно вязкий сироп.
Спустя целую вечность Хайдман медленно, словно боясь расплескать остатки достоинства, убрал руку со стола. Когда он заговорил вновь, его голос потерял всю былую мощь, прозвучав жалко и надтреснуто:
— Я? Когда это я... такое одобрял?
— Прямо на судебном заседании, сэр.
«Вы тогда вскочили на судейский стол, топали ногами и орали, что тут нечего обсуждать. Требовали немедленно тащить ублюдка на эшафот. Если бы генеральный секретарь не вцепился в вас мертвой хваткой, вы бы сами бросились душить подсудимого...» — так и подмывало сказать ассистенту. Но инстинкт самосохранения взял верх. Он лишь тактично кашлянул и добавил:
— Видите ли, сэр, обвинение заключалось в покушении на чистокровного самца...
Кому бы в здравом уме пришло в голову, что подсудимый, обвиняемый в нападении на самца, числящийся по всем базам как самец-полукровка, и твердящий на суде лишь невнятное «Это не я, я ничего не делал», на самом деле окажется чистокровным?
Попаданец разыграл свою партию виртуозно. Он использовал слепую ярость общества, защищающего своих «драгоценных» самцов, и природную кротость Жуйаня, который в стрессовой ситуации просто физически не мог связать двух слов.
Хайдман, впервые за сто лет своей карьеры оказавшийся в столь абсурдной ситуации, устало потер переносицу:
— Но ведь его конвоировали, допрашивали... Неужели никто, ни один охранник или дознаватель не уловил запах феромонов?
— Никак нет, сэр. Никто не сообщал ни о чем подобном. А вы сами знаете: если дело касается феромонов, наши ребята докладывают незамедлительно.
— Действительно... — Хайдман задумчиво пожевал губу. В его глазах мелькнул расчетливый блеск. — Раз никто ничего не почувствовал, значит, концентрация феромонов у этого 0101 ничтожно мала. Низкоранговый.
Эта мысль принесла старику заметное облегчение. Ситуация казалась не такой уж катастрофичной. Да, ошибка вышла неприятная. Но на одной чаше весов лежал какой-то жалкий, едва фонящий феромонами бродяга, а на другой — обожаемый публикой, влиятельный самец класса А, господин Фэй Ло. Выбор для Хайдмана был очевиден.
Но не успел председатель мысленно вынести окончательный вердикт, как гигантский голографический экран, транслирующий происходящее в изоляторе Моргласа (где подоспевшее подкрепление отчаянно пыталось взять ситуацию под контроль), взорвался истошным воплем:
— Генерал!!!
Все присутствующие в конференц-зале, мгновенно позабыв о своих интригах, уставились на трансляцию. И тут же их глаза расширились от первобытного ужаса.
— Это... — Голос ассистента сорвался на визг. На фоне побледневшего лица старика черные узоры на экране казались особенно зловещими. — Озверение?!
Камеры высокого разрешения бесстрастно фиксировали кошмар. Изумрудные глаза Алекса Саксона, еще недавно подернутые лишь легкой красноватой дымкой течки, теперь полыхали, как два кратера с кипящей магмой. Кроваво-красный цвет стремительно выжигал остатки зелени. Ужасающие, древние черные Звериные руны, словно живые змеи, выползали из-под воротника мундира. Они оплетали шею генерала плотным кольцом и ползли выше, устремляясь к пылающим, теряющим остатки разума глазам.
Каждая самка-солдат в Империи знала: когда Звериные руны достигают глаз, наступает Период берсерка. Точка невозврата. Разум стирается, оставляя лишь абсолютную, неконтролируемую жажду крови. Это была чудовищная плата за ту колоссальную мощь, которой наделила их расу Богиня Насекомых.
Знать об этом — одно. Видеть, как Период берсерка начинается у кого-то прямо на твоих глазах, да еще и в замкнутом пространстве — совершенно другое. Озверевшая самка-солдат не делает различий между своими и чужими. Это идеальная машина для убийства, сеющая вокруг лишь смерть и разрушение.
А теперь представьте, что в этот первобытный хаос проваливается не просто рядовой боец, а одна из двух самок класса SS во всей Империи. Монстр, чью ярость не способен был усмирить даже чистокровный самец класса А!
Инстинкт самосохранения сработал быстрее мысли. Все до единого охранники в изоляторе вскинули лазерные пушки, беря на прицел фигуру генерала, застывшую в центре комнаты.
Бам!
Кто-то из охраны не выдержал напряжения и нажал на спуск. Сгусток концентрированной энергии вырвался из ствола лазерной пушки, устремившись прямо в спину Алекса. Выстрел, казалось, был смертельным — прямо в сердце.
Но...
Вшух!
Фигура генерала, секунду назад нависавшая над Чу Сычэном, исчезла. Размытый силуэт метнулся в сторону с нечеловеческой скоростью. Лазерный луч прошил пустоту, опалив лишь воздух в миллиметре от виска Чу Сычэна, и со звоном врезался в стеллаж с хирургическими инструментами.
Посыпались искры. Металл заскрежетал, тяжелые полки рухнули, усеяв пол блестящим смертоносным инвентарем. Симфонию хаоса дополнил влажный хруст: Алекс, в мгновение ока оказавшийся возле стрелявшего, железной хваткой вцепился в его горло и с чудовищной силой впечатал тело самки-солдата в бронированную стену.
В этот самый момент Звериные руны полностью захватили разум генерала. Черные линии слились с раскаленной магмой глаз. Алекс Саксон окончательно провалился в Период берсерка.
— Г-генерал!.. — прохрипел расплющенный по стене стражник, прежде чем потерять сознание.
Окутанный облаком бетонной пыли, Алекс медленно, словно нехотя, повернул голову. Его взгляд, теперь лишенный и капли рассудка, скользнул по десяткам стволов, нацеленных на него от самого входа.
Мир для озверевшей самки сжался до примитивных образов. В кровавом мареве он видел лишь сгустки тепла. Пульсирующие, живые мишени. В Период берсерка жар был самым невыносимым, самым раздражающим фактором. А лучший способ избавиться от источника тепла — заставить его кровь остановиться и остыть. Сломать. Уничтожить.
Черные руны на шее монстра зловеще вспыхнули. Люминесцентные лампы под потолком жалобно затрещали и лопнули, погрузив изолятор во мрак. В наступившей темноте раздался хруст ломаемых костей: Алекс выкрутил руку очередной жертве, заставляя ее направить дуло собственной винтовки себе же в лицо.
Крики боли, какофония выстрелов, нечленораздельное рычание. Тюрьма Морглас, доселе славившаяся своей мертвой тишиной, превратилась в филиал преисподней.
— Что же нам делать, председатель?! Если не остановить его сейчас, он не только перебьет весь гарнизон, но и разнесет тюрьму! Смертники вырвутся на свободу! — в панике вопил ассистент, наблюдая за бойней на экране. Ирония судьбы — главную угрозу представлял сам начальник неприступной крепости.
— Думаешь, я сам этого не понимаю?! — Хайдман вновь обрушил кулак на стол. — Где ингибиторы?! Прикажите немедленно вколоть ему слоновью дозу ингибиторов!
— Председатель... — Ассистент сглотнул, не решаясь поднять глаза. — Вы, кажется, забыли. Генерал Саксон, как и генерал Фредерик, абсолютно невосприимчив к ингибиторам.
Обычно, чувствуя приближение Периода берсерка, Алекс добровольно запирался в спец-изоляторе на Имперской звезде, построенном специально для сдерживания самок класса SS. Но сейчас он находился в Моргласе. Соорудить подобный бункер в полевых условиях невозможно. Да и кто, скажите на милость, рискнет надеть смирительную рубашку на машину для убийств, которая разрывает пополам любого, кто к ней приблизится?
Трансляция продолжала фиксировать кошмар. За спиной Алекса заклубился гигантский, пульсирующий фантом Звериной сущности. Рука генерала вскинулась, и дуло встроенной лазерной пушки нацелилось в самое уязвимое место тюремного блока, где содержались самые отпетые мерзавцы галактики.
Но в тот момент, когда палец монстра почти вдавил гашетку, прямо перед ним возникла щуплая фигура.
Тонкая рука с пятью глубокими, кровоточащими порезами медленно, почти нежно, провела по лицу Алекса. Окровавленные пальцы скользнули по пылающим глазам, очертили переносицу и мягко легли на напряженные губы генерала.
Сладкий, одуряющий цитрусовый аромат, густо замешанный на запахе свежей крови, вновь ударил по рецепторам самки-солдата. Но на этот раз он не принес ни палящего жара, ни сводящей с ума боли. Лишь абсолютное, кристально чистое умиротворение.
— Хороший мальчик, — раздался тихий, ласковый смешок. Тон был обволакивающим, но в нем скрывалась едва уловимая насмешка. — Твоя работа окончена. А теперь... спи.
«Кто... это?»
Кровавая пелена перед глазами Алекса начала рассеиваться. Генерал из последних сил пытался сфокусировать зрение, вынырнуть из тумана, чтобы разглядеть лицо спасителя. Но дурман цитрусовых феромонов оказался слишком силен. Сквозь тяжелеющие веки он успел заметить лишь два бездонных, безмятежных серо-голубых омута, ясных, как бескрайнее небо.
— Ты...
Чу Сычэн легко моргнул. И, не дав Алексу закончить фразу, непринужденно протолкнул свой израненный палец прямо ему между губ.
Наконец-то, шумный инструмент заткнулся. Пришло время для сольного выступления.
Придерживая обмякшее тело грозного генерала, Чу Сычэн повернулся к застывшим от ужаса самкам-солдатам. Его губы тронула слабая, по-детски чистая улыбка.
— Всё в порядке. Ему уже лучше.
— Л-лучше?.. — Охранницы, всё еще сжимавшие бесполезное оружие, переводили ошарашенные взгляды с застенчиво улыбающегося полукровки на мирно спящего Алекса Саксона в его руках.
— Вы хотите сказать, что... всё кончилось?!
Вот так просто? Буквально пара прикосновений, и Период берсерка самки класса SS сошел на нет?! Да это же бред!
[Ребят, это вообще законно?] — после долгого молчания в чате трансляции робко всплыл первый комментарий.
[Это что, какая-то постановка? Кино снимают?]
[Эй, умник, даже если ты не в курсе законов Империи, ты что, не знаешь, кто такой генерал Саксон? Он же камеры на дух не переносит!]
[Да он даже для армейских агиток сниматься отказывался! Стал бы он ломать комедию на весь мир!]
[И не забывайте, это прямая трансляция смертной казни! С такими вещами не шутят!]
[То есть... всё, что мы сейчас видели — правда?]
[Получается, мы чуть не казнили господина...]
[...И этот господин только что щелчком пальцев успокоил обезумевшего генерала Саксона.]
[Минуточку внимания. А теперь главный вопрос: самец КАКОГО класса способен усмирить самку класса SS?]
[Насколько я знаю, А-класс может попытаться, но это точно не выглядит так... играючи.]
[Слушайте! Если сложить два плюс два, то напрашивается очень смелый вывод...]
[Неужели этот господин... S... класса?!]
[Богиня всемогущая! У меня мурашки размером с кулак!]
S-класс! Легенда, рождающаяся раз в столетие!
Но...
— Как такое возможно?! Он же конченый неудачник класса F! — вопил Попаданец, мечась по роскошным покоям.
Тяжелая золотая фруктовница полетела в стену. Элитный виноград брызнул соком по дорогим коврам. Взбешенный Фэй Ло схватил массивный столик и со всей дури швырнул его в виртуальный экран, транслирующий невредимого и улыбающегося Жуйаня.
— Он не мог усмирить этого монстра! По сюжету его Вторичная метаморфоза происходит только в последних главах! До этого еще целая вечность! Почему всё пошло наперекосяк?! Как сценарий мог дать сбой?!
В пустом зале раздался сухой, скрежещущий механический голос:
[Вполне вероятно, что твое грубое вмешательство в ткань реальности спровоцировало досрочную метаморфозу протагониста. Я предупреждал: пока Ореол главного героя не поглощен полностью, нельзя расслабляться ни на секунду.]
Фэй Ло в бешенстве пнул осколки столика. Глядя на ненавистное, безмятежное лицо Жуйаня, он скрипел зубами от злости.
— Я прикончу его! Размажу по стенке! Фредерик будет моим, слышишь?! Эй, Система! Ты же всемогущая железяка, так придумай, как мне стереть этого ублюдка в порошок!
[Боюсь, у нас изменились приоритеты...]
Пространство перед Фэй Ло пошло рябью. Воздух сгустился, и из черного тумана соткался парящий череп с пустыми глазницами.
— Вместо того чтобы строить планы мести, — прошелестел череп, — подумай-ка лучше, как спасти собственную шкуру.
— Спасать шкуру? — Фэй Ло непонимающе нахмурился. — О чем ты несешь?!
— О том, что... — Система Бага издала тихий, издевательский смешок и начала растворяться в воздухе.
— Стой! Куда ты, мать твою, собрался?! Что значит...
Но договорить Попаданец не успел. В тяжелые дубовые двери дворца властно постучали.
Створки распахнулись, и на пороге возник чиновник в серой мантии посланника. Он учтиво склонил голову, но в его тоне сквозил металл:
— Досточтимый господин Фэй Ло. По совместному постановлению Имперского суда и Центра защиты самцов, ваша светлость обязана немедленно явиться на повторное слушание. Возникла необходимость... прояснить некоторые детали.
Посланник выдержал паузу и добил:
— Детали, касающиеся дела господина Жуйаня.
http://bllate.org/book/16938/1644599
Готово:
