В Мэй Шэнъяо проснулся азарт. Он провёл мелодию через шесть модуляций, умудрившись превратить лирическую пьесу в подобие упражнений Ганона.
Они с Чи Цзи были равны по силам и понимали друг друга с полуслова. Парни задались общей целью — вконец «испортить» эту мелодию.
Бо Цзюэ оставил нижний регистр на откуп Хо Жэню. Слегка дёрнув правым запястьем, он пошёл на второе ускорение и не только подхватил их модуляции, но и синхронно перешёл в си-бемоль.
Звуки фортепиано полились безудержным, бурным потоком. Четверо парней, сидящих друг напротив друга за роялями, казалось, устроили гонки на спорткарах прямо посреди торгового центра, перелетая через скалы и преодолевая высокие горы. Без каких-либо подсказок они синхронно заложили крутой вираж и вернули акцент на низкие частоты.
В этот миг звуки фортепиано стали самым потрясающим явлением во всём здании. По уровню техники и виртуозности ребята в пух и прах разнесли бы всех местных преподавателей-промоутеров.
Студенты, сбежавшие с пар, снимали их на телефоны со второго, третьего и четвёртого этажей. А какая-то бабушка с внуком любопытствовала, сколько стоят уроки у этих преподавателей.
Организаторам акции оставалось лишь неловко оправдываться:
— Они не работают на наших курсах, но наши преподаватели тоже отлично играют.
Бабушка пренебрежительно фыркнула:
— Раз так отлично играют, чего ж тогда сами не сядут за инструмент?
Лун Цзя едва сдержал смех. Он поднял телефон и нащёлкал целую серию фотографий.
Видя, что высокие ноты Чи Цзи вот-вот снова перехватят инициативу, Бо Цзюэ отдёрнул руки и, выдержав паузу в полтакта, быстро бросил Хо Жэню:
— Подыгрывай мне, отдаю оба регистра тебе.
В следующую секунду он перенёс руки в третью и четвёртую октавы, виртуозно вплетая листовскую «Кампанеллу» прямо в «Подснежник».
Две пьесы, совершенно разные по стилю и темпу, были за доли секунды разрезаны и склеены воедино мастерством Бо Цзюэ.
Хо Жэнь занимался на фортепиано уже год, и скорость его пальцев была на нужном уровне. Он сохранил мягкость и лёгкость оригинальной пьесы, умудряясь при этом гармонично перекликаться с Бо Цзюэ.
В этот миг Бо Цзюэ полностью отдался музыке. Его длинные волосы, рассыпавшись водопадом, взмывали вверх, словно чёрные бабочки, когда он подавался вперёд и откидывался назад.
Десять пальцев Чи Цзи порхали и перекрещивались на клавишах. Он подхватил стремительно вибрирующую «Кампанеллу», играя синхронно с Бо Цзюэ — в той же тональности и в том же бешеном темпе.
Вокруг собиралось всё больше студентов и посетителей торгового центра. Очнувшись от оцепенения, кто-то из сотрудников схватил камеру, чтобы запечатлеть этот момент.
Хо Жэнь и Мэй Шэнъяо с улыбкой переглянулись. Словно бросая вызов, они одновременно сместили оригинальную басовую партию из большой октавы ближе к центру клавиатуры.
Пальцы Бо Цзюэ и Чи Цзи замерли в верхнем регистре. Словно стрижи, мечущиеся в замкнутом пространстве, их руки стремительно взлетали и падали, разогнав темп с двойного до граничащего с хаосом тройного.
Ещё немного, и они все с треском провалятся!
Словно предвидя это, Чи Цзи резко сменил ход. Наплевав на две предыдущие мелодии, он мощно ударил по клавишам, заиграв «Полёт шмеля». Безумное, властное жужжание заглушило и подавило все остальные звуки, мгновенно вырвавшись на передний план.
Остальные трое тут же подстроились под него. И вот уже все четверо, разделив партии, с самого начала бешено рванули «Полёт шмеля»!
Когда прозвучал последний аккорд, толпа зрителей разразилась бурными аплодисментами и восторженными криками:
— Браво!!!
— Красота!!!
— Просто невероятно!!
Оторвав руки от клавиатуры, Хо Жэнь почувствовал, как у него онемели костяшки пальцев. И только тут он с запозданием осознал, что рояли плотным кольцом обступила толпа.
Преподаватели курсов протиснулись вперёд, пытаясь завести разговор:
— Очень профессионально! Вы, наверное, студенты музыкального факультета из студгородка? Не хотите подработать у нас?
На них напирало всё больше людей:
— А где вы преподаёте? Оставьте свои контакты!
— Мальчики, я свободна! Вы что, первые красавцы универа? Почему мы про вас на форумах не слышали?!
— Я репортёр телеканала, можно взять у вас короткое интервью...
— Нет, нет, спасибо...
Лун Цзя и Се Ляньюнь тут же указали на ближайший выход из торгового центра, и вся шестёрка со всех ног рванула на улицу.
Минивэн был припаркован неподалёку от входа. Они один за другим запрыгнули внутрь, захлопнули дверь и закричали:
— Гони, гони!
Водитель с совершенно недоумевающим лицом нажал на газ, а парни в салоне уже покатывались со смеху.
По пути обратно Мэй Шэнъяо, всё ещё не отошедший от адреналина, перевесился через спинку сиденья Бо Цзюэ и сказал:
— Вернёмся и давайте поставим групповой танец! Выступать всем вместе — это так круто.
— Наконец-то мы сможем выйти на сцену вшестером, — Се Ляньюнь протянул Чи Цзи открытую бутылку минералки. — Сегодня понедельник, начнём репетировать, и в субботу как раз рванём на улицу Цинси.
Хо Жэнь сидел на переднем пассажирском сиденье и слушал их болтовню. Внезапно он произнёс:
— Но в нашем репертуаре всего два танца на шестерых, и с ними мы легко можем пересечься с другими группами.
— Если мы хотим станцевать что-то другое, придётся самим придумывать хореографию и делать аранжировку.
— Тогда пойдёмте просить босса Пэя...
— Учитель Пэй уехал в командировку, — с улыбкой ответил Хо Жэнь. — Вернёмся, выберем песню, а потом вместе её переделаем.
Хотя сегодня они планировали устроить себе выходной, уже на полпути планы поменялись, и они вслед за Хо Жэнем отправились в танцевальный зал «Улей» на шестнадцатом этаже.
Се Ляньюнь отобрал несколько альбомов и на корточках устроился возле колонок, помогая парням с выбором. Но всё, что они слушали, звучало недостаточно взрывно.
— Как-никак, это будет первый неофициальный выход «Короны» в полном составе, — Лун Цзя погрозил пальцем. — Выйдя на сцену, мы должны порвать весь зал. Нужно зажечь так, чтобы следующим за нами группам было стыдно выходить.
Се Ляньюнь сбегал в общежитие, притащил свой ноутбук и открыл всю музыкальную библиотеку, чтобы вместе выбрать подходящий трек.
— Может, «Bad Romance»? — предложил Чи Цзи. — Эта песня в этом году просто хит.
— Не пойдёт, — покачал головой Бо Цзюэ. — Под неё танцуют даже школьники. Выйти с ней на сцену будет банально.
Се Ляньюнь только открыл рот, чтобы высказать своё мнение, как его палец соскользнул и кликнул на другой трек. Из боковых колонок с грохотом вырвался взрывной рок:
— My girlfriend!! Is a dick mag!!!
Он молниеносно нажал на паузу. Бо Цзюэ многозначительно посмотрел на него:
— Dick mag?
— Случайно ткнул в папку с непристойными песнями, — на полном серьёзе ответил Се Ляньюнь. — Пошлость — это тоже мужская романтика.
— А песня классная, — вмешался Хо Жэнь. — Включишь её целиком?
Се Ляньюнь без малейших угрызений совести включил трек заново.
В комнате надолго повисла тишина.
— Текст довольно грязный, — справедливо заметил Мэй Шэнъяо. — Но звучит круто.
Лун Цзя повернулся к Хо Жэню:
— Давайте станцуем под неё. Она просто отвал башки.
Се Ляньюнь попытался оттащить их от края пропасти:
— Не стоит включать такую песню перед толпой девчонок в зале...
— На прошлой неделе какая-то женская группа танцевала под «3» Бритни Спирс, так что это ещё цветочки, — усмехнулся Бо Цзюэ. — Будем считать, что мы просто помогаем зрителям тренировать восприятие английского на слух.
В эти дни Пэй Жуе не было в Шиду. Уроки танцев временно вели учитель Вэй и Айя. Они же помогали парням с хореографией и постановкой движений.
Открытые выступления на улице Цинси делились на два типа. Большинство айдолов и стажёров выбирали уже готовые треки. Им оставалось лишь заучить движения, выступить и пойти по домам.
Второй вариант — самостоятельно сделать аранжировку, поставить хореографию и продумать все движения от и до. Это не только помогало раскрутить песню и привлечь фанатов, но и служило отличным способом похвастаться своими навыками.
В этот раз они разрабатывали построения и танцевальные связки с нуля. Хо Жэнь очень точно уловил нужный ритм.
Он долгое время днём и ночью тренировался вместе с командой Пэй Жуе. Постоянно наблюдая за ними, Хо Жэнь самостоятельно освоил множество хореографических приёмов. Теперь он прекрасно понимал, как чередовать быстрые и медленные темпы, где нужно добавить динамики, а где — сделать паузу.
Ему удалось не только идеально передать синхронность и сплочённость всей группы, но и потрясающе красиво выстроить индивидуальные соло каждого участника.
Вэй Цзе стоял в стороне и потирал подбородок:
— Босс Пэй научил тебя даже этому?
— Нет, я просто подсмотрел, — рассмеялся Хо Жэнь. — Ну как, сойдёт?
Они как раз закончили распределять партии для трёх с половиной минут выступления. Тут спустился Лун Цзя. Он принёс бас-гитару, подключил её к усилителю и сыграл вступление.
— Как вам?
— Точно, надо взять с собой бас! — внезапно оживился Се Ляньюнь. — Живое вступление звучит в сто раз круче, чем минусовка.
— Одного баса мало. На средних частотах мы не добьёмся нужного взрывного эффекта, — Бо Цзюэ поднялся и забрал у него инструмент. — Давай так: бас отдай мне, а сам бери электрогитару и отрывайся на высоких нотах.
Лун Цзя лукаво прищурился:
— Учитель Сяо Бо всегда меня балует.
Шестеро парней распределили обязанности. К среде они полностью закончили с аранжировкой и хореографией. В четверг определились с визажистом и все вместе отправились подбирать сценические костюмы.
— Такое чувство, будто в эту субботу у нас дебют, — тихо пробормотал Чи Цзи.
— И когда мы уже сможем дебютировать... — мрачно подхватил Се Ляньюнь. — Агентство SPF даже предлагало мне сотрудничество. Говорят, у них в этом году дебютирует какой-то четырнадцатилетний пацан. Блеск! Теперь мне придётся называть его старшим коллегой.
— В четырнадцать лет разве не нужно быть стажёром? — удивился Хо Жэнь. — Он тоже будет в группе?
— Нет, он соло-исполнитель. Зовут Ци Линь. — Се Ляньюнь потряс телефоном, показывая сообщение с предложением о сотрудничестве. — Он занял первое место на национальном конкурсе R&B исполнителей. В этом году он просто нарасхват.
Пока они болтали, у Хо Жэня зазвонил телефон.
Это был Чэнь Сяоянь.
— Хо-Хо! Завтра уже в школу! — на заднем фоне у друга детства вовсю шумел телевизор. — Как ты вообще поживаешь?
Хо Жэнь жестом показал парням, чтобы они продолжали выбирать вещи, а сам вздохнул в трубку:
— Неужели уже почти сентябрь?
В это же время в прошлом году он только-только стал стажёром. Тогда он ещё даже ни разу не был на улице Цинси.
Как же быстро летит время.
— Похоже, вы там суперзаняты... У вас вообще не бывает долгих каникул?
— Нет, — усмехнулся Хо Жэнь. — Ты-то летнюю домашку доделал?
— Ещё в первые десять дней каникул. Мама стояла над душой, пока я всё не решил... — недовольно цыкнул Чэнь Сяоянь. — Моя мама с каждым днём становится всё свирепее. Она бывает белой и пушистой только когда видит тебя.
Бо Цзюэ поднял чёрную куртку и помахал ею перед Хо Жэнем. Тот быстро кивнул. Перед тем как повесить трубку, он кое-что вспомнил:
— В эту субботу вечером у нас будет открытое выступление на улице Цинси. Не хочешь прийти посмотреть?
— Ого? Правда?! — радостно завопил Чэнь Сяоянь. — Я же тебя целый год не видел! Обязательно приду, до встречи!
Утро пятницы было временем для регулярного взвешивания.
Хо Жэнь разделся и встал на весы. Врач посмотрел на цифры и усмехнулся:
— Рост метр восемьдесят два, вес шестьдесят шесть с половиной килограммов. Малыш, да ты решил заранее запастись жирком на зиму.
На самом деле процент жира в его организме ничуть не увеличился. Просто в период полового созревания он начал стремительно расти. А благодаря огромным физическим нагрузкам его мышечный рельеф стал гораздо чётче, чем раньше.
Бо Цзюэ стоял рядом. Он с улыбкой провел рукой по его прессу:
— А кубики у тебя что надо, малыш.
Чи Цзи вдруг жутко смутился. Он густо покраснел и отвернулся, не решаясь смотреть дальше.
Спустившись с весов, Хо Жэнь начал одеваться. Се Ляньюнь подал ему ремень и как бы невзначай спросил:
— В воскресенье Яо-Яо пойдёт прокалывать уши. Составишь ему компанию?
Хо Жэнь замер. Он ответил не сразу.
Во всей группе только у него и у Яо-Яо не были проколоты уши.
Во время прошлых выступлений ему приходилось носить клипсы. Эта штука пульсировала от боли ничуть не меньше, а если её зажать слишком туго, то это даже мешало танцевать.
Парни с серьгами-гвоздиками или подвесками в ушах выглядели по-особенному дерзко и привлекательно. Это уже давно стало стандартным элементом сценического образа. Рано или поздно ему всё равно придётся это сделать.
— Я... — Хо Жэнь долго тянул гласную, но затем стиснул зубы: — Ладно, проколю.
— Ничего страшного. Мы все пойдём с тобой и поддержим, — неторопливо произнёс Бо Цзюэ. — Мы же знаем, что ты боишься боли. Но доктор Чжай всё сделает за секунду, так что не паникуй.
Хо Жэнь удивлённо моргнул:
— Вы знаете?
— Конечно, знаем, — с улыбкой пояснил Мэй Шэнъяо. — В прошлый раз ты случайно ударился об угол стола. Ты потом так долго стоял молча, схватившись за ушибленное место. Видимо, у тебя просто очень высокая чувствительность к боли.
Остальные расслабленно подхватили:
— Это наш секрет! Мы никому не расскажем!
— Мы будем с тобой, и будет совсем не больно! Капитан, не бойся!
Хо Жэнь беспомощно улыбнулся:
— Хорошо... Я вас люблю.
— Хо-Хо сказал, что любит меня!!
— Капитан, я тоже тебя люблю, хнык-хнык!
***
В субботу во второй половине дня они пораньше закончили занятия и рванули в гримёрку.
В итоге они остановились на костюмах, которые выбрал Бо Цзюэ. Чёрные кожаные куртки в американском стиле в сочетании с высокими ботинками создавали дерзкий и бунтарский образ уличных байкеров.
Сценический макияж строился на контрасте серебряного и красного. Растушёванные красные тени на уголках глаз и яркий цвет губ придавали их лицам какое-то почти демоническое очарование.
Закончив с гримом, шестеро парней переглянулись. Глядя друг на друга, они покатились со смеху.
Они слишком привыкли видеть друг друга в тренировочных костюмах и пижамах. Теперь же, когда все выглядели так стильно, это казалось жутко непривычным.
Когда они уже сидели в микроавтобусе, Се Ляньюнь лениво протянул:
— Пару дней назад, когда мы подбирали шмотки, Бо Цзюэ то и дело ворчал себе под нос. Бубнил, что вот этот наряд подошёл бы для съёмок альбома, тот — для концерта, а эти и вовсе выглядят как старьё. Заявил, что если его заставят сниматься для обложки журнала в таком отстое, он лучше вернётся в Вену и будет играть на своём рояле.
Бо Цзюэ ответил с абсолютно серьёзным лицом:
— Да потому что это и правда был полный отстой!
— Когда мы будем выпускать свой альбом, у нас ведь будет специальная команда стилистов, да? — Хо Жэнь протянул Чи Цзи соломинку, чтобы тот мог попить воды, не смазав помаду. — Вчера на лестнице я видел, как кто-то вез целую тележку с одеждой на двенадцатый этаж.
— А, значит, это было для него, — вздохнул Се Ляньюнь, подперев щёки руками. — Похоже, в будущем мы будем постоянно сталкиваться с этим старшим коллегой.
— Не трогай лицо, весь тональник и тени смажешь!
Пока парни дурачились, водитель обернулся к ним:
— Приготовьтесь, сейчас выходим.
Шестеро парней переглянулись. Как по команде, они собрались, выпрямили спины и согнали с лиц улыбки. Как только микроавтобус остановился, они вышли из обеих дверей.
Это было первое официальное появление группы А.
Раньше они никогда не собирались вместе. Парни просто сновали туда-сюда среди других артистов и стажёров, оставаясь тихими и незаметными, словно случайные прохожие.
Но стоило им собраться вшестером, как они тут же преобразились, словно их внезапно увенчали коронами. Их спины были безупречно прямыми.
Казалось, будто от их шагов поднимается лёгкий ветер.
За кулисами царила шумная суета, но толпа словно спинным мозгом почувствовала их появление. Люди один за другим бросали свои дела и поворачивались, чтобы взглянуть на юношей.
У шедшего впереди капитана был холодный, отстранённый взгляд. Чёрная куртка, наброшенная на плечи, подчёркивала его узкую талию. Но в его глазах всё равно сияла яркая, присущая лишь юности энергия.
Слева позади него шёл сын короля поп-музыки. Его фигура источала ледяную гордость, а алебастровая кожа на шее делала его похожим на благородного юного аристократа.
У юноши справа были утончённые черты лица и бесконечно нежный взгляд. Когда он шёл в свете лучей, его непослушные пряди слегка развевались. Тонкий, высокий, с абсолютно невинной улыбкой.
Трое парней, замыкавших шествие, выглядели более высокими и зрелыми. Юноша в центре нёс бас-гитару. Его длинные волосы струились, как чёрный шёлк. Помада оттенка пыльной розы идеально подчеркивала тон его кожи. Он лениво скользил взглядом по толпе. Его легкая полуулыбка вызывала у окружающих непреодолимое желание угодить ему.
Многие невольно начали перешёптываться, спрашивая друг у друга: что это за группа? Как давно они дебютировали? Как такие ослепительные парни могли до сих пор оставаться незамеченными?
Журналисты светской хроники, заранее занявшие лучшие места, уже вскинули камеры и начали неистово щёлкать затворами. Они расталкивали друг друга, пытаясь прорваться поближе и выяснить, когда же группа официально выпустит свой первый альбом и новые песни.
Несколько ассистентов поспешно загородили парней от толпы репортеров. Впереди них с непроницаемым взглядом стоял дядя Цзян.
— Вы шестеро открываете сегодняшний вечер. Вы в курсе?
Хо Жэнь остановился. Он позволил визажистам подойти с обеих сторон и быстро поправить им макияж.
— Мы готовы.
— Не опозорьте «Корону», — холодно бросил дядя Цзян. — Я буду наблюдать за вами.
— Поняли.
Четверо или пятеро визажистов поспешно отступили в стороны. Хо Жэнь повёл свою команду дальше.
Зрители перед сценой ждали уже слишком долго. Все жаждали, чтобы этот вечер превратился в настоящий, безумный праздник.
Парни поднялись на погружённую во тьму сцену. Приглашённый барабанщик уже занял своё место сбоку. Гитары и бас тоже были подключены и готовы к бою.
Ведущий стоял сбоку, освещённый лучом прожектора. Он громко объявил:
— А теперь поприветствуем группу А с открывающим танцем — «Bad Girlfriend»!
Зрители взорвались оглушительными овациями, подобными ревущему цунами. Первый луч света упал на Лун Цзя.
На его лоб спадало несколько небрежных прядей. Тонкие губы выглядели очень сексуально.
Мощный барабанный бит и басы ударили одновременно. Лун Цзя крепко сжал микрофон и запел низким голосом:
— My girlfriends a dick mag, my girlfriends gotta have it...
Четверо парней в центре закружились в танце. Чи Цзи стоял впереди всех. Он покачнул бёдрами и сделал невероятно плавную «волну». В такт барабанному удару он проскользил вперёд на коленях. Затем развернулся, схватил Хо Жэня за обе руки и начал покачивать своей упругой задницей.
Атмосфера в зале мгновенно накалилась до предела. Толпа безумно зашлась от восторга!
Бо Цзюэ перехватил микрофон. Он пел ярко и эффектно. Его взгляд метал искры во всех девушек в зале, словно именно они были теми самыми дикими и сексуальными кошечками из песни.
— She's hot t stop up on stage doing shots, tip the man he'll right the bell, get her drunk she'll scream like hell...
Соло Чи Цзи закончилось, и четвёрка сменила построение. Хо Жэнь оказался в центре. Опираясь одной рукой о пол, он мгновенно сделал потрясающе красивую стойку, плавно перейдя во фриз «Nike». Он пружинисто вскочил на ноги, ни разу не пошатнувшись. Зал взорвался аплодисментами.
Се Ляньюнь запел третьим. Его низкий магнетический голос придавал песне лёгкий налёт холодного воздержания.
Он казался тем самым парнем из ночного клуба, который пьянеет позже всех. Его откровенный, прямолинейный взгляд соблазнял каждого зрителя в зале.
— Grab her ass a' tough, mess with her she'll fuck you up.
Воздух накалился, словно кто-то разбил и поджёг бутылки с коктейлями Молотова. Несколько девушек уже безумно визжали от восторга.
Лун Цзя и Бо Цзюэ выдали мощное соло, обрушив на зал искрящуюся череду высоких нот. Затем они перебросили гитару и бас Пэй Жуе и Айе, стоявшим по краям сцены. Скрестным шагом парни одновременно выскользнули на самый край сцены, послали зрителям воздушные поцелуи и обворожительно улыбнулись.
Один был статным и мужественным, словно полыхающее в огне облако. Другой — роскошным и расслабленным, как серебристый песок на океанском дне.
— She likes to pull my hair when I make her grieeth, I like to strip her down...
— She's a BAD BAD GIRLFRIEND!!
Шестеро парней сменили построение и снова закружились в танце. Попадая в мощный барабанный ритм, они раскрыли звучание своих голосов до абсолютного максимума. В этот момент они покорили зал одними лишь взглядами.
Чёрные куртки, серебряные цепи и тяжёлые армейские ботинки навевали мысли о мафиозных синдикатах и уличных байкерах, гоняющих на «Харлеях». Движения танцоров были настолько синхронными, что рябило в глазах. На сцене переплетались и сверкали совершенно разные типажи мужской привлекательности. Чистый тестостерон буквально прорвался наружу и затопил весь зал.
Когда барабанный бит внезапно оборвался, пятеро парней мгновенно растворились во тьме. Мэй Шэнъяо остался стоять в луче яркого света. Он уверенно, точно и мощно взял высокую ноту:
— Doesn't take her long to make things right...
Тембр его голоса застыл на границе между детским и юношеским звучанием. В этот момент он приобрел какую-то особенную, почти запретную притягательность.
Звук был настолько прекрасен, что бесцеремонно проникал через уши в самые глубины сознания!
В момент его появления бесчисленные старые фанаты Мэй Хэна окончательно сошли с ума. Они пронзительно визжали, выкрикивая: «Яо-Яо!».
В следующую секунду свет снова замерцал. Шестёрка выстроилась в форму скрещенной рыбьей кости. Барабанщик выдал оглушительную дробь. Хо Жэнь притянул к себе Чи Цзи и тут же резко отстранился. Они танцевали друг напротив друга в самом центре сцены. Хо Жэнь выгибался в талии, а его взгляд обжигал.
Под неистовые крики толпы они развернулись и поменялись партнёрами. Трое опустились на одно колено, а остальные трое выскользнули вперёд диагональным шагом. Свет вспыхивал и менял цвета со скоростью молнии. В этот же миг раздалась высокая нота — безупречно ровная, как рассекающая воздух стрела!
Когда музыка стихла, зал взорвался безумными, оглушительными воплями. Кто-то в толпе узнал троих парней, которые до этого танцевали под «Поцелуй меня». Фанатки уже были готовы упасть в обморок от переизбытка феромонов.
— Вы такие красавчики!
— Братики, я люблю вас!!
— Ещё одну! Ещё одну песню!!
— А-а-а-а-а, я сейчас умру, а-а-а-а-а!!!
Шестеро парней завершили финальную позу. Они синхронно отступили назад, выстроились в одну линию и поклонились. Под непрекращающиеся овации Хо Жэнь подал знак, и они поклонились ещё раз. Взрывная атмосфера в зале ещё долго не утихала.
Только спустившись со сцены, Хо Жэнь заметил стоящего сбоку Пэй Жуе. Мужчина всё ещё держал в руках электрогитару, которую ему бросил Лун Цзя.
Хо Жэнь не успел подойти к нему, как подбежал ассистент, протягивая телефон:
— Два пропущенных вызова и одно сообщение!
Хо Жэнь остановился и поблагодарил ассистента. Разблокировав экран, он увидел, что сообщение пришло от Чэнь Сяояня.
Звонки были сделаны десять и пятнадцать минут назад.
Чэнь Сяоянь: «Хо-Хо, каким по счёту идёт ваш номер? Твою мать, я только что смотрел открывающий танец с переднего ряда. Эти шестеро просто нереально крутые, я сам захотел вступить в мужскую группу, а-а-а, как же я хочу посмотреть на это снова!!»
Хо Жэнь усмехнулся и набрал ответ:
«Я был среди этих шестерых. Не узнал меня?»
Собеседник тут же ответил чередой сообщений:
Чэнь Сяоянь: «!!!???!!!»
Чэнь Сяоянь: «Да быть того не может!! Прошёл всего год, как ты успел стать таким красавчиком, боже мой??»
Хо Жэнь не стал торопиться с ответом. Он отдал телефон ассистенту и снова посмотрел на ожидавшего в стороне Пэй Жуе.
Он не ожидал, что наставник прилетит сегодня, и на мгновение потерял дар речи.
Пэй Жуе терпеливо ждал, пока тот придёт в себя.
— Учитель, — торопливо произнёс Хо Жэнь. — Я сам поставил этот танец.
Мужчина с улыбкой кивнул:
— Очень даже неплохо.
Юноша учился у него всего несколько месяцев, но уже достиг такого уровня в работе с ритмом и сценическим рисунком. Его талант и наблюдательность превзошли все ожидания наставника.
— Вы всё видели?
— Всё от начала до конца. — Пэй Жуе сделал шаг вперёд и жестом попросил его протянуть руку. — Перед отъездом из Лос-Анджелеса я случайно наткнулся на это. Идеальный подарок для тебя.
На ладонь Хо Жэня упала серьга-гвоздик. Красный драгоценный камень и серебряные оленьи рога, усыпанные россыпью мелких бриллиантов, ярко сверкали в темноте.
— Однако... — Мужчина склонил голову, разглядывая его мочку. — Кажется, у тебя ещё не проколоты уши?
— Спасибо, Учитель.
Хо Жэнь крепко сжал серьгу. В его глазах сверкнул острый блеск пополам со смешинками. Сейчас он походил на белого волчонка, получившего заслуженную награду.
— Завтра будут.
От автора:
1. Ци Линь — персонаж из новеллы «Сын опытного актера». Из-за своего особого статуса до поступления в университет он жил один на двенадцатом этаже корпуса G общежития SPF. В этой книге он второстепенный персонаж, помогающий героям. Если вы не читали ту новеллу, это не помешает пониманию. Сюжет был полностью продуман ещё год назад, здесь нет лишней воды.
2. В реальных мужских группах во время танца обычно нет физического контакта. Многие движения невозможно описать словами, поэтому ради читательского восприятия я внесла некоторые изменения. Пожалуйста, не относитесь к этому слишком серьёзно, ха-ха-ха.
3. Фоновая музыка (BGM) — песня «Bad Girlfriend», написанная в 2008 году рок-группой Theory of a Deadman. Это очень взрывная рок-композиция. Найти видео именно с этим танцем не получится, но можно посмотреть множество фанатских нарезок, например, в стиле «Мужчины в костюмах» (Suit Thugs).
http://bllate.org/book/16092/1578602
