На семнадцатом этаже всё чаще свет горел всю ночь напролёт.
Се Ляньюню и Бо Цзюэ не хватало практики. Лун Цзя взял их под своё крыло и без устали танцевал с ними паппинг в главном зале.
Брейкинг также известен как нижний брейк-данс, а ещё его называют «разрушителем суставов».
Пэй Жуюе намеренно сократил тренировки в этом направлении. Он ограничил содержание экзамена паппингом и локингом, чтобы максимально обезопасить их от травм.
Чи Цзи же составлял компанию Мэй Шэнъяо. Они без конца репетировали концертный репертуар в южном зале.
Отец и сын давно договорились спеть одну песню на концерте. Хотя это было скорее семейным взаимодействием, чем полноценным выступлением, Мэй Шэнъяо всё равно жутко нервничал. Он боялся опозорить отца.
— У тебя иногда сбивается дыхание, но если следить за этим, то можно быстро всё исправить, — бодро подбадривал его Чи Цзи. — Выступление точно пройдёт отлично, давай потренируемся ещё пару раз!
В северном зале играла танцевальная рок-музыка, в южном — лиричный блюз. Две песни неустанно кружили по семнадцатому этажу десятки и сотни раз. От этого лето казалось ещё более коротким и знойным.
Хо Жэнь к ним не присоединился. Он всё ещё тренировался с Пэй Жуюе на шестнадцатом этаже.
На прошлой неделе во время аттестации он наконец-то получил свою первую оценку «В». Теперь он постепенно начал поспевать за танцевальными движениями остальных.
В мелких движениях всё ещё хватало огрехов. Но прогрессировал он поразительно быстро, и получал удары указкой всё реже.
Из-за своей работы Пэй Жуюе часто занимался хореографией и танцами с обеда и до одиннадцати-двенадцати ночи.
А когда всё это заканчивалось, он брал Хо Жэня и детально разбирал с ним базовые движения различных танцевальных стилей.
У Хо Жэня был ясный и острый ум, большинство техник он схватывал на лету. Его способность контролировать своё тело была отточена ещё в прошлом году, так что в этом году он всё увереннее входил в колею.
Ему понадобилось всего две недели, чтобы пройти весь курс паппинга. Затем он начал изучать с Пэй Жуюе самый опасный брейкинг.
Этот танец изобиловал множеством рискованных движений с опорой на локти и ладони. Малейшая неосторожность могла привести к травме на всю жизнь.
Поэтому сначала Пэй Жуюе отвёл его в тренажёрный зал.
— Начнём с физической подготовки, — мужчина выбрал пару гантелей и протянул ему. — Физическая сила и гибкость тела. Как только подтянешь эти два показателя до нужного уровня, мы продолжим обучение.
Хо Жэнь взял гантели, взвесил их в руках и упрямо сказал:
— Я могу поднять и потяжелее.
Сейчас его тело стремительно развивалось. Во сне он часто чувствовал, как падает вниз, а его скелет незаметно раздавался вширь.
Пэй Жуюе, опустив голову, делал записи в тренировочном журнале и ничего не ответил.
— Учитель Пэй, — повторил Хо Жэнь. — Я могу выдержать более высокую нагрузку, этот вес для меня слишком лёгкий.
Пэй Жуюе отложил ручку, подошёл к нему и положил руку ему на плечо.
— Я забыл сказать тебе одну вещь.
Хо Жэнь подумал, что сказал что-то не то. Встретившись с ним взглядом, он бессознательно поджал губы и отвёл глаза.
— Я твой учитель и научу тебя управлять своим телом. Поэтому ты должен доверять мне безоговорочно.
Взгляд мужчины был спокойным и мягким, но тон не терпел возражений.
— Я буду знать состояние твоего тела лучше тебя самого. И в будущем, каждый раз, когда ты будешь падать, я поймаю тебя до того, как ты поранишься.
— Хо Жэнь, тебе нужно безоговорочно мне верить.
— И заодно полностью доверить мне контроль над своим телом.
Юноша ошеломлённо смотрел ему в глаза.
Скажи эти слова любой другой учитель, он бы вряд ли смог их полностью принять.
Но даже короткий зрительный контакт в пару секунд с учителем Пэем дарил ему тихое, но стойкое чувство безопасности.
Он инстинктивно тянулся к этому человеку.
— Хорошо, я вам верю.
Он тренировал силу рук и баланс ног по индивидуально разработанной для него программе. Его связки незаметно для него самого преодолевали прежнюю скованность и негибкость.
Время удержания планки постоянно увеличивалось.
Он становился всё более лёгким, ловким и сильным.
На этой базе Хо Жэнь начал практиковать более сложные элементы: стойку на руках и опору на одну руку.
Сначала, стоя на руках, он пошатывался. В перевёрнутом с ног на голову мире у него немного кружилась голова.
Пара рук крепко держала его за лодыжки, помогая двигаться вперёд.
— Вдох… Выдох.
— Отлично, продолжай.
Ладони мужчины были покрыты тонкими мозолями, но они были тёплыми.
Однажды его отпустили в свободное движение слишком надолго. Он не смог полностью проконтролировать стойку на руках, случайно завалился вбок и начал падать.
Хо Жэнь боялся боли. В это мгновение он просто зажмурился, ожидая сотрясающего удара всем телом об пол.
Но уже в следующую секунду та же рука уверенно его поддержала. Она мгновенно выровняла его центр тяжести и вернула в безопасное положение.
— Не бойся, ещё раз.
Юноша быстро откликнулся и снова удержал вес всего тела на руках.
Кажется, танцевать было не так уж и больно.
Брейкинг предъявляет крайне высокие требования к комплексным физическим навыкам танцора. Заработать кучу травм на тренировках — обычное дело.
Но пока он танцевал рядом с Пэй Жуюе, как бы он ни падал, он никогда не получал травм.
Никаких переломов, никаких растяжений, даже синяков от ударов об пол почти не было.
Бамбуковая указка с рукоятью из белого нефрита всегда была наготове рядом с его ногами или руками. Она наказывала за ошибки, но в то же время служила негласной защитой.
— Переворот! — Хлоп!
— Выпрямить локти! Движение тазом!
Когда Хо Жэнь выполнил свою первую стойку на одной руке с переходом во вращение «Томас», ему на миг показалось, что он превратился в стремительно крутящийся волчок.
По инерции его тело взмыло в воздух. Во время вращения его руки и ноги были широко и гармонично раскинуты, налиты силой. Движение вышло настолько красивым, что даже опытные танцоры захотели бы поаплодировать.
— Отлично, ещё раз.
Мышечная масса Хо Жэня явно росла, но во время танца он казался лёгким, словно парящий воздушный змей.
Затем он пружинисто вскочил на ноги. Все этапы были выполнены плавно и чётко.
— Я научился?! — Хо Жэнь посмотрел на свои руки, сам не веря в произошедшее. — Учитель, вы видели?
Пэй Жуюе наклонился и отряхнул пыль с края его футболки:
— Пол ты вытер на совесть.
— Учитель, за это движение я могу получить «А»? — Хо Жэнь разминал запястье, глядя на него сияющими глазами.
— «В», — мужчина постучал указкой, явно не собираясь ему льстить. — Ещё раз.
________________________________________
Незаметно пролетели восемь дней, и наступила суббота.
Концерт, по традиции, начинался в половине восьмого вечера. Дядя Цзян заявился с портфелем уже в два часа дня. Он пинком открыл дверь, загнал шестерых сорванцов в минивэн и повёз их на Международный стадион Шиду.
Всю дорогу Мэй Шэнъяо нервно потирал ручки. Бо Цзюэ обнял его и принялся тискать за щёки.
— Расслабься, ещё уйма времени.
Мэй Шэнъяо захотелось сбежать прямо перед боем:
— Может, я не поеду?
Дядя Цзян набрал побольше воздуха в грудь и рявкнул:
— А ну сидеть смирно! В машине не ёрзать!
Сцену смонтировали ещё вчера. Сейчас рабочие настраивали свет, дым-машины и подъёмные платформы.
В средней школе Хо Жэнь слышал, как одноклассницы обсуждали концерты. Он и подумать не мог, что его первым концертом станет супермасштабное шоу уровня суперзвезды Мэя. К тому же он будет сидеть в первом ряду в качестве почётного гостя.
Из динамиков доносились сумбурные звуки — шла проверка микшерного пульта. Мэй Хэн, одетый в спортивный костюм, вместе с танцевальной труппой проводил последний прогон шоу.
Пэй Жуюе с бейджем организатора на шее стоял на другой стороне сцены и издалека махал им рукой.
Шестеро трейни подошли к старшему коллеге и по совместительству отцу их товарища по команде. Они скованно и застенчиво поклонились ему.
Мэй Хэн впервые в жизни видел, как Мэй Шэнъяо кланяется ему. Выражение его лица было просто непередаваемым.
— Идите сюда, — быстро сказал он. — Я проведу вам экскурсию.
Хоть дел было ещё по горло, он понимал, зачем Цзян Шу привёз сюда детей. Словно экскурсовод, он повёл их за кулисы.
— Здесь у нас лифт подъёмной платформы. Красная кнопка рядом — экстренное торможение.
— В коридоре налево — комнаты отдыха и гримёрки. Справа — пультовая и комната звукорежиссёра.
Обойдя закулисье и вернувшись на сцену, они увидели, как перед ними мгновенно распахнулся огромный простор.
Сцена возвышалась как минимум на четыре метра. Т-образная форма позволяла пожимать руки и взаимодействовать со зрителями в первых рядах. В самом широком месте на ней могли одновременно танцевать сотни человек.
Мэй Хэн был невероятно опытным и прославленным артистом, но перед детьми совершенно не задирал нос. Он был приветлив, словно старший брат по соседству.
Ему было под сорок, но кожа выглядела отлично. В нём даже сохранялась какая -то мягкая юношеская свежесть. Когда он стоял рядом с Мэй Шэнъяо, они совсем не походили на отца и сына.
Хо Жэнь впервые находился так близко к звезде. Он смущался и всё время помалкивал.
Стоя на сцене, он вслушивался в эхо своих шагов и поворачивал голову, чтобы посмотреть на стоявших неподалёку товарищей.
В будущем, возможно, даже в следующем году, они вместе будут петь и танцевать на такой же огромной и высокой сцене.
— Мы тоже вместе дадим концерт на сто тысяч человек, и у нас будет ночь, принадлежащая только «Короне».
Когда стоишь здесь один, кажешься таким крошечным и незаметным. Но стоит им собраться вшестером, как страх и трепет исчезают без следа. Всё это стоит того, чтобы мечтать и стремиться к этому.
— Хо-Хо, о чём задумался? — Бо Цзюэ, заметив, что тот сегодня необычайно тих, приобнял его за плечи и повёл вперёд. — Непривычно, что так много людей? Если нервничаешь, просто поболтай с нами.
Хо Жэнь поднял голову и посмотрел на него со смешинками в глазах:
— Гэ, в будущем мы тоже будем здесь выступать.
Бо Цзюэ на мгновение опешил, а затем тоже широко улыбнулся:
— Да.
— Мы все придём сюда и устроим самый масштабный концерт. Десятки тысяч людей будут в один голос петь наши общие песни.
Се Ляньюнь, стоявший рядом, со смехом добавил:
— И тогда ты будешь стоять на позиции центра.
— Центр стоит здесь! — Лун Цзя оттащил Хо Жэня от края на самую середину сцены и бодро произнёс: — Почувствуй это заранее! Капитан, ты счастлив?
Юноша моргнул и расплылся в такой же ослепительной улыбке, как и они:
— Угу!
В половине седьмого ещё не стемнело, а фанаты уже нескончаемым потоком хлынули внутрь, неся светящиеся таблички и баннеры. Вокруг, и вблизи, и вдали, стоял оглушительный гул голосов. Многие держали плакаты Мэй Хэна, а у некоторых его имя было даже нарисовано на щеках.
Пятерых парней сотрудники заранее отвели на отличные места у самого угла Т-образного подиума. Мэй Шэнъяо вместе с отцом ушёл за кулисы, чтобы переодеться в сценический костюм и нанести грим. Охранники по очереди занимали свои посты, защитные ограждения были полностью выставлены.
К семи часам зал был почти полон. Как только заиграла музыка для разогрева, множество незнакомых друг с другом фанатов начали раскачиваться и петь хором. Они вскидывали руки вверх, предвкушая начало шоу.
Лун Цзя бывал здесь много раз и ничуть не удивлялся подобному безумию. Он со смехом принял светящиеся браслеты, которые им подарила сидевшая неподалёку девушка, и нацепил их на запястья всем пятерым.
— Разве парням носить такое не по-женски?.. — Се Ляньюнь уставился на ярко-голубой браслет на своём запястье. — Можно я его сниму?
— Нет! У нас у всех синие, это красиво!
Следующие полтора часа пятеро парней внимательно смотрели выступление.
Вообще-то сегодня они пришли посмотреть на Мэй Шэнъяо, чтобы поддержать мелкого и придать ему уверенности.
Однако, когда сам бог Мэй в великолепном длинном плаще медленно поднялся из психоделического дыма, ребята, даже не задумываясь, поддались всеобщему экстазу.
Каждый альбом бога Мэя занимал первые строчки в чартах. Его песни распевали повсюду, и они уже стали классикой.
Когда он пел быстрые песни, все зрители в зале качались и танцевали в такт. Поклонники, неважно, знакомые они или нет, обнимались за плечи и отрывались вместе.
Когда он исполнял медленные композиции, многие девчонки, подпев пару строчек, заливались слезами. Они плакали и выкрикивали слова песен, стирая из памяти все свои горести и радости.
Хо Жэнь редко впадал в такое неистовое состояние. Лишь во время смены декораций он немного пришёл в себя.
Старший коллега — он и есть старший коллега.
Уверенное поведение на сцене, мощный вокал. Десяток песен, спетых на одном дыхании, звучали так, словно слушаешь CD-диск с эффектом полного погружения. Идеальное попадание в ноты, характерный тембр. Индивидуальный стиль плавно сливался с освещением и хореографией. Каждая секунда приносила абсолютное наслаждение.
Кайф. Просто невероятный кайф.
Смотрел ли ты, как танцует бог Мэй, слушал ли, как он поёт вживую без фонограммы — казалось, твоя душа купается и очищается в кристально чистой реке. Стресс и тревога исчезали без остатка. Ощущение свободы и лёгкости вливалось через уши прямо в мозг. В этот миг не нужно было ни о чём думать.
— А сейчас я хочу пригласить своего особенного гостя. Вместе с ним мы споём мою дебютную песню — «Глубокое море», — Мэй Хэн повернулся к другому краю сцены, где в золотистом дыму медленно поднимался мальчик.
Визг зрителей достиг новых высот. Вспышки камер безумно замелькали, словно разлетающиеся снежинки.
— Это Яо-Яо!!
— Яо-Яо появился!
Одетый маленьким принцем Мэй Шэнъяо появился на больших экранах. Лун Цзя громко завопил, остальные парни тоже завелись и вовсю закричали его имя.
— Яо-Яо!! Давай!!
Мэй Хэн с гордостью посмотрел на сына и мягко произнёс:
— Надеюсь, когда он дебютирует, он тоже пригласит меня на свой концерт.
Мэй Шэнъяо застенчиво улыбнулся и чуть заметно помахал рукой, приветствуя весь зал.
Наблюдая за тем, как они поют вместе, Хо Жэнь постепенно отошёл от музыкального опьянения и расслабился.
Он ни с того ни с сего вдруг вспомнил о прошлых событиях, быстро прокручивая в голове весь сегодняшний день.
Этот концерт был первым в нынешнем туре суперзвезды Мэя, а также первым публичным выступлением Мэй Шэнъяо на сцене.
Но мама Яо-Яо так ни разу и не позвонила. От неё не было даже сообщения с пожеланием удачи.
Мэй Шэнъяо унаследовал изящные черты лица Мэй Хэна, а его глаза и выражение лица были точь-в-точь как у Вэнь Фэн. В их кровном родстве не могло быть никаких сомнений.
Хо Жэнь понимал, что не должен лезть в эти сплетни, ведь это чужие семейные дела.
Он быстро постучал костяшками пальцев по лбу, заставляя себя перевести внимание обратно на сцену.
По крайней мере, у Яо-Яо есть другой дом — группа CORONA, и они всегда будут рядом.
________________________________________
Вскоре после концерта состоялось квартальное тестирование.
Се Ляньюнь и Бо Цзюэ чудом прошли по нижней границе, получив «B» и «B-» соответственно.
Чи Цзи, как и ожидалось, получил свою первую «А» за танцы. А Хо Жэнь совершенно неожиданно отхватил «А-».
Когда он крутился и кувыркался на полу, танцуя брейк, в нём чувствовалась дерзкая и непринуждённая энергетика уличной банды. Стоявший рядом Лун Цзя даже опешил.
— И этому ты научился за одно лето?!
— Ага, — Хо Жэнь поднялся с пола и ловко отряхнул пыль. — Три месяца натирал полы вместе с учителем Пэем. Можете звать меня уборщиком младшим Хо.
Бо Цзюэ, стоявший неподалёку, прижимал табель с оценками к груди с таким видом, будто только что спасся от смерти. Позабыв об имидже, он с громким чмоком поцеловал бумажку.
— И вправду удалось сдать!
Лун Цзя поддразнил его:
— А ну-ка, назови меня учителем Луном?
— Учитель Лун, дай я тебя обниму! Спасибо, учитель Лун, что помог нам взлететь! — Бо Цзюэ щедро распахнул объятия и сжал его в медвежьей хватке. Отпустив его, он пошёл обнимать Се Ляньюня и Хо Жэня: — Сдали, сдали, сдали!!
Лун Цзя, напротив, немного покраснел:
— Зачем так сильно обнимать-то.
Се Ляньюнь оставался хладнокровным:
— У тебя «B-». В будущем придётся тренироваться ещё усерднее.
— Но ведь сдал же! — Бо Цзюэ и подумать не мог, что после стольких лет игры на фортепиано у него обнаружится потенциал к уличным танцам. Он хлопнул по столу и бодро предложил: — Давайте устроим тимбилдинг! Я угощаю всех билетами в кино!
— Супер! — Мэй Шэнъяо тоже бросился к нему обниматься. — Мы уже больше месяца никуда не выбирались!
Самым популярным новым фильмом в этом году было «Начало». Чтобы избежать толп на выходных, в понедельник после занятий они отпросились у дяди Цзяна и всей гурьбой отправились в торговый центр.
Однако множество студентов из соседнего университетского городка тоже решили воспользоваться моментом и сходить в кино, так что ребятам едва удалось купить места рядом.
Они вшестером, одетые в повседневную одежду, сидели среди студентов. Хоть по возрасту они и не сильно отличались, но были настолько красивыми и ухоженными, что многие девушки поблизости тайком фотографировали их на телефоны перед самым началом сеанса.
— Извините... Скажите, вы трейни? — тихо поздоровалась с ними одна девушка. — Мне кажется, я видела вас на улице Цинси?
Учителя уже давно научили их, как правильно отвечать в таких случаях. Хо Жэнь встал, поздоровался с ними и спокойно ответил:
— Мы группа, которая ещё не дебютировала. Спасибо за ваше внимание.
— А можно с вами сфотографироваться?
— Конечно, можно.
Шестеро парней встали рядом с ними и с улыбкой показали в камеру знак «V».
Три девушки, неожиданно оказавшись в окружении стольких красавчиков, так занервничали, что заговорили сбивчиво:
— Спасибо, спасибо! Желаем вам взрывной популярности после дебюта!
Парни в отличном настроении поблагодарили их и попрощались. Они вернулись на свои места как раз тогда, когда начался фильм.
И в этот самый момент несколько посетителей прибежали с попкорном и молочным чаем, рассаживаясь спереди, сзади и по бокам от шестёрки.
Попкорн был с хрустящим шоколадом, его только-только достали из автомата, и он был ещё горячим, источая сливочный аромат.
Молочный чай был с коричневым сахаром. Он не только приятно пах сладостью, но и был украшен сырной пенкой со вкусом мороженого.
Как только Хо Жэнь уловил этот аромат, он инстинктивно задержал дыхание. А в следующую секунду услышал, как Бо Цзюэ и Чи Цзи одновременно судорожно втянули воздух.
Се Ляньюнь, сидевший рядом с Хо Жэнем, сжал руки в кулаки:
— Чёрт, мы что, пришли сюда силу воли испытывать?
— Скоро запах выветрится, — успокоил его Хо Жэнь. — Сосредоточься на фильме, отвлекись.
Но не успел он договорить, как парень справа от них разорвал пачку чипсов со вкусом томатов и начал с аппетитом хрустеть.
Се Ляньюнь просто обмяк в своём кресле:
— Я не ел чипсы уже шесть месяцев. Я должен держаться.
Тот парень оказался весьма компанейским. Видимо, услышав их разговор, он с улыбкой протянул им пачку:
— Угощайтесь, ребят. Ты и так худой, зачем тебе худеть?
Се Ляньюнь глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки, но всё же не выдержал и дрожащей рукой потянулся к пачке:
— От одной чипсины ничего не будет...
Хо Жэнь шлёпнул его по руке:
— Даже не начинай.
Се Ляньюнь с невероятной тоской посмотрел на манящие чипсы в пакете, с наслаждением вдохнул их запах ещё раз и сказал:
— Не нужно, спасибо.
На пятой минуте фильма Хо Жэнь поймал себя на том, что прислушивается к чавканью с заднего ряда.
Сливочный аромат попкорна никак не выветривался, и казалось, окружал их со всех сторон.
«Почему он так вкусно пахнет... Наверное, он очень сладкий на вкус?»
Следом за этим девушки, сидевшие в ряду перед ними, убедившись, что сотрудник кинотеатра ушёл, достали из рюкзака огромное ведро из KFC.
Хо Жэнь: «...?»
Обязательно было так издеваться над нами?! Они притащили даже кукурузу в масле и оригинальную жареную курицу?!
Довольно агрессивный аромат жареной курицы тут же вступил в борьбу за воздушное пространство с попкорном. Зритель слева открутил крышку у бутылки с ледяным напитком. До них донёсся запах лимонной газировки, который в этот момент казался особенно стойким, освежающим и соблазнительным.
Чи Цзи решительно встал и пошёл в туалет. Уйдя, он так и не вернулся, прислав сообщение, что побудет снаружи, чтобы прийти в себя.
Следом за ним быстро ретировались Мэй Шэнъяо и Бо Цзюэ. Они просто не могли выдержать здесь ни секунды дольше.
Ещё немного, и их нервы бы просто не выдержали.
Лун Цзя притворился, что ему кто-то звонит. Выходя из зала, он даже телефон держал вверх ногами.
— Забавные у вас тут ребята, — парень справа сделал глоток ледяной колы и спросил: — Такой крутой блокбастер, а они взяли и ушли?
Хо Жэнь и Се Ляньюнь переглянулись и молниеносно смылись.
Если они останутся, то сорвутся. Нет, абсолютно исключено.
Выйдя из кинотеатра, они оказались в окружении киосков с мороженым, молочным чаем и вафлями. Чи Цзи, перед тем как уйти, всё ещё смотрел на вывеску с черничным брауни «Близзард» и сглатывал слюну.
Хо Жэнь решительно потащил его за собой:
— Не смотри, чем больше смотришь, тем сильнее хочется есть.
Бо Цзюэ не ожидал, что поход в кино превратится в такое испытание. Он просто повёл их по торговому центру, этаж за этажом, разглядывая одежду — от стритвир-брендов до старой доброй британской классики.
На них, как на вешалках, любая одежда смотрелась отлично.
Куда бы эта шестёрка ни пошла, взгляды людей неотступно следовали за ними.
Уроки пластики сделали их походку лёгкой и уверенной. У каждого была прямая спина и красивые линии тела.
Они уже начинали сиять.
Они ещё не успели обойти весь четвёртый этаж, когда Чи Цзи, облокотившись на перила, вдруг позвал Бо Цзюэ.
— Внизу стоят два рояля Steinway. Наверное, здесь проходит какая-то промо-акция?
Глаза Бо Цзюэ тут же загорелись.
— Идём, поиграем!
Сотрудники акции тоже воодушевились, увидев приближающуюся группу привлекательных парней:
— Узнайте больше о нашей новой акции! Сыграйте на пианино и получите небольшой подарок!
Кто-то рядом достал влажные салфетки для рук и с улыбкой начал рекламировать курсы:
— Наши преподаватели очень профессиональны. За десять минут мы научим вас играть и петь популярные песни.
Хо Жэнь молча взглянул на чемпиона мира и ничего не сказал.
Ещё неизвестно, кто кого будет учить...
Бо Цзюэ снова превратился в благородного и отстранённого молодого господина Лебедя. Тщательно протерев каждый свой похожий на белый нефрит палец, он потянул Хо Жэня за собой и усадил рядом:
— Сыграем вместе.
Хо Жэнь усмехнулся:
— Ты же знаешь, я ещё не доучил пьесы шестого уровня.
— Ничего страшного, мы просто развлекаемся. — В последнее время Бо Цзюэ каждый день танцевал до поздней ночи и давно не садился за инструмент. Он увлёк его за собой в игру в четыре руки. Они начали с пьесы Чайковского «Подснежник».
Звуки пианино лились, как ручей в лунном свете, неся в себе дыхание российского апреля и тающего снега.
Хо Жэнь принял приглашение и, успокоив разум, стал ему аккомпанировать.
Две пары рук идеально гармонировали друг с другом, из-под их пальцев переливалась и струилась сложная мелодия.
Чи Цзи лукаво улыбнулся и, потянув за собой Мэй Шэнъяо, сел за стоящий напротив рояль. Они переглянулись и одновременно опустили пальцы на клавиши. Они втрое ускорили темп этой нежной и глубокой пьесы, увлекая за собой мелодию напротив и заставляя её сбиться в вариациях.
Хо Жэнь инстинктивно поднял голову и посмотрел на сидящих напротив. Рядом Бо Цзюэ фыркнул и, встретившись взглядом с Чи Цзи, плавно увеличил темп. Догоняя ритм, он с лёгкостью добавил ещё несколько каскадов мелизмов.
Четверо юношей вошли в раж. Мелодия сделала поворот, подстраиваясь под вариации товарищей. Управляя звуками фортепиано, они одновременно перешли в другую тональность.
http://bllate.org/book/16092/1578601
