Чэнь Цин поспешно оборвал звонок, а Чэн Кэ ещё какое-то время стоял с трубкой у уха. Прошло немало времени, прежде чем он отошёл от шока и положил телефон на его законное место.
Чэнь Цин отличался крайней болтливостью и, казалось, был просто не способен закрыть рот ни на минуту. Но этот звонок вышел каким-то уж слишком коротким. Необычайно скомканным и быстрым. Чэнь Цин сказал всего пару фраз и бросил трубку… Отчего именно сейчас, когда Чэн Кэ так отчаянно требовался собеседник? Ведь теперь, когда помощь вызвана, придётся остаться лицом к лицу с Цзян Юйдо. Наедине. В маленькой спальне. В запертой квартире. А что, если тот жуткий приступ повторится?
Чэн Кэ неосознанно покосился в сторону кровати. Цзян Юйдо лежал в той же самой позе и не двигался. Он, казалось, окончательно пришёл в себя. Снова стал нормальным. Но Чэн Кэ больше не чувствовал себя в безопасности. Где гарантии того, что Цзян Юйдо вновь не взбесится и не пустит в ход кулаки?
В действительности, с первого дня знакомства с Цзян Юйдо, Чэн Кэ всё время находился в подвешенном состоянии. Нет, дело вовсе не в том, что Цзян Юйдо оказался хозяином мира мусорных баков, и его жизнь, а впоследствии и жизнь Чэн Кэ, могли оказаться в опасности. Дело в том, что Чэн Кэ неосознанно и незаметно для самого себя слишком уж сильно к нему привязался. То ли это чувство возникло из-за резкой перемены в жизни, то ли потому, что Цзян Юйдо подал, пусть и своеобразную, но руку помощи, когда Чэн Кэ в ней нуждался, то ли потому, что Цзян Юйдо открылся ему настолько, что стал называть другом: это не важно. А важно то, что Чэн Кэ привязался к человеку, о котором совершенно ничего не знает. Привязался к человеку, состояние которого, как не посмотри, не стабильно. Разве Цзян Юйдо не должен казаться опасным? Разве Чэн Кэ не должен бояться его и обходить стороной? Должен, если не дурак... Но сегодня Чэн Кэ не то, чтобы испугался Цзян Юйдо, страх был больше перед порцией тумаков, нежели человеком, который их наносил, — он разозлился на Цзян Юйдо. Даже сейчас он не боялся, а волновался… И это ненормально! Чэн Кэ самому от себя становилось жутко.
На самом деле, он уже давно морально подготовился ко всем сложностях, с которыми мог столкнуться в будущем из-за своей привязанности к Цзян Юйдо. Странно это или нет, но нить за нитью вытаскивая информацию, Чэн Кэ подготавливал себя к худшему. Ведь будучи с человеком в близких — дружественных, отношениях, ты в конце концов увидишь все его грани. Столкнёшься с тем, что человек по своей воле никогда не хотел бы показать другим. Но сейчас, когда это столкновение, наконец, произошло, Чэн Кэ почувствовал себя сбитым с толку.
Цзян Юйдо, завёрнутый в одеяло, неподвижно лежал на спине. И что прикажете делать дальше? Завести светскую беседу? Или ослабить тугой кокон одеяла и освободить ему хотя бы руки?
Постояв немного, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, Чэн Кэ почувствовал, как в месте укуса плечо стало саднить. Он подошёл к шкафу, распахнул дверцу и заглянул в висящее внутри зеркало.
Сначала в отражении появился Цзян Юйдо, пластом лежащий на кровати, а после и сам Чэн Кэ. Следующим, что бросилось в глаза – футболка, испачканная красным в зоне плеча. Чэн Кэ потянул за ворот и обнаружил кровоточащую рану с отчётливыми следами от зубов.
А Цзян Юйдо был настроен серьёзно! Это насколько нужно озвереть, чтобы прокусить кожу через ткань!
Место укуса не только кровоточило, но и сильно опухло. Но рана на лице выглядела в разы серьёзней. Подобное так просто не скроешь… От уголка глаз вниз по скуле тянулся кровоподтёк, плавно переходящий в фиолетовый синяк.
Чэн Кэ не смог сдержать восхищенного вздоха и с хлопком закрыл дверцу шкафа.
Боясь неловкости при встрече со взглядом Цзян Юйдо, он сразу же повернул к выходу из спальни и прошмыгнул на кухню.
В морозилке не оказалось ни льда, ни йогурта, зато был полуживой, но зато холодный горошек. Небрежным движением Чэн Кэ приложил пачку к лицу и опустился на диван в гостиной. Из-за напряжённой атмосферы в спальню возвращаться не было не малейшего желания.
Чэнь Цин приехал быстро. Всего через полчаса раздался звонок в дверь.
— Третий брат! — завопил с порога Чэнь Цин. — Ты в порядке?!
Из спальни ответа не последовало.
— Цзицзя, ты как?
В этот момент Чэнь Цин впервые посмотрел на Чэн Кэ и, увидев расквашенное лицо, откровенно ужаснулся.
— Что с твоим глазом?!.. Больно? Может, в больницу? Давай отвезу! — искренне заволновался Чэнь Цин.
— Лучше сначала проверь Третьего, [1] — Чэн Кэ указал в сторону спальни.
(П/п: заметьте, Чэн Кэ не назвал Цзян Юйдо братом).
Поначалу Чэн Кэ волновался, что Чэнь Цин поднимет шум, увидев друга, скрученного в тугой рулет из одеяла. Однако зайдя в спальню вслед за ним, Чэн Кэ обнаружил, что Цзян Юйдо успел выбраться из ловушки и теперь преспокойно сил на краю кровати. Исключая беспорядок на голове и легкую прострацию, он выглядел совершенно нормальным.
— Третий брат? — Чэнь Цин подошёл к другу практически вплотную и спросил с осторожностью, будто общался с испуганным мальчишкой. — Ты в порядке?
— Нет, — обронил Цзян Юйдо, сжимая рукой левое запястье.
— Кажется, вывих, — объяснил Чэн Кэ. — Я… приложил слишком много силы.
Чэнь Цин присел на корточки и уставился на отёкшее и деформированное запястье друга. Травма выглядела серьезной.
— Вывих? — переспросил Чэнь Цин, продолжая обращаться с Цзян Юйдо как с ребёнком.
— Угу.
Чэн Кэ хотел посоветовать им как можно скорее поехать в больницу, но даже заикнуться об этом не успел. Цзян Юйдо отпустил больную руку и с остервенением потянул за запястье. Комнату оглушил костный треск. Это выглядело настолько болезненно, что запястье Чэн Кэ чисто из солидарности ужасно заныло.
Естественно, Чэн Кэ знал, как вправляют вывихи, и не раз был этому свидетелем. Но наблюдать за тем, как травмой занимается врач и как решает проблему лидер бандитской шайки, согласитесь, вызывает совершенно разные ощущение. Если действия первого выглядят как профессиональная помощь, то второго — как акт самоистязания, не меньше.
Однако, второй зритель этой сцены — Чэнь Цин, кажется, не разделял мысли Чэн Кэ. Он наблюдал за действиями друга с совершенно спокойным выражением лица, а когда тот закончил, заботливо спросил:
— Теперь получше?
— Да, — кивнул Цзян Юйдо и поднялся с кровати. — Подожди меня на улице.
Чэнь Цин бросил нечитаемый взгляд на Чэн Кэ, развернулся и молча вышел из квартиры. Сам же Чэн Кэ принялся гадать, что такое секретное намерен сказать Цзян Юйдо, раз даже главного защитника попросил удалиться.
Неужели решил объяснить произошедшее? Или попросить прощение?.. Ни того, ни другого не случилось: на протяжении почти пары минут эти двое смотрели друг на друга и молчали. Кто знает, может у Цзян Юйдо просто не нашлось нужных слов, или же он и изначально ничего не собирался говорить. Вопросы в голове Чэн Кэ продолжали расти с каждой убитой секундой.
Через какое-то время Цзян Юйдо, стоявший неподвижно всё это время, внезапно повернулся к изголовью кровати. Рядом с тумбой он поднял оставленную после душа одежду. Только тогда Чэн Кэ осознал, что с момента их стычки и до этого момента Цзян Юйдо был в одних трусах!
Пока один приходил в себя от потрясения, другой спокойно оделся, взял в руки мобильник и ввел что-то на экране. В ту же секунду Чэн Кэ услышал из гостиной звонок своего телефона.
— Отправил тебе номер Чэнь Цина, — Цзян Юйдо убрал телефон в карман. — Впредь, он будет приходить за арендной платой. Если что-то выйдет из строя, так же можешь обратиться к нему.
— Хорошо.
— Ты ещё где-нибудь ранен?
Чэн Кэ коснулся глаза, вокруг которого образовалась сильная припухлость.
Больно, но не смертельно. Исключая прокушенное плечо, Чэн Кэ ничего не беспокоило.
— Нет, больше нигде не ранен.
Цзян Юйдо кивнул и снова замолк. Через пару мгновений он обогнул Чэн Кэ, вышел из комнаты и захлопнул за собой входную дверь.
Оказавшись в пустой квартире, Чэн Кэ медленно выдохнул и ощутил, как с каждой секундой напряжение ослабевает. Его ноги подкосились, и тело рухнуло на кровать.
Когда Цзян Юйдо оказался в коридоре и зашёл в лифт, то пожалел о том, что всё-таки не попросил прощение. Но чем серьёзней промашка, тем искренней должны быть извинения.
С самого детства Цзян Юйдо придавал просьбе о прощении особый смысл. Он извинялся редко, но по делу, и с возрастом делал это чаще и более осмысленно. Извинения никогда не были для него привычкой, как для большинства. Прося прощения, он действительно его просил.
Дело вовсе не в том, что Цзян Юйдо не чувствовал вину перед Чэн Кэ. Он испытывал её в полной мере. Он мог списать произошедшее на психологическую травму, но винил только себя.
На этот раз он действительно облажался, но была причина по которой Цзян Юйдо промолчал, по которой не стал извиняться и просто ушёл. Он боялся показаться смехотворным и нелепым в глазах Чэн Кэ. Сегодня он уже провинился перед ним и просил прощения. Как он мог извиниться дважды за день? Кто бы в здравом уме поверил в его искренность? Кто бы поверил, что извинения идут от сердца?
Наверное, самый искренний способ извиниться перед Чэн Кэ — больше никогда не появляться в его жизни.
К тому моменту, как Цзян Юйдо спустился и вышел на улицу, Чэнь Цин успел разогреть автомобиль. Цзян Юйдо открыл дверь, плюхнулся на сидение и тут же похлопал руками по карманам в поисках сигарет. Вот только карманы были пусты. Все слабости жизни остались в квартире Чэн Кэ.
— Тебе бы повязку наложить, — Чэнь Цин достал зажигалку и сигарету из кармана и протянул ему.
— Ага, — Цзян Юйдо прикурил и с наслаждением затянулся, — придумаю что-нибудь, как домой вернусь.
— У Цзицзя с глазом точно всё в порядке? Пол лица опухло, жуть.
— Не знаю, — нахмурился Цзян Юйдо. — Позвони и спроси сам, как свободное время появится.
— Лады.
Чэнь Цин крутанул руль и тронулся с места. Когда автомобиль выехал за ворота жилого комплекса, Цзян Юйдо обронил, как бы невзначай:
— Дал Чэн Кэ номер твоего телефона. Теперь ты в ответе за сбор аренды и решение бытовых мелочей.
— Понял, — кивнул Чэнь Цин и после небольшой паузы решительно спросил: - У тебя не было приступов уже несколько лет. Что между вами произошло?
— Ничего, просто… — Цзян Юйдо уставился в окно. — Перед сном включили фильм ужасов, и я, кажется, испугался сильнее, чем думал.
— Да что с вами не так? Вы совершенно не умеете развлекаться, — разочарованно вздохнул Чэнь Цин. — Фильм ужасов? Серьёзно? Да с порцией мяса и парой бутылок бухла и то было бы веселее.
Цзян Юйдо ничего не ответил, развалился в кресле, запрокинул голову и уставился в люк на потолке машины.
Чэнь Цин сегодня был на удивление проницательным и не стал мучить друга расспросами. До самого дома он не проронил ни слова, а приехав, молча помог наложить повязку и бесшумно удалился.
Цзян Юйдо подошёл к окну и через узкую щель в шторе выглянул на улицу.
Прошло действительно много времени с тех пор, как Чэнь Цин стал мишенью во время его последнего приступа. Может, Цзян Юйдо и правда не стоило смотреть фильм ужасов…
Он редко включал ужастики: старался их не смотреть, потому что погружался в сюжет слишком сильно. Неважно книга или фильм, Цзян Юйдо всегда находил один-два момента, которые, даже не имея к нему отношения, заставляли вспоминать то, чего он так старательно пытался забыть. А фильмы ужасов, ко всему прочему, ещё и пугали до чёртиков. Страх, он и в Африке страх.
Как только ты поддашься страху, успокаивай себя не успокаивай, убеждай не убеждай, а избавиться от испуга по щелчку пальцев никто не в силах.
Пока лицо Чэн Кэ не прояснилось перед глазами, Цзян Юйдо был погружён в страх.
Ты щенок.
Сейчас ты просто щенок, но в будущем вырастешь большим псом.
Помнишь свою кличку?
Кличку… Ха-ха. Я дал тебе кличку и, если не будешь послушным, в любой момент могу её забрать.
Сидеть!
Стоять!
Сидеть!
Стоять!
Бежать!
Бежать!
Бежать!
Не закрывай глаза, не отводи взгляда, смотри только на своего врага!
Как появится шанс, вали с ног или повалят тебя. Не позволяй ему подняться.
Враг может появиться из ниоткуда в любой момент.
… Цзян Юйдо стоял у окна и наблюдал за тем, как мрак медленно рассеивается, и небо окрашивается новыми яркими красками.
Снаружи было на удивление спокойно. Цзян Юйдо не заметил ни одной подозрительный тени и не услышал ни одного лишнего звука.
Может, просто инстинкты притупились? Всё же прошло много времени с тех пор, как он выкручивал их на полную катушку. Дни интенсивных тренировок и нескончаемого напряжения давно позади.
Позади…
Всё хорошо. Теперь вы в безопасности. Обещаю, больше никто вас не обидит. Больше никто не причинит вам вред.
Эти слова до сих пор сохранились в памяти Цзян Юйдо. Но вот парадокс: он не помнил лицо человека, который их произнёс.
Нынешний Цзян Юйдо знает, что нельзя никому доверять, особенно добрым людям. Цзян Юйдо просто не может позволить себе ослабить бдительность, иначе пропустит летящий в спину нож.
Но тот Цзян Юйдо, из детства, верил тому человеку. Верил его успокаивающим словам.
Как глупо.
Спустя столько лет Цзян Юйдо до сих пор не мог отделаться от ужасающих воспоминаний из детства. Не мог отделаться от них.
Единственное, что изменилось за эти годы, так это то, что Цзян Юйдо перестал рассказывать о них посторонним. Всё равно ему не верят и считают поехавшим.
Под окном остановился автомобиль, и изнутри вылез Чэнь Цин с парой пакетов набитых едой.
Цзян Юйдо открыл входную дверь и встретил друга на пороге.
— Сгонял в «Тинфу», — Чэнь Цин зашёл в квартиру и поставил пакета на стол. — Здесь всё, что ты любишь.
Цзян Юйдо молчаливо кивнул в ответ.
— Включу свет? — рука Чэнь Цина уже лежала на выключатель, и вопрос был задан чисто из вежливости.
Цзян Юйдо кивнул, садясь за обеденный стол.
Чэнь Цин включил свет и принялся доставать из пакетов содержимое.
— Ешь, пока не остыло, — приговаривал он, — я а домой поеду.
Цзян Юйдо снова кивнул.
Большую часть времени Чэнь Цин ведёт себя как идиот, но в подобных ситуациях он крайне проницателен. Сейчас, например, он поддерживает и помогает, но в то же время не лезет с советами и расспросами, прекрасно понимая, что другу нужно время, чтобы самому расставить всё по местам.
— Завтра с нескольких квартир в третьем доме нужно собрать арендную плату, — напомнил Чэнь Цин. — Мне сходить?
— Я сам.
Он не мог пренебречь обязанностями, иначе у Лу Цянь возникнут вопросы. Но к Чэн Кэ за арендной платой нужно отправить Чэнь Цина.
— Хорошо, — со вздохом согласился Чэнь Цин.
Он налил Цзян Юйдо стакан воды и незамедлительно ушёл.
У Цзян Юйдо совершенно не было аппетита. Даже, несмотря на то, что стоящие перед ним блюда соблазнительно пахли, есть их совсем не хотелось. Но завтрак нельзя пропускать. Цзян Юйдо взял палочки и через силу поглотил всё за один укус.
…Мобильник в гостиной зазвонил, но Чэн Кэ не шелохнулся и продолжил гипнотизировать взглядом бурлящую в кастрюле воду.
Чэн Кэ думал, что приготовить рис будет проще простого, но кто же знал, что это дело затянется на час. Сегодня он особенно сильно пожалел, что не купил рисоварку, а вообще лучше бы просто, как обычно, заказал доставку.
Когда телефон зазвонил во второй раз, Чэн Кэ всё же решил ответить. Взяв телефон, он растерянно уставился на экран.
Чэнь Цин?..
— Слушаю.
— Брат Цзи, — из трубки послышался голос Чэнь Цина. — Ты уже завтракал?
Брат Цзи? Чэн Кэ закатил глаза. Кличка прицепилась намного сильнее, чем он думал. Исправлять уже бессмысленно.
— Ещё нет, готовлю.
— В смысле? — удивился Чэнь Цин. — Готовишь? Сам? А это не опасно?
Чэн Кэ ничего не ответил, хотя интересно, о какой именно опасности говорил Чэнь Цин. Боялся, что Чэн Кэ взорвёт кухню, отравится или что-то другое?
— А хочешь, принесу еды из ресторана? — спросил Чэнь Цин. — Я покупал завтрак в «Тинфу» для Третьего брата. Ещё много осталось.
— Не нужно, — немедленно отказался Чэн Кэ, — я уже сделал завтрак.
— Разве не говорил, что готовишь?
—Уже приготовил, — мгновенно отреагировал Чэн Кэ. — Только что.
— … Понял. Тогда скорей поешь, — не стал настаивать Чэнь Цин. — Кстати, я вот чего звонил… Как твой глаз? Отёк спал? Зрение в норме?
На самом деле, удар пришёлся больше на скулу, чем на сам глаз. Но прежде чем ответить, Чэн Кэ поводил взглядом из стороны в сторону и моргнул несколько раз.
— В норме.
— Может, всё-таки отвезти тебя в больницу проверить зрение? — в его голосе проскользнуло искреннее беспокойство. — Кто знает, может последствий просто пока не видно. Всё же… у Третьего брата тяжёлая рука.
При упоминании Цзян Юйдо, тело Чэн Кэ напряглось.
— Знаешь, я передумал, — после невесомой паузы ответил Чэн Кэ. — Я не против завтрака из «Тинфу». Твое предложение ещё в силе?
— А? — удивился Чэнь Цин.
— У меня есть алкоголь. Давай поедим вместе?
— Что ты задумал? — с нескрываемым подозрением спросил Чэнь Цин.
— … А что я могу задумать?
Чэнь Цин ненадолго замолчал, явно обдумывая неожиданное предложение.
— Хорошо, — наконец ответил он, — скоро буду.
Чэн Кэ уставился на пузырьки, лопающиеся на поверхности кипящей воды. Немного подумав, он подхватил кастрюлю за ручки и вылил в раковину большую половину жидкости, а после вернул кастрюлю обратно на плиту.
Он прикинул в уме и решил, если вода продолжит кипеть, то, в конце концов, выкипит. Тогда и рис будет готов.
Но после прихода Чэнь Цина, его надежды были в дребезги разбиты.
— Ты и в самом деле молодой господин, — с восхищением вздохнул Чэнь Цин и выключил плиту. — Даже встань ты на колени и начни молиться, эта жижа никогда не превратиться в рис.
— Я-ясно, — разочарованно протянул Чэн Кэ.
— К счастью, я принёс три порции риса. Объесться можно.
Чэн Кэ в подавленных чувствах достал из кухонного шкафа несколько тарелок и поплёлся в гостиную. Одну тарелку поставил напротив Чэнь Цина, другую — с противоположной стороны: где собирался сесть сам, и ещё несколько определил на стол для блюд, которые собирался избавить от упаковки.
— Какие изыски, — усмехнулся Чэнь Цин. — Молодой господин не может откушать из контейнеров?
— Просто так комфортней, — равнодушно ответил Чэн Кэ, пропустив насмешку мимо ушей, и поставил на стол бутылку красного вина. — Выпьем? У меня только вино, нет китайской водки.
— Без разницы, я пью абсолютно всё, — Чэнь Цин поставил рюмки на стол. — Вот только, после водки не решаюсь сесть за руль.
— … А после вина садишься? — Чэн Кэ пожёг его взглядом.
— Да вино для меня, как виноградный компот. К тому же, я давно за рулём. Небольшой градус никак не сказывается на опытном водителе.
— Зато сказывается штраф за вождение в нетрезвом виде, — Чэн Кэ накрыл его рюмку рукой.
— Да бля, — Чэнь Цин упёрся в него недовольным взглядом, но через пару мгновений сдался и раздосадовано махнул рукой. — Ладно-ладно, не буду пить.
— Если правда хочешь выпить, то можешь вернуться на такси, — предложил Чэн Кэ, — а за машиной приехать завтра.
Чэнь Цин ответил не сразу, но по лицу было видно, что в глубине его души идёт ожесточенная борьба. Он до безумия хотел выпить, вот только возвращаться завтра за тачкой было в лом.
— Давай сделаем так, — подумав немного, заговорил Чэн Кэ, — скажи адрес, и завтра я сам пригоню машину.
В конце концов, он позвал Чэнь Цина не только для того, чтобы поесть и выпить.
— Отлично! — приободрился Чэнь Цин и радостно хлопнул себя по бедру. — Погоди, а у тебя-то права есть?
— Конечно. Категория А2.
— На хрена? — изумился Чэнь Цин. — Собирался пойти в дальнобой?
— Да нет, просто так — на всякий случай.
— Получить высшую категорию «на всякий случай»… — пробубнил Чэнь Цин и положил на стол ключи от автомобиля. — Будь осторожен. Вчера тачку перекрасили, и на днях должны отдать клиенту.
— Понял, — кивнул Чэн Кэ.
После этого Чэнь Цин разлил вино по рюмкам, залпом осушил свою и в закуску обглодал пару пряных рёбрышек. Чэн Кэ же раздумывал о том, как бы аккуратней подойти к теме, ради которой он и позвал гостя.
Глядя на его задумчивое и несколько встревоженное лицо, Чэнь Цин усмехнулся.
— Я не дурак и знаю зачем на самом деле ты меня позвал.
— Правда? — удивился Чэн Кэ.
— Естественно. Ты хотел поговорить со мной о Третьем брате, — Чэнь Цин налил себе вина. — Даже не знаю, что ещё могло случиться, чтобы молодой господин снизошёл до завтрака со мной.
— Не преувеличивай.
— И вовсе не преувеличиваю, — возразил Чэнь Цин. — Но я не обижаюсь. Как ни крути, а мы с тобой слеплены из разного теста и принадлежим разным слоям общества. Ты хорошо воспитан, поэтому вежлив со мной, но, признай, при других обстоятельствах, ты даже словом бы со мной не перекинулся. Вот только ты почему-то забыл, что Цзян Юйдо такой же, как я. Вы с ним тоже совершенно разные.
Чэн Кэ не проронил ни слова.
— Но ты не смотришь на него свысока, — продолжал Чэнь Цин. — Хотя понимаю почему. Даже две булочки из одного теста разные на вкус. Пусть Цзян Юйдо и вырос на улицах, он не похож на нас.
Чэн Кэ усмехнулся. А Чэнь Цин не так глуп, как кажется.
— Поэтому говори прямо, незачем ходить вокруг да около. Но не гарантирую, что после разговора ты сможешь лучше его понять.
— Цзян Юйдо часто так делает? — сразу же спросил Чэн Кэ.
— Как? Ни с того ни с сего набрасывается на людей? — нахмурился Чэнь Цин. — Как я уже говорил, такого не случалось несколько лет. Последним, на кого он набрасывался с кулаками, был я.
— Цзян Юйдо побил тебя?
— Ага, — равнодушно кивнул Чэнь Цин. — В тот день я ни о чём не знал и думал, что он просто играет в телефон. Я подошёл к нему со спины и хлопнул по плечу. В результате, Цзян Юйдо накинулся на меня с кулаками. К счастью, он пришёл в себя почти сразу, ограничившись парой-тройкой ударов.
Чэн Кэ вспомнил последний удар Цзян Юйдо, который пришёлся на матрас. Наверное, тогда он уже начал приходить в себя и пытался остановиться… Да уж, если бы кулак встретился с его лицом, гематомой у глаза Чэн Кэ явно бы не ограничился.
— Но почему… так происходит?
Чэнь Цин взглянул на него в упор, но вместо ответа уткнулся лицом в тарелку.
— Сегодня утром я был жёстко избит, — настоял Чэн Кэ. — Разве я не могу узнать хотя бы причину?
— Причину? — со вздохом повторил Чэнь Цин. — Он не может позволить себе расслабиться ни на минуту и всегда начеку. В последнее время он не замечает опасности, и от этого ему становится только тревожней. В такие дни, когда нервы напряжены до предела, любое воздействие может спровоцировать срыв. Он не в состоянии это контролировать.
Чэн Кэ нахмурился. Объяснение Чэнь Циня давало больше вопросов, чем ответов.
— О какой опасности ты говоришь? — спросил Чэн Кэ. — Это как-то связано с его детством?
Чэнь Цин оторвался от еды и поднял на него удивленный взгляд.
— Он рассказывал о детстве?
— Поверхностно. В подробности не вдавался.
— Тогда, — после коротких раздумий обронил Чэнь Цин, — не могу сказать большего.
— А тебе многое известно?
— Мы знакомы смальства, — пожал плечами Чэнь Цин, — поэтому я хорошо его знаю.
— В таком случае, — Чэн Кэ до краёв наполнил его стопку, — в детстве…
— Ничего тебе не скажу, не спрашивай, — прервал его Чэнь Цин.
Чэн Кэ разочарованно вздохнул, но чуть позже спросил снова:
— Тогда, ты и о них знаешь? Цзян Юйдо считает, что кто-то его преследует?
— Считает? — нахмурился Чэнь Цин. — В каком смысле «считает»?! Так оно и есть!
Чэн Кэ застыл от удивления. Неужели, за Цзян Юйдо и правда кто-то следит? До этого Чэн Кэ был уверен, что шпионы, которые докучают Цзян Юйдо, всего лишь плод его собственного воображения. Неужели Чэн Кэ ошибся?
— Ты видел их? — тут же спросил Чэн Кэ. — Тех, кто преследует Цзян Юйдо.
Чэнь Цин нахмурился сильнее и в полном молчании принялся обгладывать рёбрышки. Чем дольше он жевал мясо, тем задумчивей становился. Только после того, как на кости не осталось ни грамма мяса, Чэнь Цин созрел для ответа.
— Не видел.
Чэн Кэ вновь застыл от удивления.
— Знаешь ведь, что я бесполезен, — добавил Чэнь Цин. — Меня не берут на разборки.
— То есть ты никогда не видел их своими глазами, — заключил Чэн Кэ. — Тогда почему веришь, что Цзян Юйдо действительно преследуют?
— Ты тупой? — вспылил Чэнь Цин.
— …Должно быть, — обронил Чэн Кэ, расстроенный крайне эмоциональной реакцией.
— Он весь в шрамах! Ты слепой? — Чэнь Цин прожёг его взглядом. — Каждый раз, когда Цзян Юйдо сталкивается с ними, на его теле появляется новая рана! Разве ты сам не был этому свидетелем?! На районе не найдётся ни одного бесстрашного, который рискнул бы напасть на третьего брата! Да и сколько вообще человек способно нанести ему вред?!
Чэн Кэ задумался.
— Думаешь, в тот раз были они?
— Тут и думать нечего, — буркнул Чэнь Цин.
— Но почему ты так уверен? Видел их стычку собственными глазами?
— Не видел, — признался Чэнь Цин, теряя остатки терпения, — но мне и не нужно видеть, чтобы понять, кто это сделал… И вообще, к чему ты клонишь?
— Лишь пытаюсь узнать… — Чэн Кэ стиснул зубы, переступая через себя, чтобы задать самый главный вопрос. — У Цзян Юйдо психическое расстройство?
— Какого хуя?! — Чэнь Цин смерил его свирепым взглядом и швырнул на стол палочки для еды. — Да среди нас троих псих только ты! На голову пришибленный!
http://bllate.org/book/16038/1430490
